О важности произнесенных слов

Все хорошее имеет свойство заканчиваться. Так же и с поцелуями и объятиями: рано или поздно, нам приходится отлипнуть от объекта своего желания, и, интереснее всего то, что следует за этим. Смущение, неловкое молчание, готовность к продолжению и необходимость в объяснениях и разговорах. Если бы кто-нибудь, пару-тройку лет назад, сказал Гарри Поттеру, что его непомерное счастье будет заключаться в том самом моменте, когда он со всей силы будет прижимать к себе Драко Малфоя и с тем же упоением целовать его, он бы покрутил у виска и назвал бы такого человека сумасшедшим. Гарри понятия не имел, сколько они так простояли. Возможно, две, три, пять минут, может быть, и целый час. Да стой они так целый день, Поттеру было бы недостаточно. Он так долго не чувствовал. В полном смысле этого слова. Только сейчас он понял, насколько сильно изголодался по теплу и близости другого человека. Это ощущение ни в коем случае нельзя было сравнивать с объятиями друзей или теми эмоциями, которые ты стабильно и ежедневно получаешь от окружающих. Гарри действительно забыл, каково это: ощущать человека, в котором ты готов раствориться, за которого волнуешься и на которого смотришь иначе. А еще ему было плевать. Поттеру было плевать на надпись на своем теле, на связь родственных душ. Ему было плевать на то, что будет потом, завтра или через несколько лет. Он был счастлив и старался запечатлеть этот момент во всем своем совершенстве. Сохранить его в самых недрах души. Даже если потом его поступок причинит ему боль, он был заранее готов к ней. Только ради нескольких мгновений Поттер рискнул целостностью своего сердца. – Что дальше? – отстранившись от блондинистой макушки, тихо спросил Гарри. Он смотрел на Драко внимательно, изучая каждый миллиметр его лица. Будто бы в поисках доказательств того, что все произошедшее до сих пор какой-то невероятный сон. – Ты меня спрашиваешь? – с заметной нервозностью в голосе ответил Малфой, дергая плечом и отводя взгляд. Он всегда так делал, когда начинал беспокоиться. – Мы ведь оба понимаем, что все хорошо? Да? – в вопросах Поттера было столько надежды, – мне не нужно беспокоиться о том, что что-то изменится? Ты ведь ответил и… – Поттер… Гарри, – Драко аккуратно провел ладонью по груди парня, пока тот держал его за плечи, – все хорошо. Правда. От пристального взгляда брюнета, Драко на секунду захотелось укрыться, но он нашел-таки в себе силы не отвести глаз. Поттер продолжал крепко держать его. Казалось, что его уже немного потряхивало. У обоих пересохло во рту. – И… Мы теперь как кто? – с весьма странной интонацией поинтересовался Поттер. От одного этого вопроса он тут же сделался пунцовым и нелепым. Блядь, был бы это не Поттер, Драко бы ответил. Коли поцеловал первый, так, будь добр, сам обозначь статус отношений. Иначе получается, что думал ты не головой, а хуем с жопой. Но Драко ничего не ответил, только изогнул белесую бровь в немом вопросе. Уж очень ему хотелось услышать эти слова именно от Поттера. Понимая, что помощи от Малфоя в определении их дальнейшей судьбы не дождется, Гарри, как это уже не раз бывало, взял все в свои руки. – Мы будем как официальная пара? Встречаться? Будем…партнерами? Может быть, тебе нравится слово любовники, хотя, лично меня этот термин немного смущает, - казалось, что Поттеру уже просто некуда краснеть, – у тебя есть какие-то пожелания? Боже. Парня надо спасать, иначе его разорвет. – Я думаю партнеры, прекрасное слово. Мне нравится, – пролепетал блондин. Ему не то, чтобы нравилось. Он был счастлив. Губы Поттера изогнулись улыбке во все тридцать два. Смена со смущающегося школьника на Чеширского кота произошла невероятно быстро и, теперь он с каким-то даже азартом во взгляде рассматривал Драко. – Можно мы вернемся к моему изначальному вопросу? – Гарри, наконец, отпустил Малфоя, но все еще стоял непозволительно близко к нему. – Конечно. К какому? – Что дальше? Драко озадаченно нахмурился. А что, собственно, отвечать? Жить долго и счастливо? Вряд ли Поттер воспримет этот ответ всерьез. Вариант вроде «посмотрим, поживем, увидим» отметается к чертям. Драко бы сам взбеленился от подобного ответа. Может быть, ему уже стоило сказать об их связи? Вот! Действительно важный момент, который давно пора прояснить. Возможно, это идеальный момент, когда стоит сказать, Драко. Момент, когда Гарри вряд ли разозлится или любым другим негативным образом отреагирует на то, что ты мурыжил ему мозги целых полгода. Драко, правда. Это тот случай, когда твой внутренний голос не ошибается ВООБЩЕ. Малфой потряс головой. – Как насчет ужина на неделе? Ты трусливый черт, Драко, вот ты кто. – Эм, – Гарри растерянно провел рукой по волосам, – я имел в виду немного другое. Но да, возможно, ты прав. Нужно начать с малого. Хотя, ужинов у нас было столько, что вряд ли можно посчитать, но почему нет, да? В качестве… партнеров? Свечи, цветы, все такое? Да? Малфой с сомнением посмотрел на него. – Свечи лишние? – Да. – Цветы? – Как элемент декора? – Понял. – Ко мне или к тебе? – Что? – Ужин. У тебя или у меня? – У меня, – быстро ответил Поттер. – Как насчет вторника? – Вторник? Прекрасно, – болванчиком закивал Гарри, – в семь? – Как тебе удобно. Мне что-то принести? – с одной стороны, Драко очень забавляло смущение Поттера, с другой, он