Бессмертные

      Просыпаться третью ночь подряд не от тошноты или головной боли, а от руки, что неожиданно легла поперёк тела, оказалось довольно необычно, но приятно. Саске, на удивление, был очень уютным и сговорчивым, а совместно проведённые ночи необъяснимо сблизили их. Это чувствовал не только Наруто, но и сам Учиха, которого, к слову, это совершенно не устраивало. Ему чудилось, что кто-то взял контроль над ситуацией, не интересуясь его мнением. И это было опасно. А вот Наруто, наоборот, радовался этому как-то по-детски и наивно, совсем не желая замечать подавленное настроение Учихи. Вот только забыть о том, что Саске собирается убить брата и исчезнуть навсегда, не получалось. Эти мысли убивали. Они словно набитые неумелой рукой тюремного кольщика татуировки. Размазались со временем, травили своими едкими химическими соединениями, но не стирались, не растворялись насовсем. Они не давали полностью уйти от реальности и наслаждаться теплом. Жить моментом.       Наруто, проснувшись от тяжести руки, осторожно повернулся к Саске. Тот, судя по размеренному, тихому дыханию, крепко спал. В полутьме разглядывая его лицо, у Наруто вдруг перехватило дух. Он в полной мере осознал, что роднее Учихи у него никого не осталось, и чувства нахлынули на него неудержимым потоком. Конан и Нагато всегда были дальше, чем того заслуживал Узумаки. А Саске, он всегда был на расстоянии вытянутой руки. В пределах близкой недосягаемости. Ещё немного, и схватишь, но вечно это не получалось. Сначала мешали притирки характеров и детская заносчивость. Затем — обстоятельства, самолёты и расстояние. Позже — глупая обида и нелепые разногласия. Но вот сейчас… Наруто несмело протянул не к месту подрагивающую руку и коснулся щеки Саске. — Я догнал тебя, — тихо прошептал он, боясь теперь даже лишний раз пошевелиться, только бы Саске не проснулся.       Глаза запекло, и ненужные слёзы набирались, удерживаемые ресницами, и размывали лицо Учихи. Сморгнуть их тоже было страшно. Вдруг они громко разобьются о постель, и это разрушит сон Саске? Мысли в голове, как рой мух над гниющей стервой, бились хаотично, назойливо, поднимая едко смердящую тревогу. «Умрёт. Умрёт. Умрёт. Умрёт.» С каждым глухим ударом сердце ставило приговор: «Потеряешь. Потеряешь. Потеряешь.» От сдержанного дыхания горели огнём лёгкие, а горло сдавливал спазм. — Что ты там бубнишь? — не открывая глаз, спросил Саске. Его Наруто разбудил ещё, когда переворачивался на бок. Лёгкое касание к щеке лишь подтвердило, что Узумаки не спал. За две недели выработалась привычка спать слишком чутко и реагировать на любое движение Наруто, прислушиваясь к тишине даже во сне. — Ничего, прости, что разбудил, — невнятно проворчал Наруто, собираясь перевернуться на другой бок. Но Саске ему помешал, заподозрив неладное по слишком сдавленному голосу. — Чего ревёшь-то? — спокойно спросил Учиха, открыв глаза, чтобы убедиться в собственных догадках. Глаза Узумаки блестели от влаги. Осталось лишь выяснить причину. — Больно?       Наруто замотал головой. Он не признается, но больно. Очень больно. Его разрывало на части, убивало изнутри. Но Саске спрашивал не об этом. Наруто уже почти не было плохо физически. Морально ещё ломало, а настроение трепыхалось, как выброшенная на берег рыба. Активно, с надеждой на возвращение в море эйфории, но итог был предрешён. Скоро он выйдет на эмоциональное плато, и всё будет как прежде. Надо только подождать. И сейчас там, где только что окрылённые светлыми чувствами бабочки дразнили стенки желудка, растекался леденящий ужас. Он сковывал сердце, душил Наруто комом в горле, застилал глаза слезами. Глупые скачки настроения. Глупый Саске. — Не умирай, пожалуйста, — одними губами прошептал Наруто. Но Саске расслышал. — Ты мне так нужен. Пожалуйста… — Спи, — вздохнул Учиха, не желая поднимать наболевшую тему. — Я же так хочу жить, Саске, — продолжал Наруто, не слушаясь ни Саске, ни внутреннего голоса, приказывающего заткнуться. — С тобой. Но если ты… То я… Я… — Придурок, — Саске прижал Наруто к себе, желая просто тишины. Это не первый раз Узумаки так перемкнуло на этой теме.       Да и вообще вчера он рыдал над тем, что пришла зима и животным холодно. Ещё позже — над старой комедией. Люди кидались едой, а сейчас её так мало. Позже он истерил от воспоминаний, как ударил Сакуру. — Я хочу жить, — скулил Наруто.       Саске ничего не отвечал. Оно и не нужно было. Узумаки продолжал что-то безудержно и лихорадочно шептать, но уже в шею Учихи, потому что тот прижимал его к себе. Эти побочки от ломки Саске не нравились больше всего. Они заставляли его сомневаться, отказываться от давно продуманного плана, хоть и мысленно, но дать себе шанс. Этот надрывный, умоляющий голос пронимал до мозга костей, вытаскивал из прогнившего нутра душу. Хотелось ответить, что Наруто легко сможет жить без него, что не надо разводить эту лишнюю драму, но.. не сможет ведь. Он абсолютно прав в своих страхах, и после смерти Саске уже никогда не будет прежнего Наруто. — Я тебя никуда не пущу, слышишь? Продам душу богу или чёрту, но не отпущу, — Наруто вырвался из объятий, лишь бы взглянуть в глаза Саске. — Слышу. Спи, — Учиха отвечал холодно, сдержано. Но глаза даже в полутьме выдавали его плохо скрытой скорбью. — Я же тебя наконец догнал, а ты… — Тш-ш… Я ещё не умер, — Саске сделал то, чего не ожидал от себя. Он накрыл губы Наруто поцелуем. Мягким, отчаянным. Словно он шептал: «Заткнись, заткнись, заткнись. Пожалуйста, заткнись».       И это, к удивлению Саске, сработало. Наруто и правда замолчал. Он не отвечал, не стремился превратить поцелуй во взрослый и не сопротивлялся. Он будто понял про себя что-то и, не в силах спорить, смирился. Или просто устал. А, может, опять скакануло настроение. Если сравнивать эмоции с электричеством, то от этих перепадов у Наруто выбило пробки. Его глаза медленно закрылись, и, как только Саске отстранился, Узумаки полностью поглотил сон. Только вот Саске, напротив, не смог уснуть ещё с полчаса, всерьёз размышляя над словами Наруто. Ответственность давила на него. Любовь ведь зла? Почему ему так больно думать, что произойдёт с Наруто после его смерти? В памяти возник образ Узумаки с похорон Джирайи. Некстати вспомнилось, что с этими событиями все забыли про день рождение Наруто, и похоже, даже он сам. Настроение упало в ноль, и Саске лениво разглядывал лицо Наруто, цепляясь взглядом за чёрные полосы. После того, как он убьёт Итачи, он обязательно разгадает тайну Узумаки. И только потом уже… Саске запнулся в своих мыслях, со злостью понимая, что если есть сомнения, значит, решение уже принято.

