Крокусы на золотой луне

Лес проснулся. Милейшие почки потихонечку начинают проклёвываться на молоденьких ветках деревьев и кустарников, а каждая птичка считает своим долгом поделиться со всеми своей прекрасной песней. Хосок дышал полной грудью, наслаждаясь утренней свежестью, его волосы блестели на лучах пробивающегося солнца, от чего создавалось впечатление будто он сам являлся светилом этого леса. Они совсем недавно отправились в такой долгожданный, уже для обоих, путь и, хотя тётушка не смогла сдержать слёз, до самого последнего взгляда провожая их на крыльце, настроение было воодушевляющим. Чонгук, бегающий неподалёку, периодически кидал на него заинтересованные взгляды, не решая утолить своё любопытство. – Не бойся спрашивать всё, что тебя интересует, в любом случае тебе вряд ли удастся поставить меня в неловкое положение – с улыбкой произносит Хосок, наблюдая за споткнувшимся существом. – Хён, твои волосы и, кхм, пятно? Они с рождения? – аккуратно и полушепотом произнёс младший, искоса следя за реакцией собеседника. – На самом деле я не уверен? – как ни в чём небывало начал Хосок. – Тётушка рассказывала, что нашла меня лежащим в люльке после удара ярко-красной молнии, когда как возле меня находилось два бездыханных тела, возможно один из них был мой отец? В любом случае шрам и отходящее от него пятно на моём лбу, как и странная часть красных волос уже тогда были со мной. – Ты думаешь, что это может быть как-то связано с молнией? – Иногда я думал об этом, тётушка сказала, что один из мужчин держал в руке нож и именно его тело пронзила молния, может быть это он оставил тот самый шрам, за что был наказан самой природой? Ну, в независимости от этого, странная смесь красок на моей голове, переходящая в ту самую отметину, различные глаза, так сильно отличающиеся друг от друга по цвету, особенно бледно голубой, сделали своё дело и люди решили, что меня «покарали Боги», – Хосок немного вздыхает, обеими руками зачесывая волосы назад, но заметив обеспокоенный взгляд спокойно продолжил. – Но со мной была тётушка, она вырастила меня, воспитала и обучила, думаю, что единицы родителей в этом мире способны на то, что сделал она, о лучшем невозможно и мечтать. Самое главное, что я справился со всем, что подготовила мне жизнь и планирую продолжать делать это до самого конца. Атмосфера становится откровеннее, даже лес как будто стал тише, не решаясь нарушить столь чувственную обстановку. – Я думаю, что я другой, – неуверенно начал младший. – Ты как-то спросил меня, почему я не смог пройти обряд инициации. Последнее, что я видел перед тем, как упасть в обморок от удара - это лица лисов, которые всегда охраняли покои нашего вождя – Чонгук криво ухмыльнулся своим словам, остановившись на мгновение и подняв свой взор в серовато-голубое небо, с плавно текущими облаками. – Я всегда чувствовал себя лишним, они как будто сторонились меня? Всегда смотрели в след, и шептались, стоило только повернуться спиной. Лиса, которая воспитывала меня, каждый раз грустно улыбалась на мой вопрос: почему я так сильно выделяюсь среди вас? – Чонгук закончил свой рассказ хрипло прошептав последнюю фразу. Какое-то мгновение он стоял, грузно опустив голову вниз, словно вспоминая что-то, но, опомнившись, быстрее засеменил дальше. – Я очень рад, что нашёл тебя, Чонгук. В тот день я совершенно не планировал идти за аиром, однако какие-то неведомые силы повели меня в ту сторону, где ты лежал в собственной крови и грязи. То, что я услышал заставляет меня гордиться тобой. – Хосок нежно улыбается, на удивлённый взгляд обернувшегося лиса. – Ты очень сильный, Гук, то, что ты пережил в своём юном возрасте поражает меня до глубины души! Твой взгляд на вещи, твоя отвага и желание помочь, даже не смотря на сильные раны, которые мешали двигаться! Те лисы… Я уверен в том, что они пытались сделать это, потому что чувствовали в тебе эту мощнейшую силу, ты внушаешь её даже в этом маленьком облике. Оставшийся путь прошёл