Бессмертные

      Слёзы давно перестали быть символом слабости, а скорее стали иконой проявления человечности. «Я мыслю, а, следовательно, существую. Я чувствую, следовательно, живу.» По крайней мере, так всегда убеждала себя Сакура, вытирая уже третьей салфеткой мокрые от слёз глаза. Эмоции переполняли её, и о работе не шло даже и речи. Кабуто наверняка заждался её. Но как она могла пойти туда, когда слёзы сами градом капали с подбородка на битумный настил крыши. Она наконец признала это. Розовые очки слетели, и она всё поняла: Саске её не полюбит никогда. Что бы она не делала, как бы не старалась — она в пролёте. Была, есть и будет. Ведь будь она под кайфом сейчас, на месте Наруто, какая бы реакция последовала? Верно. Никакой. Его бы это не волновало.       Дверь на крышу тихонько скрипнула. Не надо было оборачиваться, чтобы знать, кто поднялся к ней. Это совершенно точно Хината, которая, завидев подругу на крыше ещё с парковки, быстро посеменила к зданию. Ещё одна влюблённая душа, навеки обречённая на невзаимность. Сакура легонько улыбнулась. Ситуация забавляла и печалила одновременно. — Сакура, что случилось? — встревожено начала Хината, так и не переведя дыхание. — Привет, Хината, — развернулась Сакура. Её глаза уже не слезились, но всё равно были заплаканно-красные, как и лицо в целом. — Всё хорошо. Просто устала. От всего устала. — Саске, да? — Хината сжала кулаки и нахмурилась. Должно быть, думала, что выглядит угрожающе злой, но ей этот образ абсолютно не подходил, оттого и выглядело комично. — Он опять тебе гадостей наговорил? — Нет, — покачала головой Сакура и улыбнулась так печально, как вообще могла улыбаться осознавшая безысходность многолетней любви девушка. Обречённо, тоскливо, но всё же было в её улыбке что-то лёгкое, светлое и свободное. — Он просто никогда не полюбит меня, как Наруто. — Ты имеешь в виду? — Хинату передёрнуло от имени Узумаки.       Фраза Сакуры и вправду казалась двоякой, но любой из итогов был ужасен для Хинаты. Она бы предпочла, чтобы Сакура ошиблась или вовсе промолчала, но та лишь кивнула, мол, ты всё правильно поняла.       Внезапно дверь снова распахнулась, и на крышу влетел разгневанный долгим ожиданием Кабуто. Он всем своим видом демонстрировал раздражение. — Сакура! Сколько тебя ждать? — Иду, блядь! — прикрикнула Харуно. Она обошла Хинату, затем, сверля взглядом напарника, обогнула его и, вздёрнув нос, устремилась к лестничной клетке. У самой двери она как-то обиженно и тихо добавила: — Кабуто, ты дашь мне хоть немного человеком побыть, а? — Для этого есть обеденный перерыв и внерабочее время, — монотонно ответил Кабуто. Он мимолётно зацепился взглядом за Хинату, которая стояла к нему спиной, но голос Сакуры, спустившейся уже на один марш, вернул его на землю. — Господин Кабуто-сан, сколько можно вас ждать? — Да Вы знатно оборзели, юная леди. — Хуеди. Что там у тебя, рассказывай ещё раз…       Голоса становились тише, и Хината уже не слышала, о чём шла речь. Её взгляд устремился на парковку, по которой возвращался в участок Наруто. Ещё десять минут назад там был Саске. Злой и явно кого-то ищущий. Не сложно догадаться кого. Сейчас же Наруто шёл обратно, и, судя по походке, он пребывал в хорошем расположении духа. Следовательно, с Саске не пересекался. Ещё вчера бы она с улыбкой пошла сталкерить его у входа, провожала бы тенью до кабинета, но сейчас Хината едва ли сдерживала слёзы, прибитая к этой крыше горьким и внезапным осознанием. Она вроде и так догадывалась, думала, смирилась уже, но одно дело мысли, другое — слышать приговор из уст плачущей подруги. Она ещё раз взглянула на своего Наруто-куна, который никогда не замечал её, занятый вечным преследованием Саске. Хината знала, что Сакура права, и знала это еще задолго до этого момента. Просто в один миг стало как-то так нестерпимо больно и от отчаяния захотелось выть, но она всё равно молчала и только взглядом следила за Узумаки.