***

— Как себя чувствуешь? — Саске смотрел на только что проснувшегося Наруто. Тот сонным воробьём кутался в одеяло сильнее. — Замёрз, — коротко хриплым спросонья голосом констатировал Узумаки. Наруто выглядел обиженным, и, когда он притянул к себе Саске за руку, стало понятно, на что. — Я не буду тебя греть, — но вопреки словам, Учиха вовсе не сопротивлялся, когда его затаскивали под одеяло.       Недолгую возню в постели прервал не вовремя раздавшийся звонок телефона в руках у Саске. Наруто поморщился, заметив на дисплее рабочий номер Шикамару. Их вызывают. Взглянув на Саске, Наруто улыбнулся. Тот закатил глаза и выключил звук. Трубку брать никто не спешил. — Давай никуда никогда не будем выходить? — Наруто прижимал к себе Саске, оплетая его уже и ногами. — Ты, мне кажется, что-то перепутал. У нас не медовый месяц, — выбираясь из объятий, холодным тоном процедил Саске.       Наруто закатил глаза и, выпустив его из объятий, потянулся. Не хотелось сейчас затрагивать тему отношений, но и не разобраться в ней было бы глупо. В конце концов, они спят уже несколько ночей в одной постели, живут под одной крышей, и вроде как было бы логично уже как-то определиться. — Я прекрасно всё понимаю. Но давай… Я сейчас предложу, а ты подумай серьёзно, хорошо? Взвесь там у себя в голове и ответь. Пообещай только, — сонно протянул Узумаки.       Саске молчал. И чем дольше пронзительная тишина раздражала нервы, тем громче и возмущённее выдыхал Наруто. Он выжидающе смотрел на Саске, который попросту смотрел в потолок, не обращая никакого внимания на пыхтящего Узумаки под боком. На секунду, всего-то на секунду Наруто показалось, что он ничего не говорил. Что это галлюцинации. Что это наркотический бред. И чем дольше Саске играл в молчанку, тем сильнее паника охватывала Наруто изнутри. — Ну? — спустя бесконечную минуту подал голос Учиха. Обещать он не собирался, а выслушать предложение мог. Предложение, а также не сопение. Но Наруто — это Наруто. И без детских игр и глупых условностей его жизнь не могла считаться полноценной. — Ну блин, пока не пообещаешь — не предложу, — нахмурился Узумаки и сел в кровати. Телефон Саске опять завибрировал. — Одним выстрелом двух зайцев сразу, — усмехнулся Саске и всё-таки взял трубку. — Ну и ладно. Не очень-то и хотелось, — обиженно проворчал Узумаки, всё же искоса поглядывая на Саске.       Наруто не слушал разговор, но и по обрывкам фраз было ясно — их вызывают. Их больничный закончился, и пора бы меру знать. Вот только погода на улице советовала лежать в тёплой постели и не вылезать. Через силу Наруто всё же встал с кровати и тут же поёжился от холода. Паркет на полу лизнул прохладой ступни, и Наруто скривился. Он больше любил лето и тепло. Узумаки кинул взгляд на уставшего от монотонного бубнежа Шикамару Учиху. Тот, заметив на себе взгляд, кивнул, уступив Наруто очередь в душ. Будто Узумаки нужно было разрешение на это.

***

— Совсем неинтересно? — уже перед самым выходом, кутаясь в новый шарф, спросил Наруто. — О чём ты? — Ладно, будем считать, что пообещал, — махнул рукой Наруто, отодвигая от зеркала Саске. Он оценивающим взглядом осмотрел своё отражение и перевёл взгляд на стоящего рядом с ним Учиху. — Короче, я тут вот что придумал: я живу у тебя, ты признался мне в самых светлых чувствах и поклялся в вечной любви… — Тогда не всёк, так сейчас могу, — перебил его Саске, резко повернув Наруто на себя, и поправил на нём шапку. — Я хотел предложить… Я… Чтоб мы… — Наруто выглядел растерянно и расстроенно одновременно. — Забыл? — Саске усмехнулся, заглядывая в голубые глаза. — Да, — грустно выдохнул Наруто и вновь повернулся к зеркалу.       Несмотря на новую зимнюю полицейскую форму, они всё равно умудрялись выглядеть по-разному. Это в одночасье и расстраивало, и радовало. Солидный такой Учиха и разгильдяй рядом с ним. Но Наруто никогда не чувствовал себя уютно во всём глаженном и ровно заправленном. Чем опрятнее был его внешний вид, тем некомфортнее он себя ощущал. В его образе всегда должно быть что-то несовершенное. В случае с Саске — наоборот. Он всегда выглядел как с иголочки, и в любой момент его можно было сфотографировать на обложку журнала. Его несовершенство всегда ходило рядом, бежало по коридорам вуза и громко возмущалось на паркинге около участка. — Я просто позволяю тебе жить у себя, чтоб ты не сдох где-то в подворотне, — Саске поправил на себе форму и двинулся к двери. — Мне спокойнее, когда я контролирую твои передвижения. — Потому что… — протянул Узумаки. — Потому что ты, как магнит, притягиваешь неприятности, Наруто. Поехали в отдел.       Входная дверь захлопнулась, но разговор не был окончен. В лифте неугомонный Наруто не сводил с Саске глаз, слишком громко думая. Он твёрдо решил наконец вывести их неопределённые отношения на более-менее адекватный этап. Поэтому, усевшись в машину, он пристегнулся и, сощурив глаза и внимательно вглядываясь в лицо Саске, спросил: — Но мы же пара? — Нет, — коротко и безапелляционно ответил Учиха. — Пидора ответ. Поехали.

