Невероятная история мисс Гермионы Джин Грейнджер

***

      Волшебство — это так захватывающе, интригующе и неизведанно. До вчерашнего дня девочка из пригорода Лондона, Хампстед-Гарден-Саберб, даже и мечтать не могла о таких явлениях как волшебство и магия. Я написала до «вчерашнего дня», ведь именно вчера, девятнадцатого августа, ей, Гермионе Джин Грейнджер, исполнилось одиннадцать лет и она получила своё письмо из школы Чародейства и Волшебства Хогвартс с приглашением об обучении, с инструкцией как пройти в магическую часть Лондона, списком необходимых предметов, книг и канцелярии для обучения, а также в самом-самом низу было написано, что завтра к ней — Гермионе прибудет профессор из этой школы, что бы сопроводить ее в «новый» мир и рассказать о нем.       Сегодня они всей семьей собирались сходить в так любимый девочкой Риджентс-парк. Именинница всегда любила гулять там, наслаждаясь невероятной красоты цветами, большинство из которых были розы, а их там было высажено больше четырёхсот различных сортов в разные геометрические и замысловатые клумбы. Этот парк привлекал девочку ещё и тем, что был расположен недалеко от одного из аристократических районов Лондона. Маленькая Гермиона была убеждена, что пока она проходит мимо очередной клумбы мимо неё точно также могут проходить лорды и леди. Эти мысли будоражили ее, и побуждали усерднее учить правила этикета, чтобы быть похожей на настоящую леди. В этом году она даже уговорила отца снять на три дня квартиру в этом районе, убеждая его, что так можно лучше прочувствовать всю специфику бытия аристократии. И Джонатан даже согласился на авантюру дочери, по крайней мере так было до того как она получила письмо из школы Волшебства.       Сказать, что эта новость шокировала родителей девочки — ничего не сказать. Моника переживала за дочь, а Джонатан просто-напросто не хотел верить в это. Он даже прикрикнул на дочь, обвинив в неудачной попытке пошутить, но увидев как девочка нахмурив брови грустно опустила голову и с надеждой посмотрела на это письмо, он понял, что это всё-таки не розыгрыш, а чистая правда.       На следующий день ровно в полдень в дом Грейнджеров монотонно постучали три раза. Тяжело вздохнув, Моника прошла к двери, дабы открыть ее для прибывшего профессора. — Добрый день, миссис Грейнджер. Меня зовут профессор Макгонагалл, я являюсь преподавателем трансфигурации в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Вчера вашей дочери исполнилось одиннадцать и она как и все дети — волшебники получила письмо из нашей школы, — пожилая ведьма говорила быстро и четко, дружелюбно улыбаясь женщине. — Здравствуйте, профессор. Я Моника Грейнджер, мама Гермионы. Прошу вас, не стойте в дверях, — Моника пропустила ведьму в дом, и крикнула дочери, чтобы та спускалась. — Гермиона спуститься через пару минут. По правде говоря, для нас с мужем это было полной неожиданностью. Мы до сих пор не можем поверить в то, что наша девочка … не такая как все дети. — О, это весьма нормальная реакция. Я видела семьи, в которых родители после того как узнали о причастности своих чад к нашему миру не выпускали их из дома, запрещая колдовать и общаться с другими людьми. К сожалению, никто из этих детей не выжил. — Почему же? — Нельзя подавить магию в ребёнке насильно. Если это сделать, то он … скажем так сильно заболеет. Думаю, что в вашем мире это называется депрессией. Только у нас она практически всегда заканчивается летальным исходом. Эта болезнь называется обскур, магия, что подавили в ребёнке начинает убивать его изнутри. При любом страхе или малейшей вспышке гнева она скажем так взрывается в нем, разрушая не только ребёнка морально, но и окружающую его среду. Именно поэтому лучше всего не противиться природе, и позволить ребёнку развивать свой магический потенциал, — Минерва договорила краткий рассказ об обскурии, и постаралась быстро успокоить напуганную мать девочки. — Но не переживайте, прошу вас. Эта болезнь очень редка. Я уверена, что Гермиона будет отличной волшебницей, с ней такое точно не произойдёт. — Надеюсь на это, — это было единственное, что сейчас могла произнести Моника. Сейчас женщина больше переживала о тех детях, что подверглись этому ужасному явлению, как там его обскру? — Бедные дети, — шёпотом сказала она. — Нет ничего хуже чем не принятие. — Я полностью согласна с этим, но в мире всегда были, есть и будут те, кто считает иначе. — Моя дочь справиться с любыми трудностями, в этом я уверена, — хандра и скорбь по чужому горю резко сменилась на гордость. Минерва на это лишь сдержано улыбнулась и повернулась на шум, исходивший из коридора. — Прошу прощения, я задержалась, — вежливо тоненьким голоском сказала девочка, появившаяся в проеме гостиной. — Все в порядке, милая, — спокойно ответила ей мать и сдержано улыбнулась ей. — Добрый день, вы наверное профессор Макгонагалл? — девочка смело подошла к ней и посмотрела ведьме в глаза. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, — она протянула ведьме свою руку для рукопожатия, продолжая осматривать ту. Странная треугольная шляпа, изумрудная накидка, больше походившая на мантию, прям как из сказок, очки половинки. Эта женщина была стара, но Гермиона видела в ее взгляда невероятную мудрость и силу. Интересно сколько ей на самом деле лет? — Очень приятно, мисс Грейнджер, — Макгонагалл протянула девочке свою руку, подмечая, что та знакома с элементарными правилами этикета. Это было странно, так как ни один ещё ребёнок магглов, которых пришлось повидать на своём веку профессору, не был знаком с этикетом. — Да, вы правы. Я Минерва Макгонагалл. Мы пожалуй пойдём. Я верну ее домой ровно через три часа, — сказала Минерва Монике, вставая с дивана.