***

      Саске только вернулся в здание отдела, как тут же увидел посреди коридора Наруто. Около него стояли какие-то люди, имена которых Учиха смутно помнил, но компанию их старался избегать в связи с повышенной назойливостью коллег. Узумаки же весело с ними беседовал, активно размахивая руками. Казалось, что это Наруто университетских годов, но что-то в этом образе было лживое, неправдивое от слова совсем. Феномен, схожий со зловещей долиной, вот только Наруто не был роботом, а отвращение всё равно вызывал. Десятиметровое расстояние между ними сократилось до полуметра слишком быстро, и от Узумаки тут же отпрянули собеседники, только завидев Саске. Никто не хотел попасть под горячую руку. — На ловца и зверь бежит, блядь. Я искал тебя… — раздражённо начал Саске, но стоило ему продолжить, как его перебили. — Ого, — громко воскликнул Узумаки. — Я ведь даже не бармен, а ты меня ищешь, — смеялся он, не обращая внимания на зрителей вокруг.       Саске дёрнул Наруто за руку на себя и потащил в сторону их кабинета, как нашкодившего школьника. Ино, вроде так звали блондинку, невнятно попрощалась с Наруто. Никто из вестибюля не сводил с них глаз. Свежие сплетни, новые интриги, ничто не должно было пройти незамеченным. Тем более состояние Узумаки было подозрительно интересным. — Заткнись, — Саске втащил его в кабинет, подальше от любопытных глаз.       Учиха убедился, что дверь закрыта, и обернулся к Наруто. Тот стоял с широкой улыбкой и через прищур смотрел на Саске, чуть склонив голову набок. Его немного пошатывало, да и вёл он себя, словно был подшофе. — Что с тобой? — Саске нахмурился. — Я счастлив, и даже ты не сможешь испортить мне настроение, — мечтательно произнёс Наруто.       Он не изменился в лице, даже когда Саске прижал его к стене спиной. Грубо и резко, от чего воздух выбило из лёгких. Но лопатки недостаточно больно врезались в холодную штукатурку, чтобы улыбка пропала с лица. Только теперь она стала наглая, и в ней явно читался вызов. Саске это не понравилось. — Что ты принимал? — прошипел в лицо Учиха, сильнее вдавливая в стену. — А тебе какое дело? — Наруто бесстыже смотрел в глаза, демонстрируя расширенные зрачки, как очередную издёвку. — Кто я тебе?       Саске замер. Вопрос застал его врасплох, и нужно было экстренно придумать оправдание. Хотя бы перед собой. И правда, какое ему дело? Зачем он спасает Наруто, заботится, переживает, да и почему только его? Что нужно ответить, чтоб не показаться придурком? «Потому что, кроме меня, ты никому не нужен?» — равносильно признанию в том, что Саске не готов признавать вслух. «Потому что мы друзья»? — а это вообще детская наивная глупость. Такие слова вообще не подходят Учихе. Саске прокручивал варианты ответов довольно недолго, поскольку за него и так ответили: — Потому что я — твой человек? — улыбаясь, предположил за него Наруто, скалясь ещё шире. — Не неси бред, — голос Саске стал ещё более угрожающим, и не будь Наруто под кайфом, заметил бы эту едва уловимую грань и призыв заткнуться поскорее. — Потому что если я о тебе не позабочусь, то ты сдохнешь где-то в канаве. — В Чехии же не сдох без твоей заботы, — но Наруто не волновало ничего, а чувство самосохранения осталось в мусорном ведре в том захудалом хостеле. — Ещё раз спрашиваю. Что ты употреблял? — костяшки на руках Учихи побелели от крепко сжатой рубашки Наруто, а привычно бледная кожа лица наоборот покраснела. Он держался из последних сил, понимая, что насилием сейчас ничего не добиться. Хоть руки и чесались. — Много болтаешь, Саске, — рассмеялся Наруто. — Так на тебя не похоже. Может, это ты под чем-то? — Блядь, ты сейчас…       Саске перебил внезапный поцелуй. Наруто чересчур пошло и откровенно мазнул языком по губам Учихи. От секундного замешательства Саске язык Наруто смог протолкнуться между зубов, тем самым углубив поцелуй. Неумелый, неуклюжий, но от этого не менее страстный и горячий. Наруто растворялся в нём, прижимаясь к Саске насколько вообще это было возможно, не обращая внимания на абсолютную безучастность Учихи. Но веселье длилось недолго: секунд пять от силы.       Саске отпрянул от Наруто, и тишину разорвал хлёсткий и звонкий звук. Наруто ошарашено смотрел на Учиху, прижимая к моментально покрасневшей щеке руку. Рот Узумаки наполнялся солоноватым вкусом, но ничего, кроме жгучей щипящей боли в щеке, он не чувствовал. Саске не пожалел силы, влепив Наруто пощёчину. Унизительную, отрезвляющую, ставящую на место. — Да за что? — Ты доигрался, — сквозь зубы процедил Саске. Рука горела огнём, но не это волновало его. — По-хорошему ты не хочешь, будет по-моему, — процедил Саске и резким движением развернул Наруто и припечатал лицом к стене.       Заламывать руки у Саске получалось лучше всего среди сокурсников. Самые лучшие результаты. Ловко, быстро и эффективно он заломал сейчас и руку Наруто, демонстрируя, что фраза: «талант не пропьёшь» — про него. Саске не обращал внимания на сопротивление и неразборчивые слова Узумаки. В таком захвате им можно было управлять подобно марионетке, а вырваться из него было невозможно без нанесения вреда себе. — Отпусти, блядь, мне больно! — наконец-то чётко и внятно произнёс Наруто, сплюнув кровь на пол.       Но отпускать его никто не собирался. Сердце пропустило глухой удар, и стало страшно. Что-то внутри него зашуршало, заработало неправильно, повернуло вспять. Счастья как ни бывало. — Закрой пасть, — выругался Учиха, стараясь левой рукой открыть дверной замок. — Маршрут перестроен, блядь. — Саске, отпусти. Отпусти! — резкая смена настроения с дерзко-весёлого до истерично-напуганного читалась во всём: в голосе, в частом дыхании, неустойчивых ногах, сведённых у переносице бровей и лёгкой дрожи по телу.       Но Саске не хотел обращать на это внимание. Глубоко внутри он был растерян и напуган даже больше самого Узумаки. И ему это не нравилось. Кому вообще нравится быть уязвимым. Саске не знал, что делать, как поступить правильно, но кипучая ярость заставляла его со злостью выталкивать Наруто в коридор. Вести его по участку на виду у всех коллег, как преступника, с силой сжимая рукой чужую в захвате, а второй наклоняя вниз за шею. Никто не останавливал Саске, а Наруто с ужасом осознавал степень своего позора. — Саске, отпусти, — говорил он уже тихо, потерянно, едва ли осмысленно. — Отпусти. Я сам пойду. Отпусти.       Он не хотел, но оказывался мысленно на кровати у Саске со спущенными штанами. Слабым, незначительным, униженным и уничтоженным. Он снова под чем-то и снова не может дать отпор. В себя он приходит, когда хлопает дверь автомобиля. Ремень безопасности пристёгнут, а за рулём сидит Саске. Машину ещё не завели, но ключ был в зажигании. — Очнулся? Без фокусов, понял? — резковато предупредил Саске. — А где Сакура? — взгляд Наруто блуждал по салону смутно знакомого авто. — Работает, — выдохнул и уже спокойней ответил Учиха. Он завёл авто и сказал то ли себе, то ли Наруто: — Всё нормально будет.       В ответ Наруто лишь рассмеялся. Ему было вовсе не смешно, тело будто само решило взять контроль, отключив разум. Узумаки закрыл себе рот рукой, но продолжал смеяться. Надрывно, истошно, задыхаясь до того, что лёгкие начинали болеть. Он посмотрел на Саске, тот лишь вздохнул ещё раз, и машина сорвалась с места.       