***

      В отделе было скучно. Все шатались по коридорам, дожидаясь, когда вернётся начальство с какого-то очередного съезда и раздаст всем либо пиздюлей, либо задачи. Вполне вероятно, всё и сразу. Наруто не был исключением и, оставив Саске в гордом одиночестве, пошёл бродить по коридорам в поиске знакомых лиц. И одно он нашёл почти сразу. — Киба! — безумно радостный Наруто, не в силах сдержать эмоций, накинулся на крадущегося вдоль стены Инудзуку. Тот, не ожидавший внезапных нападений, под звонкий лай Акамару повалился на пол вместе с Узумаки. Но Наруто это ничуть не смутило. Нависая над Кибой, он продолжал восторженно привлекать к ним лишнее внимание: — Сукин ты сын, я так рад тебя видеть! Ты где был-то? Честно, я тебя похоронил уже. — Про мать было лишнее, — жмурился от боли в затылке Киба. Пёс громко лаял на ухо, добавляя лишний дискомфорт. — Акамару, фу, не уподобляйся идиотам. Наруто, тоже фу. Давай слезай с меня. — Где ты был? — Наруто послушным мальчиком слез с Кибы и даже помог подняться. — Мать… В общем, она меня увезла в домик в лесу, чтоб я там подышал воздухом. Оздоровился, блядь, — пристыженно признался Инудзука. Он осмотрелся, чтобы никто точно не слышал историю его позорного исчезновения. — У-у-у… Надеюсь, HP у тебя достаточно для схватки с боссом. А что в объяснительную писать будешь? — Наруто, друг, ну не напоминай, мне это как серпом. Короче, я понимаю, что это формальность, но, что именно писать там, я не знаю. Был слаб духом и похищен женщиной, которая меня родила. Не знаю. Сражался за семейные ценности и проиграл. — Второй вариант лучше. Я забыл тогда тебе сказать, а потом ты исчез, — Наруто придвинулся к Кибе и шёпотом продолжил, чуть ли не на самое ухо: — Те уроды, они на свободе и кошмарили меня и Саске. Я думал, что они тебя того. — Да нет, — ошарашено прошептал Киба, тоже оглядываясь по сторонам. Он выглядел встревоженно, и Акамару, почувствовав это, проскулил. — Не может быть. Нара в курсе? — Я потом всё тебе расскажу. Пока веди себя, как отдохнувший на природе человек. Встретимся как-то после работы. Есть что обсудить. Или приезжай ко мне. Правда со мной Саске живёт, но он уже не кусается. — А где это ты живёшь, что аж Саске к тебе переехал? — рассмеялся Инудзука. — Ну, у него, — закатил глаза Узумаки и отвлёкся на телефон. Звонил Шикамару. Наруто молча показал входящий Кибе, и тот, кивнув, зашагал с Акамару подальше от дверей начальства.       Оказалось, что Шикамару приехал как полчаса назад и всё это время ждал Узумаки у себя. Поэтому, как только на звонок всё же ответили, он строгим тоном вызвал Наруто к себе на разговор.

***

— Шикамару! Я выжил! — в кабинет влетел Наруто.       Его появление было настолько резким и непредсказуемым, что рука Шикамару дёрнулась, и ручка оставила размашистый след на практически заполненном документе. Нара медленно вдохнул воздух носом и закрыл глаза. Теперь нужно в канцелярию идти, писать протокол о порче документа, заново заполнять все бумаги… — Чёрт, Наруто, стучать не учили? — измучено вопросил Шикамару, подавляя непривычную ему злость. Он спокойнее, но настойчиво попросил: — А ну, давай-ка, выйди и попробуй постучать. — Шикамару-сенсей, я больше так не буду, — и ни намёка на угрызения совести и покаяние. — Хочешь новости? — Ты живёшь с Саске? — устало вздохнул Шикамару, всем видом показывая своё недовольство таким решением. — Э-э… Я не об этом хотел сказать, вообще-то, — Наруто искренне удивился, и что-то странное защекотало в груди. Неприятный звоночек. — А как узнал? Саске сказал? — Сакура рассказала, как Учиха тебя оставил. Что-то про «здесь твой дом» и так далее. — Вообще-то, это я ему одолжение делаю, — закатил глаза Узумаки. — Он в этом нуждается больше, чем я. — Охотно верю. Так что ты хотел сказать? — Я Кибу в коридоре встретил. Ты в курсе, что он живой? — Хм, — Нара не подал вида, но у него отлягло. — Мне не сообщали, и он не звонил. Я с ним поговорю. Ходили слухи, что его похищали, это так? — Да. Его мамка в ебеня увезла, чтоб сы́ночка воздухом подышал. — Пусть сам выкручивается, как это в отчёте правильно написать. По поводу Саске. Ты уверен? Он же убьёт тебя. — Нет. До сих пор же не убил. Тем более, насколько я помню, у тебя было сотрясение мозга после того, как ты упал на кулак Темари. Дважды. — Она была уставшая. А Саске… Эти синяки — он? — Шикамару указал на желтеющие уже гематомы. — Бьёт — значит любит. Мне в любом случае жить негде, а там я все углы уже пометил. И это секрет, но он успокоительные колёса пьёт. И действительно стал спокойнее, что ли, — Наруто призадумался, правильно ли он подобрал слово. В отношении Саске скорее бы подошло «менее ёбнутым», но материться совершенно не хотелось. Настроение было прекрасное. Впервые за долгое время. — Новое чёт есть? Работать ужасно хочу. — Да, насчёт этого. Есть. Приводи Учиху, и введу в курс дела. Но сначала найди мне Кибу, надо с него спросить всё-таки. — Слушаюсь, — отсалютовал Наруто и выскочил из кабинета, так и не прикрыв дверь за собой.

