Осознание настоящего героя: Железный человек 2

      Экран показал Тони, который сидел внутри большого пончика на крыше здания «Пончиковая Рэнди». Он был всё ещё в костюме и ел пончик.       — Почему ты сидишь внутри пончика? — Брюс моргнул, качая головой.       — Ты сидишь внутри пончика и ешь пончик, — ухмыльнулся Клинт. — Нонсенс.       — Если ты идёшь в «Пончиковую Рэнди», ты ешь их пончики, — заявил Тони. — Кроме того, я был в костюме, я не мог сидеть в закусочной с другими посетителями и ожидать, что они проигнорируют Железного человека, не так ли?       — Но сидеть в пончике и есть пончик — это разве не бросается в глаза? — Сэм приподнял бровь.       Тони наконец понял, к чему они это говорили.       — Было… рано? — это не было хорошим оправданием, и Тони понимал, почему их это удивило. — Хорошо, я просто захотел посидеть там. Я сумел бы увидеть, что кто-то приближается, если бы был такой человек.       Кадр переместился ниже, и выяснилось, что Фьюри смотрит на него с земли.       — Хотя, откровенно говоря, я никогда не мог заметить, как приближается Фьюри, — проворчал Тони.       — Он умеет незаметно перемещаться и удивлять людей, — Наташа посмотрела на Тони. — Как тебе это хорошо известно, — она имела в виду конец фильма, когда Ник Фьюри проник в дом Тони, и даже тревога не поднялась, чтобы предупредить его.       — И то верно, — согласился Тони.       — Сэр! Вынужден попросить вас покинуть пончик, — крикнул ему Фьюри.       Тони опустил солнцезащитные очки и посмотрел на Фьюри, который стоял, упёрши руки в бёдра, а затем ушёл.       Клинт расхохотался.       — Ты получил классическую позу «Мне надоело твоё дерьмо» и позу «а ну иди сюда сейчас же!»       — Я удивлена, что ты оставил пончик, когда Фьюри попросил тебя об этом, — поделилась Наташа.       — Мне нечего было делать, кроме как наедаться пончиками, — пожал плечами Тони. — Я был уверен, что Фьюри сможет меня поразвлечь кое-чем, сможет вызвать у меня интерес к тому, что он хотел мне предложить. Хотя я чувствовал себя ребёнком, которого отчитывают.       Наташа чуть наклонилась вперёд.       — Что ж, тебе удалось подорвать свою репутацию. Ты не помогал себе. По мнению Фьюри, это было заслуженно.       — И всё же ты могла выступить раньше и помочь мне, вместо того, чтобы сбивать меня с пути, — обвинил Тони.       Наташа поникла под тяжёлым взглядом Тони.       — Я ничего не могла сделать без приказа, ты знаешь.       — Может быть. Но раньше это не мешало тебе идти против приказов, — продолжил Тони. — ЩИТ был бы счастлив, если бы я умер, и ты знаешь это, Романофф.       Его взгляд стал ещё тяжелее, и Наташа больше не могла поддерживать зрительный контакт. Её молчание буквально подтвердило, что то, что сказал Тони, правда.       Они сидели за столиком в закусочной. Тони был всё ещё в очках, одной рукой поддерживая голову.       — Я говорил, что не хочу в ваш суперсекретный бойз-бэнд.       — Ты сказал это так, словно мы поп-группа, — отметил Клинт.       — В некотором смысле, так и есть, — начал рассуждать Брюс. — Мы известны, и все знают, кто мы.       — Мы разве что не поём, — сказал Тони.       — Вместо этого мы спасаем мир, — закончил Роуди.       Фьюри усмехнулся.       — Нет-нет-нет. Слушай, я помню, ты же всё у нас делаешь сам. Ну и как, получается?       Тони воздержался от комментариев. Он знал, что если бы кто-нибудь сказал что-нибудь про это, он не смог бы ничего сказать в свою защиту, потому что всё, что сейчас показывали, доказывает, что он всё всегда делал сам и никого не привлекал. Это была дурная привычка, от которой он всё ещё не избавился.       — Это… это… это… Не обижайся, мне лучше смотреть на повязку или на глаз, а? Я немного с бодуна и не уверен: ты реальный или белая горячка?       Фьюри перебил, чуть наклонившись вперёд.       — Я абсолютно реален. Я самый реальный из всех, кого ты встречал.       Клинт кивнул на это заявление.       — Фьюри прав насчёт этого.       — Я бы предпочёл описать его как занятого человека, который вмешивается в чужие дела, — вздохнул Тони. — Тем не менее, он действительно помогал мне, когда не был даже обязан.       Тони вздохнул, оглядываясь.       — Как же мне везёт. А где персонал?       