***

      Попрощавшись с миссис Грейнджер, они молча направились в сторону «Дырявого котла». К удивлению старой ведьмы, Гермиона молчала и не начинала диалог. Обычно, когда ей приходилось работать и провожать детей в Косой переулок они просто заваливали ее вопросами. Сейчас же все было не так. Один раз у Макгонагалл даже появилась мысль, что девочка приемная, ибо ее манеры поведения были совершенно не схожи с манерами ее матери, да и не ходят так мягко и с ровной спиной магглы. Даже не все маги так ходят, только чопорные чистокровки. — Может у тебя есть какие-то вопросы ко мне? — мягко спросила она у девочки. — Да, я бы хотела узнать у вас специфику обучения в вашей школе. Какие там предметы и есть ли распределение между студентами? Например, сейчас я учусь в классе с уклоном на литературу, но есть точно такие же, где в основном упор делается на точные науки. Есть ли что-то подобное в Хогвартсе? — девочка говорила так спокойно, а ее вопрос был так глубок, что у Минервы теперь не было сомнения, что она будет лучшей ученицей в школе. — В нашей школе мы изучаем в первую очередь защиту от темных искусств, зельеваренье, трансфигурацию, заклинания, историю магии, полеты на метлах, астрономию и травологию. С третьего курса добавляются ещё предметы, которые студент может для себя выбрать для дальнейшего изучения, но тебе ещё рано об этом думать. — Гермиона внимательно посмотрела на ведьму и с понимаем кивнула ей. — Как только первокурсники поступают в школу они проходят распределение на факультеты. Всего их четыре. Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Распределение проводит Шляпа, созданная основателями школы. — Как Шляпа может знать куда определить ребёнка? — задала вопрос девочка, с интересом посмотрев на Минерву. — Как только я надеваю ее ребёнку на голову, то Шляпа начинает считывать его характер, поведение, поступки, родословную, а может даже и будущее с прошлым. Исходя из всех этих факторов она выбирает наилучший факультет для студента. — Это любопытно. А на каком учились вы? — На Гриффиндоре, и я же являюсь его деканом, — Гермиона заметила, что женщина с особой гордостью и любовью говорит о своём факультете. — Ну что же, мы пришли. Это бар через который все ведьмы и волшебники могут пройти в магическую часть города. — Минерва пропустила вперёд паба девочку и направила ее к двери, что находилась за барной стойкой. Как только они зашли, девочке в нос ударил запах какого-то алкоголя. Его аромат не был схож с тем, что пили ее родители. — Смотри и запоминай комбинацию! — строго сказала Минерва Гермионе, и начала постукивать по кирпичикам своей волшебной палочкой. Как только палочка дотронулась до последнего кирпича, стена стала разезжаться в стороны, открывая проход на большую аллею, которая просто кричала о своей принадлежности к магическому миру. — Вау. Впечатляет. — Пойдём, Гермиона, у нас с тобой есть только полтора часа на покупку всех принадлежностей.       Девочке нравилось гулять по этой аллее. У неё в руках был бумажный пакет с книгами, пергаментами, чернилами, перьями и мантией. Многие волшебники смотрели на неё как на зверушку в зоопарке. Это ее злило и бесило, но приходилось мило улыбаться и здороваться с этими людьми, которые, чтобы утолить свою потребность в сборах сплетен подходили к ним с профессором и заводили натянутую беседу, узнавая как зовут девочку и чистоту ее крови. Как глупо. Чистота крови. Для Гермионы это было в диковинку, что кого-то может заботить такой странный факт. Да и зачем? Ведь она у всех одна — красная. Все таки странные эти волшебники. — Профессор, добрый день, — Гермиона услышала как к Макгонагалл обратилась женщина с невероятно нежным и спокойным голосом, на который девочка сама не спеша повернулась и теперь посмотрела на неё и ее спутников.       