Телеведущему доступно все.

В коридоре они простояли недолго и вскоре вышли со стадиона, направляясь к своим машинам. Сперва Лань Ванцзи, вынеся Вэй Ина из здания, аккуратно поставил того рядом с его машиной, но, к удивлению господина Лань, сильной радости на лице того не появилось. Улыбка наоборот сползла, представляя взору Лань Ванцзи обиженную гримасу. Он был в недоумении: неужели Вэй Ин недоволен тем, как его поставили?.. — Лань Чжань, ты что, после всех громких слов бросаешь меня? — он решил во что бы то ни стало добиться желаемого и наведаться домой к Лань Чжаню. — Вэй Ин? Бесстыдства Вэй Усяню было не занимать, а потому он продолжил: — Неужели ты не хочешь меня подвезти, накормить ужином, а потом… уложить спать в собственную постель? А, Лань Чжань? — Вэй Ин… — Ванцзи был слегка озадачен, ведь он сильно измотал Усяня и думал, что тот столь обижен именно из-за этого, но причина оказалась гораздо прозрачней предположений. — Я думал, ты не хочешь этого. — Не хочу? Конечно я хочу! О великий и прекрасный Лань Ванцзи, отвези своего парня домой, я так устал! — после этого он драматично упал прямо в руки Ванцзи, спиной облокотясь на его сильную грудь. Если уж играть, то играть на полную. Курсов по театральному искусству Вэй Ин не покупал, сей талант был дан ему природой, и, как ответственнейший человек, он зря растрачивать драгоценный дар не собирался. И сегодня был именно тот случай, когда надо показать миру все свои умения, накопленные за долгие годы. И если сначала Ванцзи зарделся от объявленного миру слова «парень», то теперь смущение сменилось волнением. — Вэй Ин! Что случилось? — воскликнул Ванцзи. Он встревожился не на шутку, в то время как его легкомысленный спутник лишь тихо захихикал. — Лачь Чжань, бери меня на руки и неси к машине. Как я уже упомянул, мои силы на сегодня иссякли, потому твоя первостепенная задача - заботиться обо мне. — Хорошо, — Ванцзи серьезно кивнул головой и уверенно поднял на руки любимого, направляясь в сторону собственной машины. Как и все в репертуаре семьи Лань та была белоснежной, без единой капли грязи. Когда они подошли к машине, Лань Ванцзи снова медленно поставил Вэй Ина на землю и, приоткрыв заднюю дверь, усадил того на пассажирское сиденье. Довольный донельзя Вэй Ин растянулся на мягких, обитых кожей, креслах и, тихо промычав что-то, прикрыл глаза. Лань Чжань без колебаний сел за водительское место, поворачивая ключ зажигания и, включив печку, тронулся. Несмотря на все, они ехали в благословенной тишине, и лишь тихое сопение Вэй Ина, да шум ночного Пекина разбавляли безмолвие в салоне. Когда они приехали, Лань Чжань, будучи теперь лицом, ответственным за жизнь безалаберного Усяня, познал на себе всю тягость его пробуждения. Он был в состоянии просто донести Вэй Ина, но тот отрезал все пути, сонно пинаясь в нежелании вставать с нагретого места. Лань Ванцзи мог спокойно схватить того в охапку и без промедлений донести до дома, но боялся ненароком навредить Усяню, а потому раз за разом проигрывал в несуразном поединке. Под конец его терпение иссякло и он исполнил задуманное, прижав к себе бурчащего Вэй Ина и занеся домой. Они быстро разулись, если пятнадцать минут для снятия обуви можно описать этим словом. Когда оба справились с этой задачей, Усянь лениво потащился на второй этаж большого дома, но Лань Ванцзи безапелляционно развернул его сторону ванной, взяв за руку и потащив внутрь. — Лань Чжань, отпусти! Я хочу спать, завтра помоюсь. — Нет. — Ну почему? — заныл Усянь. — Я не могу позволить тебе пренебречь собой. — Лань Чжань, ты настолько же романтичен, насколько бессердечен. — Я не бессердечен, — Лань Ванцзи и вправду не мог понять за что его обозвали таким нелицеприятным словом, но в данный момент слушать его Усянь не собирался. — Еще как бессердечен! А за такое нужно платить, — сколь сонный ни был бы Усянь, его актерские способности оттого не приуменьшились, а потому он продолжил, — и заплатишь ты тем, что помоешь меня! На лице хитреца