в тишине. Каждый, погруженный в собственные мысли, держал лёгкую улыбку на лице. Они абсолютно точно повстречали друг друга не спроста и оба осознали это, совсем не сопротивляясь дальнейшему будущему, которое их ждёт. Спустя пару часов, когда ноги Хосока начали немного гудеть от довольно долгой ходьбы, они решили сделать небольшой перерыв. Расположившись под кроной столетнего дуба и достав аккуратно упакованный перекус, который заботливо уложила в дорогу тётушка, начали спокойно есть, наслаждаясь окружающей их природой и приятной, греющей душу погодой. – Хён, а как долго нам нужно идти? – По моим подсчетам, если мы не собьемся с маршрута и не попадём в какую-нибудь неприятность, то полтора дня – проговорил Хосок, задумчиво покусывая нижнюю губу. – Это довольно быстро… Что представляет собой то место? Мне стоит чего-то остерегаться? –взволнованно продолжал младший, желая узнать подробности того, что его ждёт в недалёком будущем. – На самом деле… – уже было начал Хосок, погружаясь в воспоминания об одном из самых прекраснейших мест на планете, в его личном списке, как Чонгук резко подпрыгнул на лапы, вслушиваясь и гипнотизируя взглядом пространство перед собой. – Что случилось? – шёпотом спросил Хосок, боясь пошевелиться и глядя в ту же сторону, что и младший. – За нами следят, – со сталью в голосе, без единого намёка на страх, произнёс Чонгук, принюхиваясь к земле. – Их несколько, и они держат дистанцию, не похоже, что это местные жители, нам стоит поскорее собраться и скрыть твой запах, хён. – Мой запах? – уточняет Хосок, наскоро упаковывая продукты обратно, закидывая сумку на плечи. – Ты пахнешь необычно для этого места, не могу объяснить, но это очень сильно выдаёт, ты знаешь какие-нибудь травы с резким запахом? – Конечно, в этих местах как раз активно цветёт неопалимая купина. – Непа кто? – скривившись переспрашивает Чонгук. – Ясенец! Неопалимой купиной его прозвала тётушка, думаю, я смогу показать почему! – с огромным воодушевлением поговорил Хосок, ускоренным шагом направляясь в нужном направлении. Спустя пару минут им удается выйти на небольшую полянку, в тени деревьев которой, расположились небольшие кусты странных на вид цветов. Такая ярко-полосатая окраска не вызывала доверия, чем Чонгук и поспешил поделиться с Хосоком: – Хён, они выглядят подозрительно, ты уверен, что безопасно натирать им кожу? – Ты абсолютно прав, однако нам повезло и пасмурная погода, без прямых солнечных лучей играет нам на руку. Чонгук с сомнением поднимает свою лисью бровь, совершенно не понимая причём тут пасмурная погода, на что Хосок забавно хихикает. – На цветке и семенах ясенца содержится необычное вещество, которое при попадании на кожу человека вызывает волдыри, язвы, а позднее лопаются и могут привести к повышенной температуре. – Глаза Чонгука становятся блюдечками, после того, как Хосок со спокойнейшим лицом начинает натирать себя этими самыми цветками, хотя, только что сказал, что они опасны – Но Чонгук-и, помнишь, что я говорил до этого? Сейчас совершенно пасмурно и ни намёка на солнце! А это значит, что вещество не может проявить свои свойства, ведь оно действует только при соблюдении этих правил. Возможно, лис постарел на пару лет, но он никогда в этом не признается… – Хён, думаю хватит, я практически не чую тебя. – Отлично! А теперь я покажу тебе, почему тётушка прозвала его неопалимой купиной. – говорил Хосок, снимая сумку с плеч и доставая из маленького кармашка коробок со спичками. – Жалко, конечно, тратить спичку, однако каждый хотя бы раз в жизни должен это увидеть! – Именно с такими словами он поджигает спичу, поднося её прямиком к цветку, как оно тут же вспыхивает небольшим и мимолётным пламенем. – Ты видел?! Невероятно правда? А ведь это совершенно не принесло ему вреда! Вижу вопрос в твоих глазах, так происходит, потому что растение выделяет в небольшом количестве эфирные масла, которые очень легко поддаются возгоранию! Чонгук позволил улыбке растянуться на своей лисьей мордочке, видя обычно такого взрослого и серьёзного хёна, таким взбудораженным с детским восторгом на лице, словно ему только что подарили самый долгожданный подарок в его жизни. – Это было очень круто, хён! Но теперь нам пора идти дальше, те «гости» всё ещё где-то по близости, да и хотелось бы не сбиваться с установленного по времени плана. – Ты абсолютно прав, мой милый донсен – нежно произносит Хосок, вызывая громкое фырканье со стороны лиса. – Порой ты такой невыносимый, хён…