чувствовал, что его собственные шея и уши горят предательским огнем, а руки вспотели так, что их можно было бы отжимать, как половую тряпку. – Нет-нет. Не стоит. Я сам. – Ты уверен? Гарри, тебе не нужно брать на себя всю ответственность за наш досуг. – Считай это моим эгоистичным желанием. – Хорошо, – ухмыльнулся блондин. В то же мгновенье в небе волнами раздались раскаты грома. Вот и обещанный августовский дождь. Только сейчас они почувствовали, насколько сильно воздух был пропитан влагой. Оба парня одновременно окинули взглядом местность, в поисках точки аппарации. – Нам нужно вернуться к мосту. – Может, аппарируем здесь? – предложил Поттер, – магглов не видно, – для большей уверенности он еще раз огляделся и взял Драко за локоть, притянув к себе. Малфоевское сердце сделало тройной кульбит, но успело вовремя остановиться, перед тем как окончательно потерять все свое самообладание. – Поттер, – Драко скептично посмотрел на брюнета, – мне кажется, очень опрометчиво делать это на открытой местности. Дождь уже накрапывал мелкими каплями. – Ты правда хочешь идти до моста? – Быстрым шагом или легкой трусцой, – Драко потянул Поттера за рукав. Тот никак не отцеплялся от него, – давай, Поттер. – Мне казалось, что теперь я Гарри, – пробубнил себе под нос тот. Естественно, Драко услышал. – Гарри, – Малфой, ускорил шаг, продолжая тянуть Поттера за собой, – я буду крайне признателен тебе, если мы доберемся до моста, прежде чем промокнем до нитки. С этим было сложно спорить. Под конец они практически бежали. Дождь лил сплошной стеной, создавая шум, схожий с барабанной дробью. – Грейнджер меня убьет, – даже в голове Поттера голос Драко звучал с легкой отдышкой. – За что? – ну, конечно, Поттеру с его физ. подготовкой их пробежка была, как два пальца обоссать. Драко мельком взглянул на его прилипшую футболку. Ладно… Стоило взглянуть на нее позже. – За непредусмотрительность. Все-таки, Поттер пару дней провалялся на койке, а до этого чуть не помер. Вряд ли его организм сейчас говорит ему спасибо за такие «прогулки». – Забей, – весело ответил Гарри. Боже, наконец, они забежали под мост. – Ну, естественно, – Малфой уперся руками в колени в попытке отдышаться. Можно было бы списать нехватку воздуха на излишнее потребление сигарет, но пфф… Ни один уважающий себя курильщик на полном серьезе никогда не признает этого. – Как все запущено, – наблюдая за ним, протянул Поттер, – возможно, тебе стоит поменьше курить. Драко выпрямился и с раздражением посмотрел на него. Но ебвашумать. Все комментарии вылетели прочь из его блондинистой головы. Как же Поттер был хорош в этой мокрой футболке. Рубашка же Драко очень неприятно липла к телу. Но он был готов подвергнуться любому дискомфорту ради такого зрелища. – Потт…Гарри. – Да? – брюнет снял очки, протирая их краешком майки. Он подслеповато щурился, смотря на Малфоя. – Вторник. Семь вечера. У тебя? – Эм, да-да, - ответил Поттер, - если ты не… Не успел он договорить и водрузить очки на нос, его руку остановили длинные пальцы. Другой рукой Драко откинул с его лба черные вихри, оголяя легендарный, еле заметный шрам. Не ожидавший подобного выпада именно сейчас, Гарри замер. Его ярко зеленые, незащищенные стеклами, глаза, с живым интересом наблюдали за Малфоем. Тот, в свою очередь, нежно пригладил непослушные темные пряди, надавливая Поттеру на затылок. Гарри невольно опустил голову, позволяя им с Малфоем быть на одном уровне. Драко мягко посмотрел на него, после чего подался вперед. Их губы встретились в неторопливом поцелуе. Сначала он был похож на прошлый, такой же нежный и аккуратный, с постепенно нарастающей силой. Когда, наконец, их языки соприкоснулись, вдоль позвоночника каждого пробежал холодок, а внутри все мгновенно потеплело и перевернулось. Драко потянул Поттера за волосы, заставив того наклониться еще ниже. Теперь уже Гарри углубил поцелуй, сминая ткань промокшей насквозь малфоевской футболки. Возможно, он бы пошел дальше, но Драко отстранился так же резко, как и приблизился. У него в руке все еще были очки Поттера. – Да, – на выдохе сказал Гарри, – я понял, что ты не против. Малфой ухмыльнулся и аккуратно надел на него очки. Он вновь растрепал поттеровские вихри, из-за чего Гарри слегка зажмурился и улыбнулся. Они были до невозможности милы. – Спасибо тебе. – Если я сейчас спрошу «за что», ты ответишь мне? – За то, что у меня вряд ли бы хватило смелости сделать. Твоя гриффиндорская натура, как нельзя кстати пришлась к этой ситуации. – «Эта ситуация» - это наши…отношения? – с весельем в голосе спросил Гарри. – О, ты прекрасно понял, – не сдержав еще одной улыбки, ответил Драко. – Конечно, я тебя понял, – без какого-либо сарказма сказал Поттер. И это было действительно так. – Во вторник. – Да. – В семь. У меня. – Именно. Сколько раз мы еще это должны повторить? – А разве за каждое повторение не дается один поцелуй? Драко беззвучно рассмеялся и покачал головой. Теперь они имели право на такой глупый и беззаботный флирт. Это очень веселило. Особенно, слышать этот полу-флирт от Поттера. – Хорошего понемногу, – Малфой сделал шаг назад и игриво подмигнул, – До встречи. Он исчез в аппарационном вихре, оставляя Гарри с напрочь ошалевшим сердцем и неработающей головой. Поттер в жизни не был одновременно настолько сильно потерян, воодушевлен и счастлив, как сейчас.

