Бессмертные

...и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем.

И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их.

Бытие 6:6

— Мы прям вместе спать будем? — неуверенно спросил Наруто, оглядывая комнату.       Саске уже лежал под одеялом на спине и смотрел в потолок. Слабый свет прикроватной лампы, по крайней мере такую функцию выполняла висящая со стены на проводе чахлая лампочка, едва ли освещал комнату. Да и комнатой маленькое даже в рамках Японии помещение называть можно было с натяжкой. По сути, в четырех стенах вместился стул, кровать и пара коробок, заменявших шкаф и стол одновременно. Если расставить руки, можно одновременно коснуться противоположных стен. Наруто присел на кровать, и та надсадливо скрипнула. — Раньше тебя это не смущало, — Саске повернулся к нему и приподнял край одеяла, приглашая прилечь рядом.       Наруто недовольно фыркнул и покосился в сторону двери, но всё-таки забрался под одеяло. Тепло от тела Саске тут же подарило уют и вернуло хоть какое-то душевное равновесие. — Раньше у нас не было челика, вбегающего без предупреждения, и твоей сталкерши за стеной.  — Боишься? — насмешливо поддернул Саске, на что Наруто лишь закатил глаза. — Естественно, боюсь, у меня же такая спокойная жизнь. — Всё, ты выспался за эти дни, а я нет.       Саске на удивление не отвернулся спиной, а так и остался лежать на спине, повернув голову к Наруто. Но почувствовав какое-то копошение в кровати и скрип пружин, открыл глаза. Чужая нога приятной тяжестью легла на него. Наруто только приблизился к нему за поцелуем и тут же отпрянул, нахмурившись. — У тебя другая паста, — констатировал, не спрашивал. — Спи уже, — устало вздохнул Саске. — Где она? Мне Карин выдала какую-то, но она ядрённая, что пиздец. Не удивлюсь, что щеткой она будет чистить унитаз. Я свою, кстати, при Карин взял. И да, такого же цвета, как у тебя. Специально. Ну и свою щетку в комнате спрятал.  — Я сам в таком случае почищу толчок твоей, — лениво пригрозил Саске, но губы тронула улыбка. — Так это не я виноват! — шёпотом возмутился Наруто, озираясь на дверь. — Выглядит как предумышленная подстава вообще-то. — Ну нет, что ты такое говоришь, — в голосе Наруто уже вовсю слышались игривые нотки. Он действительно не был сонным.       Саске смотрел на Наруто чуть щурясь. В этой комнате он светился ярче лампы. И был живым. По-настоящему живым. Поддавшись мимолетному порыву, Саске взял руку Наруто в свою и, поднеся к губам, легко поцеловал костяшки пальцев.  — Ты чего? — удивился Наруто таким резким переменам. — Я боялся, что потеряю тебя, — шёпот грел холодную кожу рук, а слова тронули что-то внутри. — Куда я денусь, — отшутился Наруто, стараясь не выдать своё смятение и скрыть его за показным весельем. — И это, спасибо, что ли, что не дал меня пристрелить.  — Там на углях... Я хочу, чтобы ты мне пообещал, — голос Саске был серьезным. — Ой, Учиха, харе. Я буду делать, что посчитаю нужным. Ты меня знаешь, а эти разговоры только к ссоре приведут. Опять, — вздохнул Наруто, но не отстранился. — Я тяну тебя на дно. — Поэтично, конечно. Но кто кого еще куда тянет. Я вообще уверен, что все уляжется. Месяц-два, и мы снова будем ездить на дебильные вызовы с бытовухой, вот увидишь. — Наруто. — Я не умру. Ни у тебя на руках, ни вообще в ближайшее... Не знаю. Десятилетие так точно. Если опять война не начнется и не ебанут ядеркой, то планирую до ста дожить. Так что прекрати это. — Ты как ребенок. — Я живой до сих пор. Я жил на улице, в детдоме, у Харуно, в селе под Брно. Я вообще коп. И до сих пор живой. Мои анализы хорошие. На онкомаркерах так вообще позитивные, — улыбнулся Наруто и подмигнул Саске.       Но тот нахмурился и уже собирался что-то начать говорить, как Наруто его остановил. — Да шучу. А вот сейчас серьезно: я не хочу, чтоб меня опекали. Я умею жить, в отличие от вас, многоразовых. Я научился не умирать в любой непонятной ситуации. И интуиция у меня хорошая. Если меня Карин не убьёт за то, что я на тебя тут ногу закинул, то и до старости дотяну.       Саске провел рукой по бедру Наруто и слегка сжал у ягодиц. Реакция последовала незамедлительно прерывистым выдохом. Наруто заёрзал, а кровать заскрипела пружинами. — Ревнуешь? — усмехнулся Саске в губы Наруто. — Ещё чего, — улыбнулся в ответ Наруто и скользнул языком по губам Саске. — Ты меня лапаешь с какой-то определенной целью или как в прошлый раз уснёшь? — Не было такого.  — Это этот... Как его там. Газлайтинг, — на недоверчивый прищур Наруто коротко ответил: — В интернете видел. — В комиксах своих? — между короткими поцелуями успел подколоть Саске. — В манге, вообще-то. Да стой ты. Нас же услышат. Кровать скрипит. — Пускай слышат.  — Меня пристрелят же... — уже активнее запротестовал Наруто, отчего кровать заскрипела активнее. — Саске, ну постой ты.  — Молчи.       Наруто позволял Саске изучать своё тело губами, отзываясь на каждый засос или укус прерывистым дыханием и кротким мычанием. Возбуждение нарастало у обоих. Вот только пружины скрипели неприлично громко, и смущало это лишь одного Наруто. Тот не сводил взгляда с яркой полосочки света под дверью.  — Можешь быть чуть более вовлеченным? — напомнил о себе Саске, задирая футболку на Наруто. — Я вообще-то на шухере... Лежу.  — На меня смотри. И думай только обо мне.       В голове Наруто прозвучала мысль, что в целом он только о Саске и думает. Всегда только о Саске, а может, стоило бы и о себе иногда. — Я не хочу. — Что? — удивился Саске. — Секса сейчас не хочу. Не в таких условиях, — поджав губы, признался Наруто. — Я понял.       