По дороге к дому Учихи Наруто ещё несколько раз ловил приступы смеха, которые заканчивались истошным кашлем со слезами и истерикой. Саске сжимал зубы, крепче держал руль, сильнее давил на педаль газа и чувствовал себя самым беспомощным человеком на планете.       В лифте Наруто хватался за Саске и практически висел у него на плече, в бреду рассказывая, что трос вот-вот оборвётся. Что он знает, слышит и чувствует это. — Успокойся, — только и шептал ему Саске, приобнимая, чтобы удержать от падения. — Пообещай, что убьёшь меня прежде, чем это сделает кто-то другой? — просил Наруто на пятом этаже. — Обещаю, — соглашался Саске на шестом. — Девять коров съедают восемьдесят тонн сена за сорок шесть минут в феврале, — Наруто сжимал руку Саске, и чуть ли не рыдал. На десятом этаже он вновь зашёлся смехом. — Уже приехали.       Саске почти тащил Наруто на себе по коридору, и добропорядочные соседи вновь стали свидетелями Учиховских грешков. И опять всё с тем же светловолосым незнакомцем. Стоило только парням перешагнуть порог квартиры и закрыть дверь, как терпение Саске лопнуло. Он швырнул Наруто на пол и склонился над ним. — Ты уже не справляешься с эмоциями, придурок! Что ты употреблял?! — рычал Саске, сжимая кулаки, моля бога, чтоб дал ему сил не убить этого идиота. — Колеса или нюхал что? Капли?       Наруто перевернулся на спину и помотал головой в стороны. Он виновато смотрел Саске в глаза. Он медленно закатывал рукав на левой руке и боялся даже дышать. — Ты только не ругайся, — прикусив губу, Наруто опустил взгляд вниз, к той руке, в изгибе которой посреди небольшого синяка краснел прокол. — Нет… — Саске медленно замотал головой после того, как проследил за взглядом и увидел. Он выглядел одновременно и безумно расстроенным, и безнадёжно злым. — Не говори, что ты… Блядь, Наруто. — Холодно на полу у тебя, — сказал Узумаки и тут же закрыл рот рукой. Новый приступ смеха выбрал самый неподходящий момент. — Блядство, — Саске пнул Наруто ногой в бедро и быстро вытащил телефон из кармана его джинсов. — Ты что делаешь, это мой! — Наруто резко поднялся и потянул руку к Саске, за что тут же получил по ней. — Твои только зубы во рту. Пароль. — Моя дата рождения, — Наруто больше не предпринимал попыток вернуть мобильный, но и страха не ощущал. В конце концов, скрывать ему от Саске было нечего и ничего такого там у него не было. А если полезет отнимать, то может не досчитаться зубов. — Называй номер, — уже спокойнее спросил Саске. Телефон он разблокировал с первого раза. — Кто тебе это дал? — Я не знаю его, — пожал плечами Наруто.       От долгого и пронзительного взгляда Саске его вновь одолел болезненный и вымученный смех. Для Учихи это стало последней каплей на сегодня. Он схватил за волосы Наруто и поволок в сторону ванной. Только кинув того на кафельный пол, Учиха поставил ванную набираться. — У тебя есть ещё? — Саске присел перед лежащим Наруто на корточки и старался найти хоть немного осмысленности во взгляде. Смех уже поутих. — А ты тоже хочешь? — спросил Наруто сквозь улыбку. — Отвечай. — Я не зна-а-аю, — протянул Наруто и поднялся с пола, сев в неудобной позе. — Может, да, может, нет.       Такой ответ не устроил Саске, и он принялся стягивать одежду с Наруто. Начал с джинсов. Тот лишь вяло сопротивлялся, чисто из привычки, тем более, что силы его начали покидать. Голова кружилась, а от лица, казалось, отошла вся кровь. Сердце в груди забилось часто и неритмично.       Саске уже обыскивал карманы, но, кроме мелочи и мусора, ничего не находил. Он проверил трижды, поскольку не знал, что конкретно он ищет. Искомое вполне могло быть в виде порошка, ампулы, капсулы или кристаллов. Он перевёл взгляд на смотрящего отсутствующим взглядом перед собой Наруто. — Где? — тихим и низким голосом спросил Саске, поднимаясь. — Я спать хочу, — промямлил Наруто, не обращая внимания ни на что, кроме своего самочувствия. — Заебал. Как же ты, сучёныш, заебал уже.       Саске дёрнул Наруто на себя, чтобы сразу перекинуть в ванну. Воды там набралось наполовину, и она была горячее привычного. Вслед за всплеском раздались стон и неразборчивая брань, но Саске мало волновал комфорт Наруто. Куда большее значение имел наркотик, приход от которого не был похож ни на один из тех, что знал Учиха. Возможно, сейчас у Наруто отказывает печень или почки от дури, которую он пустил по вене. Нужен был тщательный анализ, передача экспертизы в отдел по борьбе с наркотиками, изучение препарата. Нужна была информация, и Саске с силой надавил на затылок Наруто, опуская того под воду, чтобы вытащить через десять секунд. Узумаки кашлял, хватался за бортик ванны и руки Саске, но молчал, жадно глотая воздух ртом, как рыба. — Где, блядь, ещё спрятал?! — не сдерживаясь, кричал Саске, чувствуя, как его покидают остатки самообладания. — Не помню! Я… — фраза буквально утонула в воде и оборвалась булькающими криками.       Наруто начинал паниковать по-настоящему. Его уже топил не Саске, а некто из забытого детства, кто никогда не показывался. Кто-то сильный, сотканный из ненависти и злобы, кто-то большой и страшный топил его в болоте. Рот набивался тиной, вольфией и ряской, потому что от страха он кричал так громко, что даже вода не могла заглушить. Саске уже вытащил Наруто из воды, понимая, что перестарался, но тот продолжал кричать и царапать себе плечи сквозь намокшую ткань рубашки. — Хватит орать, — Саске встряхнул Узумаки. — Слышишь меня? Глаза открой. Эй!       И снова пощёчина, которая, казалось, привела Наруто в чувство. Он тут же перестал кричать, послушно открыл стеклянные глаза и невидящим взглядом уставился в пустоту. Учиха усадил его в ванной так, чтобы он не сползал в воду. Но когда Саске поднял взгляд на него, его как током ударило. Картинка собралась воедино, чтобы обрушиться на него снежным комом, раздавить осознанием вины и последствий. — Не надо меня пугать, хорошо? Извини, я психанул, — Саске провёл рукой по щеке Наруто, но не последовало никакой реакции. Всё тот же застывший взгляд и едва уловимое дыхание. Его будто выключили. — Прости меня, ладно? Наруто, только посмотри на меня. Давай же, приходи в себя.       Но Наруто оставался сидеть безжизненной оболочкой себя, и только чёрт ведал, что происходило у него в голове, а Саске боялся даже предположить. На секунду ему стало так жутко, что Узумаки больше никогда не выйдет из этого ступора, что едва смог подавить приступ тошноты. — Пожалуйста, Наруто, посмотри на меня. Я больше и пальцем тебя не трону, — говорил Саске, всё равно стараясь не выдать себя сбитым дыханием и дрожью в голосе.       Чудо случилось лишь на пару секунд. Наруто чуть нахмурился и медленно перевёл взгляд на Саске. Он словно не узнавал его. Будто кто-то другой должен быть на его месте. Затем он оглянулся, явно озадаченный своим внешним видом и локацией пребывания. — Саске? — осипшим после крика голосом позвал Наруто. Он смотрел вниз, на свои обнажённые ноги и на полы рубашки, которые красиво развевались под водой. Затем он продолжил ещё тише и с явным усилием: — Наркотик в куртке… А она в кабинете.       Наруто смотрел, как что-то красное капает с его лица и красивыми разводами растворяется в воде. — Наруто! — он успел услышать встревоженный голос Саске, прежде чем потерял сознание.

