morning glory

День будний, казалось, самый обычный. Веки слипаются, не желают, чтобы их владелец был в состоянии разглядеть что либо. Перед глазами, в любом случае, пелена, так что тяжелые веки — не единственная проблема. За бортом температура довольно низка, юноша вынужден кутаться в собственную поношенную толстовку, пускай и находится в салоне. Чувствителен к холоду, чего уж там, не на руку ему играла погода. А толстовка ведь совсем не греет, не приносит никакого тепла, спокойно позволяет ледяным мурашкам пробежаться по коже. А они противны, так и норовят покрыть собой каждый сантиметр тела, залезть в каждую ямочку. Олежу часто передергивает, а резцы с новой силой впиваются в кожу обкусанных губ. Они привыкли, теперь нужно постараться, чтобы прокусить. Но стараться Душнов и не собирается. Несмотря на низкую температуру, которую можно было оправдать ранней весной, золотистые лучи солнца целовали в макушку, испещряли личико своими чмоками. Но они совсем не грели, лишь опадали на поверхности сидений, бликовали в зеркалах. Солнцезащитный козырек был поднят, но лишь со стороны Антона. Что логично — обязан ведь видеть дорогу перед собой, а брызжущие в лицо лучи лишь мешали. Телефон располагался в небольшом углублении, находящемся в двери. Бился при поворотах о стенки, но совсем не критично. Да и важно ли это, если трещины на нем уже давно имеются? Порой, клацал боковой кнопкой, дабы разглядеть светлые, бьющие своими яркими пикселям в глаза, числа. Да, лишал уставшие глаза покоя ради того, чтобы проверить какое-то там время, но это было совсем неважно. Даже если его можно было посмотреть на панели, располагающейся посередине приборки. На удивление захотелось, чтобы в авто проникла музыка, причем неважно какая, хоть попса с радио. Хотя, нет, все же, важно. Пускай попсовые хиты и могли заглушить стук колес и рокот автомобильных моторов — за сохранность ушей никто не ручается. А подобная музыка будто бы погружает в тугой, герметичный пузырь, который обязательно заливают чем-то вязким и крайне непонятным. Казалось, дыхание начинало неприятно спирать, а это вязкое било намертво фиксировало в себе. Как? Опять же, неясно, но Олежа точно понял, что радио сейчас врубать крайне нежелательно. — Могу музыку включить?- повернул голову в сторону Звездочкина, щуря утомленные глаза. Эти самые полоски совсем не греющего, просачивающегося сквозь закрытые окна автомобиля, солнца и ему на руку не играли, раздражая глазные яблоки. —Давай. Потянул ладонь к изможденному временем телефону, клацая боковой кнопкой включения. Кажись, ответ его даже взбодрил. Движения приняли более живой манер, а веки больше не были прикованы к земле. — Чего потяжелее или как обычно? — Без разницы, доверюсь твоему выбору. Олегсей кривовато, но радостно растянул уголки губ, выделяя заметные мешки. Испустил тихий, еле уловимый человеческим слухом смешок, залезая в приложение для прослушивания музыкальных композиций. В основном, треки расфасованы по плейлистам, ведь так, безусловно, удобнее. Но ведь веселее включать мешанину, включать свой бесконечный список музыки, предварительно поставив режим «перемешка». Определенно веселее и разнообразнее. — Тогда не жалуйся, если врубится саунд из какого-либо мьюзикла. — В этом плане я не привередлив, ты знаешь. А еще ты забыл включить блютуз. — Точно. Очередь Антона расплыться в снисходительной, совсем непохожей на что-то серьезное, улыбке. Ожидаемая музыка, все же, разлилась по салону, но не оттуда, откуда планировалось. Из простого динамика телефона, качество звука которого оставляло желать лучшего. Олежа, видимо, совсем этого не заметил, что, с одной стороны, могло и развеселить, с другой же — насторожить. — Спать бы тебе побольше,- вновь устремил свой взгляд на дорогу, трогаясь с места. — Выбирать бы тебе более спокойное время для своих похождений. Раздался короткий, оповещающий о подключении сигнал, а затем и поплыла музыка. Вроде как, что-то из «Битлз». Что-то плавное и спокойное, под стать сегодняшнему утру. А оно, несмотря на все привычные неудобства, селит в груди что-то легкое и безмятежное. Конечно, может и потому, что он слишком устал, но данный факт спокойно можно опустить. Просто умиротворенное утро после