Наруто хотел было что-то ответить, но, только открыв рот, передумал. В целом это бессмысленно — оправдываться. Саске уже вернулся на место и отвернулся от Наруто. А того уже атаковало чувство вины. Мог ведь переступить через свои страхи. Мог ведь и потерпеть некомфортные условия. Подумаешь, увидели бы.  — Извини, — тихо, едва слышно прошептал Наруто, но не оправдываясь.  — Спокойной ночи. Наруто закатил глаза. Обиделся. Блять. — Хуёчи. Можно... — Узумаки с силой развернул Саске на себя. — Сделать хорошо друг другу иначе. — Отстань, — Саске отмахнулся, но его руку перехватили. — Не шуми, — шёпот в губы и мягкий поцелуй.       Саске хотел было еще возразить, но рука Наруто уже оглаживала его живот, а бедро чувствовало явное чужое возбуждение, упирающееся в ногу. Вкус зубной пасты и правда отдавал какой-то острой перечной мятой и ядрёной свежестью. Краем мысли Саске представил, каково будет чувствовать это на головке члена, и тихо промычал в поцелуй. Наруто, восприняв это как призыв к активным действиям, провёл пальцами по животу вниз и ловко забрался рукой под резинку трусов Саске. Член дёрнулся, когда по бархатной коже провели пальцами, обхватывая ствол.  — Впервые кому-то дрочу, — усмехнулся в поцелуй Наруто и сделал пару движений рукой.       Кровать скрипнула, когда Саске толкнулся в руку. Наруто лёгким движением спустил боксеры ниже и стал медленно водить рукой по члену.  — А ты мне... Ну тоже того, — уже более смущённо то ли попросил, то ли предложил Наруто. — Обойдешься. Справляйся сам, — голос Саске изменился от возбуждения. Стал ниже, звучал как-то тягуче и завораживающе.  — Типа так?        Наруто быстро спустил с себя нижнее бельё, заставляя кровать истошно заскрипеть под собой. И, приблизившись к Саске как можно плотнее, вздрогнул, когда собственным членом коснулся его. Несмело обхватив оба органа рукой, он стал медленно двигать рукой. Ощущения далеки от привычной дрочки. Как минимум, что рядом часто и прерывисто дышал Саске, закусывая губу.  — Новое тело чувствительнее? — поинтересовался Наруто, дабы подтвердить свою догадку. — Заткнись, — прошипел Учиха.       Он оглаживал поясницу и спину Наруто ладонью, опускаясь на ягодицы, чтобы сжать посильнее. Да, он был прав. Новое тело неожиданно чувствительное, непривыкшее к ласкам, отзывалось на каждое прикосновение слишком остро. А эмоции, которые не имели выхода, сейчас превратились в океан возбуждения. Наруто мычал, когда Саске сжимал слишком сильно, до будущих синяков. Вздрагивал, когда средний палец упирался в кольцо мышц, но не давил с целью проникнуть. Лишь дразнил, как казалось Наруто. А Саске, отдавшись ощущениям с головой, целовался так, что кружилась голова и покалывали губы. Движения рукой ускорились, стали менее ритмичными, сбивчивыми. Большой палец изредка проходил по головкам, вызывая стаи мурашек и тихие стоны у обоих. Наруто не сразу понял, когда вместо языка оказались пальцы Саске, оглаживающие язык, давящие на него.       Приоткрыв глаза, Наруто сразу встретился со взглядом Саске. Они свет не выключили, дошло до него, но было уже слишком плевать. Рука уже устала дрочить, да и не хотелось кончить так быстро. Было бы стыдно. Поэтому Наруто замедлился, а обхват стал не такой сильный, едва касающийся. Пальцы выскользнули изо рта, и тут же их заменил язык Саске. Тот целовался страстно, глубоко, жарко. Можно было бы найти еще с десяток эпитетов, но ни один не смог бы передать то чувство, что испытывал Наруто. Еще никогда прежде он не был настолько любим и желанен. Он застонал в поцелуй только от одного осознания, что он сейчас с Саске. В голове мелькнула мысль, что, видимо, это никогда не перестанет удивлять и переворачивать мир с ног на голову. Второй стон вызвал уже проникший в него палец, смоченный его же слюной. Он скользнул в него на две фаланги и остановился. Наруто протестующе замычал. — Тих-тих. Ничего кроме пальца. Верь мне, — прошептал Саске в губы.        Этот шёпот успокаивал. Еще радовало, что коротко остриженные ногти Саске не царапали изнутри. А когда палец надавил на простату, протестовать уже совсем расхотелось. Рукой он возобновил ритм, постепенно ускоряя его. Член Саске твердел и пульсировал, что возбуждало его самого. Какой-то замкнутый круг получался. Палец двигался в такт движения руки, каждый раз несильно надавливая на простату, отлаживая стенки, растягивая мышцы ануса. Наруто стонал уже чаще, не боясь, что их услышат. Да и Саске стал громче. Его член был уже совсем твёрдый, а ноги напряжены. Ощутив это, Наруто позволил и себе больше не сдерживаться и спустя пару секунд кончил первый, побеждая в этой гонке всего на несколько движений рукой. Саске кончил со сдержанным стоном, уткнувшись лбом в плечо Наруто. — Так, снимай меня с крючка, — тяжело дыша первым подал голос Наруто. — Придурок, — всё-таки пропустил смешок Саске, но просьбу выполнил.  — Сука, мы теперь спать тут не сможем... — сетовал Узумаки, уже ощущая, как их сперма впитывается в ветхую простынь. — Есть другое постельное? — Как же много ты пиздишь, — вздохнул Саске. — Возьми полотенце, постели. Одеяло чистое? — Ага, под огонь попали только мы, да то, что раньше простынью было. Вставай, я перестелю.        Саске лениво, но послушно поднялся с кровати и наблюдал, как суетится Наруто. Со стороны казалось, что он гнездится, а не перестеляет постель. Слишком уж комкано и криво выходило. Представив, какого будет спать на всех этих складках, Саске с тяжелым вздохом отпихнул горе-горничную и принялся самостоятельно приводить кровать в божеский вид. — Вот теперь спокойной ночи, — сразу улёгся Саске, даже не оглядываясь на довольного Наруто. — Сладких снов.