***

В квартире было очень тихо. Эту оглушающую тишину нарушали едва уловимые удары настенных часов и дождя, который никак не хотел прекращаться. В комнатах царил полумрак от задернутых штор и затхлость. Стоило бы открыть окна, но сейчас это было бы крайне бесполезно, учитывая повышенную на улице влажность и ту духоту, которая могла проникнуть в квартиру. Сбросив с себя напускные храбрость и спокойствие, Драко словно в лихорадке провел рукой по лицу. Все хорошо. Все, правда, хорошо. Он стоял истуканом посреди прихожей. Серые глаза судорожно бегали, будто бы что-то ища в интерьере скудно обставленного жилища. Сумка лежала на полу, а промокшая одежда все еще неприятно липла к телу, заставляя блондина немного подрагивать. Наконец, Малфой прошел на кухню, призывая пачку сигарет из валявшейся сумки. Ему нужно подумать. Подумать о том, как и когда сказать Поттеру об их связи. Если уж он не удосужился сделать это сейчас, необходимо найти или подготовить максимально подходящий и правильный момент. – Блядь, – на выдохе, еле слышно выругался Драко. Он поджал к груди колени и сокрушенно опустил голову. Да, лечение Мелтона дает свои плоды. Пускай Малфой сейчас и тратит их на подобные высказывания. Как все по-ублюдски получается. В свои двадцать три года он совершает абсолютно неправильные и нелогичные поступки. И самое главное, делает все это совершенно осознанно, с полным пониманием того, что дальше этот снежный ком будет только нарастать. Не сказать, что Драко раздувает из мухи слона. С одной стороны, какая разница? Ну расскажет он Поттеру обо всем чуть позже? Разница не будет столь колоссальной. С другой стороны, Малфой намеренно врал ему. Он позволял себе злиться на Поттера, который, рассказывая о своих прошлых отношениях, понятия не имел об их связи. И только его, черт пойми откуда, взявшаяся симпатия к Драко, заверила последнего, что все не так уж и плохо и стоило бы оставить уничижительные мысли и страхи в прошлом. И позволить себе любить. И позволить любить себя. И насколько же все усложняет такое мелкое, трусливое и жалкое вранье. Аргументировать свои действия (или бездействия) наличием болезни и бедами с башкой казалось ему сейчас мерзким. Он больше не видел в своем недуге что-то, чем он мог бы оправдать себя. Учитывая тот факт, что он мог бы просто показать свою метку. Одновременно с этим, он был так благодарен Гарри. Сжигая сигарету за сигаретой, Драко перебирал в памяти моменты, связанные с появлением в его жизни Поттера. И как же сильно изменилась жизнь и он сам. Раньше, его мысли напоминали туман, в котором вспышками загорались самые страшные кошмары. Будто бы в болоте, он увязал в инертности и серости жизни, постепенно теряя к ней интерес и вкус, запуская себя и свое здоровье. И можно со всей уверенностью утверждать, что дальше было бы только хуже. И как получается странно, что с приходом только одного человека, беспросветная, окутанная тягучим мраком, жизнь, преображается. И этот мрак постепенно исчезает под яркими проблесками надежды и заботы, которые исходят от пришедшего. И вместе тем, у тебя появляются силы, чтобы отдавать что-то в ответ. Докуривая уже четвертую сигарету, Драко ощутил острую необходимость поговорить с кем-то. Не сказать, что вариантов у него было много, собственно, именно поэтому он решился на внеплановый визит к Мелтону завтра (в понедельник). Он очень надеялся, что Алек сможет уделить ему хотя бы несколько минут. Драко нуждался в чем-то похожем на совет, или какую-никакую оценку его действий со стороны. Может быть, его травмированное сознание не позволяло ему найти другие пути решения и спокойствия в данном вопросе. Малфой, как и любой другой человек в его ситуации (ну или в похожей), хотел поговорить с кем-то, кто умеет слушать.

