Heal my soul

Утро. Лучи солнца едва прокрадывались сквозь завешенные шторы в комнате, маленькой, но весьма уютной. Парень тихонько зашел, стараясь не тревожить раньше времени того гиганта, что мирно спал на кровати, обняв подушку. — Сэмми, вставай давай! Я уже завтрак приготовил, — заботливо сказал Дин, открывая шторки в комнатке своего младшего брата. — Дин… — парень недовольно промычал и, укрывшись одеялом с головой, продолжил спать. — Значит так, Саманта? Что ж, ты сам напросился, — старший Винчестер хитро ухмыльнулся и резко выхватил одеяло. Младший чуть не подскочил от того, насколько это было неожиданно для него. — Придурок! — Сцуко, — сказал на автомате Дин, не сдерживая улыбки. — Вставай давай. Я твои любимые панкейки приготовил. И Дин ушел накрывать на стол для Сэмми. На самом деле, только он сам мог так называть своего братишку, который уже не такой малыш, коим вы уже успели его представить. Сэм был под два метра ростом, с густой шевелюрой, которой могли бы позавидовать многие девушки, с прекрасными щенячьими глазками, которые со временем вовсе не теряли свою миловидность. Спустя несколько минут, младший Винчестер спустился на кухню, все ещё не до конца проснувшись. — Ммм, выглядит вкусно! — И не только, ты попробуй. Обещаю, ты пальчики оближешь, — самодовольно усмехнулся Дин. Он с детства любил готовить, а Сэм был довольно прожорливым малым. Может поэтому он так вымахал? Кто знает. Сэм уплетал панкейки один за другим. Хоть тот и был за здоровый образ жизни, но все же, это блюдо — его слабость. Дин самодовольно смотрел на брата. Какое-то тёплое чувство разливалось в его груди. — А ты почему не ешь? — спросил младший Винчестер сквозь набитый рот. — Не переживай, Сэмми. Я уже поел до этого, — соврал Дин, выдавив из себя улыбку. Сердце тут же провалилось в пятки, заставляя вспомнить о весьма неприятной встрече, поджидающей их. Сегодня приезжает их отец, Джон Винчестер, и при одной мысли о том, что, вероятно, снова случится, его желудок выворачивается наизнанку. Сэм никогда не ладил с папой, говоря прямо все, что о нем думает. Дин же старался понять его, ведь все-таки он их отец, но какой-то голос в его голове все же говорил, что тот мудак. Джон Винчестер работает частным детективом. Он одержим расследованием загадочной смерти Мэри — его жены и мамы братьев. Та умерла, когда Дину было всего четыре года. Дин помнит все об этом ужасном дне. *** — Папа! Помоги! — кричит он. — Дин, хватай брата и беги, я останусь тут и помогу маме! Дин кивнул, взяв Сэма на руки и как можно быстрее побежал из дома. Шло время, дом полыхал. Огонь беспощадно сжигал все на своём пути. Сэм плакал. Дин лишь смотрел, как огонь словно сжирал их дом по кусочкам. Казалось, что уже не выйдет никто, как в почти последние секунды Джон успел спастись. Когда дело касалось стихии вроде огня, счёт шёл не на минуты. Каждая секунда была на счету. На щеке Джона виднелся огромный ожог, слезы лились из его глаз. — Я… не смог, — только это смог выговорить Джон тогда своим хриплым, дрожащим и слегка сиплым голосом. В глазах отца застыли слёзы, как и в глазах самого Дина. Они катились по его щекам одна за другой. — Этого не может быть, нет! Это… Это все сон, да, пап? Я ведь сейчас проснусь? И это окажется кошмаром? Пап, почему ты молчишь? Ответь мне! Это ведь сон, так? И мама жива! Она в порядке… Не может быть, чтобы это было правдой! — чуть ли не кричал Дин. Джон так ничего ему и не ответил. Дин не хотел осознавать, что мама действительно умерла и тогда до последнего не верил в реальность происходящего. Сэм же, будучи в шоке, молчал, словно немой. Вскоре приехала пожарная машина. Громкий вой сирены казался тогда единственным звуком, звучание которой отдавалось где-то в висках. Огонь все же был потушен. В груди до сих пор жжёт, а глаза щиплет от воспоминаний. Нет, он не будет плакать. Ни за что. Но ему бы хотелось бы разрыдаться хоть прямо сейчас. Дин помнил все это. А ещё он четко помнил слова отца о том, что это был поджог. Какой-то подонок хотел их убить, но кто именно? Это до сих пор остаётся загадкой. Джон одержим этим расследованием уже годы, Дин и Сэм переезжали с ним из штата в штат. А когда уже Дину исполнилось пятнадцать, то Джон решил, что