расплылась довольная и наглая улыбка, а взор базальтовых глаз устремился прямо на собеседника. — Ты согласен на эту сделку? — его улыбка стала еще шире, а лицо медленно приблизилось к губам Лань Ванцзи с единственно очевидной целью. — Да, — без колебаний ответил Ванцзи и поцеловал Усяня, прижав того к себе. Вэй Ин полностью доверился ему, большего Лань Ванцзи и желать не смел. Они целовались, нежно прикусывая губы друг друга. Но поцелуй продолжался недолго и вскоре Вэй Ина уже усадили на бортик ванной, раздевая. — Лань Чжань, разве ты недостаточно мною насытился?.. — Вэй Ина охватило легкое волнение, прошедшееся мурашками по позвоночнику. — Вэй Ин, перестань заигрывать, я не железный, — хмурый взгляд устремился на по-детски ухмыльнувшегося Усяня, но сам Ванцзи не предпринял каких-либо непристойных действий. С серьезным лицом он продолжил расстегивать ширинку Вэй Усяня, будто то была молния на куртке. — А ты слов на ветер не бросаешь, — удостоверившись в своей безопасности на сегодняшнюю ночь Вэй Ин привстал, позволяя стянуть с себя брюки. Когда вода в ванной все же набралась, Вэй Ин без промедлений залез туда, испустив восхищенный вздох, вызванный невероятными ощущениями от горячей воды. Для столь уставшего человека это и правда было не менее, чем великой благосклонностью небес, подаривших миру ученых и сантехников. Лань Ванцзи, не теряя времени, тоже снял с себя большую часть одежды и, найдя гель с мочалкой, аккуратно вылил на нее средство, поднося к нежной коже груди Усяня. Он начал медленно, с небольшим нажимом, водить по ней, растирая напряженные мышцы, заставляя Вэй Ина чуть ли не мурлыкать от приятнейших ощущений. — Я жалею, что не знал тебя еще в детстве, тогда бы смог почувствовать все это гораздо раньше… Это так приятно, Лань Чжань, давай ты будешь мыть меня каждый вечер? — Вэй Ин приоткрыл глаза, повернув голову, чтобы посмотреть на Лань Ванцзи. — Мгм, — без раздумий кивнул тот. — Или давай мы будем вместе мыться? Как тебе идея? — Мгм. — А может купим пену для ванны и бомбочек? Знаешь, как это приятно, просто попробуй! — Вэй Усянь вошел в раж, но как бы ни были долги его речи и сколь бессмысленными они не казались, на все у Лань Ванцзи бы единый ответ — «мгм». Он был согласен купить бомбочек, пену, купить все торговые центры мира, самолеты, записать звезду на его имя, лишь бы улыбка никогда не сходила с нежных уст, всегда оставаясь той изюминкой, которая привлекала любого человека, заставляя восхищаться его харизмой. — Так подумать, ты вообще на все согласен, — Вэй Ин был немного недоволен, ему казалось, что Ванцзи его совершенно не слушает, а эти бесконечные «мгм» значат немногим больше нежели слова «замолчи наконец». — Да. — Что "да"? — недоумевал Вэй Ин. Он согласен даже бегать с ним по лужам и выпивать в три часа ночи в баре? Насколько же невероятно его терпение к нему? Да такие мысли смеху подобны… — Я согласен делать все, что не вредит тебе, — ответ снова был кристальнее чистейшего источника, как и глаза Ванцзи, сияющие теплым светом в уютном пространстве ванной комнаты. — Лань Чжань, ты играешь с огнем, — ухмыльнулся Усянь, — ты хоть знаешь, какие у меня желания? Может я захочу ночью украсть мотоцикл, ты тут же приедешь уговаривать меня не делать этого? А если захочу тебя прямо посреди соревнований? Ты прервешь их и посреди всего убежишь заниматься со мной любовью? — не веря в такой невероятный исход событий, Вэй Ин звонко рассмеялся, слегка расплескивая воду за бортики ванны. — Если смогу, — ответ Лань Ванцзи прервал заливающегося смехом Усяня, приводя в чувство. Вэй Ин посмотрел на него недоумевающим взглядом и еще около минуты не отводил глаз, проверяя, неужели то правда, неужели он получил вместо любимого человека, безмерно прекрасное, любящее его до гроба, божество. У него и в мечтах не было получить такой награды, да и было бы за что… Лишь спустя минуту гляделок он смог наконец осознать: это божество — его, этот невероятный человек рядом с ним, его слова