сумасшедшей ночки, ничего удивительного. А раз в груди это чувство поселилось — значит определенно стоит упасть в его воздушные объятия, почувствовать себя словно в облаках, о которых в сказках рассказывают. Возможно, посмотреть на какие-то вещи с наивностью ребенка, почему бы и нет? В это совсем неясное, окутанное сонной дымкой утро можно все. — В те ночи меня рядом не было,- имел ввиду бессонные ночи, проведенные перед ярким монитором ноутбука. Безусловно, они присутствовали, но ведь это работа. А работу откладывать, зачастую, непозволительно, тем более, если она связана с учебой. От преподавателей чего угодно ожидай, а понижение стипендии ему никак не симпатизирует. — Не отменяет того, что главной звездочкой сегодняшней ночи был именно ты. Голос, с нотками утренней хрипотцы, плыл спокойно, даже мягко. Без каких либо предъявлений, обвинений, лишь констатация факта. Ведь Олежа действительно не прочь, все добровольно, никто никого никогда не заставлял и не заставляет. Но Душнов все еще рядом, так что это для него что-то да значит. — Это было внезапно. — Весьма. Олегсей согласно кивнул, облегченно откинув голову на спинку сиденья. Удивлял тот факт, что атмосфера могла бы и накалиться, но этого она не делала. Оставалась все такой же спокойно, все такой же мягкой, с трепетом качающей в своей колыбельке. Небольшая передышка, а затем снова их запустят в суетливый муравейник, под названием универ. Полного названия давать ему не особо то и хочется. Тишина и не давила особо, да и тишиной не являлась. Трек сменялся другим, иногда они резко контрастировали друг с другом. Казалось, в подобной тишине они и проедут весь оставшийся путь, который с каждой минутой все сокращался и сокращался, что как радовало, так и огорчало. Безусловно хотелось остаться в моменте, раствориться в нем, словно сахар, вихрем кружащийся в кружке чая. Внезапная мысль — захотелось кружки горячего зеленого чая — Твой график позволит тебе сегодня снова переночевать у меня?- стрельнул взглядом на собеседника, затем вновь отводя его на дорогу, испещренную десятками автомобилей. — Не сказал бы, все возможно. Тебе удобно будет? — Было бы неудобно — я бы не предлагал. — Значит позволит. Звездочкин еле слышно прочистил горло, приподнимая туфлю с педали газа. Соответственно, машина встала, как и ее собратья. Без какой либо назойливости постукивает по поверхности руля, затем прекращая данное занятие. — Устроим тебе вечер отдыха,- вновь его озарила легкая улыбка, брови расслабленно подпрыгнули. — Как я понимаю, изначальная твоя цель. — Может и так. Олежа впихнул в себя как можно больше воздуха, прокручивая в затуманенном разуме запланированную работу. С одной стороны, дедлайны ведь пока не горели, времени еще много, можно не беспокоиться. А с другой — Олежа будет беспокоиться, даже сейчас тревога дегтем заляпала его чистое, нетронутое спокойствие. Но, если учесть то, что Антон спокойно может как вогнать в беспокойство, так и выгнать... Почему бы не согласиться? К тому же, работоспособность юноше сейчас крайне необходима, а он уже даже физически ощущает, как его хватка слабеет. Что-ж, по сути, должно пойти на пользу. — Значит, ты тоже отдохнешь со мной,- возможно, и было очевидно, но спросонья некоторые мысли требуют того, чтобы их озвучили. — Не без этого. — Значит договорились. И снова спокойно надавил туфлей на газ, двигая машину вперед. Остальные авто двинулись следом, а при повороте солнце изменило траекторию своего падения. Теперь, брызжущие полоски яркого света мазали по задним сиденьям, багажнику, не ослепляя пассажиров. Олегсей расплылся в облегченной улыбке, спокойно повернув голову чуть в сторону. Оттуда ранее так и валил свет, разлепить веки было попросту невозможно, а тут вот — теперь спокойно может наблюдать то, что происходит на тротуарах, пейзажи сонной Москвы или остальные, спешащие по своим делам машины. Кто-то едет сам, кто-то с кем-то, явно не обходясь без разговоров. И от нечего делать, Душнов бы запросто мог прописать их диалог у себя в голове, пока на фоне Брэндон Ури освежает разум своим живым вокалом. Но сейчас лишь хотелось расслабиться и спокойно насладиться дорогой под того же Ури, подготовить себя к очередному дню в учебном заведении.