***

      Раздевать бессознательного Наруто пришлось прямо в воде и догола. Саске надеялся, что он не очнётся во время процесса, так же потом, в момент переноса на кровать. И ожидания оправдались. Наруто не очнулся и через полчаса, пока паника медленно съедала Учиху. Попытки растормошить его и хоть как-то разбудить также не увенчались успехом. Через сорок минут Саске не выдержал. Он взял телефон и быстро набрал номер первого человека, который пришёл в голову. — Сакура, Наруто не просыпается, — без лишних слов сразу доложил Учиха. — Плохо дело. Если б я знала, что он, — но девушку перебило предупреждающее покашливание Учихи. — Его куртка в кабинете, поищи в карманах. Внешний вид сюрприза я не знаю, но не думаю, что там большое разнообразие подарков, — Саске говорил тише привычного. — Хорошо, сейчас пойду тогда и позвоню, как найду, — Сакура помялась. Ей было неловко от общения с Учихой. — Слушай, Саске… Не убивай его. — Только при личной встрече расскажешь подробности. Жду. — Да, поняла, — вздохнула Сакура и посмотрела в сторону Кабуто, который заподозрил уже, что снова работать будет один. — Наруто плохо, — пожала она плечами и, не дождавшись ответа, пошла за своими вещами в подсобку. — Выйдешь за меня во вторник! — прокричал Кабуто. А затем смущённо уточнил. — На смену, я имею в виду. — Окей. Я побежала. До завтра, — Сакуру не расстроило, что она лишилась своего выходного.       Кабинет, как ни странно, был открыт. В тесном помещении всё ещё стоял аромат парфюма Саске, и Сакуре пришлось глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться. Ну, любит он Наруто, ну с кем не бывает. С ней не бывает, конечно, но вот Хината тоже с такой ебанцой. Может, это в ней что-то не так? Все любят Наруто. Даже Сай, и тот всё о нём расспрашивает.       Сакура ещё раз вздохнула и подошла к стене, где был неуклюже вбит гвоздь, на который Наруто повесил свою куртку. Вроде бы раньше там висел календарь. Харуно надела перчатки и начала свой обыск. Она осторожно просунула руку в боковой карман и, кроме чека из аптеки, там ничего не было. Во втором кармане были какой-то мусор и песок, блистер от таблеток, в котором оставалось три «приёма пищи». Сняв куртку с гвоздя, Сакура заметила ещё и внутренний карман, где сразу же обнаружила ампулу с желтоватой жидкостью. — Щедро тут налили, — удивилась она, поднеся ампулу к лампочке, чтобы взглянуть на неё против света. — И пальчиков не много, надо бы снять. Надеюсь, кроме Узумаки, тут будут ещё люди. Ладно, надо проверить, что это такое.

***

      От звонка в дверь Саске вздрогнул. Он сидел у кровати возле Наруто и совсем потерялся во времени. Пришлось напрячь мозг, чтобы понять, где он и что происходит. Обычно подобная дереализация не настигала его на трезвую голову. Но сейчас ему показалось, что он вовсе уснул или ушёл в себя настолько, что время пролетело незаметно. Узумаки лежал в той же позе. Бледный и неживой совсем. Саске быстро приложил пальцы к его шее, дабы убедиться: пульс есть. Звонок повторился, и Учиха неохотно поднялся и пошёл к двери. Шикамару, а явился именно он, ворвался в квартиру, как только дверь отворилась. Он сразу осмотрел белый пол, нет ли на нём кровавых разводов, в порядке ли стены, и беглым взглядом в целом осматривал квартиру в поисках Узумаки. — Что за спектакль вы устроили с Наруто? Где он? — Шикамару явно нервничал и был чересчур активен для себя обычного. — Спит на моей кровати, — вздохнул Саске и взглядом указал сторону, куда затем и последовал Нара.       Шикамару облегчённо выдохнул, обнаружив друга относительно целого и мирно спящего. Саске обошёл стоявшего в проёме Шикамару и встал у окна. К собственному удивлению, он не чувствовал никаких эмоций. — Что с ним? Вы же не… — но договорить Шикамару не дал Саске, который покачал головой. Он приблизился к кровати. — Вот, — Саске осторожно убрал одеяло с руки и указал на сгиб локтя. — Взял каку у незнакомого дяди. — Да нет, — Шикамару тоже подошёл к кровати и склонился над Наруто, чтобы лучше разглядеть место укола. — Наруто не мог. Не сам, так точно. — Сам. Скоро заедет Сакура, и можешь сам послушать, что именно он не мог пустить по вене. В какой дозировке. Какие последствия и так далее, — монотонным уставшим голосом проговорил Саске и сел на кровать. Голова гудела, хотелось спать. — Я заберу его, — спустя минуту размышлений выдал Шикамару, за что и получил многозначительный взгляд. — Куда? К Темари? Или отвезёшь Гааре, которому сорваться раз плюнуть, — всё еще сухо и без эмоций говорил Саске, ощущая лишь давящую пустоту внутри.       Ему казалось, что он совершил ошибку, когда-то давно, когда действие даже не казалось значимым, но уже было неверным. Действие, от которого снежным комом шли проблемы, лавиной рушились невзгоды. И теперь приходилось нести ответственность за свои ошибки, тащить на себе, как крест. Только вот силы покинули, и хотелось лишь лечь на кровать и уснуть, а затем проснуться — и всё хорошо стало. Все проблемы сами собой решились. Но предчувствие лютого пиздеца лишь накаляло и без того шаткое душевное спокойствие. Шикамару долго молчал, обдумывая варианты, куда можно забрать Наруто, а Саске знал точно: он не отдаст Узумаки никому ни при каких обстоятельствах. Это его крест, это его ноша, и никто не имеет права оспорить это. — Не знаю, но с тобой его оставлять опасно, — признал своё поражение Шикамару. Он и так понимал, что живым Наруто не получит. — Он останется у меня, — поставил точку Учиха.       Он искоса смотрел на лицо Наруто, невольно вспоминая, как тот грозился побить Саске до полусмерти за употребление каннабиса. И эти долгие и нудные поучительные лекции, где факты смешивались с глупыми детскими пугалками. И что теперь ему говорить, когда Наруто очнётся? Что отпадут уши, если не прекратит? Или что мама на небесах всё видит и плачет? Шикамару шумно дышал, практически пыхтел и явно что-то думал. Вдруг раздался звонок в домофон. — Открой, — хоть слово было сказано из рода приказных, по тону оно было больше похоже на просьбу. — Вы двое явно доиграетесь, — вздохнул Шикамару, но всё же пошёл к двери. Уж больно Саске на себя похож не был.       Как и предполагали оба, пришла Сакура. Девушка была немного запыханная, а её обычно аккуратная причёска растрёпанная — явно дело рук лабораторной шапочки. Она сперва удивилась, встретившись с Шикамару лицом к лицу, но сложив дважды два, вздохнула с облегчением. В конце концов, поддержка верхов поможет Наруто сохранить место в органах. — Привет, Шикамару, — улыбнулась девушка, но её улыбка чуть померкла, когда из спальни вышел Учиха. — Саске, вот распечатка. Как он? — Ещё спит, — Саске кивнул в знак благодарности и взял бумаги. От слишком сложных слов голова начинала болеть сильнее. — Хорошо. В общем, это нормальная реакция организма. Там текст заумный, могу вкратце рассказать про вещество. Но если совсем коротко — у нас проблемы. — Рассказывай, — кивнул уже Шикамару.       Они прошли к дивану. Парни сели, а Сакура предпочла опереться о стену, чтобы было удобнее рассказывать. — Ну… В общем, этот наркотик изготовлен на базе героина, но благодаря добавлению определённых органических соединений способен дестабилизировать выработку эндорфинов в организме уже после первого применения. А ещё эффект «счастья», который присущ героину, при новом наркотике усиливается в несколько раз. В смысле организму так «хорошо» и ничего нигде не болит, что при отходах может возникнуть агония на контрасте. Но это необязательно. Ещё что могу сказать.. Туда добавили ещё одно соединение из семейства бипиридиновых гербицидов, это вещество существенно тормозит синтез катехоламинов, снижает уровень дофамина. Насчёт самих «приходов» могу сказать, что эмоции притупляются на период от восьми до двенадцати часов, поскольку распад… Тьфу, я ж проще хотела. В общем, на отходах будет эмоциональное цунами. Судя по всему, так и было. Да, Саске?       Учиха кивнул. Он передал Шикамару листы с текстом, решив для себя, что в данном состоянии не осилит прочесть дальше раскрытого названия вещества. Нара же наоборот бегло бегал по строчкам глазами. — Простым языком, сейчас он перегорел просто, правильно? Восстановление длительное? — спросил Шикамару перед тем, как перевернуть лист. — Да. А вот насчёт восстановления я не скажу. Нужно больше исследований на этот счёт, и, как бы не мерзко это звучало, Наруто нам в этом поможет. Эта штука опасная и, мне кажется, нам стоит доложить ребятам из наркоконтроля, — Сакура прикусила губу, словно уже отправила отчёты, куда надо. — Да, и лучше это сделать тебе. Но надо подумать, как бы поаккуратнее… — Нам пару дней назад поступил труп мужчины. Огнестрел, но в его крови был коктейль из таких веществ, что идентифицировать всё невозможно, а вот в кармане обнаружилась интересная ампула, имеющая только его пальчики. Я, как порядочный судмедэксперт, не могла оставить это дело и сама провела исследование, поскольку доверяю только себе, — теперь уже довольная Сакура отчиталась перед парнями и аж светилась от чувства собственного величия. — Достойно похвалы, — хмыкнул Шикамару и вернулся к бумагам.       Саске же лишь улыбнулся, так и не поднимая головы. Но Сакуре этого было более, чем достаточно. Её труд признали, её похвалили. — А сейчас я схожу Наруто посмотрю. Саске, тебе бы поспать. — Иди, — коротко ответил Учиха.