***

Стараясь не обращать внимания, на сопутствующие взгляды редких пациентов и целителей, что до сих пор преследовали его каждый поход в Мунго, Драко практически бегом направился к лифту. Предупредив мистера Джерома, что, вероятно, он задержится после обеда, Малфой мог не беспокоиться о количестве времени, потраченного на беседу с Алеком. Если тот вообще сможет его принять. К счастью, в лифте он ехал в полнейшем одиночестве. Весь оставшийся вчерашний день Малфой выстраивал у себя в голове план его разговора с Мелтоном. Этот разговор, естественно выходил бы за рамки их привычных встреч, поэтому Драко сам старался придать своим мыслям более-менее четкую форму. Подойдя к двери кабинета Алека, Драко несколько секунд стоял, прислушавшись, в попытке распознать какие-то звуки, указывающее на то, что сейчас мужчина занят. Хотя, скорее всего, на кабинет наложены Заглушающие, что вполне соответствовало политике конфиденциальности при такой работе. Малфой как-то об этом не подумал. Черт с ним. Драко постучал в дверь с до боли знакомой табличкой и сделал шаг назад. Через несколько секунд перед ним на пороге оказался мужчина в еще одном из своих цветастых костюмов. На этот раз песочного цвета. – Драко? – искренне удивился мужчина, – что-то случилось? Малфой осторожно кивнул и взглядом спросил разрешения пройти в кабинет. – Конечно-конечно. Заходи, – открывая дверь шире, чтобы пропустить парня, ответил Алек. Драко привычно восстановил связь. Сейчас ему было удобнее общаться через нее, а не выдавливать из себя какие-то звуки, через раз напоминающие слова. – Здравствуйте. – Здравствуй. Проходи, – целитель кивнул в сторону кресла. – Это что-то вроде внепланового сеанса, – сбрасывая сумку на пол и устраиваясь поудобнее, ответил Малфой, – я вас не отвлекаю? – Следующий сеанс ожидается через пару часов, так что, думаю, по времени мы уложимся, – присаживаясь напротив парня, сказал мужчина. Что ж. Начинай, Драко. Тебе нужно поговорить с кем-то, иначе тревога сожрет тебя изнутри. – Я нуждаюсь в совете. Я понимаю, что вы мой целитель и… наши прошлые встречи несколько отличались от того, что сейчас будет. Просто… мне нужно понять и услышать мнение со стороны. И понять, почему я так поступаю и поступал. И что мне дальше делать, – практически взахлеб произнес блондин, – я сейчас будто в каком-то пограничном состоянии. С одной стороны, я безмерно счастлив, а с другой, до смерти напуган. Мужчина внимательно оглядел Малфоя и произнес: – Я тебя слушаю, Драко. И Малфой вывалил на него все. Практически все. Естественно, не раскрывая личности своего соулмейта. Он рассказал о моменте, когда увидел надпись, сидя в камере Азкабана, какое равнодушие и, вместе с тем, какую горечь испытывал тогда. Рассказал о первой встрече с Поттером (не обозначая имени), как тяжело она далась ему, и как он не мог уложить у себя в голове факт его появления. Драко рассказал о том, что знал этого человека много лет. Что они были по разные стороны баррикад во время войны. И это была одна из причин, почему ему долго не верилось, что именно этот человек является его родственной душой. Он говорил, как задыхался только от одной мысли о том, что он все узнает. Малфой поведал об их сближении, их встречах, как этот человек настаивал на его лечении (на этом моменте Мелтон еле заметно вскинул брови, но продолжил слушать, не перебивая). Как постепенно Драко начал чувствовать нечто большее, непохожее на обычное приятельство. И как он испытывал все тот же страх и неприятие по отношению к себе и своим зарождающимся чувствам. А что еще хуже, сейчас, когда его чувства оказались взаимны, он не понимает, что делать дальше, ведь выходило так, что с самого начала он врал и продолжает врать. – Чего именно ты боишься, Драко? – наконец, подал голос Алек, – того, что этот человек откажется от тебя, как только узнает правду? Малфой нервно потер руки. – Да. Я боюсь, что буду выглядеть как тот, кто обманывал его с самого начала. Нагло врал каждую встречу. Я боюсь, что он может счесть это какой-то манипуляцией или чем-то еще мерзким и низким. Ненастоящим. – Но это противоречит сути магии родственных душ, – возразил ему мужчина, – ведь его слова написаны на твоем теле, верно? Драко кивнул. – Ты видел то, что написано на нем? – Нет. И из-за этого у меня также были сомнения. – Ты думал, что на тебе есть его метка, а на нем твоей нет? Малфой еще раз кивнул. Мужчина тяжело вздохнул и поджал губы. Он покачал головой и сказал: – Драко, магия не работает так. Если его надпись есть на твоем теле, с вероятностью девяносто девять процентов он имеет метку, имеющую полное отношение к тебе. Это абсолютный закон. – Но я ни разу не говорил с ним. – Значит, все впереди, – спокойно ответил Алек. – Но у меня не укладывается в голове. Когда я смогу полноценно говорить, я понятия не имею, что смогу сказать ему. Что если это будет не та фраза или… не знаю. Я не понимаю, как это может работать в моем случае, – с самым растерянным и несчастным видом произнес блондин. – Тебе не следует волноваться об этом так сильно. Малфой нервно повел плечом в явном несогласии. – Драко, если этот человек действительно любит тебя, а послушав все, что ты мне только что поведал, я верю, что это действительно так, он не откажется. Я понимаю твои сомнения и почему они возникли. Но, послушай, – Мелтон на секунду запнулся, подбирая слова, – то, что сделал этот человек и то, что благодаря ему ты оказался здесь, смог позаботиться о себе и встать на путь выздоровления. То, что ты больше не уничтожаешь себя и начинаешь жить. Жить, практически не оглядываясь на прошлое, это о многом говорит. Ведь в этом вся суть. Чувствовать себя живым и цельным, благодаря другому человеку, который был уготован тебе судьбой. Это действительно дар магии, который стоит беречь. – Но… – Драко. Ты счастлив, когда находишься рядом с этим человеком? – Да. – Ты чувствуешь заботу, единение, понимание и умиротворение? – Вроде..., – Драко стало очень неловко от этого вопроса. – Значит, это ответ на твои вопросы и сомнения. Да, несомненно ты должен в самое ближайшее время рассказать о вашей связи. Но расскажи это так же, как и мне. Без утайки и страха, что тебя не поймут. Это самое верное, что ты можешь сделать. В кабинете повисло молчание. Малфой переваривал все слова, сказанные Алеком. Он прав. Мужчина говорил самые простые и очевидные истины, к которым Драко мог бы прийти и сам. Но, видимо, иногда нам действительно нужно, чтобы кто-то со стороны все разжевал и распределил по полочкам. – Я добавлю еще кое-что. – Да? – Если, все-таки, этот человек отреагирует на твое признание не так… мягко, как бы тебе хотелось. Отнесись с пониманием к нему. – А если он не захочет больше меня видеть? – Тогда дай ему время. У тебя оно было, – ответил с улыбкой целитель, – и старайся не забывать о том, что ты уже можешь говорить.

