Призрачное утешение

Слухи пронеслись по институту моментально, и теперь однокурсники не боялись завязать с Олегом не только об учебе, но и просто так. «А всего-то надо было выкинуть чего-нибудь не в своем духе? — думал Олежа, — хм… Я конечно не экстраверт, но неплохо бы звести пару друзей не только среди преподавателей». Гитару он даже и не думал хранить, где попало: в комнате быстро отыскался подходящий на стене гвоздь. А если настроение было не ахти, то руки уже сами тянулись к ней. Мистика какая-то не иначе, но Олежа не обращал на такие знаки особого внимания. Ему даже нравилась мысли, что что-то в его жизни поменялось с переменой места жительства, будто он разбудил в себе второе я. Более жизнерадостное, более общительное, такое крутое, что о старого, привычного себя хотелось закинуть в шкаф, как старый шарф, и забыть. Хотя…

«Нет! Это не хорошо, определенно перебор… — думал Душнов попивая не счесть какой по очереди стакан чего-то с запахом этанола* на, одному ежу известно по какому поводу собравшейся, тусе. — Эта явно была не уместная и очень грубая шутка в адрес столь милой особы… и как у меня язык повернулся? Как вообще мне это в голову пришло? Что я несу?.. Это же вранье? Ребят, вам все равно, что я это только что выдумал?! Это сон… Точно, мне все это снится… Надо уйти…». Не желая больше носить маску хрен пойми кого, Олежа поплыл сквозь толпу. Люди не обращали на него внимания и не мешали, и чувство незаметности и безопасности вновь придало сил. — СТОЙ! — чей-то смутно знакомый крик полный страха и сожалений остановил Олежу, а от мокрых холодных ладоней боль резанула по спине и он обернулся. — Прости, я заи… заи…грался… Олежа не мог выдавить и слова и не мог отвести взгляд — его собственное тело смотрело на него странно блестящим взглядом, тяжело дыша. Мысли и логика всё больше и больше терял связь с реальностью. — Народ, походу Душный белочку словил! — крикнул кто-то в толпе. — ВЕРНИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ! — сказал сам и не сам себе Олежа; тело обняло душу так, что зашлось в кашле и упало без сознания. — Кто-нибудь неотложку наберите… — заголосила девушка перекрывая непрекращающийся танцевальный бит. «Я умер? — приподнимаясь над своим телом, Олежа посмотрел сквозь свои прозрачные руки. — Но я же ничего не сделал… Как?» Точно два щупальца из груди вырвались чьи-то бледно-пурпурные руки, и потащили Олежу внутрь… Вдох… полный отчаяния и сдавленного крика, как у начинающего ныряльщика в последнюю секунду успевшего вынырнуть из пасти холодных вод, жадно глотающего жизнь… — Тш, тш, тш, куда… — не давая пьяному студенту встать с кровати, мужчина в сером пиджаке слегка прижал его локти к подушке. — Олегсей, ты меня слышишь? — Антон Эдуардович?! Что… — поняв, что он в своей комнате парень лихорадочно пытался вспомнить как очутился в таком положении. -… случилось? — Это я бы хотел знать, с чего бы это образцовому студенту взбрело в голову ужраться вусмерть?! — Да я и не собирался, просто… просто… — оглядывая знакомую обстановку, Олежа удивился тому, что гвоздь на стене пустовал, а гитара вновь пылилась под кроватью; хоть и не под его собственной, а под никем не занятой, соседской; а под кроватью поблескивали не только струны, но и чьи-то глаза. — просто… друзья… — Ты же хороший парень Душнов, умный… ладно, можешь на мою пару сегодня не приходить, но пообещай… Олежа вновь бросил взгляд под соседскую кровать, но кроме гитары никакой «черной кошки» там не было. — Да, конечно: учиться, учиться и еще раз… — Лечиться, — слегка хлопнув по прикроватной тумбочке, преподаватель намекнул, что не просто так он на ней оставляет таблетки и стакан воды, и направился к двери. — Спасибо вам, Антон Эдуардович… — но чуть дверь за нежданным гостем захлопнулась, Душнов лихорадочно принялся принимать лекарства. — Господи! Наконец-то! Думал он никогда не уйдет… — раздался усталый голос из-под кровати. Олежа подавился и пролил пол стакана на себя, но рубашка итак была непонятно в чем испачкана, так что не велика пыла оплошность. — Спокойно, Олежа, это просто глюки… и не такое люди видят… — Вот только не надо притворяться, что я плод воображения заучки… Сев и поплотнее прижавшись к стене, надеясь на её отрезвляющий холод, Душнов дрожащей рукой поставил стакан на тумбочку, стараясь не смотреть под соседнюю кровать. В тишине комнаты были слышны лишь тарахтение холодильника и стук сердца. — Температуры вроде нет, считай уже протрезвел, — раздался голос над головой студента, а челка приподнялась под чьей-то холодной чем стена рукой. Откинув голову назад, Олежа раскрыв рот во все глаза уставился на фиолетового парня, что спокойно парил над ним. — А ты, молодец, хорошо справляешься, без истерик… даже неловко… — оттянув порванную горловину свитера смущенно махнул хвостом призрак. — Гораздо лучше, чем другие…