***

— Саске, а у нас новое дело. Шикамару не рассказал мне, твоя унылая рожа нужна ещё, — Наруто вбежал в кабинет, но Учиха даже не вздрогнул от резкого звука. Лишь поднял на Узумаки уставший уже в середине дня взгляд. — Бесишь, — коротко выдохнул он, возвращаясь к монитору.       Но Наруто, не унимаясь, совершенно бесстрашно потянул Саске за руку. Если б Учиха не знал, что причиной такому поведению был гормональный сбой, как последствие ломки, то решил бы, что Наруто не в себе. И, если бы не доза седативных нейролептиков в крови, Узумаки был бы размазан по стенке. Но Саске — даже если бы и хотел, не мог злиться. Пёс на поводке и в наморднике не может укусить хозяина. Саске не может ударить Наруто. Поэтому послушно, хоть и нехотя, поднялся с кресла и соблазнённый теплом легонько сжал руку Узумаки в ответ. — Идём скорее, — улыбался Наруто, выводя Саске из кабинета. Он говорил громко, привлекая внимание стоящих в коридоре коллег. Он говорил возбуждённо, сплошным словесным потоком. Без пауз и осмысленной цепочки повествования. — А ещё Киба вернулся! Мне не терпится начать работать. Ещё зарплата скоро! Как думаешь, меня оштрафуют или премия будет? А Шикамару, кстати, знает! — Наруто, тише, — только и сказал Саске.       Он успел постучать в косяк прежде, чем Наруто распахнул дверь. Шикамару уже не удивился, ожидая подобного возвращения Узумаки. — Учись у Учихи, — вздохнул Нара, приглашая жестом Учиху войти. — Человеческие фермы? — Саске решил лишь подтвердить свои догадки. — Крупнее прежней. Причём действуют предельно нагло и открыто. Для начала бы исследовать несколько мест, но кто-то их крышует. Боюсь, что кто-то из наших, — вздохнул Шикамару, заглядывая в экран телефона. Во входящем вызове от высшего начальства он видел знак судьбы и повод пригласить Шино для проверки помещения на предмет слежки и прослушки. — Тогда мне надо разрешение на табельное. Этому придурку я б не давал, но на твоё усмотрение, — Саске кивнул в сторону Узумаки, который доселе подозрительно молчал. — Получите всю необходимую амуницию у Тен-Тен. У неё уже есть распоряжение. Сегодня я вас отпускаю — для изучения карты. О всех своих передвижениях на задании оповещаете меня. Ты точно можешь приступать к работе? — Шикамару обратил внимание на побледневшего и понурого Наруто, который до сих пор не издал ни единого звука. — Да, всё хорошо, — улыбнулся Узумаки. — Учиха, вези его домой. Завтра жду отчёт. Всё, все свободны, — Шикамару вновь посмотрел на входящий и решил-таки ответить. — Пока, — первым из кабинета вышел Наруто, словно ожидавший только этого. Саске, кивнув Шикамару, пошёл за Узумаки. — С тобой всё хорошо? — заглядывая в глаза Наруто, уточнил Учиха. На улице он выглядел ещё бледнее. — Саске-кун беспокоится обо мне? — заулыбался Наруто и тут же поплатился, скривившись от резкой вспышки головной боли. — Да. Что с тобой? — Тошнит. Наверно, перевозбудился или типа того. Нормально всё, — Наруто вздохнул, как только боль унялась, он глянул на Саске. Тот выглядел действительно взволнованным. — Извини. — Поехали домой. Тебе бы отоспаться до завтра.       От огней за окном мутило лишь сильнее. Они превращались в сплошной поток неоновых лент и вспышек ламп. Наруто упрямо смотрел в окно с вялой надеждой на некое подобие чуда. Он ждал первого снега. В Токио снег — редкость. Даже если он шёл, то умирал, только касаясь асфальта. В Европе снега было много, но там он не радовал от слова совсем. Быть может, виной тому была ответственность за уборку сугробов, как самого мелкого и слабого представителя семейства, или же всепоглощающая тоска по родине. Сейчас же снег обязательно помог бы, обозначив новую жизнь, стал бы сигналом к улучшению. Белые мухи кружили бы у фонарей, и всё обязательно бы наладилось. Но снег не шёл. По прогнозам и не планировал даже. Авто медленно остановилось, выводя Наруто из транса. — В магазин надо заехать. Ты в машине остаёшься или со мной идёшь? — фраза, сказанная Саске, впервые казалась до боли привычной и семейной. — Не знаю, меня от запахов ещё мутит, — пожал плечами Наруто, стараясь не выдавать тот трепет, что защекотал его от нахлынувших чувств. Так можно спугнуть Саске. — Я хочу узнать, как Шикамару взъебал Кибу за прогулы. Ты иди. — Тебе таблетки надо? — Да, наверно, — Наруто нахмурился, не в силах вспомнить, что у него по запасам. Странное дело — к заботе привыкнуть можно значительно быстрее, чем к одиночеству. — Давай деньги. — Ась? — сморгнул наваждение Узумаки и возмущённо продолжил: — Вот это поворот. Нет у меня денег. А я-то думал, что ты добрый человек, а ты — сноб обыкновенный. — Я понял тебя, — ни капельки не удивлённый такой реакцией Саске уже собрался выйти из машины, как на его колено легла ладонь. — Саске, а давай устроим свидание? — Охуел? — вскинул бровь Учиха, переводя взгляд с руки на лицо Наруто. — Охуел, — кивнул Узумаки и с серьёзным видом продолжил настаивать: — Ну серьёзно. Сколько нам осталось той жизни. Тебе жалко, что ли? Просто свидание. — Прекращай это, — Саске убрал руку Наруто с колена. Он выглядел чуть более раздражённо, чем раньше, но всё равно не дотягивал и близко до прежнего Учихи. — Прекращать что? — заводился Наруто. Ему уже хотелось мало того, что добиться своего, так ещё и вывести на эмоции Саске. — У меня не было ни отношений, ни свиданий толком. Давай устроим свидание. Я приглашаю. Даже плачу, когда зарплату начислят правда. — Не потянешь.       Саске захлопнул дверь, тем самым поставив жирную точку в диалоге. Вот только это он думал, что ответ отрицательный, в то время как Наруто победно улыбался, провожая взглядом Учиху до магазина. Тот обернулся лишь у входа в комбини, чтобы показать Наруто средний палец. — А, может, и плохо, что он на этих таблетках сидит, — вслух размышлял Наруто. Его улыбка постепенно померкла, пока не потухла вовсе. Он достал из кармана сотовый. — Раньше лучше было, по-моему.       Наруто быстро набирал сообщение Кибе, не замечая абсолютно ничего вокруг. Саске всегда поражался его беспечности, и сейчас, глядя в витрину магазина, он поджимал губы. Узумаки сидел в машине и не обращал ни на кого внимания, залипнув в телефон, а ведь где-то гуляет Кимимаро со своими апостолами. Саске сам не знал, откуда в нём это желание защитить, сторожить, прикрывать. Узнав тайну Наруто, в нём словно что-то перемкнуло, а таблетки Карин усилили эффект, делая из Учихи безвольную куклу.

