Непригодный для Академии Владыки Демонов ～Сильнейший в истории владыка демонов-прародитель перерождается и идёт в школу потомков～

Гайрадит, дворец геройского парламента. Место для совещаний членов парламента, воздвигнутое на месте снесённого дворца, где некогда проживал король Гайрадита. В зале заседаний круглого стола, который был оборудован в этом дворце, проводились различные дискуссии и определялись курс и политика Азесиона. Это был центр государственного управления нынешнего Гайрадита. Однако переход к новому политическому устройству — парламентской системе ещё не был завершён полностью и его ядро — геройский парламент тоже не функционировал в полной мере. — …поэтому, как я уже неоднократно говорила, — взывала Эмилия на повышенных тонах к членам парламента в зале заседаний круглого стола. — «Рэяканэц» не сдержит «Солнце Разрушения». Мы только впустую израсходуем людские ресурсы Академии героев и драгоценную святую воду! — дала Эмилия подробные разъяснения в отношении «Рэяканэц» и «Солнца Разрушения» Сарджельдонавэ, однако принимающие решения члены парламента Азесиона не собирались пересматривать свой план по подавлению «Солнца Разрушения». — И этого мнения придерживаюсь не только я, но и все в Академии героев, а также мистер Эльдмэйд из Академии владыки демонов и, собственно, сам Тиран-Владыка Демонов Анос Волдигод. В ответ на слова Эмилии все члены парламента погрузились в раздумья, каждый со своим выражением лица. — Директор Эмилия, — начал Сиваль — член парламента и король Легранда, одной союзных держав Азесиона, с таким видом будто у него явно был злой умысел, — я понял, что «Солнце Разрушения» это могущественная магия далеко за гранью наших возможностей, и тем не менее, вы предлагаете нам — тем, кто в ответе за Азесион, не предпринимать никаких мер и просто игнорировать его. — «Солнцем Разрушения» уже занимается Дильхейд. Возглавляет их группу великий воитель Азесиона — герой Канон. Так что же вас тревожит? Сиваль вздохнул и покачал головой, будто говоря, что она не понимает о чём он, но прямо возражать ей даже не пытался. — Король Легранда, если вы хотите что-то сказать, то… — Некогда великий воитель… — обратился к Эмилии уже другой голос. — Да, наверное, король Легранда хотел сказать: «некогда великий воитель», — сказал король Энрике, правящий Портосом. — Герой Канон действительно великий воитель мифической эпохи и пользуется большим доверием у нашего народа. Однако мы создали геройский парламент, чтобы уйти от старого Азесиона и находимся здесь, дабы аннулировать все привилегии во имя своих стран, даже ценой отказа от королевских титулов, и создания равного общества, — аргументировано сказал Энрике. — И я не знаю, стоит ли геройскому парламенту — символу равенства и беспристрастности относится к нему по-особому из-за того, что в прошлом он был героической фигурой. — Я говорю о том, что он обладает силой и ни слова о каком-либо особом отношении к нему. Никакого умысла, кроме как разобраться с надвигающейся на страну угрозой с его помощью, у меня не нет, — твёрдо заявила Эмилия. — Если мне не изменяет память, герой Канон называет себя Рэем Гранздори и посещает Академию владыки демонов, — сказал Катэнас — ещё один король, правящий Небрахилиэ, — и однажды станет повелителем демонов, что будет управлять одним из регионов Дильхейда, не так ли? — Какое это сейчас имеет значение? Вопрос Эмилии вызвал у короля Небрахилиэ мягкую улыбку. — А вы этого разве не понимаете, проницательный директор Эмилия? Если мы доверим операцию по уничтожению «Солнца Разрушения» герою Канону, то окажемся в долгу у Дильхейда. — Хым, из-за этого у нас потом возникнут небольшие трудности. — сказал, словно заранее сговорившись с