***

      Спустя полчаса пребывание посторонних в квартире начинало раздражать, ровно как и усилилась усталость. Сакура сообщила, что у Наруто понизилась температура, что частота сердечных сокращений в нижних пределах нормы для спящего, как и давление. Если он не проснётся в ближайшие пять часов — будить насильно или вызывать её. Ещё она что-то записывала в тетрадь и хотела взять кровь Наруто для анализов, но её мастерски отвлёк Шикамару, который всё это время изучал сведения о наркотике. Действительно, если эта дрянь выйдет на рынок, то работы добавится у всех отделов, особенно у Сакуры.       Когда о Наруто не было уже и речи, Сакура вскользь упомянула возобновление работы человеческих ферм. Саске не слушал её, а полностью погрузился в свои мысли. Затем он неожиданно попросил всех проследовать на выход. Впрочем, выпроводить нежеланных гостей было сложновато, но Саске справился практически без слов.       Как он оказался в кровати с Наруто, он не запомнил, но такой расклад его устроил более чем. Спустя ещё минуту он уснул, обнимая Узумаки со спины. Главное, чтобы тот не проснулся раньше самого Учихи, иначе шума не избежать.

***

      Наруто всё-таки проснулся первым. Конечно, проспав почти восемнадцать часов, он рано или поздно должен был очнуться, вот только бодрым он себя не чувствовал от слова совсем. Чужое тепло под боком зазывало вернуться в мир снов и фантазий, настолько уютное и приятное тепло. Вот только исходило оно от человека, который не побрезговал топить его в ванной. К собственному удивлению, Наруто это помнил слишком хорошо и до закушенных от обиды губ. А ещё, помимо воспоминаний, у него болела голова. Вся, целиком. Глаза, лицо, мозг. Возможно, даже волосы. Это мешало сосредоточиться на реальном мире. Она болела и гудела, как чугунный колокол. Нельзя было даже думать громко, оттого слова слетели с уст, пускай и возмущённо, но всё же тихо и невзрачно. Хрипло и совершенно не авторитетно. — И чего ты меня обнимаешь? И почему мы в одной кровати? — нахмурился Наруто, явно не прибывая в восторге от присутствия Саске рядом. — Потому что она моя. Уже чистый? — сквозь сон лениво спросил Учиха, не убрав руку с Наруто. — В смысле был ли в ванной? Вчера вроде был, — Узумаки перевернулся лицом к Саске и выглядел злым. —Ты сам видел. — Ты понял, о чём я, — Саске потёр переносицу. Сон как рукой сняло. — Не понял, — медленно произнёс Наруто, заглядывая под одеяло. Он был абсолютно голый, и этот факт сильно озадачил его. Настолько, что головная боль резко отошла на второй план. — Одежда уже высохла, можешь забрать, — Саске сел в кровати и понял, что не выспался. Это раздражало не меньше Наруто, который вёл себя сейчас, как ни в чём не бывало. — Одеться сможешь сам? Это не сложнее, чем колоться.       Вместо ответа Наруто вытолкнул Саске с кровати ногой. Учиха повалился на пол и едва ли не встретился с паркетом носом, но вовремя подставил руки. Он снова закипал, но старался держать себя в руках. — Какого чёрта ты ведёшь себя, как ребёнок? — процедил Саске, как только поднялся. Он сжимал кулаки, и Наруто знал этот жест, но заднюю не давал. — А какого чёрта ты меня тогда как сопляка отчитываешь? Я могу сам распоряжаться своей жизнью. — Вот именно, что не можешь! — Саске в мгновение ока оказался перед лицом Наруто, и всё его естество показывало, насколько он сейчас зол.       Но на Узумаки это перестало действовать. В какой-то момент он достиг-таки дзена, переключил рубильник и стал больше похуистом, чем мог себе это позволить. К сожалению, в первую очередь похуй ему было на себя. — Дай мне одежду, и я просто уйду, — Наруто отодвинул Саске от себя и, прикрываясь какой-то тканью, встал с кровати. — Мне мерзко от тебя. Меня тошнит от твоих прикосновений. И ты в целом заебал. Я бегал за тобой всю жизнь, унижался, а ты сдохнуть собрался. Так какое дело ходячему дохлому подонку к моей шкурке? — Тебя это так сломало? Или что? Джирайя, Чоуджи? Что? От чего-то ты же начал колоться? — холодным тоном тихо спрашивал Саске. В голосе читалась обида, на лице — боль. Учиха не смотрел в глаза, чтобы не выказывать своё «не всё равно», но уже показал достаточно, чтобы Наруто пожалел о сказанном. А потом резко отпустило, стоило вспомнить злые глаза и руки, давящие на затылок.       Наруто стоял и молчал. Он смотрел на Саске уже с какими-то непривычными холодом и отстранённостью. С неясной обидой за то, что его не поняли и не спасли. А затем он с насмешкой в голосе сказал: — Ха, начал. Это было один раз всего, а ты развёл тут драму. Сам же показал наркотики. Познакомил, так сказать, а теперь уже нельзя? Я не говорю, что виноват ты, но.... — Наруто прочистил горло. Ему было неприятно это говорить, да и складывалось впечатление, что текст составлял вовсе не он, а кто-то другой. Плохой, гадкий и мерзкий. И этот кто-то продолжал, выпуская наружу всю тщательно скрываемую подноготную. — Я просто устал. Заебало меня всё. Человек не может вот так вот жить. У меня нихуя хорошего в жизни не происходит! Джирайя умер, Какузу деньги требует назад, ещё ты мудак и даже не извиняешься. Саске, блядь, ты ещё спрашиваешь, что меня сломало?! — Ты... — Учиха посмотрел на Наруто.       