***

— Давай потрахаемся? — предложил Наруто на рекламной паузе. Фильм всё равно был неинтересным. А Саске только вышел из душа, и его полуобнажённое тело привлекало внимание куда больше никудышной игры актёров по примитивному сценарию. — Нет, — сразу ответил Саске, даже не поворачиваясь к Наруто. — Почему? — Причин много: мы не пара, секс сам по себе мерзкий, тебе ли не знать. Мы не пара. К тому же — мы не пара, — Саске перечислял всё чуть ли не на пальцах, так же, как и Наруто, не отводя взгляд от телевизора. — Да понял я, понял, что ты стесняешься своего признания. Но слово не воробей. Так что давай переспим? — казалось, что Наруто предлагал выпить по баночке пива или же переключить канал. Тон был настолько скучающий, что Саске чуть было не поверил ему, если б язык тела не говорил об обратном. — Я не думаю, что будет мерзко. Сыграем в ян-кен кто сверху? — У тебя теперь проблемы с восприятием или чувством самосохранения? — Да ладно тебе. Давай попробуем, — улыбнулся Наруто, наконец оторвавшись от рекламы какого-то средства от усталости. — Хочешь секса? Иди в душ, будет тебе секс, — Саске отложил полотенце с головы на быльце дивана и вздохнул. — Бегом, что смотришь, бестолочь. — Так сразу? — стушевался Узумаки, теряя разом весь запал. — Струсил? — Нет. Просто.. не важно. Сейчас вернусь, — Наруто вскочил с дивана, но задержался у выхода в комнату. — Чего застыл, передумал? — теперь в голосе Саске читалась явная издёвка, и Наруто поджал губы, ничего не ответив.       Горячая вода приятно расслабляла тело, но не мысли. Чем ближе был момент икс, тем напряжённей становился Наруто. Он трижды пожалел, что напрашивался и вёл себя нелепо. В конце концов, для Саске секс нечто мерзкое и неприятное. Да и у Наруто в памяти оставались ещё яркие образы. И ради чего всё это? Эфемерного триумфа или же навести Учиху на ответы? Подвести, как слепца, за руку и ткнуть рожей в истину. В простую житейскую истину, где не надо всё усложнять. Где не нужно бояться чувств и жить одним днём, как это делал Наруто. Любишь — люби, хочешь — еби, слишком утрировано, но именно это понял из пьяных монологов Джирайи Узумаки. А Саске засунул себя в клетку и живёт в ней. Вроде Наруто и приоткрыл дверь, а он всё не выходит. А сейчас… Сам Узумаки настоял на сексе. Глупо так.       Несвоевременно перед глазами всплыли воспоминания. Лицо Саске, переполненное скорбью и сожалением. Разве можно заставлять человека трахаться, когда у него такое отношение к сексу?       Наруто вошёл в спальню совершенно без настроения. Его потерянный взгляд блуждал по полу, не силясь подняться на лежащего в кровати Учиху. Громко вздохнув, словно перед тяжёлым боем, Наруто поднял голову и широко улыбнулся, надеясь, что минутной слабости не заметили. — Ну, я чистенький. Что дальше? — Ложись на кровать, — Саске постучал рядом с собой по постели и не сводил с Наруто глаз. Теперь это была игра, кто сдастся первым — Логично, — рассмеялся Наруто.       В каждом его движении читалось напряжение и неуверенность. Наруто будто шёл по минному полю, шаг в сторону — погибель. Улыбка стала нервной и даже жалкой, когда о ней позабыли и перестали контролировать. Саске внимательно следил за каждым движением, и ничего не отражалось на его лице. Дабы подтвердить собственные догадки, он протянул руку к лицу улёгшегося рядом Наруто. Возможно, вышло резче, чем того хотелось. Чего и следовало ожидать — Узумаки зажмурился и вздрогнул. Всего на долю секунды, но этого хватило Саске, чтобы остановиться. Он откинулся назад на спину и, глядя в потолок, проговорил: — Ты боишься меня. — Ни капельки, — упрямость взяла верх. Это просто рефлексы. По крайней мере, так было удобно объяснять себе.       