***

С каждым вздохом воздух всё сильнее обжигает лёгкие, хотя, казалось бы, разве может быть ещё больнее? Сил практически не осталось, зрение помутнело, перед глазами летают только серебряные вспышки света, отражающиеся от огромных и бесконечных сугробов снега. – Подожди… Подожди ещё немного, я почти, почти пришёл – шепчет Хосок гуда-то в пустоту уходящего леса. Каждое слово даётся с огромным усилием, сложно не то что говорить, невозможно нормально вздохнуть хотя бы один раз. Он знал и чувствовал всё с самого начала, но упорно продолжал делать вид, что в этот раз обойдётся и ему просто показалось. Чёртово ощущение безысходности и боли, огромной разрывающей боли, ещё больше усложняют движение, заставляя остановиться и перевести дыхание. Всего несколько секунд, и он продолжает бежать с новой силой. Сперва виднеются только капли крови, такой алой, что невольно задумываешься, точно ли это оно? То самое знамение огромной беды? Однако все мысли улетучиваются стоит только пройти немного дальше… Кровавые следы и уже явно не капли, а ручья той самой жидкости. – Боже мой! Как же тебя так угораздило, волчонок? – голосит Хосок, падая на колени перед таким могучим и невероятно красивым животным. Кто бы мог подумать, что такое невероятное существо, такого редкого окраса окажется окровавленным с ног до головы, умирающим от разрывающей его агонии. – Малыш, ты слышишь меня? Я здесь, я пришёл, ты только не сдавайся, не отпускай, ты такой сильный! – приговаривает Хосок, судорожно роясь в своей сумке, пытаясь найти всё необходимое, но как назло руки трясутся, без возможности схватиться хоть за что-нибудь. – Я могу помочь, пожалуйста, только не сдавайся! Молю тебя, только не сдавайся! – сумка отброшена в сторону, а руки зарываются в шерсть животному, которое когда-то было белоснежным и таким же красивым, как окружающая всё вокруг зима. Волк услышал, почувствовал, лёг на колени к солнцу или луне? – Волчонок – последнее, что вырывается из уст Хосока перед тем как с глаз срывается первая золотистая слеза. – Хён! Проснись, хён! – громкий голос как гром среди ясного неба, вырывает Хосока из пучины сна и воспоминаний. – Чонгук-и? Что случилось? – хрипел осипшим ото сна голосом Хосок, резко поднимаясь с земли, ощущая стреляющую боль, пронзившую всё тело. – Ты плачешь, хён! – взволнованно восклицает младший, нервно стуча хвостом по земле. – «Плачу? Я плачу?» – проскальзывает в его мыслях, пока рука на автомате стирает влажную дорожку с щёк. Золотые… – Не волнуйся Чонгук-и, это просто кошмар, ничего не случилось, – спокойно выдыхает Хосок, слабо улыбаясь и вытирая оставшуюся влагу с лица. – Уже светает? – Начало пару минут назад, ещё очень рано, ты можешь отдохнуть пару часов. – Не стоит, раз уж я проснулся, то нужно продолжить путь, в конце концов чем быстрее доберёмся, тем быстрее сможем хорошенечко отдохнуть. – Как скажешь. Хотя Хосок и был инициатором столь раннего подъема, но уставший от долгой ходьбы и неспокойного сна организм заставлял задуматься о правильности принятого им решения. Пока он аккуратно складывал плед, мозг все ещё упорно подсовывал картинки быстро уходящего из памяти сна: кровь, белоснежное существо, боль, волчонок… – Бр-р перестань, Хосок, тебе нужно двигаться дальше – передёрнулся молодой человек, зябко съежившись, словно от холода. И кто бы знал, что на самом деле означала эта вскользь кинутая фраза? – Чонгук-и, ты готов? Однако ответа не последовало, что заставило парня