ним, король Легранда Сиваль. — О каких трудностях вы говорите? — Ну полно вам, директор Эмилия. Я понимаю каково вам, но не стоит так распаляться, — сделал ей замечание король Портоса Энрике. — Не понимаете. Скажите: как вы, абсолютно уверенные в том, что «потом» вообще будет, можете понять меня? Если мы не низвергнем «Солнце Разрушения» здесь и сейчас любыми возможными способами, Азесион может быть стёрт с лица земли! Король Легранда Сиваль протяжно вздохнул. — Это мы уже неоднократно слышали и поняли, что «Солнце Разрушения» скрывает магическую силу, из-за чего мы не можем осознать насколько оно опасно. — Оно не скрывает магическую силу! Просто она настолько огромна, что вы неспособны её ощутить! — Спасибо за уточнение. Главное, что мы не видим его магическую силу. Эмилия выглядела так, будто у неё от удивления сейчас отвалится челюсть. Между сокрытием магической силы и невозможностью ощутить её из-за того, что она чрезмерно огромна имеется значительная разница, и вторая ситуация подразумевает, что вы умрёте просто от того, что ощутите её. — И подходим к вопросу с готовностью к тому, что Азесион может быть стёрт с лица земли. — …С готовностью? — Эмилия будто хотела сказать, что дело здесь совсем не в готовности. — При всём уважении, но неужели вы втроём до сих пор ничего не поняли, после всех моих разъяснений? — Нет-нет, мы поняли, что всё очень серьёзно. Поэтому-то мы и должны любой ценой применить «Рэяканэц» Академии героев. Эмилия крепко сжала зубы. Этот разговор повторялся уже далеко не один раз. — Чем вы недовольны, директор Эмилия? Мы не видим его магической силы, а тем временем готовится широкомасштабный магический удар, что сотрёт с лица земли весь Азесион. Герой Канон выдвинулся уничтожить «Солнце Разрушения». Мы тоже пошли на уступки, приняли ваше объяснение и план и не говорим Дильхейду не вмешиваться. Так может и вам принять, скрепя сердце, хотя бы наш «Рэяканэц»? — …То есть даже если «Рэяканэц» не сработает, вас это устроит?.. — низким голосом сказала Эмилия. Должно быть, она наконец поняла почему у них не было взаимопонимания. Проще говоря, они все хоть и были членами одной группы, но до сих пор выясняли её истинные намерения. — Вас устроит, если народ будет думать будто «Рэяканэц» сделает свой вклад в низвержение «Солнца Разрушения»? — Вы позволяете себе лишнего, директор Эмилия, — с нескрываемой злостью сказал Сиваль. — Что вы спасёте одними красивыми словами? Нам нужен хотя бы «храбрый заяц». Если народ будет думать, что геройский парламент не в состоянии защитить его, наша страна развалится, — переплетя пальцы рук, он тихо вздохнул. — В вас лишь часть человеческой крови, поэтому вы не совсем человек, — тихо пробормотал Катэнас. — Король Небрахилиэ, — укорительно произнёс Сиваль, — вам не кажется, что вы тоже позволяете себе лишнего? Она усердно трудится на благо нашего Азесиона и мы должны относится к ней как к достойному товарищу и члену геройского парламента. — Приношу извинения за свою грубость. С этими словами, Катэнас поклонился Эмилии и не собирался поднимать голову, пока своё слово не скажет она. — …Ничего, меня подобное совсем не волнует… — Благодарю за ваше великодушие, — сказал Катэнас. — Разумеется, мы понимаем и ваше положение, — уклончиво сказал Сиваль Эмилии. — Всё потому что я демон… — Дамы и господа, — сказал до сих пор молча наблюдающий за дискуссией председатель Ллойд, когда говорить начала Эмилия, — давайте устроим перерыв. Продолжим через час. Услышав это, Сиваль и остальные короли встали и покинули зал заседаний круглого стола. Некоторые члены парламента с беспокойством взглянули на Эмилию, которая продолжала стоять как вкопанная с опущенной головой, но Ллойд попросил