Фьюри заметил сыпь на шее Тони.       — Это плоховато выглядит.       Тони признался, что бывало и хуже.       — По шкале от одного до десяти это двенадцать, — заявил Роуди. — Это за пределами шкалы.       Женщина подошла и сказала Фьюри, что периметр под контролем, но не стоит его удерживать слишком долго.       Тони посмотрел на неё поверх очков, узнавая свою помощницу «Натали».       — Ты уволена, — едва выдавил он. Фьюри усмехнулся, увидев реакцию Тони.       — Да, ты не можешь её уволить, — усмехнулся Клинт.       — Теперь я это знаю, — сквозь зубы проговорил Тони, закатывая глаза.       Наташа села рядом с Фьюри.       — Не тебе решать.       — Впрочем, технически, он мог, — сказал Брюс. — Это его компания. Он мог делать то, что хотел.       — Пеппер была главной, — отметила Наташа. — Я думаю, что у неё больше власти, чем у Тони. Если кто и мог меня уволить, так это она.       — Тони, познакомься — агент Романофф, — Фьюри чуть приобнял её.       — Счастлив, — сказал Тони, немного сбитый с толку.       Наташа принялась объяснять свою роль.       — Когда в службе ЩИТа узнали, что ты болен, меня приставил к тебе директор Фьюри.       — Сколько времени вам понадобилось, чтобы узнать, что Тони болен? — спросила Ванда.       — Он хорошо умеет скрывать подобное, — вздохнула Наташа. — Нам потребовалось время, чтобы это осознать. Как только мы узнали, меня направили к нему, чтобы я стала его личным помощником.       — Подожди, ты с самого начала планировала стать его помощником? — перебил её Роуди.       — Это единственный способ быть близко к нему, — пожала плечами Наташа. — Мы уже догадывались, что Тони не был заинтересован в собеседовании с потенциальными кандидатами на замену Пеппер, поэтому пришлось мне незаметно проскользнуть, чтобы не вызвать подозрений.       Тони откинулся на спинку дивана, внимательно осматривая Наташу.       — Как долго ты проработала в СИ, прежде чем я передал пост гендира Пеппер?       Он проверил всю её биографию. Он так и не смог узнать, когда она проникла в его компанию, несмотря на то, что он проводил своё расследование, чтобы узнать, что ЩИТ накопал на него самого.       — Почти месяц. Нашей целью было приблизиться к тебе. Это должно было быть долгосрочным заданием. У нас было ощущение, что что-то не так, и ты скоро продашь свою компанию. Не я должна была принести документы на подпись, — признала она.       — Я знаю это, — кивнул Тони. — Вы отравили ту женщину, что должна была принести эти документы, не так ли?       — Несмертельно, прошу заметить, — поправила Наташа. — Она выжила, и, насколько мне известно, Саманта Карлайс всё ещё работает в твоей компании.       — Верно. Но это не даёт тебе права травить моих сотрудников, — Тони не выглядел довольным.       — ЩИТ и Гидра одинаковы во всём, кроме названия, — Баки покачал головой. — Обе организации используют любые средства, чтобы получить то, что хотят. Хотя Щит предпочитал нелетальный подход чаще, чем Гидра, — его глаза сосредоточились на Наташе. — Ты отравила женщину, чтобы добраться до Старка. Я был частью такой организации против своей воли. Как ты можешь добровольно поступать так с другим, хотя ЩИТ должен быть хорошим?       — Это хороший вопрос, — задумчиво произнёс Клинт.       — Иногда нам приходится делать то, с чем мы не согласны, — сказала Наташа. — ЩИТ мог убить меня, вместо того, чтобы дать мне второй шанс. Они решили послушать Клинта и дать мне шанс измениться. Я приняла его. ЩИТ помогает защитить других, но иногда приходится делать и другие вещи, которые делают нас людьми, похожими на Гидру. К сожалению, всё это является частью нашей работы. Я смирилась с этим.       — Я бы не хотел участвовать в этом, — заметил Баки.       — Ты не хочешь быть Мстителем? — Стив выпрямился.       — Почему я должен хотеть? — Баки впился взглядом в своего друга. — То, что я видел до этого момента, не вселяет в меня уверенность в том, что это та команда, частью которой я бы хотел стать.       Стив был в шоке от слов своего лучшего друга.       — Если здесь и есть тот, с кем бы я хотел работать, то это Старк, — заявил Баки. — Не то чтобы он хотел бы работать со мной, но, по крайней мере, у него есть мораль, и он изменился к лучшему благодаря своему опыту.       — Ты хочешь сказать, что я изменился к худшему? — сглотнул Стив.       Баки ничего не ответил, но Стиву было достаточно и ответного взгляда.       Тони больше не мог наблюдать за этим противостоянием и заговорил.       — Когда всё закончится, Барнс, нам нужно будет поговорить. Возможно, для тебя найдётся место.       Стив был ошеломлён. Снова.       — Это ты так извиняешься? — сузил глаза Тони.       Тони скрестил руки на груди.       — Я хотел бы сказать, что она до сих пор не извинилась.       — Я делала свою работу, — заявила Наташа, глядя на него. — Мне не нужно извиняться перед тобой.       — Ты был слишком занят. Посадил девушку гендиректором, начал бросать всё на ветер. Дал своему приятелю улететь в твоём костюме. Если бы я не знал тебя… — начал распаляться Фьюри.       — Ты не знаешь меня. Он сам его взял, — пояснил Тони. Несмотря ни на что, он придерживался именно такого мнения.       — Ты дал мне его коварным способом, — вмешался Роуди, посмотрев на своего друга. — Ты хотел, чтобы он был у меня. Ты мог в любой момент меня остановить.       — Я знаю, — признал Тони. — Но, как я уже говорил, я хотел, чтобы ты его взял. Ты мог это сделать в любой момент.       — Стой-стой-стой-стой. Что? Он сам его взял? Ты Железный человек, а он у тебя костюм взял? Зашёл чёрный парень, надрал тебе задницу и упёр костюм? — Фьюри не верил этому от слова совсем. Он повернулся к Наташе. — Такое возможно?       — Ну вообще-то у мистера Старка система охраны настолько сложна и независима, что посторонний не сможет сделать ни шагу, — ответила Наташа.       — Ты тоже взломала его базу данных? — спросил Брюс.       — Это было частью моего задания, — снова начала защищаться Наташа. — Мы знали, что даже если Тони умрёт, мы не сможем контролировать костюмы. Они были закодированы на конкретных людей. Фактически на четырёх человек.       — Четырёх? — Стива это удивило. — Итак, только четыре человека во всём мире имеют разрешение на использование костюмов?       — Да, — кивнула Наташа в знак подтверждения. — Только один из них здесь. Тони считается основным пользователем, — она посмотрела на Роуди.       — Кто остальные? — тихо спросил Баки.       Тони вздохнул.       — Пеппер и Хэппи. Костюмы были закодированы на них на случай, если костюмы понадобятся для их защиты. Пару Рождеств назад, когда мой дом взорвали, Пеппер ненадолго воспользовалась им. Хорошо, что я закодировал их на неё. Она бы умерла, если бы я не подумал об этом, чтобы защитить её. Даже если я умру, костюмы никому не пригодятся, кроме как Пеппер, Роуди и Хэппи. Если кто-нибудь, кто не имеет права использовать их, попытается, костюмы самоуничтожатся.       Роуди нахмурился на последние слова.       — Если «Воитель» привязан только ко мне, то как приспешники Киллиана использовали его? Они забрали его у меня. А президент?       Тони слегка улыбнулся.       — Костюм «Воителя» может использовать кто угодно. Я говорю о моих собственных костюмах Железного человека. Их могут использовать только я, ты, Пеппер и Хэппи.       Роуди поморщился.       — Не знаю, почему я подумал, что «Воитель» считается одним из твоих костюмов.       — Он твой, — сказал Тони, — и военных, если они захотят использовать его в дальнейшем.       — После того, как я выйду на пенсию, ты имеешь в виду? — уточнил Роуди.       — Конечно. Отставка. Не слово на букву «с». Я отказываюсь верить, что ты не уйдёшь на пенсию, — сказал Тони.       — Тебе лучше присоединиться ко мне на пенсии. Без тебя будет скучно, — заявил Роуди.       Тони ухмыльнулся на это заявление.       — Жизнь скучна, когда меня нет рядом.       Роуди застонал.       — Я привёл тебя к этому выводу, не так ли?       — Именно.       — Мы можем вернуться к фильму? — спросил Роуди, пока остальные с интересом наблюдали за их взаимодействием.       Тони пожал плечами, его глаза уставились на экран.       — Конечно.       Тони слегка улыбнулся им и фыркнул.       — Что вам от меня нужно?       — Что нам от тебя нужно? Нет, это тебе нужно кое-что от нас. — Фьюри наклонился в сторону Тони, в то время как Наташа встала и ушла. — Это ты стал проблемой. Проблемой, которую я должен разгребать. И что бы ты ни думал, мой мир не вращается вокруг твоей персоны. Есть проблемы побольше, чем ты, в юго-западном регионе хотя бы.       — Я не понимаю, почему Тони — проблема Фьюри? — спросил Брюс. — Он должен был вмешаться?       — Должен был, если хотел мои костюмы, — ответил Тони так, будто понимал причину.       — Фьюри не был обязан вмешиваться. Он сам так решил, — призналась Наташа. — Он действительно заботился о тебе.       Тони усмехнулся.       — Сомневаюсь.       — Он привязался к тебе, — снова попыталась защитить Фьюри Наташа.       Тони не поверил ей, но решил не отвечать.       Наташа вернулась со шприцом, и Фьюри приказал ей всадить его в Тони. Она сделала ему инъекцию прямо в шею, и Тони дёрнулся.       — Ты могла бы спросить сначала, — отрезал Тони.       — Ты бы отказался, — Наташа скрестила руки на груди.       — Нет, если это должно было помочь. Если мне что-то собираются сделать, я лучше сделаю это сам. — сказал Тони.       Стив кивнул, очевидно, соглашаясь с Тони.       — Вы навязали ему это, не спрашивая. Если бы он отказался, то, возможно, ситуация вынудила бы вас сделать это, но не без разрешения. — Стив был обеспокоен такой тактикой ЩИТа. — Вы отнимаете у него свободу выбора.       Тони не мог не рассмеяться от ситуации.       — Как будто это не ты хотел отнять свободу выбора у стран, которые хотели сами решать, разрешать нам въезд или нет?       — Они… — ощетинился Стив.       Баки остановил его прежде, чем тот успел продолжить.       — Он прав, Стив.       — Но это не то же самое, — настаивал на своём Стив.       — Вообще-то то же самое, если подумать, — тихо попытался объяснить Баки. — Ты действительно напортачил.       Стив покачал головой.       — Я не…       — Я знаю, что ты не веришь в это, но поверь мне, — сказал Баки. — Страны и правительство заслуживают право выбирать, кому приезжать в их страну. Быть супергероем не значит иметь право самому решать, что для кого будет лучше. Ты отнимаешь у них свободу выбора, и мир окажется в опасности, если Капитан будет принимать такие решения, чего он не должен делать.       Стив не мог поверить в то, что слышал от своего друга.       — Что с тобой случилось?       — Я слушал, смотрел и наблюдал, — просто ответил Баки, и этого оказалось достаточно, чтобы Стив замолчал.       — О, вы что, хотите продать меня на органы? — сказал Тони, в то время как Наташа схватила его за подбородок, похлопала по месту укола. Тони тут же отстранился, а сыпь на его шее стала исчезать. — Прошу, не делай ничего ужасного пять секунд. Что вы сделали со мной?       — Что мы сделали для тебя? — поправил его Фьюри. — Это был диоксид лития. Он должен снять обострение. Мы хотим вернуть тебя в строй.       — Тебе всё равно следовало спросить его, — сказал Роуди. — Я рад, что это помогло, но… он заслужил право выбора.       Плечи Наташи поникли.       — Это поможет, если я скажу, что мне очень жаль?       — Ты говоришь это не искренне, — Тони внимательно посмотрел на неё. — Ты так говоришь из-за давления. ЩИТ делает то, что хочет, независимо от чувств других людей, — он поднял руку, прежде чем Клинт смог язвительно ответить. — И, да, за мной это тоже наблюдалось, но я пытаюсь измениться.       Ванда кивнула, соглашаясь с этим.       — Это так. Моё мнение и взгляд на Тони Старка сейчас отличается от того, что было раньше. Я судила его, но ничего не знала… — она посмотрела на остальных. — Я думаю, что вы, как и я, слишком строго судили его.       — Класс. Дайте мне коробку, и я буду здоров как бык.       — Это не лекарство, оно лишь снимает симптомы, — пояснила Наташа.       — Очень нелегко будет тебя починить, — тихо сказал Фьюри.       Сэм нахмурился.       — Но то, что ты ввела ему, помогло. Неужели нельзя было дать ему запас? Почему бы не дать ему больше, чтобы сделать прививку, если симптомы снова вернутся?       Тони втайне наслаждался вопросами о действиях ЩИТа. В такие моменты он чувствовал себя оправданным.       — Я просто делала то, что приказал мне Фьюри, — смущённо сказала Наташа.       — То, что у меня не было своих запасов, означало, что в некоторой степени вы могли контролировать меня, — перебил её Тони.       — Это неправда, — заявила Наташа.       — Тогда почему мне дали только одну прививку?       