Сегодня вчера завтра

Обещанная неделя потихоньку растянулась сначала на две, а потом и на три. Но Стиву не на что было жаловаться, он видел, как рабочие в поте лица трудились, приводя технику в порядок, что-то проверяя, что-то переоборудуя. Да и к Коулсону претензий не было. Он, как и обещал, выделил людей на подготовку одного из джетов, хотя в данных условиях это и было непросто. Как таковых технических сложностей было немного. Время, безжалостно обошедшееся со всем, что осталось на улице и на подземной парковке, почти не повлияло на скрытое на части складов. Те отсеки, что должны были сохранить запасы на экстренные случаи, оказались нетронутыми. Машины, вооружение, вертолеты, парочка джетов — всё это было новым, словно только что сошло с конвейерных линий, даже пыли в герметичных помещениях не было. Вот только возникла другая проблема — топливо за годы напрочь испортилось. В подземных хранилищах, способных обеспечить половину Нью-Йорка, даже при том, что всё это время температура поддерживалась правильная, добывать было нечего. Снова оставалась надежда только на Тони и его изобретательность. Пусть даже самого гениального конструктора найти пока не удалось. — Тони экспериментировал с новыми двигателями и источниками питания, — напомнил Беннер на вопрос Стива — можно ли хоть что-то придумать. — Даже успел пару джетов переоборудовать, но где именно они находятся — неизвестно. Мы думали, что найдем их здесь, но сами видите… Стив видел, он сам участвовал во вскрытии парочки складов, лично просматривал документацию, благо научился разбираться и в этом, пока колупался с генератором чистой энергии. Ничего похожего не находилось, но унывать было нельзя. Сам он мог сколько угодно злиться, но показывать свои эмоции кому бы то ни было не собирался. И дело даже не в имидже, на него Стиву всегда было наплевать, а в том, что казалось — стоит опустить руки, позволить себе расстроиться, как все пойдет прахом, рассыплется прямо на глазах. А потому Стив искал, проверял и перепроверял любые записи Тони, заставляя себя спать и есть, чтобы не получать от Брока вполне заслуженных звездюлей за хмурую бледную морду и голодный взгляд. Брок… Именно он заставлял Стива двигаться вперед, преодолевать сопротивление обстоятельств. Одним своим наличием этот человек мотивировал на такие свершения, что можно было только диву даваться. При этом, Брок ничего не спрашивал, не торопил, не возмущался тем, что о них с мужиками забыли и не собираются забирать. Он просто был рядом, насколько это можно было осуществить, находясь на Аляске, разговаривал со Стивом, травил байки из технологичного прошлого и из их первобытного настоящего, хвастался успехами бойцов, переквалифицировавшихся в охотники, рыболовы, собиратели. — Никогда не думал, что так любимые Таузигом книги про выживальщиков, которые он иногда почитывал вслух, когда-нибудь смогут пригодиться, — ржал Брок, сворачивая самокрутку из каких-то местных трав. О своем прошлом отряде он тоже не спрашивал, хотя трое из них обнаружились в списке спавших в капсулах здесь на Базе, да и в Башне Старка, наряду с Наташей и Клинтом, Стив выделил Роллинза с Меймарис, единственной женщиной, кого Брок зачислил в альфу Страйка. Стив о них рассказал Броку сам. И не знал, куда себя девать, получив тихое спасибо и полный благодарности взгляд. Но всё это не упрощало ситуацию, хоть и делало ее терпимее. С топливом ничего не получалось. Единственным хоть что-то сведущим в химии был Беннер, но и он с полтычка ничего не мог сообразить, слишком много других забот навалилось ему на плечи. Да и то, что можно было сделать на скорую руку, не годилось для использования в такой высокотехнологичной среде, как двигатель джета. — Рванет к херам, — вынес резюме один из техников. — Или не взлетит. Оба варианта Стива не устраивали. Возможное решение подсказал именно Брок. Выслушав Стива, он пожал плечами и предложил прогуляться в Башню и поискать там. — Старк, что бы он там о себе не пиздел, тот еще социопат. Он же все новые ништяки всегда где держал? К себе поближе! И колупаться в изобретениях предпочитал вне стандартного рабочего времени и там, где никто ничего ему не скажет, да и мешать не будет. Стив себя только по лбу хлопнул. И ведь правда. Тони не так чтобы часто бывал на Базе, предпочитая делегировать работу здесь своим ассистентам, а сам трудился из дома, не пуская к себе никого лишнего. Даже Беннеру не часто случалось попасть в его обитель технического прогресса, что уж говорить о простых смертных. И если Тони и изобретал что-то новое, то именно там. Но это значило только одно — придется вернуться на Манхэттен, снова пройти по разрушенному городу до его сердца. И не сказать, что Стив был сильно рад такой возможности. — Неужто трусишь? — слегка удивился Брок, что-то свое уловив в выражении лица Стива. А тот и правда боялся, пусть и не мог толком объяснить, чего именно. Пустых ли глазниц домов, скорбного ли воя обезумевшего от одиночества ветра или теней тех, кто навсегда заблудился в руинах? А возможно, всего и сразу. — Бояться не зазорно, здоровяк, — понял его молчание по-своему Брок и, видимо, решил утешить, как умел. — Тем более сейчас, когда от привычного нам с тобой мира остался только один голый костяк пустых городов. — Даже тому, кто сам наводил ужас? Брок расхохотался, стукнул кулаком