Ему не показалось. По красным от злости щекам текли слёзы, а в злых глазах плохо прятался страх. Дикий ужас, как в глазах тонущего. Люди всегда идут на дно молча, только в огромных зрачках немой крик о помощи. Саске ничего больше не говорил. Он подошёл к Наруто и обнял его. Узумаки в ответ не обнимал, а лишь крепче держал ткань на бёдрах. — Просто молчи... — уже тихим и дрожащим голосом говорил Наруто. — Думаешь, я не жалею об этом? Я даже не знаю, что вколол. И зачем вообще мне это. Это дал мне какой-то барыга у клуба Нагато. Я его вообще не видел никогда. Я совсем дурак, да? — Ты сейчас серьёзно? — Саске взглянул в глаза. Он не злился уже, а волновался. — Нет, блядь, шутки шучу, — горько улыбнулся Узумаки и уткнулся куда-то в шею Саске. — Если бы я тогда тонул, ты бы прыгнул за мной?       Но Учиха не отвечал. Он всё ещё переваривал информацию о неизвестном барыге и том, что Наруто мог просто так скопытиться. Но Узумаки понял всё по-своему. Быть может, виной тому побочные эффекты препарата, наложенные на природную недалёкость, но настроение опять переметнулось в сторону злости. — Молчишь? Прекрасно. Дай мне тогда спокойно идти на дно и отвали, — он оттолкнул Саске и, захватив с собой спортивные штаны и толстовку Учихи, висевшие на спинке кресла, пошагал к выходу из комнаты. — Уже прыгнул, — выдохнул Саске и провёл рукой по лицу, словно стараясь смахнуть негативные эмоции и усталость.       Недолгое копошение в прихожей, по всему, Наруто одевался, затем послышался сначала неясный звук, вследствие переросший в нервное подёргивание ручки. Удары по двери уже окончательно убедили Саске выйти к раздосадованному другу. Тот дёргал ручку двери, словно она должна ему всё на свете, а в первую очередь — выпустить из дома. Но та неумолимо не поддавалась. — Ты запер меня? — Наруто обратил внимание на стоявшего недалеко Саске. — Ты серьёзно? Это статья! — А ну-ка давай, вспомни какая? — усмехнулся Учиха, а затем серьёзно добавил: — Это для твоего же блага, кретин. — Да пошёл ты! Мне в окно выходить теперь? — Наруто злился ещё больше. Голова раскалывалась сильнее, и мысли о выходе из ситуации в виде небольшой инъекции сводили с ума. — Шикамару меня искать будет. — Он в курсе, где ты. И он был здесь. Видел тебя.       Саске был внешне спокоен, но в любой момент бы готов останавливать Наруто от необдуманных поступков. Итоги одного такого они уже разгребают, и нельзя, чтобы ещё что-то подобное повторилось. — Я ненавижу тебя, — процедил Наруто, оседая на пол. Сдался он слишком быстро для себя. Это настораживало Саске. — Я знаю, — вздохнул Учиха. Он подошёл к Наруто, по пути прихватив из своей куртки блистер с пищевыми таблетками. — Тебе надо поесть, пока не начало ломать.       Наруто взял таблетки и долго смотрел на них, а затем перевёл взгляд на Саске. Взгляд чёрных глаз выражал сочувствие и тёплую нежность. Такое зрелище случается раз на сто тысяч лет. Наруто и сам где-то в далёких чертогах разума понимал и чертовски жалел, что не может вдоволь оценить свою удачу, ведь именно этого ему вечно и не хватало в Саске. Немного человеческого чего-то. А сейчас этой нежностью хоть подтираться. Она раздражала, бесила и походила на жалость.       Саске же смотрел на Наруто и видел того мальчика из первых их встреч. Дикого, запуганного и потерянного. Ни капли доверия, но океан надежды. Он смотрел волчонком, и злость совсем не подходила ему, была инородной и оттого отторгающей. Её хотелось стереть. Вот так. Осторожно погладить по щеке рукой, провести большим пальцем по губам, рискуя быть укушенным напуганным, но таким заворожённым зверем.       Но вибрация телефона где-то с кухни отвлекла их обоих, и они отпрянули друг от друга, точно ошпаренные. Каждый остался при своих мыслях и запутанных чувствах. — Да.       Саске звучал серьёзным. Наруто крутил блистер в руках и всё ещё чувствовал руку на щеке. — Нет, не разбудила. Новости? При встрече никак?       От несвершившегося поцелуя чесались губы. Как навязчивая идея, он не давал покоя. — Ну мы же не хотим греть уши Саю? Ладно. Подожди секунду, — Саске переложил телефон в другую руку и сделал тише и без того едва слышимый динамик. Но Наруто уже услышал, что звонит Сакура. — Саске. Его будет ломать. Это надо пережить, иначе легко отделается и будет продолжать... Ну... Гулять. — Я понял, — Саске вышел к гостиную, чтобы Наруто в прихожей был в поле зрения. — Не дай ему умереть в процессе, — ещё тише сообщила Сакура. — Чего мне ожидать? — Боль, жар, тошнота, головокружение, бред. Как грипп, только в разы хуже. И хуже всего в нашем случае — изменения личности, торг, угрозы, попытки суицида, спонтанная агрессия и так далее. Выдержишь? — последнее слово Харуно выделила интонацией. — Да, — коротко и без сомнений ответил Саске. — Я могу помочь, — продолжала Сакура, совершенно неуверенная в возможностях Учихи в плане терпения и сдержанности. — Не нужно. — Если что — звони мне, — вздохнула девушка. — Да, — Саске положил трубку и посмотрел на Наруто. Тот выглядел не очень и, казалось, вот-вот уснёт. — Ты ж только что проснулся, — тихо проговорил Саске, больше огорчаясь, нежели удивляясь. — Голова болит. Я не хочу их пить, — Узумаки вернул блистер и, опираясь о стену, встал. — Я ещё посплю. Не раздевай меня больше. — Больно надо. Чтоб ты потом наволочками член обтирал, — Саске не в силах смотреть, как Наруто буквально через силу идёт, помог ему дойти к кровати.       Как только тело приняло горизонтальное положение, Наруто тут же уснул. Саске тоже хотел последовать примеру, но решил уделить время подготовке. Он лёг рядом и в телефоне начал искать всю информацию о ломках, в особенности героиновых.