***

Вернувшись домой, Гарри понял, что его просто распирает изнутри от всего произошедшего. И если он сейчас не поделится с кем-нибудь (с Роном и Гермионой), то его просто разорвет. В каком-то нервном возбуждении он ходил по гостиной туда-сюда, прокручивая в голове события сегодняшнего утра-обеда. Боже мой. Он целовался с Драко-мать-его-с-Малфоем. И Драко ответил ему. И был совсем не против. И это было так странно и невероятно, что в его лохматой голове просто не укладывался этот факт. Да, если раньше на горизонте будто бы в тумане маячила перспектива их дальнейшего сближения, являя собой довольно хрупкую субстанцию, то сейчас, столкнувшись с реалиями (весьма приятными), Поттер понятия не имел, как быть дальше. Окей, нет. Он понимал. Примерно понимал. Как обычно там поступают во время начала отношений, он знал и на собственном опыте. Но ебвашумать. Это ведь все равно был Драко. Весь из себя такой красивый, пронизывающий и крайне непростой. А еще противоречивый и иногда непредсказуемый. Как сегодня, например. Гарри мешком сел на диван и зарылся руками в непослушные пряди. Мысли предательски начали возвращаться к его блядской метке на лопатке. Боже, Гарри теперь ненавидел ее. Будто бы она являлась какой-то невидимой преградой к его абсолютному счастью. Не в силах больше оставаться наедине, Поттер отправился к друзьям. Предусмотрительно высушив заклятием одежду, после их с Драко прогулки. Поттер перешагнул через камин, через несколько секунд являя себя дому четы Уизли-Грейнджер. Со стороны кухни слышался грохот посуды и тихие разговоры ребят. – Рон, Гермиона, – прикрикнул он, предупреждая о своем появлении. – Мы здесь, – ожидаемо послышался ответ Рона, и Гарри в нетерпении прошел на кухню. Друзья сидели за кухонным столом, из их тарелок пахло чем-то вкусным и домашним. Вероятно, Молли снова снабдила их своей едой. – Мы как раз обедаем, будешь? – спросила девушка. Только сейчас Поттер понял, что не прочь перекусить. – Я очень вовремя, – усмехнулся он. – Тогда, возьми тарелку и накладывай, – ответила Гермиона и вернулась к своему супу. – Герм сказала, что у тебя был Малфой, – с ехидной интонацией сказал рыжий. – Был, – накладывая себе горячее, ответил Гарри. – Как погуляли? – поинтересовалась подруга. Рон удивленно вскинул брови. – Я отправила их подышать свежим воздухом. – Это такой новый метод лечения? – скептично уточнил Уизли. – Нет, это способ помочь Гарри подкатить к Малфою, – невозмутимо ответила девушка. – О, вы не поверите, – подал голос Поттер. – Что? – одновременно спросили ребята. – Короче, – усаживаясь за стол третьим начал Гарри, – мы целовались. – УЖЕ? – воскликнул Уизли. – А ты времени зря не терял, я вижу, – пробормотала девушка. – Это случилось спонтанно. – Спонтанно? Насколько спонтанно? В какой момент ты осознал, что твои губы встретились с его? – в какой-то слишком серьезной манере спросила Грейнджер. Рон скривился. – Можно было не уточнять. Поттеру тоже стало очень неловко, но он все-таки рассказал о произошедшем, отрываясь только на еду Молли Уизли. – И что теперь? Вы типа парочка? – закончив со своими отбивными, спросил рыжий, – что насчет ваших меток? – Ты заметил, что в своем рассказе я всячески опускал эту тему? Точнее, вообще ее не поднимал, – с раздражением сказал Поттер. – Да, но ее невозможно игнорировать, ты ведь понимаешь. Гарри пожал плечами. – Я просто…, – в поиске подходящих слов он развел руками, – просто… ощутил, что мне не так одиноко рядом с ним. И мне хорошо и комфортно. Друзья тут же переглянулись и посмотрели на него с большим сочувствием. – Ой, блядь, прекратите, – Поттера передернуло. – Гарри, мы понимаем, что тебе было тяжело все эти годы, но…– начала девушка. – Прекратите. Он пришел поделиться с ними хорошими новостями, а не выслушивать речи, пропитанные жалостью. Гарри прекрасно знал, что они могут сказать. И он слышал это на протяжении нескольких лет. – Окей, – нарушил затянувшееся молчание Рон, – что планируете делать? Переходить на следующий этап? – Следующий этап? – переспросил брюнет. – Ну, знаешь. Когда два человека сильно-сильно любят друг друга, они… – Я не ханжа, но мне кажется, что об этом еще рано говорить, – подала голос Грейнджер. – Ой, да ладно. Они морозятся уже столько времени. Я почти уверен, что ты, Гарри, не все еще нам рассказал. – Чтоо??? Бред. Я сейчас первым делом, пошел к вам, – возразил Поттер. – Конечно, – состроив невинную мину, ответил Уизли, – окей, тогда что? – Он придет ко мне на ужин послезавтра. – Вот и я о том же, – не унимался Рон, – Гарри, ты хоть