нахмуриться, отвлекаясь от сбора вещей, и начать озираться по сторонам в поиске маленького бурого лисёнка. – Чонгук? – снова тишина. Такое обстоятельство дел явно напрягало и заставляло кровь циркулировать по венам с удвоенной скоростью. – «Всё хорошо, он же только что был здесь, наверное, просто опять убежал чуть вперёд, учуяв запах малины» – мысленно успокаивал себя Хосок, внимательно сканируя окружающую обстановку. Он шёл дальше, перебирая в голове миллионы сценариев того, что могло произойти, вгоняя самого себя в тихий ужас, как в паре метров от него с характерным звуком захрустела сухая листва. С небывалой скоростью ниндзя, Хосок схватил первую попавшуюся палку, крепко сжимая её в руках, потихоньку семеня в сторону звука. Сердце стучит в горле, но он упорно продолжает идти и вот взяв всю свою волю в кулак он резко выпрыгивает из-за дерева, выставив руку с палкой на лежащего перед ним нечто… – Чонгук! – яростный крик разрастается по всеми лесу. Бедный лис прижимает свои уши к голове, не ожидая подобного выпада, а потом грозно шикает, заставляя замолчать. – Хён! Ты чего так орёшь!? – Ты ещё спрашиваешь?! Ушёл ни пойми куда, не предупредил, не отзываешься, я уже планировал могилу копать! О чём ты думал? – Прости, пожалуйста, нужно было сказать тебе, что я снова учуял запах этих чужаков и пошёл проверить насколько они близко – голос Гука звучал сожалеюще, но та сталь, которая проскользнула в нём, заставила опомниться и сосредоточиться на его словах. «Чужаки». – Я понял тебя. Пойдём нужно скорее идти дальше, мы уже достаточно близко к месту назначения, однако! В следующий раз обязательно говори мне сразу, моё сердце недолговечно – театрально вздыхает Хо, хватаясь за грудь, вызывая у младшего тихий смешок и подкат глаз от такой быстрой смены настроения. Нервы были на пределе, сначала сон, потом пропажа Чонгука, снова чужаки! Всё это явно пошатнуло психику старшего, от чего он не издавал ни звука, как будто потерял дар речи. Лис был максимально сосредоточен, в любой момент готовясь дать отпор или вовремя скрыться, ведь он был не один. Хён хоть и был старше, но что-то ему подсказывало, что столкнись они со стаей волков, он вряд ли смог бы что-нибудь сделать. Почему стая волков спросите вы? Да потому что Гук учуял их ещё тогда, как только они начали отходить от домика тётушки, эти глупые здоровяки только и делают, что хвастаются своими физическими способностями, готовые в любой момент доказать свою правоту на этот счёт. Да вот только в чём смысл, если Чонгук заметил огромное количество следов их лап везде где только можно было? Его лисьей смекалки не было равных, зачем кичиться своей силой, когда ты настолько глуп, что не сможешь даже заметить, как тебя обгонят на 4 шага вперёд? Пока Гук жил в поселении старейшины, он смог повидать множество противников, не веривших тому, что крошечный, «такой малюсенький и миленький лисёнок» может не только дать достойный отпор, но и победить в абсолютно не равной по весовой категории схватке. – Чонгук-и, мне кажется, что мы уже близко, припоминаю некоторые… – не успевает он договорить, как сзади слышится громкий рык, а его самого отталкивает на пару метров вперёд. – Не трожь! – с гортанным рыком предупреждает Чонгук, спиной приближаясь ближе к Хосоку. – Не лезь, малявка! – выкрикивают ему в ответ, весело скалясь, явно забавляясь с такой реакции. – Я предупредил, подойдёшь ещё хотя бы на шаг, и ты не уйдёшь от сюда здоровым. – Какие мы суровые, такой малыш и так громко рычит, но знаешь, что? Маленькие собачки вроде тебя только и могут, что гавкать – едко улыбается лис. О да… сомнений нет, абсолютно точно лис, только вот слишком большой для своего рода, больше смахивает на тех самых тупоголовых волков. Предупреждение Чонгука услышано не было и уже через пару мгновений лис вновь направлялся в их сторону, получая огромное удовольствие со сложившейся ситуации. Вот только он совсем не ожидал того, что уже через пару секунд на него накинется