Это была семья с идеальными платиновыми волосами. Семья из троих человек — отец, мать и сын. Все были красивы, элегантны и спокойны. Только вот, встретившись со взглядом главы этого семейства, Гермиона смогла увидеть маленькую тень брезгливости и неприязни. — Миссис и мистер Малфой, рада вас видеть, — вежливо ответила женщине Макгонагалл. — Я провожу экскурсию для новой студентки. — Вот как, — подал голос мужчина и вышел вперёд, загораживая собой жену. В его голосе были слышны холод и надменность. Только сейчас девочка увидела, что у него были волосы практически такой же длины как и у его красавицы жены. — И как вас зовут, юная леди? — Гермиона Грейнджер, сэр, — спокойно ответила она ему и сделала шаг вперёд. — Я из семьи магглов. Полагаю, что ваша семья как и многие другие, которые за это время успели подойти ко мне, недолюбливаете таких как я? — она высоко подняла голову и посмотрела в глаза мужчине. — Наша семья сохраняет нейтралитет в сложившейся ситуации, мисс, — ответил мужчина девочке, прожигая ту взглядом. Гермиона понимала, что его слова — ложь, и она даже хотела что-нибудь ему ответить как услышала крик какого-то человека. — Стой!!! Лети обратно, чертова птица! Ловите, ловите ее! — Гермиона резко повернула голову в сторону крика и увидела как продавец магических существ или как их ещё называют фамильяров бежал и пытался поймать чёрного, как ночь филина, что стремительно куда-то летел. — Стой! — строго и холодно сказала, пролетавшему мимо неё филину Гермиона, на что тот резко остановился и подлетел к ней. — Отлично, — также спокойно сказала девочка и протянула руку, чтобы филин сел на неё. Как только птица приземлилась на предплечье ребёнка, она сразу почувствовала невероятную силу. Силу, что заполняла каждую ее клеточку, эта сила граничила с чувством власти, которое теперь также медленно растекалось внутри неё. Грейнджер аккуратно поставила пакеты на землю и погладила свободной рукой филина, который в ответ блаженно закрыл глаза и потерся об руку девочки. — Чертова Смерть! Ты ее поймала, но как? Никто ее уже много лет не может приручить, — неопрятно одетый мужчина с заросшей бородой подбежал к ним и неверующе посмотрел на птицу, что смирно сидела на руке у ребёнка. — Может быть дело в имени, которое вы ей дали? Смерть — это ужасное имя. Тем более для такой красивой птицы. — Раз так, то забирай ее себе, девочка. Мне проблемы с этой чертовщиной не нужны больше! — выплюнул свою речь мужчина и быстро пошёл обратно к своей лавке. — Это очень редкой породы филин. Даже у нашей семьи нет такого. Не знал, что их последний представитель выжил, — задумчиво сказал мистер Малфой и переглянулся с женой. — Как ты назовёшь его? — спросила миссис Малфой и переглянулась с профессором, котороя уже достаточно давно стояла молча. — Ночь, — просто ответила Гермиона. — Ночь? Что за дурацкое имя, — презрительно сказал мальчик, что за все это время не проронил ни слова. — Вполне хорошее имя. Оно ей подходит. Она также удивительно прекрасна и красива, ровно как и пугающе неизвестна, она похоже наводит страх на всех. Поэтому — Ночь ей подходит. Хотя, будь это самец я бы дала другое имя. — И какое же, мисс Грейнджер? — с интересом задал вопрос мистер Малфой. — Мракс, — загадочно ответила она и посмотрела на троих взрослых, которые резко побледнели. — Мрак звучало бы слишком … обыденно для такой птицы, а вот Мракс наоборот. Холодное благородство и величие. Думаю я бы так описала этого филина будь это самец с именем Мракс, — она закончила и теперь спокойно наблюдала как все присутствующие кроме этого мальчишки поражено переваривают информацию. — Я считаю, что мы тут уже задержались, профессор, — прервала тишину миссис Малфой. — Была рада познакомиться с вами, мисс Грейнджер. — Взаимно миссис Малфой. Мистер Малфой, — Гермиона с уважением кивнула обоим супругам и сдержано улыбнулась им.       Как только Малфой покинули их, Ночь сразу слетела с руки девочки и молча взяла своими массивными лапами тяжелые связки с книгами и большой котёл. Ухнув своей хозяйке, филин улетел по направлению к немагической части Лондона. Через пол часа Гермиона была уже дома и рассматривала свои покупки. Вот волшебная палочка, вот котлы, книги, учебники, прочие принадлежности для письма и учебы, но самое главное — филин. Ее фамильяр. Она наотрез отказалась покупать для него клетку, заявив Минерве, что это будет нарушать личные границы птицы. С счастливой улыбкой девочка легла спать в предвкушении скорой поездки в школу Чародейства и Волшебства.