цветы не забудь. – Рональд, хватит стебать его, – наконец, Гермиона встала на защиту несчастного Поттера. – А вы думали, что я не буду шутить об этом? – У Гарри душа не на месте, мог бы и подождать немного. – Да, а я все еще здесь, – пробурчал брюнет. – Ладно-ладно, – Уизли в примирительном жесте поднял руки, – вероятно, я до конца жизни буду повторять: «это же Малфой». – Гарри, не слушай его. Я вот рада за тебя… – Большое спасибо, – искренне поблагодарил подругу Поттер. – Только вот действительно, стоило бы решить проблему с вашими метками. – Непременно. Но решать эту проблему я буду по мере поступления. – ГАРРИ! – неожиданно воскликнул Рон. – Что?! – Когда вы будете заниматься сексом, он увидит твою метку, а ты его, – с серьезным видом сказал он. – О, – как будто бы что-то осознав, вскинула голову Грейнджер, – это могло бы разрешить все куда быстрее. – Можно мы пока не будем это обсуждать? – взмолился Поттер. – Не будь ханжой, – отрезала девушка, от чего лицо брюнета вытянулось, – Рон дело говорит. Уизли довольно заулыбался. Конечно, его похвалила Гермиона (!). – Сойдемся пока на том, что во вторник это будет просто ужин. Я действительно планирую просто ужин. – Но вы проводили так время уйму раз, – вставил рыжий. – В этот раз все будет по-другому. – Потому что вы потрахаетесь. У Гарри уже начал дергаться глаз. – Это. Просто. Ужин, – проскрежетал он, – и я хотел бы посоветоваться с вами насчет того, что я могу сделать. – Хорошенько оттрахать Малфоя, конечно, – Рона уже просто распирало от смеха. – Господи помоги, – пробормотал Поттер, в сотый раз краснея. Он бросил молящий взгляд на Гермиону, но та, будто бы была полностью солидарна с рыжим. Неудивительно. – Я могу посоветовать классический вариант. С хорошей едой, каким-нибудь фильмом, вином и туманным продолжением, которое полностью зависит от тебя, Гарри, – сказала девушка. – И ты туда же. Но тебе не кажется, что первая часть слишком… обычна? – Ну, так в принципе, выглядят многие свидания, которые проходят дома. Конечно, вы можете поговорить, но, опять же, не думаю, что это будет сильно отличаться от вашего обычного времяпрепровождения. – Возможно, мы снова будем целоваться, – смело предположил Поттер. – О, я не сомневаюсь, – шутливо сказал Рон. – Ладно. У меня впереди есть практически два дня. Уж что-нибудь, я придумаю, – вздохнул брюнет. – Если что, мы всегда готовы помочь, – сообщила Грейнджер. – Нет-нет-нет. Я сам. Но спасибо, что выслушали. Если честно, изначально Гарри не хотел следовать совету Гермионы и устраивать все настолько прозаично. Но, размышляя над вариантами их досуга весь понедельник (у него все еще оставалось три дня до конца больничного), он не смог выдавить из себя более приемлемый вариант. Ладно, вообще-то мог. По большей части Гарри мог быть инициатором и генератором идей для активного времяпрепровождения. Здесь был простор для его фантазии. Но отменять намеченное, Гарри не решился. Возможно, в голове действительно маячила мысль о том, о чем говорил Рон (да, сейчас Гарри слегка превратился в ханжу, не упоминая секс, будто бы тот был Волдемортом), но Поттер пока не мог себе представить этого. Ладно, он пиздел. Конечно, мог. Он нормальный здоровый парень. Просто он искренне не хотел спешить в этом деле. Да и понятия не имел, как на такое быстрое сближение мог бы отреагировать Драко. Во вторник днем он специально отправился в огромный маггловский супермаркет. Боже, он никогда не тратил на поход в магазин больше получаса. Сейчас он провел там не меньше трех. Гарри слонялся от стеллажа к стеллажу: сначала он решил приготовить пиццу, Поттер взял все нужные ингредиенты, но затем понял, что пиццу они уже ели и пришлось все возвращать обратно. Потом он решился на спагетти, снова взял все нужное, но в последний момент передумал. Затем он стоял в мясном отделе около сорока минут, выбирая, что бы он мог запечь, потушить или пожарить. В итоге не выбрал нихуя, потому что снова передумал. Гарри направился к овощам, где, о чудо, смог что-то выбрать. По правде, он просто взял всего понемногу, в надежде, что хоть что-нибудь определенно ему пригодится. В голове мелькнула мысль о лазанье, Гарри даже взял нужные пласты теста и фарш, но потом передумал, потому что на лазанью у него не было настроения. Вообще, он мог бы не париться насчет ужина так сильно, учитывая пищевые привычки Малфоя. А это легкие перекусы с кофеином, наперевес с сигаретами. Но нет. Гарри хотел, чтобы все прошло идеально. В конце концов, он сам пригласил Драко к себе. Боже, а он ведь еще не начал выбирать