***

      Наруто проснулся от боли. Что конкретно болело, он не смог идентифицировать, но по ощущениям — всё. И чем яснее он просыпался, тем острее чувствовал боль. Казалось, она засела в каждой клетке его тела и медленно и неумолимо убивала его. Ко всему прочему, Наруто ещё и сильно сушило. — Саске, чёт мне хуево. Можешь воды принести? — Наруто звал Учиху достаточно громко, но выходило сипло. И на второй попытке он понял, что его просто стошнит, если он продолжит. — Саске, я... Ладно.       Наруто осознал, что до этого у него-то ничего и не болело по сравнению с тем состоянием, в котором он оказался, когда встал. Говорят, быть сваренным заживо больнее, нежели быть сожжённым, поскольку нервные окончания умирают значительно медленнее. Наруто казалось, что ему воздаётся за все грехи и он сейчас находится в адском кипящем котле. Каждый его орган в животе на любое движение отзывался острой болью, будто перед этим он наелся стекла. Его резало и разрывало изнутри, а черепная коробка, казалось, вот-вот да взорвётся. Боль была настолько невыносимая, что слёзы сами потекли по щекам и больше всего хотелось забиться в далёкий тёмный угол, скрутиться калачиком и скулить, как подстреленная собака. Но Наруто позволил себе издать невнятное мычание от первого шага и всё-таки пройти до кухни за водой.       С каждым шагом уверенность в правильности своего маршрута стиралась, а тошнота всё ближе подступала к горлу. Тело бросало то в жар, то в холод, а от выступившего пота любое движение воздуха вызывало непостижимую агонию в виде мурашек по коже. Чем ближе была кухня, тем громче становились вздохи, переходящие в кряхтение и стоны. Наконец, едва дойдя до кухонного стола, Наруто с радостью обнаружил там стакан воды.       Вопреки всем ожиданиям, глотать было больнее, чем при ангине. Новая нежданная порция боли согнула Узумаки пополам, сухими спазмами пытая желудок. Стакан полетел на пол, с грохотом разбиваясь на осколки, а вслед за ним и Наруто повалился на колени, выблёвывая только что выпитую воду и желудочную кислоту. Она разъедала стенку глотки, от чего хотелось лезть на стену. — Какого хрена? — Саске прибежал на грохот и застыл в ступоре, глядя, как Наруто окровавленной рукой сжимает себе горло.       Первой мыслью было глупое и пугающее осознание, что Наруто нашёл-таки выход, пусть и не в окно. Но антураж говорил о том, что руку, вероятно, порезал осколок стакана, а горло саднит от желчи, которой Узумаки только что обблевал пол.       Наруто, заметив Саске, потянулся к нему рукой и даже сделал пару неуклюжих шагов на четвереньках прежде, чем повалился на бок на пол. Саске подскочил к нему, но тот скрутился, прижимая руки к животу. — Живот, — проскулил Наруто.       Он не мог найти удобную позу, переворачиваясь с боку на бок через живот. Холодный пот тут же намочил волосы, и Наруто крупно задрожал. Зубы отбивали чечётку, а взгляд был ошалелый от боли и непонимания. — Сколько раз ты употреблял вообще? — Саске поглаживал Узумаки по спине, не зная, как можно помочь. — Один, — стонал Наруто, словно его пытали. Он бы и рад выложить всё что угодно, лишь бы это закончилось. — Бля-я-ядь, дай мне что-то... Обезбол. Умоляю. — Пойдём в ванную, — Учиха аккуратно помог не сопротивляющемуся парню встать, но того так трясло, что идти самостоятельно он явно не сможет. — Больно. Очень. Саске, — Наруто крепко вцепился в плечи Учихи и буквально повис на нём, когда ноги подкосились. — Т-тошнит.       Тело вновь переломило, но блевать уже было нечем. Только болезненные схваткообразные спазмы выбивали дыхание и доводили до истошного кашля. Наруто был бледнее белого, и дрожь лишь усилилась. Ему становилось хуже на глазах, и Саске, который старался подготовиться к этому этапу, внезапно осознал, что нихуя он не готов. Ни морально, ни ментально, ни физически. Ему катастрофически не хватало знаний, как ситтера. Как помочь, как успокоить, как облегчить боль. Он читал, что ванные помогают расслабиться, но разве вода способна восстановить эндорфиновые рецепторы? В голове Саске это никак не укладывалось, но он хватался за любую надежду. — Быстро оно началось. Чёрт побери, — Саске глубоко вдохнул и покрепче перехватил Наруто. Тот лишь болезненно застонал и расслабился в руках Учихи. — Эй? — Учиха склонил голову, чтобы хоть частично увидеть лицо Наруто. И с облегчением выдохнул, когда тот заговорил. — Я сейчас умру, походу, — потерянно, с нотками паники и вселенского осознания хуёвости ситуации прошептал Наруто. — Вряд ли, — тихо, но уверенно ответил Учиха. — Мне так плохо. Больно... — Нехуй было колоться, — чуть резче, чем хотелось, высказался Саске, затем мягче, тоном, но не словами, продолжил: — Чем ты вообще думал? — Я не думал, что так будет, — Узумаки готов был вот-вот разрыдаться от отчаяния и боли, но что-то не давало ему этого. — Не думал он, блядь. Потому что тебе нечем, Узумаки, — Учиха тащил Наруто на заранее застеленный диван. — Я не хочу умирать. — Тебе и не даст никто, — Саске небрежно положил тело Узумаки на постель. — Посмотри на меня. Если сдохнешь — выебу. Понял? — Выеби, — проскулил Наруто и повалился на бок. Боль не отступала, но на мягком диване была не настолько яркая. — Но помоги... — Сначала сдохни, — закатил глаза Саске. Затем он положил свою руку на ладонь Узумаки и добавил: — Я пойду тебе ванную наберу. Не учуди ничего, понял? Таблетки тебе нельзя, никакие, вообще. Не вставай. Понял меня? — Ты любишь меня? — тихо спросил Наруто. Внезапный вопрос в лоб даже немного удивил Саске. — Никуда не вставай.

