Life with Epilepsy

      На Тисовой улице был солнечный летний день. Петунья заставила Дадли примерить его новую школьную форму. Ведь первого сентября толстый и упитанный Дадли пойдёт учиться в академию «Воннингс». Дадли был одет в темно-бордовый фрак, что ужасно обтягивал брюхо Дурсля-младшего, а оранжевые бриджи делали ноги Дадли толще, чем они есть на самом деле. Дополнением к форме были соломенная шляпа-канотье и щегольская трость. Тетя и дядя не могли не нарадоваться тому, как прекрасно смотрится в новой форме их ненаглядный Дадличек.       — Теперь твоя очередь продемонстривать свою форму, — напомнил племяннику Вернон. Он до сих считает волшебников психами.       Реакцию дяди на сову Гарри запомнит надолго. Когда тридцать первого июля в дом Дурслей залетела пестрая сова с конвертом из «Хогвартса», дядя Вернон целых 30 минут метался по дому в попытке поймать птицу. В конечном итоге он сдался, но тогда он был похож на помидор-черри.       И вот Гарри предстал перед родственниками. На нем был одет брючный костюм, состоящий из чёрных брюк, белой рубашки и серого джемпера.       — Сириус рассказал мне, что к костюму будет прилагаться галстук, соответствующий факультету, на который меня распределит некая распределяющая шляпа, — а после Гарри указал на чёрную и зимнюю мантии. — Также прилагаются мантии, а ещё остроконечная шляпа.       — Что ж, без всяких этих странных шляп и мантий — самая обычная школьная форма, — проворчал Вернон Дурсль. — Надеюсь, этот твой крёстный знает, что такое пунктуальность.       Гарри даже ничего не успел возразить против слов дяди, так как раздался стук в дверь, и тётя Петунья отправилась открывать дверь. А через минуту в гостиной Дурслей появился Сириус, одетый в классический темно-синий мужской костюм-тройку. Из делового стиля Сириуса выбивались только его кудрявые чёрные волосы, достигающие плеч.       — Крёстный! — завопил Гарри, а после оказался в объятьях Сириуса. — Я так скучал!       — Мы же виделись неделю назад, — ухмыльнувшись, заявил Бродяга, — когда покупали тебе форму, учебники, котел, телескоп и ингредиенты для зелий.       — Знаю. Но все равно скучал, — теперь ухмыльнулся черноволосый мальчишка в круглых очках.       — Ну что ж, тогда на Косую Аллею? — проговорил Бродяга, настроение у которого было приподнято. — Купим тебе волшебную палочку, а потом с ночёвкой в Блэк-менор.       — Кхм-Кхм… - специально прокашлялась Петунья, чтобы мальчик обратил на неё внимание. — Ничего не забыл?       — Лекарство, — расстроенно ответил Гарри. Когда тема заходила о его болезни, мальчик всегда начинал хандрить. — Прости, тётя.       Петунья сходила на кухню и вернулась оттуда с таблеткой и стаканом воды. Гарри послушно выпил горькую таблетку, ведь всё уже понимал и осознавал. Гарри понимал, что эти таблетки ему необходимо пить каждый день, так как они помогают ему бороться с приступами болезни. Покончив с лекарством, Гарри и Сириус покинули дом Дурслей. Пешком дойдя до безлюдного проулка, спокойно оттуда трансгрессировали к Дырявому котлу. Миновав неприметный и грязноватый бар, они оказались на Косой Аллее. Здесь было много разных магазинов, но Сириуса и Гарри интересовал именно магазин Олливандера, торгующего волшебными палочками. Это оказался небольшой магазинчик, достаточно захламленный и пыльный. И вот перед ними предстал хозяин магазина — неказистый сухопарый пожилой волшебник с седыми, почти белыми волосами. Но, оказалось, в лавке уже были посетители, которыми оказались женщина-блондинка в темно-зеленом платье в пол и светловолосый мальчик с холодными серыми глазами и красивыми чертами лица.       — Драко! — окликнул блондина Гарри, на что тот повернул голову и улыбнулся в ответ.       — Гарри! — воскликнул Драко, а, заметив Сириуса, поздоровался и с ним. — Дядя, рад вас видеть.       — И я тебя рад видеть, Драко, — ответил Сириус, улыбнувшись. — Нарцисса, дорогая, ты все ещё цветёшь.       — Сириус, не преувеличивай, — ответила с улыбкой Нарцисса Малфой.       — Мистер Малфой, вот ваша палочка, — вмешался в разговор Гаррик Оливандер, а, заметив ещё одного покупателя, расплылся в самой доброжелательной улыбке. — О, мистер Поттер, едете в Хогвартс. Я помню палочки, которые у меня купили ваши родители. Вот, ваш отец приобрёл палочку из красного дерева с сердцевиной из сердечной жилы дракона. А волшебная палочка вашей матери была из ивы с сердцевиной в виде волоса единорога. А ваша палочка, мистер Блэк, кажется из дуба с сердцевиной из жилы дракона.       — Мистер Оливандер, мы тут затем, чтобы выбрать палочку, а не слушать истории о других палочках, — недовольно заявил Сириус.       — Хорошо, хорошо. Приступим, — ответил старый маг и, взмахнув лентой, стал измерять Гарри.       Далее последовала череда из различных палочек, но все они были простыми деревяшками. Та же участь постигла и палочку из остролиста с сердцевиной из пера феникса. И вот, когда старик отчаялся подобрать палочку юношу волшебнику, произошло чудо… Стоило Гарри взять в руки волшебную палочку из яблони с сердцевиной из сердечной жилы дракона, как он почувствовал исходящее из неё тепло. А когда взмахнул ею, из неё выстрелил сноп разноцветных искр. Так Гарри нашёл свою волшебную палочку.