алкоголь ( куда же без него). Здесь все было куда сложнее, потому что Гарри вообще не разбирался в этом. Кулинарные шоу не давали таких знаний, что, кстати, было их большим упущением. Стоя у стеллажей с бесчисленным количеством бутылок. Виски? Нет, слишком крепко. Можно было бы сделать какой-то коктейль? Мерлин, почему нет программ для начинающих барменов? Гарри бы с удовольствием посмотрел. Пиво? Отметается к чертям. Бренди? Джин? Аналогично с виски. Окей, вино. Самый беспроигрышный вариант. Дело за малым, выбрать нужный вариант: красное или белое, сухое, полусладкое или сладкое. С каждой минутой, лицо Поттера походило на лицо контуженного. А ему еще нужно выбрать, что приготовить, ведь каждое вино должно подходить под определенное блюдо (да, это он знал, спасибо большое Гермионе). Как уже говорилось, спустя три часа, Поттер сделал выбор в пользу красного сухого, куска говядины, который потом превратится в стейк (выбор был сделан все-таки в пользу мяса) и гарнир в виде салата. Можно даже сказать, что идеально. Если это было свидание (да, у Гарри были сомнения по этому поводу), нужно сделать что-то романтичное? Свечи шли нахуй, потому что это тупо и можно вполне неплохо сидеть с включенным светом, а не в полутьме с риском возникновения пожара. И они волшебники, ничто не мешает им наколдовать Люмос. Музыка? Учитывая, что вся его romantic collection состояла из Элтона Джона, вариант был неплохой. Здесь он решил ориентироваться по ситуации. Самое интересное. Фильм. Ему нужно выбрать, что они будут смотреть. Поттер мысленно прошелся по всем известным ему жанрам. Ужасы – нахуй. Триллеры и сопутствующие поджанры – к черту. Романтические фильмы – под большим вопросом. Драко не выглядит, как человек, которому нравится подобное. Да и он никогда не смотрел с Драко ничего, кроме того кулинарного шоу. Вообще, ему сейчас казалось крайне глупо искать что-то для просмотра, учитывая, что он вообще не сможет уделить ему внимание. Гарри просто знал это. Возможно, стоило просто выбрать несколько картин и если ситуация будет к этому располагать, предложить просмотр. Но Поттеру казалось, что до этого не дойдет. Они уже взрослые, они не будут смотреть фильм. Они будут целоваться и… так далее. (Именно это звучит очень по-детски). В конце концов, в магазине проката, Гарри выбрал несколько кинолент, разных жанров и разных годов выпуска. Просто на всякий случай. Просто на всякий случай взял двенадцать фильмов. Когда он вернулся домой, на часах было практически пять часов вечера. У него оставалось чуть больше двух часов. А ему предстояло еще приготовить все, хоть немного прибраться (хотя бы для приличия) и переодеться. Боже, он в жизни не думал, что настолько сильно будет переживать еще и за свой внешний вид. Гарри мельком взглянул на себя в зеркало. Он неловко пригладил торчащие во все стороны волосы, но, естественно, никаких плодов сие действие не дало. Ему просто стоило хотя бы сменить футболку на более свежую и джинсы на менее старые. И на том, как говорится, спасибо. За пятнадцать минут до назначенного времени, Поттер, как хозяюшка на выданье, стоял посреди кухни, с закинутым на плечо полотенцем, нарезая немудреный салат из овощей. Он нервно стучал ногой в такт песне, исходящей из магнитофона, время от времени наклоняясь к духовке, чтобы на взгляд определить готовность стейка (сомнительный способ). Вино уже покоилось на столе вместе со всеми приборами. За десять минут до назначенного времени, он вбежал в спальню, на ходу скидывая с себя насквозь пропитанную запахом мяса, одежду, судорожно ища более-менее подходящий образ. Ненавязчивое. Простое. Но так, чтобы было видно, что он старался. Но не сильно. Его выбор пал на темно-синий джемпер, рукава которого он закатал до локтей и темные джинсы. Гарри попытался придать своим волосам образ творческого беспорядка, но сделал только хуже, поэтому с горем пополам вернул прическу в первоначальное состояние. Хрен с ними с волосами. Мерлин, Поттер даже воспользовался парфюмом, флакончик которого уже покрылся пылью (что говорит о его нечастом использовании). Он критично осмотрел спальню, в которой прибраться так и не успел, хотя, она ведь не понадобится ему сегодня… Поттер одернул себя и вышел, аккуратно закрывая дверь. До лучших времен, так сказать. За минуту до назначенного времени духовка была открыта, нарезанные овощи перекочевали в миску, а штопор предусмотрительно лежал у бутылки. Гарри громко вздохнул, удовлетворенно оглядывая плоды своего труда. В общем и целом, неплохо. В ту же секунду в дверь постучали.