не маленький комочек коричневой шерсти, который был похож скорее на миниатюрного йорка, а здоровенный, необыкновенной красоты бурый лис, в разы крупнее его. – Чонгук, стой! – ультразвуком вопит Хосок, заставляя обоих лисов вздрогнуть от неожиданного звука. – Тэхён-а! Ну, что за шутки! Он же мог покалечить тебя! Разве так встречают друзей после долгой разлуки? – с пылающими щеками негодовал Хосок, оттягивая Чонгука в сторону, чтобы через мгновение самому начать колотить глупого рыжего лиса. – Ну, хён! Я был так рад тебя видеть! Учуял аж верст за 10 от деревни! Хотя и сомневался сначала, чем-то странным от тебя подванивает, – на секунду отвлёкся взбудораженный лис, погружаясь в воспоминания и кривясь от специфичного запаха. – Специально крался, чтобы неожиданно накинуться и зализать до смерти! А этот бешеный взял и всё испортил, так оттолкнул меня, что я опешил! – рыжик недовольно бубнил, наворачивая кругами и временами вскидывая голову на любимого хёна. – Ну это же надо было додуматься!? – Тэхён всё фырчал и фырчал, пока Хосок звонко не рассмеялся и не повалил его с медвежьими объятиями. – Я так рад тебя видеть! Ты так вырос, Тэхён-а! Такой большой и мужественный, я даже не признал тебя сразу, практически не скажешь, что когда-то ты был тем самым сорванцом, который мог бегать днями на пролёт, забалтывая меня своими рассказами, изумляясь с каждой необычной вещи вокруг. Как же быстро летит время… – Хён, почему ты так долго не навещал меня? А ведь я так скучал! – поскуливал рыжий лис, наворачивая круги уже вокруг сидящего на земле Хосока, периодически бодая того головой. – Прости, Тэ-Тэ, но у меня было столько дел, ты не представляешь, да и тётушка в последнее время совсем захворала, вся работа была на мне. Ну всё давай не будем о грустном! И точно! Чонгук-и, почему ты не говорил мне, что умеешь обращаться в такого огромного лиса? Чёрт, да ты даже больше Тэхёна! Да вот только по отстранённому взгляду младшего и его отсутствующему виду, вывод напрашивался сам за собой: – Ты не знал! – с огромным изумлением в голосе выкрикнул Хо, осторожно подходя к нему ближе. – Но как же так? Тётушка сказала, что та форма не была твоей постоянной, неужели ты можешь не только уменьшаться, но и становиться больше? – Я не знаю, хён… Я ничего о себе не знаю. Возникла режущая уши тишина, казалось даже природа прониклась окружающим чувством угнетения. Однако рыжего лиса это напрягало и с громким фырком он продолжил весело болтать: – Точно! Хоб-а, я успел предупредить матушку о твоём приходе, я уверен, что она уже во всю накрывает на стол, мы все по тебе очень сильно соскучились! Пойдём скорее! – радостно заявляет Тэхён рысцой направляясь в сторону поселения, но останавливается, повернув голову назад. – Эй, грозная очаровашка, тебя это тоже касается! Чонгук как будто оживает от такого наглого прозвища в свою сторону, недовольно вскидывая голову, всем видом показывая свою неприязнь. – Не смей называть меня так. На секунду Тэхён опешил от такого холодного голоса, который был словно пронизан сталью, он смотрел на то, как бурый лис поднимается на лапы, и его глаза так и искрятся молниями. – «Сильный…» – проносится у него в голове, наблюдая за такой картиной. – «Неужели…?» – Ну всё, ребят, пойдёмте, сегодняшний день слишком сильно богат на события и эмоции, думаю я буду не против послеобеденного сна, иначе свалюсь прямо у вас на глазах – Хосок вовремя прерывает их искромётные взгляды, он слишком утомился, чтобы терпеть их перепалки ещё какое-то время. – Не переживай хён, можешь падать прямо сейчас, самый сильный в мире лис, по имени Ким Тэхён с удовольствием довезёт тебя до дома на своей широкой и мускулистой спине! – он забавно улыбается своей лисьей улыбкой, так что видно острые клыки, выглядит невероятно комично. От такой картины Чонгук громко фыркает, язвительно скалясь, явно насмехаясь над его поведением. Хосок продолжает идти дальше, полностью игнорируя некую наэлектризованность воздуха.