***

      Проснулся Наруто только к вечеру, утопленное болезнью тело требовало восстановления. Голова гудела, как от похмелья. Звуки, проникавшие сквозь закрытую дверь, сообщали, что жизнь шла полным ходом в этом доме. Кто-то гремел посудой, кто-то насвистывал мелодию. Наруто прислушался и различил в этой какофонии голос Саске. Тот что-то рассказывал, медленно, монотонно. Суйгецу смеялся. Что-то с грохотом упало, и выругалась Карин. А Наруто в провонявшей сыростью и старостью постели и слушал жизнь за дверью, с каждой секундой испытывая всё больше собственную неуместность здесь. Снова лишний. Даже здесь, даже с Саске — лишний.        Память издевательски подкидывала картинки из детства. Незнакомая страна, незнакомый язык и взрослые дети, с которыми надо было делить комнату. И как тогда, так и сейчас избежать этого чувства не выходило никакими уговорами. Отчаяние. — Trp a vydrž, — на выдохе произнес Наруто и горько усмехнулся. — Kurva. No jo, držím se... jak kokot na kluzkým skle.       Собственный голос на чешском звучал непривычно, как-то чуждо и всё больше относил память к подростковым годам. Сейчас должен был завалиться Джирайя, слегка хмельной и веселый. Он вообще не мог пройти мимо броварни в любую погоду, по любому поводу. А за Джирайей влетели бы Нагато и Яхико и начали донимать сразу, обязательно с какой-то колкостью. За ними стояла бы Конан. Молча. Оплот здравомыслия в этом дурдоме.        Но Джирайя превращён в пепел, впрочем, как и Яхико. Поэтому, собравшись с духом, Наруто вышел из комнаты и совершил ошибку. Выйдя сразу на общую комнату, которая по совместительству была и кухней, и столовой, и каким-то подобием свалки, он сразу столкнулся с колким взглядом Карин. — Утро доброе, — промямлил Наруто, продвигаясь к стоящей у окна бутылке воды.  — Тут стены картонные, — вместо приветствия заявила Карин, видимо вынашивая озлобленность целый день. — Да-да. Я из-за твоего храпа спать не могу, — тут же вклинился Суйгецу, сидящий за столом в телефоне. — Я не храплю! — воскликнула девушка, сразу оглядываясь, ища взглядом Саске. — Ага, трактор заводишь просто. Пизди поменьше, - продолжал Хозуки, не отрывая взгляда от экрана и листая в телефоне какую-то статью. Но, заметив движение в свою сторону, тут же вскочил и отбежал от Карин в противоположную часть комнаты. — Суйгецу, сукин ты сын. Прими смерть храбро, мерзкий трус! — Я говорил, что баба на корабле к беде! Уберите эту ебанутую!       Наруто, найдя островок безопасности у окна, мирно пил воду с горлышка бутылки. Чашек здесь чистых не было. Да и атмосфера вопила, что брезгующих тут нет.  — Как себя чувствуешь? — повернулся к нему Джуго. — Да живой. Всё еще. Спасибо, что помогли, — улыбнулся Наруто и, отстав, отставил бутылку обратно.  — Еще рано благодарить.  — В смысле? — напрягся Наруто, рефлекторно ища глазами Саске.  — Чувствую, что это только начало, — пожал плечами Джуго и, заметив, что девушка уже замахнулась на Суйгецу старой тяжёлой сковородой, остановил её: — Карин, у нас жидкости на два воскрешения. Оставь его. — Живи, червь, - сковородка всё-таки легонько стукнула Суйгецу по голове, но отправилась обратно в переполненную мойку. — Тоже мне, царица нашлась, — сплюнул в сторону девушки Хозуки и потянулся. — Часто они так? — кивнул Наруто в сторону парочки. — Всегда. Бери таблетки, хочу с тобой побеседовать. — А где? — растерянно протянул Наруто, но, заметив на столе кучу блистеров, кивнул. — А, нашел. — Задавай вопросы, — посоветовал Джуго, когда Наруто уселся за стол и, по всей видимости, чувствовал себя неловко. — Эм... А как давно вы тут живёте? Ну, скрываетесь. И за что? — Мы не скрываемся. Приехали сюда по сигналу Суйгецу, который заявил о кипише. Так-то мы обычные люди, — спокойно пояснил Джуго. — Ты думал, что мы какие-то бандюги? — скривилась Карин.  — Ну... У вас есть логово, спизженная будка, какие-то схемы и досье на всех и вся, — перечислял Наруто на пальцах. — И это делает нас..? — ОПГ? — усмехнулся Наруто нервно. — Я, вообще-то, квалифицированный иммунолог-онколог, — поправила очки Карин и пыталась выглядеть наиболее пафосно. — Ого, с виду и не скажешь, — искренне удивился Наруто. — Много ты знаешь, пёс, — фыркнула и закурила Карин. — Да она хабалка та ещё. Просто халат белый таскает и очки, типа умная, — вклинился в разговор Суйгецу. — Я работаю с забвением, — не дожидаясь очередной ругани, сказал Джуго. — Это как? — в голосе Наруто слышался неподдельный интерес. — Считай, психиатр. Перед тем, как стереть память, нужно знать, кто перед тобой. Ну и успокоить перед процедурой. — То есть знать, кто перед тобой? Забвение можно обойти? — Нет. Но можно стать овощем-грилль. У депрессивных, биполярошных, шизофреников разная система стирания личности и памяти. Структуре невыгодно терять рабочие руки, поэтому за порядком следят. — И ты прям с ходу определяешь диагноз? — оживился Наруто. — Ну, не прям с ходу. Но с первых минут появляются подозрения, — хмыкнул Джуго, уже зная, к чему всё идёт. — О как. И что за диагноз ты поставишь мне? — Началось... — протянула Карин. — А был бы у тебя рак, то меня вопросами закидывал? — Нет у меня рака, — резче, чем хотелось, ответил Наруто, но смотрел всё равно на Джуго. — Ха, рак есть у всех. И каждую секунду появляются новые раковые клетки. Прикол, да? Тут как повезёт с иммункой. Игра в прятки такая. — Карин, фу, — скривился Суйгецу. — Вообще уши вянут и душно стало. Откройте окно. — Я тебе сейчас по хребту лопатой сколиоз поправлю. Журналистишка.       