***

      Ванная действительно успокоила Узумаки и позволила расслабиться. Он даже не обращал на боль внимания, лишь смотрел вверх, на потолок, и витал в собственных мыслях. Хотя Саске казалось, что в голове Наруто было настолько пусто, что генерация любых идей доставляла мозгу Узумаки дискомфорт. И то, мысли посещали его не самые умные. Например, взять у чужого дяденьки наркотик и пустить себе по венке.       Наруто лежал в ванной чуть больше часа, а Саске изредка подливал ему воду, по мере её остывания. В основном Учиха просто сидел на стуле рядом и держал отсутствующего Наруто за руку. Так было спокойнее обоим. Но потом блондин сам изъявил желание выйти. Переодетый и сухой он быстро уснул на диване. Саске верным псом оставался рядом, приготовив таз и воду заранее.       Учиха начал клевать носом, как раздался дверной звонок. Он не разбудил Наруто, и Саске решил впустить гостя, пока тот не начал трезвонить активнее.       Это была Сакура. Её нос и щёки были красные с холода на улице, а в руках она держала объёмные пакеты. — Как он? — с порога тихо спросила она. — Обблевал всё, что смог, что не смог — залил кровью, — вздохнул Саске. Он забрал у девушки пакеты, которые были довольно увесистые. — Порезался об осколки.       Они прошли на кухню, где до сих пор было не убрано. Сакура покосилась на место происшествия и поджала губы. Ей было очень жаль Наруто, пускай он в таком состоянии по собственной глупости. — Тебе точно не нужна помощь? — Сакура сощурила глаза и, внимательно вглядываясь в лицо Саске, продолжила: — Давай я подежурю, а ты поспишь? Выглядишь не очень. — Не нужно. — Что ж вы оба упрямые такие, — хоть Сакура и шептала, но делала она это злобно. — Если ты не выспишься, ты сможешь адекватно за ним следить? У тебя хватит терпения его не убить? Ты выдержишь всё это в одиночку? А он? Саске, пойми, дальше — хуже. — Я знаю. Но я не думаю, что он хочет, чтоб ты видела его в таком состоянии. — Ох, блядь. Ладно. Ваше дело, — Сакура деловито ткнула в пакеты пальцем. — Я тут привезла всякого, что пригодится. И ещё в машине. Да-да, ключи я сама взяла, когда уходила. А ты и не заметил. Ладно, я не об этом. Спустишься, принесёшь, хорошо? Там вода, немного еды для тебя и постельное. А тут вот — наматрасник клеёнчатый, пелёнки на всякий случай, физрастворы. Капельницы ставить умеешь? Научу. Ещё вот его еда на это время. Внутривенно раз в сутки. Укол вот этот вот болезненный. Когда тошнота пройдёт, можно перевести обратно на таблетки. Что тут ещё. Это вот тебе — комплекс витаминов и минералов, чтоб сил хватило и нервов. Градусник и тонометр. Там в машине ещё что-то осталось... Не помню. Постельное меняй пару раз в день. Будет обильное потоотделение, и на влажном спать не надо. Поэтому в день пусть пьёт до трёх литров воды. Там, кстати, фильтр я привезла. И ты воду пей. Пускай чаще лежит в ванной, я слышала, это облегчает боли и состояние в целом. Не перегревай его, но и не давай мёрзнуть. Не бей пока что. Спазмолитики нельзя. Вообще ничего лекарственного нельзя, печень откажет. Температуру сбивай без лекарств, хорошо? Ванная прохладная, не холодная, компрессы. Проветривай чаще. Убери все ножи и оружие. Вот, я всё расписала ещё на листочке. Отправила тебе ссылки полезные. Видел? В случае необходимости звони мне в любое время суток. Эй, Саске, слышишь меня?       Саске смотрел в пол с отсутствующим взглядом. Он действительно хотел спать, но больше всего он хотел бы, чтобы всё это оказалось сном. — Так. Я могу побыть тут часов пять, а ты иди спи. Хорошо? Наруто мне не чужой человек. И я медик, не забывай. И нормально ему будет, если я увижу, как он блюёт. И в туалет отвести могу. Пиписькой меня не испугать. Нормально всё будет, — девушка говорила это бодрым голосом, но сама явно очень волновалась. — Я никогда его таким не видел, — едва слышно сказал Учиха. — Я знаю, — Сакура просто обняла Саске, как это обычно делают люди в попытке поддержать родного человека. — Мы вытащим его. Он дурак, а дуракам везёт. — Сколько это продлится? — он продолжал стоять, не предпринимая попыток обнять девушку в ответ. — Около двух недель, может, меньше, — Сакура отпустила Саске и виновато поджала губы.       Саске ничего не ответил. Он потянулся за пачкой сигарет в кармане и уже было взял одну штучку, но резко передумал. Запах курева может вызвать у Наруто ещё один приступ тошноты. Повисло молчание. Сакура разбирала пакеты, складывала в холодильник продукты, сортировала всё по группам. А потом резко повернулась к Учихе и спросила: — Саске, это не моё дело, я знаю. Но между вами что-то есть? — Сакура. — Вы оба мои друзья. Я же вижу, что между вами... — Сакура, — перебил девушку Саске, второй раз более серьёзно произнося её имя. — Ладно, иди в машину, а затем спать. Не теряй времени.