Инструкция по эксплуатации Её Высочества Бесполезнессы

      Жила-была… Нет, живёт и цветёт, и вовсе не пахнет принцесса далёкого волшебного королевства Квифити, Её Высочество Нуитилитат. От короля и королевы ей достались немного вьющиеся шелковистые волосы цвета розового серебра, красоту которых поддерживают горничные, яркие зелёные глаза, фарфоровая кожа, алые пухлые губы и вздёрнутый по-королевски носик. Что ещё от них она получила? Богатые покои и безбедную жизнь. Тринадцатый ребёнок в семье, которого королева Фрюстификат родила в возрасте сорока двух лет, был последним в очереди на престол.       Нуити могла бы мастерски возделывать землю, если бы родилась в семье садовода или землепашца, но она — часть королевской семьи. Маленькая часть, окружённая заботой нянечек, ничем не занимавшая своих белых ручек, кроме иголки для вышивания, вилки и ложки для еды, не берясь за другие столовые приборы, боясь что-то перепутать в этикете или пораниться, небольших книжек и учебников, красивой одежды… Ну, много чего она перетрогала, но граблей или сохи и в глаза не видала, это уж точно.       Принцесса могла бы прекрасно вышивать, но не было у неё сил закончить ни одну свою работу, и в жизни она мало повидала, чтобы судить о естественности изображённого, тем более нитками на ткани.       Дочь могущественного короля Фортисэма могла бы стать сильным магом, если бы не была тринадцатой его дочерью. На неё как будто просто не хватило нужных генов. А те крохи, которые ей всё же достались от родителей-магов, не были развиты, потому что ей в своих защищённых покоях в магии нет нужды.       Нуитилитат могла бы стать выдающимся учёным, если бы родилась в семье учёных, или если бы родилась не тринадцатой в семье, потому что в этом случае она никак не может сесть на трон, а, следовательно, никому не стоит беспокоиться о её образовании. Девочку научили читать и писать, она знает названия ближайших к Квифити стран, знает самых влиятельных в королевстве людей, выучила свой родной язык и язык, на котором говорят все влиятельные люди в мире, чтобы понимать друг друга в любых обстоятельствах, и может отличить свою валюту от валюты морских государств, а о большем никто не задумывался. У короля и королевы есть много дел более важных, чем подбор учителей для младшенькой. Никто не навязывал ей учителей, а она и не знает, что они ей нужны. Она не хочет ничьей власти над собой и вольна в действиях, и всё прощается ей как незначительные шалости незначительного человека. Она ничего не желает, и никто не говорит ей, что нужно чего-то желать. Никто не научил её, что учиться — это хорошо, и ей спокойно живётся и без учения.       Может быть, девушка стала бы хорошим воином и превосходно владела бы оружием и сидела бы в седле, как две её старшие сестры. Но она видела только мужчин-охранников, а когда девушки тренируются на площадках, специально обустроенных для этого, она ещё спит. Да и разговор о тренировках никогда по обыкновенной случайности, это, действительно, было совпадением, не заходил при ней. Она не знает, что девушки тоже могут быть воинами, она и не задумывается об этом и плывёт по течению размеренной жизни. Пьёт, ест, спит, иногда вышивает или читает заграничные романы и не растолстела только благодаря своей превосходной генетике, но и та уже начинает сдавать свои позиции.       Нуити могла бы стать восхитительной певицей с звонким переливчатым голосом, если бы развивала его и свой слух. Но она всего лишь научилась играть на клавикордах, и поёт она услышанные от служанок деревенские песни или песни полупьяных рабочих, донёсшиеся до окон её покоев из сарая или кухни. В звуках голоса её, нежного по родству с матерью, нет чувственности, и песни её, даже самые задушевные из знакомых ей, не тронули бы и самого сентиментального человека. К тому же за неимением должного обучения она фальшивит.       