Суйгецу, резко подорвавшись со стола, схватил с лица очки Карин и кинулся наутёк. Та с отборным матом побежала вслед за похитителем. Наруто смотрел вслед за Карин и Суйгецу и, когда они скрылись за входной дверью, вновь переключил внимание на Джуго. — Так что? — Тебе не понравится, — пожал плечами Джуго, тоже следивший за суетой уже через окно. — Никому не нравится. — Да давай, интересно же, — настаивал Наруто. — Смешанное расстройство адаптации с выраженной эмоциональной фрустрацией и вторичными диссоциативными симптомами, скрытая аутоагрессия. — Ась? Переведи как для тупого. — Механизм защиты у тебя накрылся. У нормальных людей это временное явление, у тебя база. Вместо того чтобы реагировать на стресс «бей или беги», у тебя нервная система уходит в отказ «моя хата с краю». Ну и инфантильность, глупое геройство и желание причинить себе вред.  — Неправда, — резко ответил Наруто, сложив руки на груди. — Я же говорил, что не понравится. — А давай про Саске, чтоб я смог оценить тебя как специалиста. А то про меня пока всё мимо. — А ты не прихуел ли часом? — улыбнулся Джуго и откинулся на стуле. — Не, мне скучно просто. Так что? — Хроническое компартментализированное посттравматическое расстройствос обсессивно-депрессивным компонентом и патологической потребностью в искуплении.Детская травма потери, комбинированная с виной за выживание и последующим комплексом мессии. — О да, так всё понятно. Особенно копрапрампарамзированное. Моё любимое, — саркастично согласился Наруто. — Компартментализированное. Его переебала смерть родителей, да и вообще в детстве эти все ситуации. У тебя, возможно, тоже ПТСР, но не главенствующая проблема, в отличие от Саске. Вы же вместе? У него есть такая фишка «оттолкну, но ты не уходи», избегание привязанности, гиперконтроль, все катастрофы мира из-за него, агрессия как защита.  — Ну, что-то такое есть. Но ты Саске знаешь, поэтому это читерство, — уже тише и без прежней уверенности кивнул Наруто. Всё, что говорил Джуго, пугало своей правдоподобностью. — Фокус показать? Я расскажу тебе про твой самый главный страх. — О, сейчас будет, что я боюсь остаться один, — сквозь неровный смешок отмахнулся Наруто. — Ты боишься, что всё будет хорошо. Сердце, всполошенное обычной фразой, пропустило удар. Кривая улыбка медленно сползла с лица Наруто, и выражение сменилось на недоумленное.  — Чего? Хуйня какая-то. Я наоборот хочу этого. — Ты боишься, что когда всех спасешь, когда больше не нужно будет бороться, ты окажешься пустышкой. Себя-то ты спасти не можешь. Ты боишься, что больше не будешь нужным и значимым. Ты же для этого шумный такой, да? Ради чувства собственной значимости ты геройствуешь? Ведь если ты всех спасёшь, ты не будешь нужен такой даже себе. Поломанный, криво склеенный. Брошенный даже родителями.       Наруто оторопел. Внутри всё неприятно сжалось в тугой ком, и резко стало неуютно. Он должен был что-то ответить, должен, но мысли ретировали. Слова Джуго что-то задели в душе, и Наруто совсем не хотелось принимать, что только что коснулся колкой правды. Сглотнув, он выдавил из себя: — Говоришь, будто я эгоист какой-то. Конечно я хочу, чтоб у всех всё было хорошо. И никого я не спасаю. Это всё какая-то чушь. — Для тебя самый удачный исход — спасти всех, жертвуя собой. Представлял же такое в детстве? Знаешь, почему? Герои не выходят на пенсию. Герои погибают в бою. — Да не герой я. Я... Я нормальный. — Я не назвал тебя ненормальным. Все мы — результат различных травм и потрясений. Комплексы, желания, убеждения, характер — эхо, отголосок болезненного прошлого.  — Хватит, — голосом, от которого Джуго понял, что действительно пора прекращать, остановил Наруто.       Он слушал перепалку Суйгецу и Карин где-то за пределами комнаты. Слушал гудение и треск лампочки. Казалось, что даже слышал мысли Джуго. Но обращать внимание на вопящий внутренний протест он не хотел. Всё потом, всё когда-нибудь, но не сейчас. Он ведь договорился с собой об этом вчера. А сейчас он жалел, что разворошил этот муравейник, полез непрошенным гостем в своё исковерканное нутро, за что тут же поплатился.  — Знаешь, чем хороша жизнь? Своим течением. Забей на всё и живи моментом.       Наруто перевел удивленный взгляд на Джуго. Его совет рефреном отбивался о собственные мысли, и это уже заставляло сомневаться в реальности происходящего. В какой-то момент Наруто показалось, что всё вокруг — чья-то глупая неотёсанная симуляция. Тело стало чужим, неудобным. Казалось, что он сейчас находится на стыке между настоящим и вымышленном миром. На границе, но не там и не тут. Он огляделся, стараясь заметить какие-то несовершенства, намеки на иллюзорность мира. Но всё оставалось на своих местах. Не мерцало, не стекало, не трансформировалось. Лампочка всё так же трещала, знай Наруто морзянку, может быть и перевел бы ее посыл. Но он не знал. Тем временем ругань Суйгецу и Карин приближалась, а невнятные слова приобретали смысл. — Я тебе, сука, говорю, что лучевую хуй от одного снимка рентгеновского подхватишь! Заебал, Суйгецу, ты невыносимый! Здрысни уже куда-то, я тебя умоляю! — вопила Карин, быстрым шагом уходящая от преследующего ее Суйгецу. — Ну посмотри ты тогда на это пятнышко, ну что тебе стоит, а? — Хозуки задирал футболку, указывая пальцем в небольшое ровное пятнышко на животе. — Я же альбинос! — Каким местом вообще твоя родинка к лучевой, а? — В интернете сказали... — В хуенете! Книжки, блять, читай! — Карин чуть ли не рычала от злости, а потом, резко обернувшись к столу, сказала: — Джуго, заткни его, или это я убью его.       Суйгецу же в этот момент тоже подошел к столу, но, обращаясь к Наруто, явно желая переманить на свою сторону хранящего нейтралитет парня. — Наруто, друг, скажи, что друзьям надо помогать. — Шакал тебе друг, псина сутулая, — не унималась Карин, но уже огрызалась по инерции, а не от искреннего желания. — Сталкерша! — Гниль анусная! — Наруто, вот смотри, какая неблагодарная женщина перед тобой, не пей с ней с одной чашки. Она змеюка ядовитая.       