Оседлать бёдра Саске было совсем не страшно. Даже было в этом что-то возбуждающее, интимное. Целовать Саске было ещё приятнее. И Наруто точно не боялся этого. Даже когда горячие руки Саске легли на обнаженные бёдра и поползли вверх под домашние шорты — страшно не было. Наруто углубил поцелуй, ёрзая на бёдрах Учихи и определённо чувствуя взаимное возбуждение. Температура в комнате возрастала, а воздуха становилось меньше. Вселенная сузилась до одной небольшой кровати, а остальное было неважно. Саске оглаживал ещё влажную кожу на бёдрах, впрочем не заходя за рамки приличия.       От первого лёгкого засоса на своей шее Саске лишь шумно выдохнул, толкнувшись бёдрами вверх. Его определённо возбуждал Наруто, но был какой-то незримый барьер, не позволяющий начавшемуся завершиться.       Даже перевернув Наруто на спину и полностью перехватив инициативу, Саске лишь удостоверился — ничего не будет. Узумаки едва заметно дрожал и был словно скованный невидимыми цепями. На долю секунды Саске вновь почувствовал себя насильником. Быстрого взгляда на лицо Наруто хватило, чтобы убедиться в своём предчувствии. — Не заставляй себя. Ты зажат, — тихо проговорил в губы Саске, мягко целуя, словно извиняясь за всё. За то, что сломал, за признание, за призрачную надежду на счастливое будущее. Наруто лишь покачал головой, боясь, что голос выдаст его с потрохами. — А если я сделаю так? — Саске говорил это с какой-то горечью в голосе.       Его руки спустились к низу живота и мягко, но настойчиво начали спускать шорты вниз. Реакция последовала незамедлительно. Неподдельный ужас в глазах скрыть всегда тяжело, а для Наруто, который всегда проигрывал в покер, тем более. — Ладно, ты прав, — выпалил Наруто и схватился за шорты, натягивая их обратно. Его щёки горели румянцем, а глаза блестели от обиды на себя же. — Да. Мне страшно. Я хочу тебя, но мне страшно.       Последнее Наруто говорил уже с нескрываемой обидой и сожалением. Он будто извинялся за свою импульсивность и заносчивость. Это ведь он заварил эту кашу, а теперь дал заднюю, за что было невыносимо стыдно. — О чём я и говорил, — невесело усмехнулся Саске, прикрывая глаза. — Попробуем позже, — увереннее настаивал Узумаки, скорее убеждая себя, чем Учиху. — Наруто. — Да боже, Саске, я же хочу этого. Просто ссыкую немного. Это нормально. Переволновался. Завтра проверим три точки в городе? — Две. Зарплата не настолько меня радует, чтоб я торопился работать, — зевнул Саске. — Но людей едят, — усмехнулся Наруто, понимая, что его аргумент — не аргумент. — И? Они мне не заплатят, — пожал плечами Саске, поворачиваясь на бок, лицом к Наруто. Тот улыбался, явно что-то задумав. — Совместная дрочка? — он потянул руку к паху Саске, но та была перехвачена и крепко сжата у запястья. — Больно же! — прошипел Наруто, но вместо того, чтобы отстраниться, пододвинулся ближе, заглядывая в глаза Саске и продолжая улыбаться. — Ложись спать. — Давай встречаться? — синие глаза были достаточно близко, чтобы рассмотреть в них отражение своих собственных. Удивлённых и застигнутых в расплох.       Вспышка гнева всё-таки прорвалась сквозь нейролептические сети, и Саске сам не заметил, как его руки сомкнулись на шее Наруто, а самого парня он успел подмять под себя. — Ты чё, бессмертный, Наруто? Ты хули меня злишь, блядь? Границы дозволенного ищешь? — Учиха отпустил Наруто ровно тогда, когда его глаза заблестели, а лицо сильно покраснело. Но он всё равно не прекращал улыбаться. — Так тебя такое возбуждает? — с явной издёвкой прошептал Наруто, опустив взгляд вниз, а затем снова взглянув в глаза Учихи. — Пошёл нахуй, — устало прошипел Саске, слезая с Наруто и укладываясь на свою половину кровати. Очень хотелось спать. Очень хотелось, чтобы этот день, эта жизнь закончилась. — Прости, — прошептал Наруто. Он опять чувствовал себя глупо. Это сапёры ошибаются один раз. А Узумаки.. на ошибках так и не учится.