******

      И вот настал день отъезда Гарри в Хогвартс. Петунья помогала Гарри упаковывать его чемодан. Особенно щепетильна она была с лекарствами Гарри.       — Гарри, дорогой, не забудь принять в поезде лекарство, — наставляла племянника сестра Лили Поттер, попутно уложив в чемодан несколько упаковок с лекарством, которое Гарри было жизненно необходимо.       — Я помню, тётя, — уже в десятый раз повторил свой ответ Гарри, в то же время кормя свою полярную сову белого оперения по кличке Букля.       Когда вещи были погружены в багажник машины дяди Вернона, Петунья на прощание обняла и поцеловала мальчика в щеку. Дадли тоже слегка приобнял щупленького кузена. После этого Вернон Дурсль отвёз Гарри на вокзал Кингс-Кросс, где передал мальчишку в руки Сириуса Блэка. Приближаясь к разделительному барьеру, Гарри и Сириус заметили шумное рыжее семейство, которое бурно обсуждало платформу девять и три четверти. Сириус решил немного подождать: пусть это многочисленное семейство пройдёт первым. Только когда семейство скрылось по ту сторону барьера, Гарри и Сириус тоже миновали разделительный барьер. Они оказались на забитой волшебниками и магглами платформой. Со всех сторон доносилось мяуканье котов и книззлов, уханье сов и кваканье жаб. На платформе девять и три четверти Гарри ожидали Арктурус и Вальбурга Блэки. За пролетевшие девять с половиной лет, Арктурус Блэк заметно постарел и сдал: его волосы хоть и сохранили седину, но стали более редкими, прибавилось морщин, да и ходить старый Лорд Блэк стал медленно и уже не может обойтись без трости. Вальбурга Блэк тоже заметно постарела, да выглядеть стала неважно: бледное лицо с желтоватым оттенком и прибавившаяся седина. Попрощавшись с родственниками, Гарри оказался в поезде, где занял свободное купе. Но долго в одиночестве он не пробыл: к нему в купе заглянул один из рыжего шумного семейства.       — Здесь свободно? — спросил мальчик с рыжими волосами у Гарри, указывая на сидение напротив. — В других вообще сесть некуда.       Гарри кивнул, и рыжий быстро уселся. Рыжий мальчишка был высокого роста, на фоне которого Гарри казался ещё ниже роста, чем он есть. Также сын Мародёра заметил, что на рыжем одежда явно с чужого плеча: брюки были коротковаты, а рубашка явно большевата. Он украдкой покосился на Гарри, но тут же перевёл взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном. Гарри заметил на носу у мальчика черное пятно, которое матери так и не удалось стереть.       — Эй, Рон! — окликнули его заглянувшие в купе близнецы. — Мы пойдем. Там Ли Джордан едет в двух вагонах от нас, он с собой гигантского тарантула везет.       — Ну идите, — промямлил Рон и вновь скосил голубые глаза на Гарри.       Рон принялся пристально рассматривать своего соседа по купе, что конечно не понравилось Гарри: он вообще считал, что так пялится не прилично.       — Я Рон. То есть Рональд Уизли, — выпалил рыжий и протянул руку Гарри для рукопожатия. — А тебя как звать?       — Гарри, — решил представиться сын Лили и Джеймса. — То есть, Гарольд Поттер.       — Ты действительно Гарри Поттер? — вновь выпалил Рон, и сразу стало понятно, что его распирало от желания задать этот вопрос.       Он ради этого и подсел в купе к Гарри, хотя в вагоне была куча свободных мест. Гарри вместо ответа просто кивнул.       — А у тебя действительно есть… ну, ты знаешь… — он вытянул палец, указывая на лоб мальчика с растрёпанными черными волосами.       Гарри провел рукой по волосам, открывая лоб. Рон, увидев шрам, не сводил с него глаз.       — Значит, это сюда Ты-Знаешь-Кто… — недоговорил Рон, так как его перебил Гарри.       — Да, — подтвердил Гарри, вновь опуская чёлку на лоб, — но я этого не помню.       — Совсем ничего не помнишь? — судя по голосу, Рон надеялся на обратное. — Ну вообще ничего?       — Вообще, — недовольно ответил Гарри: его поражала бестактность Рона Уизли. — Я не хочу больше разговаривать на эту тему. Она мне неприятна.       После этого Гарри достал учебник по зельеварению и принялся его читать. Эти действия мальчика в очках удивили Уизли.       — Ты решил начать читать учебники ещё до приезда в школу? — вновь спросил Рон. — Это что зельеварение? Братья говорят это самый трудный предмет.       — Конечно. Я уже успел начать читать травологию, чары, историю магии и вот ещё и зельеварение, — ответил Гарри, поправляя очки, съехавшие на нос. — А ты что-нибудь читал?       — Ты что! Нет, конечно! — ответил рыжий. — Буду читать по чуть-чуть на протяжении года учёбы. А тебе разве нечем было заняться, раз ты столько уже прочитал?       — Я не любитель подвижных игр, — ответил Гарри: он не собирался рассказывать Уизли о своей болезни.       — То есть ты не знаком с квиддичем? — изогнув бровь, спросил Рон.       — Знаком, конечно. Мне об этой игре рассказал мой крёстный, — ответил Гарри. Только тогда он заметил, что под рубашкой у рыжего что-то или кто-то шевелится. — Крестный вместе с моим папой в школьные годы играли в квиддич.       — Да ладно! — в очередной раз воскликнул Рон. — А на каких позициях они играли?       — Папа на позиции охотника, а крестный — загонщика. А впоследствии папа даже стал капитаном команды.       — Круто! — воскликнул Рон. — А у меня братья тоже в квиддич играют. Близнецы — загонщики. А Чарли играл на позиции ловца. Он уже выпустился.       — А что у тебя там под рубашкой? — спросил Гарри у Рона.       — А, это мой питомец. Крыса. Ужасно старая и абсолютно бесполезная. Она мне досталась от Перси — ещё одного моего брата, — ответил Рон и продемонстрировал жирную старую крысу, у которой на передней правой лапке отсутствовал один палец.       — Извини, Рон, но, как по мне, крысы — омерзительные животные, — ответил Гарри честно.       — Это ты что, сейчас так о моей Коросте отозвался? — обиженно спросил Рон.       — Извини, я не хотел обидеть твоего питомца, Рон, — ответил Гарри, стараясь не смотреть на омерзительную для него крысу. — Но я правда не могу терпеть крыс. Еще раз извини.       — Ничего. Знаешь, братья как-то показали мне одно заклинание, которое должно изменить окрас моей крысы, — ответил Рон и достал волшебную палочку, выглядящую старой и потрепанной, а на её кончике даже виднелся белый волос из хвоста единорога.       Не успел он поднять палочку, как дверь купе снова открылась. На пороге появился круглолицый мальчик с девочкой с густыми каштановыми волосами, уже переодевшуюся в школьную форму. Ее передние зубы были чуть крупнее, чем надо.       — Никто не видел жабу? Невилл ее потерял, а я помогаю ему её отыскать. Так вы её видели или нет? — спросила девочка прямо-таки начальственным тоном.       — Нет мы с Гарри не видели никакой жабы, — ответил Рон, но девочка, кажется, его не слушала, ее внимание было приковано к волшебной палочке в руках Рона.       — О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим, — проговорила девочка и опустилась на свободное сиденье, а Рон занервничал.       — Э-э-э… — нерешительно протянул Уизли. — Ну ладно, — он прокашлялся и снова поднял палочку. — Жирная глупая крыса, перекрасься ты в желтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет.       Он помахал палочкой, но ничего не произошло. Короста, как звали крысу Рона, по-прежнему оставалась серой и все так же безмятежно спала.       — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, и все получилось. В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса. Я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире. И, конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники, надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Да, кстати, меня зовут Гермиона Грейнджер, а вас?       Она говорила очень быстро, но Гарри всё-таки уловил смысл сказанного и забеспокоился. Но, посмотрев на Рона, по его застывшему лицу убедился, что тот вероятнее всего даже и не открывал учебники.       — Я Рон Уизли, — пробормотал Рон, но по его тону было понятно, что девочка с каштановыми волосами ему явно не понравилась.       — Гарри Поттер, — представился Гарри, с улыбкой посмотрев на девочку.       — Ты действительно Гарри Поттер? — взгляд девочки стал очень внимательным. — Можешь не сомневаться, я все о тебе знаю. Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и твое имя упоминается в «Современной истории магии», в «Развитии и упадке Темных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке».       — Серьезно? — с раздражением спросил Гарри. Он и так об этом знал, а теперь ему об этом напомнила магглорожденная девочка, напоминающая к тому же заучку и зубрилку.       — Ой, а вы уже определились, на каком факультете хотели бы учиться? — спросила девочка, но, заметив, что мальчишки не спешат ей отвечать, а Невилл и подавно продолжал молчать, она продолжила говорить. — Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо... Ладно, мы пойдем искать жабу Невилла. А вы двое лучше переоденьтесь. Я думаю, мы уже скоро приедем.       И она ушла, забрав с собой круглолицего мальчика. После ухода лохматой девочки Рон принялся возмущаться, что если эта заучка поступит на Гриффиндор, то его жизнь и учёба на этом же факультете будет просто ужасной. Гарри на это никак не ответил. Он решил вновь погрузиться в чтение, а немного погодя ему нужно будет выпить лекарство.