Карин метнула в Суйгецу первым попавшимся под руку предметом, коим оказался столовый нож, но парень ловко увернулся от него и спрятался за Наруто. Стул, на котором тот сидел, резко откинулся назад, когда Суйгецу увернулся от летящей в него кружки. Нервы, и без того натянутые до предела после своеобразной психоаналитической сессии, начали сдавать. Суета вокруг стала в какой-то момент физической, неприятной, стягивала тугим узлом поперек и сдавливала. И всё. В один момент всё дошло до точки кипения. Вспыхнуло. Нервы сдали, и, громко хлопнув по столу руками, Наруто никак не ожидал оказаться в ту же секунду в кромешной темноте. Всё вокруг моментально затихло и будто притаилось. — Я не специально! — нервно затараторил он, не видя, но ощущая взгляды на себе. — Да лучше б ты. Вообще это Карин ведьма. — проворчал Суйгецу, шарясь по карманам. — Ну и генератор сдох... — добавил он, чиркая зажигалкой. — И хуй с ним, — лениво махнул рукой Джуго и нехотя добавил: — Завтра посмотрю.       Карин, будто и не было этой свары, села на диван и лениво закурила.        От тусклого свечения огонька зажигалки в руках Суйгецу толку мало, но всё-таки было видно очертание предметов. Наруто глянул в сторону вошедшего в комнату Саске и облегченно выдохнул. Рядом с ним не было так неловко. Саске тоже задержался взглядом на Наруто. Быстренько осмотревшись, Суйгецу ловко подхватил одну из заготовленных на подобный случай походных свечей. Когда свет от неё мягкой поступью прогнал мрак, стало более уютно. Повисло молчание. Только звук горения пламени да ветер за окном.  — Тишина... — едва слышно на выдохе с дымом сказала Карин. — Мент родился, — в тон девушке ответил Суйгецу и зевнул. — Ну, что делать будем? Баиньки? — Рано спать как-то. А если разбежимся по углам... — Карин поморщилась и с отвращением посмотрела на Наруто. — Будем тут в куколдов играть. Фу. — Делать нам больше нечего, как вас развлекать забесплатно, — закатил глаза Наруто.  — Вижу, знакомство с Какузу не проходит бесследно, — фыркнул Суйгецу, и снова воцарилась тишина.  — Предлагаю игру. Обычно это в более людных компаниях, но нам сойдёт, — вдруг подал голос молчаливый обычно Джуго.       На это предложение в унисон взвыли Карин и Суйгецу, зная, как их друг любит настольные игры по типу ДНД и «Мафии». По скептическим выражениям лиц Саске и Наруто тоже было видно, что их идея тоже не прельщает.  — Мне похуй, играем, — подождав, когда схлынут протесты, продолжил Джуго. — Игра называется «Бункер». Поменяем правила, заодно устроим тимбилдинг. — Дебилинг, — отозвалась Карин, но от взгляда Джуго замолкла.  — Суть в чем. Близится апокалипсис. Каждый должен представиться и доказать, что именно он должен быть спасён. Есть три места, два выбывают. — О, я выбыл, я смертный, — поднял руки Наруто и собрался вставать, как его остановил жестом Джуго. — Ну, сегодня тут все смертные, так что изюминку свою спрячь и больше не высовывай. Кто начнёт? — Я. Мне двадцать девять лет. Я врач. Я могу оказывать как первую помощь, так и назначать лечение. Диагностика — моё любимое дело. Так что от занозы и поноса до огнестрела — это ко мне. К тому же, среди всех присутствующих у меня самый главный козырь — моя матка. Я единственная из вас могу выносить и родить ребенка. Шах и мат, я в бункере. — А насколько гуманно плодить человечество дальше, если в бункере всего три места? — впервые за вечер отозвался Саске. — Да и в какой мир ты приведёшь новую жизнь? — Даст бог зайку — даст и лужайку. Да и в чём смысл тогда вообще выживать, если на нас всё закончится? — Карин пожала плечами и поправила очки. — Люди — существа адаптивные. Я смогу обучить своих детей медицине. Дай бог период фертильности у мужиков и у меня будет продолжительным, и можно разбавить генофонд. Как минимум попытаться наиболее снизить риски генетических мутаций. — Всё, что ты имеешь — матку и умение штопать раны? — скептически склонил голову Суйгецу. — А ты что имеешь? — скривилась Карин. — Хуй. По твоей логике этого достаточно, или мы не детородными органами хвастаемся? — Суйгецу начал чиркать зажигалкой у себя перед лицом. — Я знаю много полезного. А еще я специалист по водоочистительным системам. Разбираюсь в технике, в программировании. Рукастый. Ты сможешь обслужить бункер, если вдруг накроется фильтрационная система? А ещё у меня память феноменальная. — Ага, поможет она нам дни отсчитывать, — Карин выдохнула дым в лицо Суйгецу. — Всё? — Ну еще я могу вести журнал. Грамотно. А, и языки знаю. Если с нами захотят связаться другие выжившие, я знаю шесть языков, по-любому общий язык найдем. — Неплохо, — кивнул Джуго и переключился на следующего. — Саске? — Я остаюсь вне бункера, — безапелляционно отрезал Саске.  — Умираешь и жертвуешь собой? — усмехнулся Джуго, смотря в этот момент на Наруто, будто считывая его реакцию.       Саске молча взял пачку, лежащую перед Карин, и достал одну сигарету. Немного покрутив ее в руке, он всё-таки подкурил. Новое тело, непривычное к курению, запротестовало кашлем, но Саске сдержал его. Пришлось лишь прочистить горло. Вторая затяжка пошла проще.  — Зачем выживать в апокалипсис? — устало спросил он, смотря на сигарету между пальцев. — Спроси это наших предков. В любом случае нам нужна визитка. — Полицейский. Стреляю хорошо. Если это будет зомби-апокалипсис, то буду по головам попадать. На этом всё.        Джуго тяжело вздохнул и переключил внимание на Наруто. Тот сидел поджав губы, видимо так и не найдя годных причин для выживания в бункере. — Наруто? — Да, походу мы с Саске так и помрем. Снаружи.  — Давай, спасайся, — подбодрил его Суйгецу.  — Ну... У меня есть навыки владения оружием, рукопашного боя. Еще я достаточно вынослив. Еще... — в поисках ответа Наруто посмотрел в глаза Саске. Тот молчал, но не отрываясь смотрел на него в ответ. — Я не дам никому умереть. — Какие сказки. Это я не дам. Я же врач, — закатив глаза, проворчала Карин. — Ты со своим козырем как раз таки и дашь, — хохотнул Суйгецу. — Ты не поняла, — перебил Хозуки Наруто, смотря теперь уверенно прямо в глаза Карин. — Все в бункер пойдут. Какая разница, три или пять?  — Потому что условия такие, дебила кусок. Сказали три, значит три. — Да нет в этой жизни никаких правил, — устало и почти вымученно протянул Наруто, словно объяснял ребенку, почему нельзя трогать горячий чайник. — Потеснимся. Будем как система работать. Ты — врач, Суйгецу — техник, Джуго — следить, чтоб мы не попереубивали друг друга, Саске и я будем охранять и помогать.        Джуго лишь хмыкнул на это заявление, не сводя взгляда с Наруто. Он в принципе и ожидал чего-то такого. Инфантильное поведение, вера в лучшее, синдром спасателя. Но затем он перевёл взгляд на Саске. Тот сидел с легкой улыбкой на губах, словно бы гордился сейчас Наруто или же, наоборот, считал его наивным дурачком. Но почему-то Джуго хотелось верить в первое. — Среди всех ты самое слабое звено, которое абсолютно бесполезно. Лучше уж четыре, чем пять.  — Возможно. Но я бы тоже хотел выжить, несмотря на свою никчемность. Не подумала об этом? — знакомая, но больше свойственная Саске сталь своего же голоса удивила Наруто. — Эмоции мешают мыслить рационально. Ты потребитель кислорода, воды, припасов. Минус один рот — больше шансов на выживание, — продолжала спорить Карин. — Да я просто тебе не нравлюсь, — начинал вскипать Наруто. — У нас с Саске одинаковые условия, но его ты не выгоняешь. — Не нравишься. — Зато он Саске нравится, — влез в перепалку Суйгецу, за что и был награждён уничтожающим взглядом Карин. — А ты просто матка. Врачевать любой может. Только из-за того, что ты женщина, ты и останешься в бункере. А если окажется, что ты бесплодна? Всё, козыри кончаются, а, крот? — А тебе, я смотрю, Наруто понравился. Или это твой сексизм из всех щелей сейчас лезет? — Да с хуя ли я сексист? Ты первая маткой своей начала размахивать.        Джуго под столом пнул Саске по ноге, зазывая на перекур. Без слов они вышли. Наруто даже и не заметил сначала пропажу двух людей, с некой растерянностью наблюдая за спором, который перешёл уже все морально-этические рамки. На некоторые заявления он пропускал тихий смешок, поражаясь абсурдности ситуации.       Когда внимание привлекло отсутствие двух человек за столом, внутри кольнуло неприятное предчувствие. Поэтому он тихонечко вышел из-за стола и, не привлекая внимания, пошел к выходу из дома. Саске больше любит курить на улице, особенно зимой или ночью. Сейчас все карты сошлись, и, подойдя к двери, он замер, услышав обрывок фразы. Говорил Джуго. — ... подозрительно очень. Он об этом знает? — Нет. Я... Он ёбнутый наглухо, если ты не заметил. Не знаю, раньше не был таким или... Не знаю я, — тон Саске был холоден, но в голосе прослеживалось столько отчаяния, что больше пугало оно, а не слова.        Человек — существо любопытное. Поэтому Наруто так и остался невидимой тенью стоять у двери, вслушиваясь в чужой разговор. Это казалось настолько неправильным, что неприятным импульсом омерзение к себе нарастало изнутри. Одновременно с этим подслушивать «здесь и сейчас» казалось необходимым, на простом, базовом чувстве безопасности. Наруто видел, что Саске что-то ему не договаривает, и это добивало. Он был чужим среди компании давних знакомых. Но в то же время физическое присутствие Саске только подтверждало его моральное отсутствие. Поэтому, именно поэтому, а не потому что он плохой, Наруто сейчас подслушивал. По крайней мере для себя это оправдание сошло за позволительное. — Да вроде нормальный. — Он ради меня взорвал здание. Сам. Надеюсь, что сам. Я даже знать не хочу, как и где он достал бомбу. Или чем он там взрывал, хуй знает. Террорист, блядь, — Саске говорил это так вымучено и устало, что походило больше на кухонные разговоры старых подружек, где одна жаловалась другой на нерадивого мужа и бестолковых детей.       По венам Наруто пустили азот, сердце вытянули из грудины и сжали ледяными тисками. Воздух вмиг потяжелел, стал плотной субстанцией из боли и разочарования, и комом застрял в горле. Ставшие ватными ноги едва ли держали тело, и если бы не стена, Наруто так бы и осел гуттаперчевой куклой на пол. Мир встал на паузу, но не разговор за дверью. Слова лились ядом в уши, будто ликуя и злорадствуя над неудачливым шпионом.  — Зря ты так. Ты ведь не думаешь так на самом деле. Да и сам знаешь, он запаниковал, хотел тебя спасти. Да и что такого страшного он сделал? Поубивал вашу братию? Ну и хер с того. Выходные им сделал дополнительные.  — А его не могло от ширки той так перекосоёбить? — очередные слова, как лезвием по сердцу. — Могло, конечно, но я же общался с ним. Он адекватный. Потерянный, в ступоре сейчас, но адекватнее тебя будет. То, что ты за него боишься — мило. То, как ты это делаешь — ущербно.        Дальше Наруто слушать не стал. Насильно заставив тело двигаться, он на подгибающихся ногах побрёл в комнату, игнорируя обрывки слов из разговора, который точно предназначался не для его ушей. Дальше, вроде, говорили про любовь. Или нет. Или снова его назвали ебанвтым.        Рухнув мешком на кровать, Наруто закрыл глаза. Рефлексия волнами топила его, затягивая на дно, заставляя думать, анализировать, делать выводы. Чего он на самом деле хотел от Саске? Благодарности, понимания, сочувствия? На последнем Наруто тряхнул головой, прогоняя эти мысли куда подальше.        Он хотел... Просто хотел, чтобы всё было хорошо. Ничего конкретного. Абстрактное желание нормальной человеческой жизни. Чего он явно не хотел — так это осуждения, уж точно не со стороны Саске. Не обвинений в неадекватности.  — А как надо было? — шёпотом спросил он тишину комнаты.       «Не так» отбилось в голове таким же нечетким ответом. Скооперироваться с Шикамару, у которого уж точно была голова на плечах. Подобрать слова, которые нашли бы отклик у него, и придумать план, нормальный, логичный. А не срываться с места и наломать столько дров, что разгребать подключились левые люди. Наруто взвыл и резко сел на кровать, ударив по оной руками.  — Сука. Да что делать-то теперь... Надо, — Наруто резко прервался. Он даже забыл, как дышать. — Поцелуй госбезопасности. Точно!       Сорвавшись с места, он быстрым шагом двинулся на кухню, ища глазами Суйгецу. Тот продолжал пререкаться с Карин, но, не посчитав их разговор чем-то важным, Наруто потянул того за локоть за собой. Хозуки с интересом наблюдал за ним и шёл без сопротивления. Карин же, скривив лицо, махнула на них рукой. — Внемлю, — широко улыбнулся Суйгецу, как только дверь в комнату за ними закрылась. — Ты же можешь узнать за человеческие фермы? У твоих каналов наверняка доступ пообширнее наших будет. По крайней мере нет столько правительственных фильтров. Очень важно. — Ого, господин полицейский просит помощи? — насмешливо вздернул голову и сложил руки на груди Хозуки. Наруто полностью проигнорировал подколку, быстро добавил: — Мне бы еще какую-нибудь возможность всунуться туда. — Тебя на фарш пустят, в курсе? И я не про фермеров сейчас. — Хватит, а? Я не собственность Учихи, — «и ёбанутый к тому же» мысленно добавил он: — Сделаешь? — Извиняй, но выгоды мне никакой. Взять с тебя нечего, а если Саске прознает, а он точно прознает, то мне пизды пропишет.       Нервно закусив губу, Наруто судорожно перебирал варианты, как можно заинтересовать Суйгецу. В словах того была правда, отчего оставалось рассчитывать лишь на его безумие и благосклонность судьбы.  — А что бы ты хотел?  — Всё, что я хочу, — могу сам заполучить. А информацию из тебя интересную не выудить.  — Какая информация для тебя интересная? — Почему ты смертный, что за детский дом такой, что тебя такого одноразового взростил, зачем тебе эти фермы нужны, что было раньше: курица или яйцо.       Наруто закатил глаза и тяжело вздохнул, как Суйгецу продолжил: — Что было после того, как мне в башку шмальнули. Информация бесполезная, но, сука, эти пробелы меня убивают. Но ты же нихуя не помнишь, так что... — Я нашел Саске распятого на стене в какой-то подворотне.  — Мм... Продолжай, — лицо Суйгецу расплылось в блаженной улыбке. — Садись. И не упускай даже мельчайших деталей.  — Я медленно стягиваю Саске с креста... — томно прошептал Наруто. Спустя мгновение оба прыснули от смеха. И Наруто начал рассказ.

***

      Как ноги привели его в неприглядные закоулки, Наруто не понял и сам. Ноги гудели от боли, а легкие и глотка горели от морозного воздуха. Что-то неведомое вело его вперед по заданному пути. Иногда он замечал знаки. Стрелки, слова, которых он беспрекословно слушался и шёл на грани своих возможностей. И зайдя в очередную подворотню, он обомлел. Он нашел Саске. Распятого. Прибитого гвоздями к выступающим деревянным балкам обветшалого дома. Облачка пара изо рта подсказывали, что он еще жив.  — Саске?.. — боясь не услышать ответ, позвал Наруто. — Ты живой?       Учиха прохрипел что-то невнятное. Едва слышимый звук, как призыв к действию. Наруто быстро оглянулся, дабы найти что-то, что поможет снять Саске со стены. Но ничего не было подходящего. — Подожди тут, я сейчас! — крикнул Наруто, уже отбегая от дома. — П-придурок...       Найти старую палету составило труда, еще сложнее было приволочь её под дом. Напитанное влагой дерево потяжелело, а габариты палеты не давали ее удобно подхватить. Но справившись, Наруто опер ее об стенку дома, поставив пару кирпичей для подпорки. Вскарабкавшись на импровизированную лестницу, Узумаки с ужасом понял, что снять Саске без инструментов будет невозможно. Только вырывать руки с гвоздей, разрывая сухожилия. От этой мысли начало мутить. Шляпки гвоздей были достаточно широкими, чтобы не повредить и без того истерзанные кисти. Надеясь на удачу, Наруто дёрнул гвоздь, но тот, намертво вбитый в балку, даже не пошевелился. Времени искать инструменты не было, ведь апостолы в любую секунду могли настигнуть их. — Саске, мне придётся... Прости. Потерпишь? — Давай, — слабо и хрипло прошептал Саске.       И замерев на секунду, решаясь морально, Наруто тронул опухшую кисть Саске. Сцепив зубы, он резко рванул руку на себя, стараясь не слышать болезненный вскрик Учихи, перерастающий в вой и скулёж. Наруто затошнило, когда горячая кровь хлынула по его собственным рукам.  — Прости-прости-прости, — словно молитву шептал он, придерживая тело Саске и передвигаясь по палете к другой руке.        На второй Наруто уже чувствовал под руками, как рвётся что-то под кожей с отвратительным треском. Как кровь из второй руки обжигала своим жаром. У Саске уже не было сил кричать, только взвыть от боли. Наруто глянул на ноги Учихи и выдохнул с облегчением. Они не были прибиты гвоздями, а лишь привязаны ветхой верёвкой к каким-то крючкам в стене.  — Блядь, сначала надо было верёвку рвать. Какой я придурок, — злился на себя Наруто.       Укладывая тело Саске себе на плечо, чтоб тот не полетел вниз, и осторожно наклонился к ногам, чтобы попробовать верёвку на прочность. Ёбанный бантик спереди был совершенно незамысловатым, и стоило лишь потянуть за верёвочку, и узел был развязан. Недолго порадовавшись своему счастью, Наруто почувствовал, как палета под ногами начинает уезжать.  — Да блядство! — только и успел проорать он, как неустойчивая конструкция полетела на землю вместе с двумя парнями.       Лежа на мокром от слякоти асфальте, Наруто не сразу сообразил, что произошло. Упав на спину еще и с тяжестью Саске на себе, он мог только благодарить всё и вся, что успел перехватить тело Учихи так, что тот не ушел головой в асфальт.  — Живой? — тихо спросил Наруто, боясь не услышать ответ. — Да, — Саске в другой ситуации подколол бы Наруто, но сейчас сил хватало лишь на короткое подтверждение. — А будешь жить?  — Да... Могами, — хрипло говорил Саске с паузами, страшась отрубиться в любую секунду . — Ямагато. Поезд...  — Кто нас пустит на поезд, да и я... — Наруто резко замолчал, решив не говорить сейчас про участок. — Товарный?        Саске молчал, но еще был в сознании. Резкий гудок заставил Наруто вздрогнуть. Он и не знал, что рядом железнодорожная станция. Либо небеса на его стороне, либо очень странное совпадение. Но пообещав себе поразмыслить об этом позже, он решил встать и осмотреть Саске. — Ты идти сможешь? — осторожно поинтересовался наруто, садясь и укладывая Учиху себе на колени. — Только если поведешь, — прошептал Саске.       И Наруто замер. Он ожидал чего угодно, только не этого. Половина лица Саске представляло собой жуткое кровавое месиво, залитое уже сукровицей. Лоб, щеки, нос были разъедены чем-то, словно его макнули в раскаленные угли головой. А самое страшное — глаза. Точнее их отсутствие. Зажав себе рот рукой, сдерживая рвотные позывы, Наруто всхлипнул. Это должно быть так больно. Так страшно. Ненависть и ярость на тех, кто сделал это с Саске, вскипала внутри.  — Я долго... Не протяну. В Могами, там... Помогут, — прошептал Саске.  — Я не знаю, как найти ебаный поезд в Могами, — Наруто чуть ли не рыдал от отчаяния и всего того коктейля чувств внутри. Их было много, слишком много для одного маленького человека.       Другой вопрос, как ему дотащить Саске до станции. Хоть она и казалась близко, но даже сто метров казались огромным расстоянием. А ведь она может быть и в километре, а то и в двух от них. Влажный воздух хорошо распространял звук и мог обмануть. Безысходность топила, разъедала изнутри. Чувство собственной бесполезности убивало. А время поставило их на счётчик.  — Я не знаю, я не могу. Я не могу! — взвыл Наруто на грани истерики. — Тш-ш, — холодные пальцы коснулись щеки Наруто, и тот открыл глаза, смотря на Саске. — Всё хорошо будет. Ты справишься.  — Саске, я... — Я люблю тебя, — голос Учихи хоть и был слабым, но источал столько уверенности, что хватило бы на двоих. — Справлюсь, — эхом повторил Наруто, поднимая Саске и закидывая его руку себе на плечо.        Идти было сложно. То и дело спотыкаясь и таща на себе вес Саске, Наруто уже не чувствовал холод и усталость. Он имел только одну цель — Могами. Ноги вели его в неизвестность, но он шагал уверенно. Куда-то обязательно дойдёт. Что-то обязательно будет. Главное не выходить на людные улицы, обходить освещенные места. Спустя три или четыре подворотни, Наруто особо не считал, он резко остановился, удобнее перехватив Саске. — Тут это... — сбивчиво начал Наруто. — Машина открытая. Заведена. Саске? — Садись, — совершенно не удивляясь такому подарку судьбы уверенно сказал Саске. — Угон? — нервный смешок. — Ну, он погоды уже не сделает. Блять, как это всё странно. — Потом. Торопись.       Усадив Саске на пассажирское и пристегнув его, Наруто сразу сел на водительское. Ключи зажигания уже были в замке, радио вещало новости. Говорили о взрыве в городе. Наруто сделал тише на перечислении жертв теракта. Рядом с ручником лежала бумажка, на которой был написан пятизначный номер. «09675» выведено черным жирным маркером. В панеле навигации уже указана точка у железнодорожных путей. — Да что за чёрт, — ошарашено прошептал Наруто, оглядывая авто. — Это уже нихуя не совпадение. Саске, тут навигатор на станцию уже настроен, что за хуйня? — Едь, — твёрдо сказал Саске. В его голосе просачивалась боль и напряжение, что и поторопило Наруто.       Машина тронулась мягко, но выехав на главную дорогу, Наруто ударил по газам. Вдавив педаль в пол, он дергано вел авто, объезжая шашечкой все машины, выезжая время от времени на встречку. Как же он ненавидел водить. Как же он не понимал происходящее. Всё похоже на сон, всё казалось нереальным. Но головная боль от падения на асфальт возвращала в реальность. Сердце бухало в груди, как будто там и не сердце вовсе, а какой-то неизвестный механизм, раскаляющий грудную клетку с каждым ударом. — Ты молодец, — голос Саске вывел наруто из раздумий. — Хорошо держишься. — Заткнись, — сказал Наруто резко, прежде чем подумал. — Извини. Нервы.        Дальше они ехали в тишине еще минут пять, прежде чем навигатор не оповестил о месте назначения. Действительно на путях стояли составы. Много составов. Они приехали к развязке, где длинные вагоны, наполненные углем, томились в ожидании своей очереди на отправку. — Приехали. Не могу прекратить думать, что это ловушка, — причитал Наруто, когда вытаскивал Саске из авто. — Мы давно в нее попали, — устало и с горечью ответил Саске, но Наруто не обратил внимание, сосредоточившись на составах. — Так, я тебя на капот усажу, никуда не убегай. Я осмотрюсь, окей? — теперь в голосе наруто не было ни паники, ни страха. Только уверенность и что-то такое, что вселяло надежду на лучший исход.        Саске лишь усмехнулся, стараясь удержать равновесие, когда Наруто отпустил его. Страшно было ничего не видеть, но он верил в Наруто. Вслушиваясь в торопливые шаги по гравию и ругань, Саске понял, что ради Наруто точно стоит жить.        Тем временем Наруто подбежал к составу, надеясь на какую-то глупую очередную подсказку. В идеале, если бы на вагоне кто-то напишет «на Могами». Но там были лишь какие-то технические цифры, не говорящие ни о чем. Отчаяние новой волной окатывало его. Как среди десятка составов выбрать нужный, как вообще понять, что не умрешь в итоге, если взберешься на вагон. Решив, что надо проверить Саске, Наруто спустился обратно. — Ты как? Я не знаю, тут поездов хуева туча. Тут... — Наруто замолчал, когда вновь посмотрел в сторону составов, где на одном из вагонов огромным шифром было написано «09675». — Пиздец... — Что там? — поинтересовался Саске, чувствуя тревогу в голосе Наруто. — Я нашел куда нам надо. Идем, попробуем тебя туда затащить как-то.