по своему столу. — Это ты про себя, что ли? — Могу и обидеться, — буркнул Стив, хотя губы против воли нет-нет, да начинали растягиваться в улыбке. — На что? Это ж правда! — возмутился Брок его недогадливости. — Стив, тебя не хотел разве что слепой идиот. Я не знаю человека, кто не провожал бы твою задницу голодным или завистливым взглядом. Эдакое великолепие в тесной порнушной обертке. — Я вызывал только похоть? Стиву необходимо было понять, что именно он будил в умах людей, и пока что только Брок был честен с ним на все сто. Уж в этом можно было быть уверенным. — Ой, давай не прибедняйся, — Брок закатил глаза, как делал всегда, когда кто-то из его бойцов косячил по глупому. — Похоть, желание, восхищение, но уж точно не страх. Ты невероятно силен, но твоя сила притягивает, завораживает. Только ты можешь дать в рожу щитом, а потом так улыбнуться, что все болячки сами собой затягиваться начинают. Лицо Стива вспыхнуло, по щекам мазнуло ярким румянцем, а голос отказал. Получалось только хлопать глазами и открывать рот. — Ты ж моя прелесть, — откровенно потешаясь, протянул Брок. — Столько лет уже живешь и всё привыкнуть не можешь, когда тебе морально отсасывают? — Я больше как-то по не моральному, — прокашлявшись, заверил его Стив. — О, как! — взгляд Брока опасно сверкнул, алый кончик языка прошелся по тонким губам. — То есть, видеть член на расстоянии вытянутой руки приходилось? — Ты не забыл, что я предпочитал пользоваться общей душевой и раздевалкой? Да и на фронте… — поддержал его игру Стив. — Эй, ты меня понял! — оскалился Брок. Волнение по поводу скорого возвращения в разрушенный временем Нью-Йорк как-то отошло на второй план. Умел Брок переключать внимание на себя, при этом Стиву казалось, что больше ни о чём говорить и не надо. — Всё пройдет как надо, Стив. Ты, главное, клювом не щелкай и на городских красоток не отвлекайся, — заверил его Брок. Идею отправиться в путешествие в Нью-Йорк одобрили все. Проснувшимся в новом мире людям было интересно поглядеть на то, что стало с миром старым, как изменился его лик за прошедшие года. В двадцать первом веке города казались нерушимыми дышащими выхлопными газами исполинами, живыми и бессердечными. По крайней мере, страдания, мечты и усилия людишек их нисколько не волновали. Сложно было поверить, что города умерли и теперь догнивали под зеленым ковром из трав, став домом для совершенно других существ. — К чему нам стоит готовиться? — первым делом спросил Коулсон, подбирая людей. — Хищники? Разрушения? — Тут в пару слов не опишешь, — вздохнул Стив. Искин, конечно же, выдал по запросу снимки местности, но их было очень и очень мало. Да и не отражали они всей картины. И Стиву пришлось дополнять. Он рассказал про пустые коробки домов, про поросшие густой сочной травой улицы, про деревья, пробившиеся к солнцу сквозь асфальт и бетон. Про местную живность. — Там есть то, что может пригодиться общине? Стив удивленно уставился на Фила. Об этом он почему-то не думал совершенно, сосредоточив своё внимание на том, что нашёл на Базе и в пешей доступности от нее. А глава нового человеческого поселения мыслил намного шире. — Нужно будет осмотреться, — пожал плечами усатый мужик, чьего имени Стив не помнил, не приходилось им работать вместе. Охотники, рыболовы, собиратели… их община тоже начинала делиться на более полезные специализации. Больше никому не были нужны секретари, агенты, заместители. Даже разведчиков — и тех приходилось перепрофилировать. Всё же поселению теперь если и требовалась информация, то совершенно иного рода. Но и тут Коулсон справился на ура, Стив не мог не оценить его хозяйственной жилки. Первым делом Фил едва не спёк мозги искину, заставив его отсканировать каждое растение, попадающее в зону покрытия, каждую зверюшку. Составил подробные карты для собирателей, и вместо брифингов в кабинетах теперь проводились краткие обучающие курсы. Связь на территории Базы хоть и была, но на нее решили не надеяться. С планшетами не наползаешься, а пока что-то более удобное изобретут, благо мощностей лаборатории и складов хватило бы и не на такое, времени можно много упустить, а люди голодать не должны. Дальше больше. Люди потихоньку приспосабливались к новой среде обитания, не прогибая ее под себя, а стараясь найти равновесие. Стив в дела общины не лез. И не потому, что не понимал в этом ничего, а просто не рвался в руководители. Ему хватало и мелких, но чрезвычайно полезных поручений, что выдавались едва ли не каждое утро, чтобы занять свой день и не дергать техников понапрасну, не заглядывать им через плечо. А вот когда Фил предложил в Нью-Йорк идти не в одиночку с парой особо отчаянных техников, командование он всё же взял на себя. Но никто и не оспаривал это его право, все признавали, что Стив, побывавший там однажды, с этой ролью справится лучше. — Хорошо бы и там народ разбудить, — внёс кто-то дельное предложение, хотя Стив и сам об этом думал, благо в подземных складах Башни Старка запасов можно было найти в разы больше, чем хранилось здесь. То, что Тони был хомяком запасливым, сейчас играло на руку не одной сотне людей. И уже за одно это можно было бы быть ему благодарным. Стива радовало, что Тони никто не осуждал, не клеймил в разговорах у костра. Пусть люди и потеряли семьи, родных, друзей, но старались не сдаваться и жить дальше.