их покинуть эту комнату. — Без их одобрения даже я ничего не смогу сделать, — с сожалением сказал Ллойд. — …Знаю… — Вам тоже стоит отдохнуть, — бросил напоследок Ллойд и покинул зал. Именно благодаря тому, что владеющими обширными землями король Легранда Сиваль, король Портоса Энрике и король Небрахилиэ Катэнас, которые пообещали отказаться от королевских прерогатив и стать членами геройского парламента, он имеет смысл и влияние. Если не станет тех, кто по собственной воле отказывается от королевского титула, то у них не будет будущего и переход к парламентской системе в конечном итоге окажется лишь несбыточной мечтой. Геройский парламент поднялся, будучи не в состоянии игнорировать политику прогнившего Гайрадита. Тоже самое касается и Сиваля, Энрике и Катэнаса. Все они собрались, грезя о идеальной стране, но у каждый из них представлял этот идеал по-своему и найти компромисс по некоторым вопросам было попросту невозможно. Вероятно, Эмилии казалось, что до идеала им ещё очень и очень далеко. — …Иронично… — сказала Эмилия, обращаясь к «Колокольчику дум» у себя на шее. — …Теперь меня притесняют за то, что я не человек… Эмилия посмотрела в окно. «Солнце Разрушения» затмило уже на сорок процентов. — Лучше бы сделал меня полноценным человеком, чем недоделанной полукровкой. — И тебе могли бы сказать проигнорировать демонов. — …Что?.. — удивилась Эмилия, услышав голос Аноша через «Колокольчик дум». — Анош?.. — Неудобства будут всегда, вне зависимости от твоего положения. Магическая линия к Эмилии была подключена через Элеонору. Хотя мой голос напрямую мог достичь лишь её с «Колокольчиком дум», но это было осуществимо даже из мира богов. Из-за того как именно я передал ей «Колокольчик дум», я не мог говорить с ней от лица владыки демонов Аноса. — Блин… Снова говоришь так, будто всё знаешь… — её лицо слегка расплылось в улыбке. — А ведь раньше ни разу не отвечал, когда я обращалась к тебе… — Прости, я был немного занят. Услышав это, выражение её лица стало серьёзным. — …Неужели даже тебя отправили на подавление божественного войска?.. Или же ты вместе с Рэем и остальными отправился к…? — Ну, чем всё обернётся я не знаю, но остаться в стороне, когда мою родину может сжечь дотла я не могу. Не допустить этого — долг тех, кто обладает силой. Услышав это, Эмилия прикусила губу. — …Вот бы и я была сильнее… — Бессмысленно убиваться из-за того, чего не имеешь. Эмилия погрузилась в молчание. — Есть то, на что способна лишь ты. Пользуйся своей силой на поле боя, Эмилия. — Анош?.. — окликнула меня Эмилия, когда «Ликс» прервался. — …Говоришь только то, что хочешь… — она единожды вздохнула, но тут же подняла голову, передумав. — …Видимо, говорить со мной долго у тебя сейчас нет возможности… Дильхейд тоже… Не меняя своего серьёзного выражения лица, Эмилия применила «Флес» и вылетела из окна наружу. Судя по всему, она наблюдала за Гайрадитом с неба и осматривала обстановку в городе. Полетав над городом некоторое время, она услышала снизу голос: — Директор Эмилия! Какие-то люди в городе махали ей руками. Эмилия пошла на снижение и приземлилась рядом с женщиной. После чего вокруг неё собралось много людей. — Мы слышали в окрестностях Гайрадита объявились солдаты врага. Всё обошлось? — Да, из Дильхейда прибыло подкрепление, и мы вместе отразили их атаку. Простите, что заставили вас побеспокоиться. С обороной Гайрадита никаких проблем нет. Судя по лицам, их это успокоило. — Фух, пронесло-пронесло. А я себе места не находила, когда узнала, что солдаты врага подошли к нам так близко. — Я ж тебе говорила довериться директору Эмилии и всё будет пучком. Мой сын тоже сказал мне не переживать. — Знаешь, когда к нам приближалась стая драконов, директор