За всем, что бы ни видела принцесса, ухаживают служанки, и даже за тем, чего она не видит, но знает, что это существует. Её одевают и причёсывают, цветы в её покоях поливают и удобряют горничные, они же бесшумно проводят все виды уборки, пока она спит или выходит посмотреть на свих питомцев: пушистого пса по имени Пушистик почти с неё ростом и небольшого роста лошадь по имени Шелковка с шёлковой гривой, которую так же служанки заплетают в толстую косу. И даже на парады она смотрит либо из окна покоев, либо из окна своей кареты и с удивлением устремляет взгляд красивых глазок, обрамлённых длинными ресницами, на братьев и сестёр, подражающих челяди, будучи снаружи…       Не видела Нуити жизни за пределами дворца и не знает, не задумывается о том, чтобы её увидеть. Она почти всем в жизни довольна и не ведает бед и проблем. Она не знает, что еда, которую ей приносят — убитые животные, похожие на её питомцев, или срезанные растения, менее красивые, чем стоящие на широких подоконниках в её покоях. Она не знает, что красивее одежды, чем у неё, нет ни у кого, кроме её старших сестёр и матери, не знает, скольких трудов стоит эта красота. Она не знает, зачем во дворце постоянно ходят дяденька и тётенька в белых халатах, потому что никогда не болела и не знает, что такое болезнь. Но и у такого беззаботного человека есть свои желания…       Когда Нуити было три года, старшая дочь короля и королевы решила выйти замуж. Мужем она избрала себе весьма влиятельного молодого человека, преданного короне, желающего процветания народу. По счастливому стечению обстоятельств она даже полюбила его с первого взгляда, и он тоже полюбил её за доброту и отвагу, за отзывчивость и добросердечность так же сильно, как зауважал за таланты, которыми та обладала, и за её планы преобразований, которыми она делилась с отцом и братьями. Богатство Нуитилитат — её память, не заполненная «ненужными вещами», и потому она хорошо запомнила день свадьбы сестры, когда весь дворец был празднично украшен, когда цвели цветы, и повсюду летали лепестки лилий, запомнила шикарное пышное красное, под цвет королевского герба, платье невесты, украшенное настоящими брильянтами и белоснежным жемчугом, который специально для этого случая доставали из моря, и запомнила жениха… Широкоплечего статного мужчину с золотыми волосами и пронзительными карими глазами.       Она запомнила и свадьбы других четырёх сестёр, но именно после свадьбы старшенькой ей начали сниться сны. Каждую ночь из темноты кто-то шепчет ей: «Нуитилитат…ты нужна мне… Ты нужна мне, Нуитилитат, останься со мной…». На тысячное «ты мне нужна» девушка просыпается и хочет плакать. Никто не сватается к ней, а она не хочет в мужья кого-то из знати своего королевства, ведь здешние женихи, она знает, погрязли в политике, и нужна она им может быть только для укрепления статуса. Именно в таких словах о своём браке когда-то говорила её сестра, родившаяся одиннадцатым ребёнком, бывшая самой младшей девочкой в семье до рождения Нуити. И Нуити интуитивно чувствовала что-то неприятное в её словах, тяжёлое и грустное, и гнала от себя мысли о ней и о её замужестве.       Принцесса мечтает о принце из другого, далёкого королевства, с шёлковыми чёрными волосами, непременно чёрными, чтобы этой свадьбой отличиться от сестёр, с добрыми голубыми глазами и широкими плечами. Плечи пусть будут широкими, а то как он её на руках носить будет? Она мечтает о том, как он приедет к ней, скажет, что она нужна ему как девушка, потому что он и сам станет королём в будущем, и лишняя поддержка ему в принципе ни к чему. Она уедет с ним, станет королевой, родит прекрасных талантливых и красивых наследников и наследниц, как мечтала об этом жена кронпринца Квифити, готовясь родить первого своего ребёнка, и что у неё уже получается сейчас, будучи беременной пятым. Нуити мечтает стать мудрой правительницей, любимой мужем и подданными, чтобы в её честь каждый месяц устраивали парады, на которые она бы смотрела из панорамного окна ещё более шикарных покоев красивого и умного мужа, проводящего с ней много времени. И не знает девушка, что подданные Квифити в глубине души неосознанно любят эту младшую принцессу, потому что та, сама того не замечая, получает и тратит меньше денег из казны, чем другие её родственники.       Не то чтобы Нуитилитат считает себя одинокой, просто она хочет, чтобы рядом постоянно кто-то был, но, что такое одиночество, она тоже не знает, не знает, откуда в её девичьем сердце иногда поселяется печаль. Не знает, что ей не хватает родительской любви и тёплых бесед с сёстрами и братьями, не знает, что ей не хватает внимания и участия. Но постоянно чего-то ждёт, какого-то чуда, которое избавило бы её от грусти совсем, возвысило бы её, возвеличило бы, поставило бы на голову выше сестёр… Это желание быть лучше всегда так неясно появляется на задворках сознания, но в эти минуты она чувствует ещё большую грусть, вероятно, сознавая, что быть лучше них невозможно. Потому единственное известное чудо, которого она ожидала, было счастливое замужество и, вследствие этого, жизнь с ещё более чистого, чем её сознание, листа.