***

      Внезапно Наруто стало слишком много в жизни Саске. Если хочешь сварить лягушку — не кидай в кипяток. Положи её в кастрюлю с холодной водой и поставь на огонь. И Саске совсем не нравилась роль этой самой лягушки. Вот только время назад не вернёшь. А Наруто напоминал наглого кота, которого пригласил в дом, и совершенно непонятным образом теперь это ты живёшь у кота. Узумаки обживался с непристойной скоростью, тратя в интернет-магазинах деньги с карточки Саске. Утром доставкой пришёл нелепый оранжевый коврик в ванную комнату. «Такой, как дома». К вечеру придут тёплое одеяло-плед и абсолютно неуместная в минималистичном интерьере мелочь. Наруто обживался, захламлял квартиру, и стоит признать, всё же приносил уют. На коте он ещё не настаивал, но уже разрабатывал план. Решение завести домашнего любимца появилось внезапно, спонтанно и было словно небесное озарение. Как панацея от депрессии. Есть кот — не захочешь умирать. Так должно быть. Но идею с котом надо было продавить, пока Саске на таблетках. А пока что Наруто втихаря грабил учиховский банковский счёт.       Саске поражался, как за один вечер можно натворить столько дел. Если Наруто и дальше будет столь продуктивный, он его выдворит. Эта мысль посетила его именно в тот момент, когда его разбудил курьер с чёртовым ковриком.       Позже, в участке, Саске передумал, потому что Наруто сумел внезапно исчезнуть. Пропасть без вести и не брать трубку. Среди знакомых его тоже никто не видел. Внутреннее напряжение росло, и тревога вместе с ним. Поэтому, когда в коридоре Саске перехватил Нара, тот его не особо слушал. —… это удивительно. Он энергичный, весёлый и… Он стал прежним. Если ты его сломаешь — я придам тебя забвению. Я найду причину. — Что-то ещё, Нара-сама? — холодно уточнил Саске. — Саске, пожалуйста, — сменив гнев на милость, попросил Шикамару. Он выглядел измученней обычного. — Разве для тебя это не проблематично? — колко подметил Учиха. Но насмешливый тон пропал в следующей фразе, и голос стал тише. — У него это пройдёт. Это остаточное. — Нет, — покачал головой Шикамару. — Я не про это. Я вижу, что — временно, а что — извечно в нём. И то, как он на тебя смотрит, это, Саске, — не остаточное. — Всё, — остановил его тот, кивнув на подходящего к ним Наруто. Шикамару обернулся. — О, Саске, ты тут. Я взял, что нужно. Кроме йодида калия. Тен-Тен сказала, что это в аптеке брать надо. Шикамару, почему Тен-Тен злая такая?       Наруто выглядел слишком загадочным. Саске трижды проходил мимо Тен-Тен, его там не было. — Может, кого-то другого туда отправить? — вслух размышлял Шикамару, рассматривая дозиметры в коробке. — Всё-таки фон там в некоторых местах достаточно опасный. — Давай близнецов, их не жалко, — пожал плечами Наруто. Почему-то именно они первые всплыли в памяти, как представители группы «не жаль». — Наруто…— осторожно начал Шикамару, но, почему-то всматриваясь в лицо Саске, считывая его эмоции, а не Наруто. Тот выглядел безучастным, но Нара знал, что тот внимательно слушает. — Такое дело, их повысили. Сакона на место Чоуджи поставили. Братца его помощником.       Саске напрягся. Шикамару прекрасно видел, как чуть сузились его глаза и нахмурились брови. Новость явно не радостная. Следить за реакцией Наруто смысла не было, поскольку её предугадали все. — Чего?! — передав коробку Саске, Наруто возмущённо развёл руками. Жестикулировать с чем-то габаритным в руках было крайне неудобно, а свобода движений была необходима. — Они теперь моё начальство? Серьёзно? И рожу не набить и нахуй не послать? — Будто тебе будут мешать это сделать их погоны, — усмехнулся Саске. — Ну, не твоё начальство, — пожал плечами Шикамару. — Я здесь твой царь и бог. Ну, после Какаши. Кстати, Саске, возможно, и тебя ждёт повышение. — А меня? — Скажи спасибо, что не отстранили и не перевели в архив. Чуть не сорвал операцию, не послушал приказа, не говоря уже о том, что чуть не помер на чужом задании. — А Саске тогда чего повышают?! — то ли от смущения, то ли от злости лицо Наруто покраснело.       Саске не вмешивался. Он молчаливой тенью стоял и наблюдал, как сокрушается Наруто, размахивая руками и злясь абсолютно по-детски и искренне. Как и много лет назад, когда Саске обгонял его, прыгал дальше и выше, дрался лучше, знал больше. — Пошёл добровольцем, отлично отработал на задании. Заслужил, — пожал плечами Шикамару, отвлекаясь на входящее сообщение. — Да он же меня побил там! В наручниках стоял! И…       Пылкая речь была перебита внезапным поцелуем. Саске хотелось не только заткнуть Наруто, но и любопытно было посмотреть на его реакцию. К тому же надо было распустить слухи по отделу, чтобы они точно дошли до нужных ушей. — Прекращайте это, — закатил глаза Шикамару и, сделав шаг в сторону своего кабинета, добавил: — Вы в отделе.       Но поцелуй прервался, так же неожиданно. Наруто даже не успел за те пару секунд понять, что ему надо думать, делать и чувствовать. Кровь шумела в ушах и тихие перешёптывания за спиной звучали действительно громко. Это Саске его так пометил? Так они же «не пара». Или он хотел… А что он собственно хотел сделать? Наруто ошарашенно смотрел, как Саске неспешно уходит по коридору, не обращая внимания на смущённых девушек. — И что это было? — спросил Наруто вслух у себя, опуская взгляд вниз на коробку, которую Саске передал ему, а он и не заметил. — А? — Избавь меня от этого. Беги давай, — вздохнул Шикамару и чуть тише добавил: — И… Наруто, пожалуйста, будь осторожен. Место крайне опасное. Я не в восторге, что вы туда отправляетесь. — Да, конечно. И, друг, выбей мне премию, окей?