***

Драко вновь стоял у шкафа, прокручивая в голове всем давно известный вопрос: Что надеть? Он столько раз им задавался, идя на встречу с Поттером, что к концу уже на автомате надевал давно одобренные самим собой образы. Но сейчас-то все было по-другому. Это было…свидание? Ужин. Ужин в совсем не дружеской обстановке. Вероятно, с некоторой физической близостью. – Боже, – практически простонал он, – это какой-то пиздец… Да, вслух матерился он отменно. Правда, с Поттером планировал говорить все равно с помощью магии. В конце концов, выбор его пал на черные классические брюки и свободную зеленую рубашку. Драко пригладил волосы, для смелости (или от нервов) покурил, попил воды (потому что во рту пересохло), в который раз подумал о том, что стоит купить что-нибудь по дороге, но в который раз отговорил себя от этой идеи, ориентируясь на слова Гарри, что тот приготовит все сам. Окей. Он понятия не имеет, как все это будет выглядеть. Как он скажет Поттеру об их связи. Чем вообще они будут заниматься и чем все это закончится. Ему уже просто интересно, что будет дальше. Малфой стоял напротив знакомого крыльца уже шесть минут. Примерно. Он пришел за восемь минут до назначенного времени и тупо пялился то на дверь, то на окна поттеровского дома, то себе под ноги, повторяя, как мантру, слова о том, что все будет хорошо. Незаметно наколдовав Темпус, Драко был приятно удивлен, что у него была еще целая минута. Он медленно подошел к двери, поправил сумку, в очередной раз одернул рубашку, пригладил брюки, выдохнул на раз-два и постучал. Дверь открылась если не моментально, то очень и очень быстро, являя собой лохматую голову и смущенную рожу. – Приветик, – не в силах сдерживать себя, заулыбался брюнет, – проходи. Драко ответил ему мягкой улыбкой и кивнул в знак приветствия. У них вышла секундная заминка, видимо оба порывались что-то сделать (обнять, пожать руку, поцеловать, наброситься, черт их разберет), но, в конце концов, Малфой просто аккуратно протиснулся в дверной проем. Пока Драко снимал с себя кроссовки, у Гарри что-то перемкнуло и он начал говорить. Очень много говорить. – Знаешь, я сначала думал, что приготовить. Сам понимаешь, пиццу мы уже ели, а спагетти, как то совсем уж обыденно, поэтому я думаю, ты не против стейка? Поверь, я прекрасно умею готовить стейки, им как-то посвятили целых три программы, поэтому не переживай. Если там и есть кровь, то совсем немного. Не знаю, тошнит ли тебя от вида крови, но кажется, не должно, но по запаху ощущается, как что-то очень вкусное. Еще я думаю, ты будешь не против вина? Мы с тобой уже его пили, но на этот раз я взял другое. Сухое. Я точно знаю, что оно отлично подходит к стейкам. Кстати, если что, есть еще салат, не думаю, что ты привык к такой тяжелой пище, поэтому можем начать с него, как тебе будет удобнее, – Гарри на секунду перевел дыхание и продолжил, – тебе идет эта рубашка, кстати. Знаешь, давно хотел сказать, мне нравится, как ты выглядишь. С каждой фразой Драко улыбался все шире и шире. Гарри продолжал еще что-то говорить про какие-то кассеты, про Уизли с Грейнджер, про то, что у него больничный заканчивается завтра, а Драко не мог отвести от него взгляда. Они, кстати, все еще стояли посреди поттеровской прихожей. Драко с теплом и нежностью смотрел на такого милого и непривычно суетного Поттера, которому так шел этот синий джемпер с его закатанными рукавами. И эти его вечно торчащие волосы, и круглые очки, и красивые руки. Малфой в какой-то момент будто бы сам состоял из одного сплошного куска ваты, слушая голос Гарри будто бы уже издалека. Это было очень такое замечательное и всепоглощающее чувство, которое так сложно описать. Когда ты смотришь на человека и не можешь понять, как ты можешь быть таким? Таким невероятным. И таким своим. – Драко? – кажется, Гарри уже закончил свой монолог и теперь смотрел на прибалдевшее лицо блондина, – все нормально? Малфой заторможено кивнул. – Тогда пойдем? Драко еще раз кивнул. Поттер ухмыльнулся, осматривая Малфоя с головы до ног внимательным взглядом. Он развернулся и уже направился на кухню, параллельно начиная говорить о марке купленного им вина, но… Но Малфой, весь преисполненный невыносимо щемящей нежностью и любовью, очень тихо, практически шепотом сказал ему вслед: – Ты лучшее, что есть в моей жизни. Вмиг весь воздух вокруг них будто бы наэлектризовался. Гарри резко замолчал и остановился. И ему казалось, что его сердце сейчас остановилось вместе с ним. И весь дом сузился до каких-то ничтожных размеров. И внутри все с оглушительным свистом оборвалось. Он с неверящим и диким взглядом медленно повернулся к Драко.