искренни, а взгляд честен. Все происходящее - правда. — Лань Чжань, я люблю тебя. Я не знаю, как отплатить тебе за настоящее и будущее, но я знаю, что люблю тебя. Лань Чжань, Лань-эр-гэгэ, ты прекрасен, — в порыве чувственных речей он и не заметил, как глаза Ванцзи заслезились, а скулы напряглись. Пока Вэй Ин пытался выразить все, что тяготит сердце, губы его были захвачены нежным, донельзя приятным поцелуем, продолжающимся более получаса. К тому времени рты обоих онемели, но никто из них не желал останавливаться и прекращать действа. Спустя время они все же не выдержали и отстранились, смотря друг на друга помутневшими взглядами. — Тебе нужно вымыть голову, — хоть Ванцзи и желал продолжить начатое на стадионе, делом первостепенной важности для него была забота о Вэй Ине, и никакие собственные эгоистичные желания не могли сейчас сорвать благородные планы. — Ты же поможешь мне? — улыбнулся Вэй Ин, обхватывая шею любимого. — Мгм. Еще шире улыбнувшись, Вэй Усянь повернулся спиной к Ванцзи, расслабляясь во все еще теплой воде. Лань Ванцзи намочил уже влажные волосы Усяня и, аккуратно взяв шампунь, выдавил немного на руку, после чего стал массировать макушку любимого, вызывая у того неопределенные урчащие звуки. Массаж был невероятно приятен, будто Лань Чжань специально этому обучался в ожидании дня их встречи.

***

Прошло какое-то время и, открыв глаза, Вэй Ин понял, что заснул. На удивление, вода была все еще теплая, даже слегка горячая, а волосы чистые и немного подсохшие. До конца проснувшись он осознал, что вокруг его грудной клетки обвиты руки, голова Лань Ванцзи же благоговейно покоится на его плече. Лань Чжань спал. Его тихое размеренное дыхание приятно касалось уха и еще более успокаивало Усяня. Лань Ванцзи спал на его плече, доверчиво, словно маленький ребенок облокотившись на его спину. От этого сердце Вэй Ина сжалось от необъяснимых чувств. Доверие, любовь, счастье, все смешалось, рождая из себя поток теплых слез радости и умиротворения. Он мог бы лежать так до утра, в объятиях любимого, но все же Усянь в кои-то года воспользовался благоразумием, решив вернуться в спальню. Аккуратно сняв с себя руки Лань Ванцзи и отодвинув его голову с плеча, Вэй Ин как можно тише вылез из ванной, облокотив на нее же Лань Чжаня, и после вытерся полотенцем. Немного поумилявшись с сонного Ванцзи он с некоторым усилием поднял его на руки, неся в спальню. Усянь чуть не уронил того на лестнице, но, все же выдержав, благополучно донес того до кровати, аккуратно уложив. Порывшись в шкафу он нашел домашнюю одежду для Лань Ванцзи, а заодно и для себя. За все прожитые им годы он никогда не был настолько счастлив. Перед ним был любимый человек, о котором он прямо сейчас заботился. Есть ли что-то более приятное, приносящее столько радости? Не каждому выпадает такая возможность, потому, найдя источник счастья, он будет пить, пока тот не иссохнет. Подойдя к кровати и перевернув Лань Чжаня, Вэй Ин переодел того в чистую домашнюю одежду и после переоделся сам. Сначала он предполагал вытащить одеяло из-под любимого, чтобы заснуть вместе, бок о бок, но спустя секунды нашел менее трудоемкое и гораздо более приятное решение: лечь в объятия Лань Ванцзи. Подняв одну его руку, Вэй Ин аккуратно забрался под нее, пропуская свою руку под его талией, другую же укладывая поверх. В объятиях и правда было тепло. Он чувствовал биение сердца человека перед ним. Ему словно доверили жизнь, отдали себя, не боясь погибнуть, позволяя все, доверяя каждой клеточке тела Вэй Ина. Но более всего ему хотелось раствориться рядом с Лань Ванцзи и стать одним целым, ведь сколь эти мысли абсурдны, столь же они и правдивы. Ему доверились, ему отдали свое сердце. Разморенное сознание заполнили трепетные мысли влюбленных, в носу защипало, а глаза покрылись тончайшей кисеей слез. Вэй Ин, всхлипнув сквозь улыбку, еще крепче прижался к теплой груди, потираясь носом о шею любимого. Теперь, после всего, он заснет в этих объятиях, ни о чем не жалея.