***

      Погода явно на кого-то злилась. Она агрессивно срывала с деревьев последние листья и забиралась под куртки и пальто суетливым прохожим. Она подгоняла тяжёлые тучи скорее закрыть яркое солнце и выла в подворотнях, пугая суеверных горожан. Только скрывшимся в домах или, в случае Наруто и Саске, в автомобилях людям на погоду было плевать.       Машина ехала по межгородской трассе на верхнем пределе разрешённой скорости. Наруто смотрел в окно, как где-то далеко, над океаном, идёт ровной полосой дождь. А, может, и снег. Спустя двадцать минут беспрерывного молчания и шума колёс Узумаки не выдержал. — Саске-е-е. А что ты подумал, когда я с Чехии вернулся? — зевнул он, переводя взгляд на сосредоточенного на дороге Саске. — Я даже не заметил, — пожал плечами он, совершая обгон очередной легковушки. — Врёшь. Я знаю, что ты был рад, — насупился Узумаки. Но сделал это настолько наигранно, что не поверил сам. — Ты меня уже тогда любил? — Узумаки, — предупредительно низким голосом сказал Саске, неосознанно нажимая сильнее на педаль газа. — Значит, да? — Когда ты вернулся, я тебя сразу узнал, — завуалированно ответил Учиха, а затем добавил немного тише: — Внутри стало как-то неприятно сразу. — Почему? — не скрывая расстроенных ноток, спросил Наруто, отворачиваясь к окну. Они уезжали от берега, и хотелось с ним попрощаться. Дальше будет сплошная лесополоса. — Я надеялся, что ты исчез навсегда. — Я понимаю, — горько прошептал Наруто. А затем его голос приободрился. — А я, когда увидел тебя, не знаю, как объяснить, но у меня внутри всё перевернулось. Прям вот знаешь, как будто… Блин, ну вот как бы сказать… — Красавчика увидел? — усмехнулся Саске. — Ну ты ж и правда красивый, — удивился Наруто и повернулся к Учихе. — Эти полосы на щеках, кто их тебе нанёс? — внезапный вопрос выбил из Наруто весь воздух. Автоматически мозг начал копошиться в памяти про детство, и головная боль пришла чрезмерно резко. — Что? — жмурился Наруто, хватаясь одной рукой за висок, второй крепче сжимая сидение. Слова произносились скомкано и как-то медленно. — Я не помню, я ж… Я ж говорил. Блядь. — Наруто? — Саске сбросил скорость неожиданно для едущих сзади автомобилей. Гневные сигналы клаксона лишь усиливали нарастающую боль. — Да голова сейчас… Лопнет походу, — Наруто с каждой секундой становилось хуже. Его дыхание сбилось и раз за разом выходило с болезненными стонами. — Каждый раз так. Чёрт. Больно-то как. — Ты как-то связан с проектом «Вивариум»? — Саске понимал, что добивает Наруто, но вдруг хоть так можно докопаться до истины?       Неожиданно шум авто и дороги прекратился, а на его место пришли голоса. Спутанный несвязный гомон, перемешанный с детским смехом и механическим писком. Кто-то что-то требовательно говорил, кто-то кричал. Смех становился громче, к гулу добавлялись всё новые голоса. Воздуха вмиг не стало, а голова разболелась так сильно, что перед глазами всё почернело, но Наруто твёрдо знал, что находится в сознании. Страх. Липкий, холодный страх своими тонкими пальцами проникал в разум, сжимал цепкой хваткой сердце. Шептал на ухо: беги-беги-беги-беги-беги… От кого и куда, Наруто не знал, но не послушаться не мог. Он на ходу схватился за ручку и, прежде чем Учиха заблокировал дверь, открыл её. Выпрыгнуть не дал ремень безопасности. — Останови! — задыхаясь в панике, прокричал Наруто.       Саске ударил по тормозам слишком резко даже для Наруто, не говоря уже о водителях сзади. Если б не удача — аварии было бы не избежать. Но от резкого торможения Наруто всё-таки ушёл лицом в торпеду, и по его лицу побежала кровь из носа. Наспех разобравшись с ремнём, Узумаки выбежал из машины, не замечая ничего перед собой. Одна мысль: бежать. А куда, зачем он не понимал, но слепо подчинялся внутреннему голосу. Только вот от себя не убежать. Разве что…       Саске сидел на обочине, дыша как загнанный зверь, борясь с тошнотой. Он только что спас Наруто. Спас от неминуемой смерти.       Когда тот выбежал, какого-то чёрта его повело на проезжую часть, а не в лес. И Саске успел буквально за миг дёрнуть на себя Наруто до того, как его на полной скорости сбил бы внедорожник. Правда и дёрнул он его достаточно резко и, не рассчитав силы, откинул Узумаки на обочину. Но Наруто, не замечая падения, стонал и выгибался от боли, хватаясь за голову руками. Саске же крупно трясло, и впервые он не мог мыслить трезво.       Всё закончилось, как и началось. Неожиданно и мерзко. Наруто перестал выть, а позже и вовсе задышал почти ровно. Саске сидел около него и курил, посылая мысленно всех сигналивших водителей. — Ладно, вставай давай, заболеешь, — убито произнёс Саске, когда сигарета дотлела до фильтра. — Извини. Больше не будем об этом.       Наруто послушно поднялся, не обращая внимания на предложенную руку помощи Саске, и поплёлся к машине. По его настроению было сложно что-либо понять, но Учиха внутренне напрягся. В конце концов, это была целиком и полностью его вина. И отвечать за последствия — ему. — Мне иногда кажется, что у меня украли эти года, — уже сидя в машине, грустно признался Наруто, размазывая по лицу остатки крови. — Кто? — тихо уточнил Саске, уже мягко ведя машину по дороге. — Не знаю. Кто-то, — Наруто рылся в бардачке в поисках салфеток или чего-то подобного. Искомое нашлось не сразу. Небольшая пачка, какие дают в ресторанах или самолётах, с одной единственной влажной салфеткой внутри. — Мне могли стереть память? Как бы предать забвению? — Да. Но на детях это делать запрещено. — Кого это волнует, — Наруто поморщился от отголосков головной боли, но уже не был таким бледным. — Фермы тоже запрещены. И клубы эти, где трахают трупы. И расчленёнка эта. И педофилия. И… — Я понял, — прервал его Саске. — Может, где-то на меня маленького дрочат? Порнография там, — Наруто тщательно стирал кровь, а голос его был обычным, словно он говорил на обыденные темы. Будто Саске не уничтожало каждое произнесённое им слово. — А как из моды вышел — всё, стёрли память да выкинули.       Саске отчего-то было крайне неприятно думать в этом направлении. Был ли на то его личный случай из детства причиной, или он попросту злился, что подобное с Наруто могло быть — он не понимал. Но предельно ясно было одно — это отвратительно. Это больно. И, если это правда, он найдёт всех. Каждого. Потому что таких людей не должно быть. Таких людей надо убивать, а не превращать в дворников, заправщиков или отправлять на завод.       Наруто молчал, а они уже подъезжали к месту. Совесть Саске уснула обратно, обещая в ближайшее время не просыпаться ни под каким предлогом. — Саске. А вот помнишь, мы целовались в общежитии… — Приехали, — фыркнул Саске, выражая недовольство новой темой разговора. Он знал, к чему она ведёт. — Выходи. — Ну помнишь же! — возмутился Наруто, борясь с ремнём. — Нет. Узумаки, ты что-то вообще берега путаешь. Мы — не встречаемся. Мы — не женатики. Вообще, будешь себя так вести — съёбывай с хаты. — Какой злой, — проворчал Узумаки и захлопнул дверь машины достаточно громко. Он вообще жалел, что не воспользовался моментом, когда Саске был уязвлён чувством вины. — Не хлопай дверьми, — на автомате приказал Учиха, доставая коробку с приборами из багажника.       Наруто осматривался. Ему не нравилось место, куда они прибыли. Оно было умирающим. Обветшалые здания, кое-где превращённые в руины. Неухоженные улицы, облезлые рекламные плакаты. — Выглядит… Неприветливо. — Идём, — Саске всунул в руки Наруто табельное оружие, фонарик и дозиметр и тоже осмотрелся. Хорошо впрочем, что они предварительно переоделись в гражданское, да ещё и вымазались по дороге.