Цветовой нюанс

Чонгук снова пребывает где-то в своих глубоких мыслях, делая выбор дальнейших действий. Необыкновенно сильное желание ещё хоть раз, хоть глазком, взглянуть на мир в ярких красках усиливается с каждым днëм и Чону иногда кажется, что с такими требованиями он может подвергнуть опасности и друга Чимина. Но желание, как распространившийся зуд, чешется и хочется. Хочется снова увидеть эти глаза, хоть на пять секунд оказаться в их глубинах, изучить вдоль и поперёк каждый оттенок, притаившийся в радужке глаза, ведь Гук готов поклясться любому, что в своих очах Тэхëн содержит не только типичный карий цвет. Чонгуку впервые так полюбился коричневый, тот, что раньше казался обыденным серым до ужаса в своëм отражении зеркала. У Тэхёна он совсем другой, мягче, теплее, с искоркой. — Гуки, ты не забыл о скорой свадьбе моего друга? Чонгук перевод тяжёлый взгляд на Чимина, напевающего песню, льющуюся на средней громкости из телефона. Пак летает по кухне, занимаясь тестом для блинов и листает книгу рецептов, которую ему дал его парень, впервые доверив готовку. Чон полностью уверенный в себе мужчина, и он решим тем, что точно не стал бы изменять своему любимому человеку из-за какого-то соулмейта. Они встретились в круглосуточном магазине совершенно неожиданно, когда старший в разбитом состоянии покупал себе вино, а маленький Чим, завидев поблизости у алкоголя совершеннолетнего и статного, кинулся с друзьями ему в ноги в просьбе купить для них выпить. В то время, как Чимин видел в этом мужчине прекрасную возможность провести хорошо вечер, Чонгук рассмотрел в белобрысом пареньке симпатичные черты лица. Он, не растерявшись и не разругавшись(чего ожидали подростки) попросил номерок блондинчика с пухлыми губками(так и записав его в списке контактов) взамен на алкоголь. «Пухлые губки» обрадовался, бросился в объятия и, не раздумывая, потянул свой телефон с номером. Чонгук в тот вечер так и не отстал, забрав к себе в машину и увезя подальше от бунтующих подвыпивших мужчин всë-таки успевшего сделать хоть глоточек пива Чимина под «Чимин, твою мать, убери это». Тогда, кажется, и был ощутим тот трепет любви, который был мрачен, не окрашенный в краски, но на это влюблëнные внимания не обращали, стараясь затянуть момент и игнорировать. И у них идеально получалось, до одного момента. Чонгук медленно встаёт из-за стола, направляясь к милому пареньку в шортиках и, располагая руки по обе стороны от него на кухонные шкафы, облокачивается всем телом, прижимаясь сзади. И всё же, Чонгук любит его, своего мальчика. И неважно, проявляются ли оттенки или серый мир продолжает мозолить глаза. Абсолютно безразлично. Но до старшего только сейчас доходит, что за два года он никогда не спрашивал об удобствах самого Пака на этот счëт. — Чимин, - он требует его внимания хриплым голосом, пока правая рука оглаживает ягодицу, сминая. — Тебе приходилось врать родителям о том, что твоя вторая половинка дарит тебе гамму цветов? — Я не мог сказать им обратное, потому что они ожидали от меня совершенно другого, — Чимин заглушает первый стон, наклоняя голову вперёд и закусывая губу. — Но моя вторая половинка дарит мне гамму удовольствия. — Но ты мог сказать им, что тебе и так всë нравится, — Чон слегка напряжëн, но отступать не собирается, пробираясь пальцами под кромку чëрных шорт. — Удобны ли тебе такие отношения? — Я.. - блондин останавливается, глубоко дыша, — Я не хочу быть одинок, так что мне всë нравится, - он, улыбаясь, замечает, что даже музыка изменила характер на пикантную. Не то, что хотел бы услышать огорчëнный Чонгук. Определённо не то. Его выражение лица мигом изменилось после услышанного. Он, нервно играя желваками, шлëпает по оголëнной ягодице парня и отстраняется. — Не буду мешать, я потом отведаю твоих блинов, - слышится уже отдалëнный потухший голос в проëме между кухней и коридором, заставляя Чимина наедине размышлять о том, что он сделал не так.