Эмилия тоже их прогнала, так что вряд ли эти солдаты способны ей противостоять. — И вправду, когда директором был Диего у нас ни с того ни с сего началась война, а сейчас я чувствую себя спокойно от того, что директор Эмилия вот так показывается в городе. — Ах да, может спросим насчёт этого? — Но… нас ведь пошлют куда подальше? — О чём ты? За один вопрос нам ничего не будет. Разговор похожих на домохозяек женщин озадачил Эмилию. — Эм, о чём, собственно, речь? — Да так, просто ученики Академии героев во всю стараются там на священном озере, ну и я предложила принести им чего-нибудь подкрепиться. — Простите, что мешаем вам во время работы. Вы ведь применяете могучее заклинание, чтобы что-то сделать с тем жутким солнцем, верно? К тому же, думаю, повара в Аркланъиске сделают всё гораздо лучше нас. — Да чего такого-то? Они же растут, а значит: чем больше, тем лучше! Что Лаос, что Хайне будут объедаться до упаду! Да и Ледриано, хоть по его виду не скажешь, тоже. — Именно! Они защищают Гайрадит, поэтому мы обязаны помочь им всем чем сможем! — Но мы не должны мешать применению магии! — Просто передадим по-тихому и всё. Откуда они возьмут силы, если у них будут пустые животы? Похоже, Ледриано и остальные ребята сами не заметили, как стали популярны у домохозяек. — Я была бы признательна, если бы вы им что-нибудь передали, — горько улыбнувшись, сказала Эмилия продолжающим шумно общаться друг с другом женщинам. — Да и ребята тоже, думаю, будут рады. — Видишь? Я же говорила! Значит решено! Женщины выглядели счастливыми. Полагаю, они хотели сделать хоть что-то для юнцов, которые пытались разрешить Гайрадитский кризис. — Извините, директор Эмилия, вы что ранены? — с беспокойством спросила одна из женщин. Рукав одеяния Эмилии был разорван и пропитан кровью. — Да это так, ничего серьёзного. Кровь сама остановится, даже если я ничего с этим не сделаю. — Ну уж нет, так не пойдёт. Тело нужно беречь. Положитесь на меня. К ней подошёл мужчина и достал из саквояжа склянку, в которой была заключена магическая сила, пусть и совсем малая. Он наложил на магическое зелье бинт. Судя по тому, насколько умело он всё это делал, был он, вероятно, или врачом, или аптекарем. — Я владею магией исцеления. — Ни в коем случае! Вы не должны попусту тратить свою магическую силу! Не переживайте, эта мазь эффективная, хоть с виду этого и скажешь. Она первоклассная даже по меркам Гайрадита. — Ага, насчёт мазей из лавки Гётца можете быть спокойны! Видок у него может и не очень, зато руки золотые. — Мой вид тут не имеет значения! С этими словами, мужчина по имени Гётц обрезал рукав Эмилии ножницами и шустро нанёс мазь с бинтом. Для Эмилии такая царапина была настолько незначительна, что она участвовала в той дискуссии, даже не замечая её, но, не выдержав напора граждан, отдалась им на милость. — И всё же до чего жуткое это солнце. Никогда не видел такого зловещего солнечного затмения. — Что же теперь будет?.. — Надеюсь кромешная тьма не придёт снова… — Да не переживайте вы так. Ведь у Гайрадита есть директор Эмилия и герои! — Ха-ха, несомненно! Эмилия потупилась. — Но постарайтесь не прыгать выше головы, директор. — сказал ей кто-то из граждан. — Вы каждый день работаете то тут, то там и мы все переживаем насчёт того, отдыхаете ли вы хоть когда-нибудь. — И то правда, если сейчас директор Эмилия будет повержена, то Гайрадит будет обречён. Мы даже не знаем: чем вообще занят геройский парламент. — Не каркай, дура! Опустив голову ещё сильнее, Эмилия сжала кулак. Она отчаянно пыталась скрыть слёзы, упавшие на тыльную сторону её ладони. — Не переживайте, — укрепив свою решимость, сказала Эмилия. — Я во что бы то ни стало защищу и Гайрадит, и Азесион.