братья уже достаточно взрослые, чтобы можно было их оставлять одних на какое-то время, а затем возвращаться. И с каждым разом он уезжал на более долгий срок. Сначала неделя, затем две, а потом и вовсе на месяца. Дин не жалуется. Он научился зарабатывать деньги, иногда где-то приходилось что-то красть. Но Дин не девчонка, чтобы слезы лить и жаловаться на жизнь. Он был готов сделать все ради брата, даже воровать ему новые ботинки из обувного магазина, когда прежние ему стали малы. Или подрабатывать на нескольких работах и забивать на учебу, чтобы было на что покупать еду. Да и сейчас он сделает все. Дин помнит, как о нем заботилась мама. Тогда все были счастливы. И он постарается, чтобы по крайней мере Сэм был счастлив и сейчас тоже. Дин готовил Сэму панкейки по утрам, как делала это мама. Он помнил это, он всегда стоял рядом и помогал, подавая ей все, что она просила, поэтому он до сих пор помнит рецепт. Ее лицо уже немного размывалось в памяти, но Дин помнил ее нежные руки, которые ласково гладили его по волосам, ее светлую искреннюю улыбку. Помнил, как она читала ему сказку на ночь, хотя ее голос уже тоже не звучал так четко в воспоминаниях, как раньше. Дин читал ее Сэму, когда тот был маленьким, хотя никогда не говорил своему братишке о том, что ее сочинила Мэри. Помнил, как она напевала себе под нос незамысловатую мелодию, когда убаюкивала Сэма, качая его колыбельку. Он тоже так делал, когда тот был ещё совсем крохой. Мэри осталась в памяти Дина каким-то ярким светлым пятном. После ее смерти Сэм был единственным, кто остался у него. Ну, и Джон, конечно, но казалось, ему плевать на всех, кроме себя и своих целей. Хотя, их даже нельзя назвать таковыми, это уже одержимость. И Дин дал себе клятву, во что бы то не стало, он позаботится о Сэмми. Чего бы ему это не стоило. *** — Дин, ты в порядке? — вырвал его из мыслей Сэм. — Да, все хорошо, просто задумался, — в этот раз выдавить улыбку ему стоило гораздо больших усилий. — Не делай из меня дурака. Все не может быть хорошо. Ты выпал из реальности. Что случилось? — во взгляде Сэма виднелась обеспокоенность. Тот не хотел быть эгоистом и тоже переживал и заботился о своём старшем брате. — Я же говорю, все в порядке. Если ещё раз спросишь, получишь в глаз, — усмехнулся Дин. Сэмми на это лишь закатил глаза и прекратил попытки узнать, что заставило брата вновь выпасть из реальности, поняв, что сейчас это будет просто бесполезно. Через какое-то время братья собрали вещи. В окне виднелась знакомая, даже родная машина отца — Шевроле Импала 1967 года. Сэм и Дин вышли на улицу, одетые, с огромными походными рюкзаками на спине. — Здравствуйте, дети, — сухо поприветствовал братьев отец. — Привет, — неуверенно ответил Дин. Он, как и Сэм, так давно не видел своего папу. Уставшие, красные от недосыпа глаза, трехдневная щетина на щеках будто кричали о состоянии Джона в данный момент, а ещё от него пахло виски. — Здравствуй, папа, — холодно сказал Сэм. Джон, казалось, не заметил тона сына и просто помог погрузить вещи сыновей в машину без всяких гневных комментариев. Тишина. Ни Дин, ни Сэм не хотят нарушать ее. Слышен лишь громкий мотор импалы, напоминающий рычание зверя. Воздух почти буквально пропитан напряжением, потому что Джон сегодня явно не в духе. Поэтому дабы не навлечь на себя гнев отца, Дин и, на удивление, Сэм помалкивают в тряпочку. Так прошла вся дорога до нового города. В окнах машины мелькали прекрасные пейзажи: деревья, растущие близ дороги (это были и высокие сосны, и красивые вечно зелёные ели, и раскидистые, величественные дубы, а иногда даже встречались березы, ветви которых больше всего качались на ветру), маленькие речонки, протекающие близ дороги, огромные озёра, виднеющееся где-то вдали, как и, чаще всего, хвойные леса. Небо было — как всегда осенью, — затянуто тучами, но иногда через них все же проглядывало солнышко, ослепляя не отводящего с окна взгляда и поражённого красотой природы Дина своими яркими лучами. Через какое то время была видна табличка «Добро пожаловать в Грантс-Пасс», начали появляться редкие старые дома. Этот город был маленьким, бедным и очень неприметным. Но кто знает, вдруг именно он станет одним из самых запоминающихся городов для Дина?