Наташа не знала, что ответить на это.       — Это для меня не новость, поверь. Я пытался найти то, что способно заменить палладий. Перепробовал все комбинации. Использовал все известные химические элементы, — было видно, что Тони это уже всё надоело.       — До этого я проделал огромную работу, — пожал плечами Тони. — Я не мог сделать ничего нового из того, что уже пробовал. Но у ЩИТа оказался туз в рукаве…       Фьюри наклонился вперёд, в его глазах была надежда.       — А я пришёл сказать, ты испробовал не всё.       Роуди нахмурился.       — Тони сказал мне, что Щит хранил много вещей Говарда. В том числе и его наработки. Они должны были достаться Тони, когда Говард умер. Но Щит оставил их себе.       — Чего им не следовало делать, — добавил Тони. — Многое из того, что я сделал тогда, не произошло бы, будь Щит честен со мной с самого начала. Сразу дай он мне информацию, необходимую для разработки нового элемента. Всего этого можно было избежать.       — Я не могу отвечать за Фьюри, — вздохнула Наташа. — Ты должен понимать. Он делал то, что считал лучшим.       Взгляд Тони стал жёстким.       — Он был не прав, скрывав от меня исследования моего отца так долго.       Наташа отвернулась. В прошлом ЩИТ принимал неправильные решения. Возможно, то, как они поступили с Тони, было одним из таких решений. Но уже поздно что-либо менять.       — Это всё ещё помогло.       — Нет, — усмехнулся Тони. — Если вернуться к отчёту, который ты написала обо мне… Ты не увидела меня настоящего. Ты видела мой фальшивый образ и именно его оценила. Возможно, ЩИТ увидел бы меня настоящего, если бы стремились в глубине души понять меня. Мне нелегко доверять, но я понимаю, когда люди искренни, и знаю, когда опускать стены. Я никогда не чувствовал, что могу сделать это для ЩИТа… но со всеми вами, после Нью-Йорка, когда мы охотились на Гидру, я почувствовал, что могу начать доверять. А потом…       — Сибирь, — выдохнул Стив, чувствуя себя немного виноватым за произошедшие там события.       — Точно, — Тони ненадолго встретился с ним взглядом, но вскоре отвернулся.       Сцена сменилась на Хаммера, в то время как его помощники приближались к Ванко, который работал над одним из костюмов Хаммера, переделывая шлем. Хаммер объявил, что привёз ту птицу, которую тот хотел, и показал белую птицу в белой клетке. Ванко заявил, что это не его птица. Хаммер заявил, что они из штанов вылезли, чтобы достать её. Ванко продолжал настаивать, что это не его птица.       Вижн слегка наклонил голову набок, выражая замешательство.       — Он хотел, чтобы его птица была рядом с ним?       — Похоже на то, — пробормотал Сэм.       Клинт поднял руку, привлекая внимание.       — Я говорил раньше. Помните? Я говорил, что они поймают не ту птицу!       — Да, — подтвердила Наташа.       — Но как он смог отличить? — продолжал спрашивать Вижн. — Птицы выглядят одинаково.       — Обычно, когда у тебя появляется своё домашнее животное, ты можешь отличить свое от чужого, — сказал Брюс. — Это инстинкт владельца.       — Оу. Должно быть, он очень любит свою птицу, — сказал Вижн.       Хаммер посоветовал ему не держаться за старое и идти вперёд.       Тони вздохнул.       — То же самое стоило сказать и Хаммеру с его навязчивой идеей превзойти меня.       — Обычно люди не осознают, что у них те же недостатки, в которых они обвиняют других, — тихо сказал Сэм. — За всеми нами есть такое.       Затем он обратил внимание на то, что у костюма изменился дизайн. Он спросил у Джека, своего помощника, что это такое. Джеку было приказано попытаться засунуть голову в очень маленький шлем. Он не смог. Хаммер сказал, что хотел поместить людей в костюмы, однако Ванко заявил, что дроны лучше. Хаммер хотел знать, почему. Ванко заявил, что с людьми много проблем. Хаммер напомнил ему, о чём они говорили ранее, почему нужны правительству именно костюмы, как Железный человек.       — Хаммер должен был сразу понять, что Ванко всё делает по-своему. Он просто использовал технологии Хаммера, чтобы получить то, что он хотел, и водил Хаммера за нос. Он позволил Хаммеру поверить, что он главный, хотя всё это время главным был Ванко, — резюмировал Сэм.       — Хаммер был так озабочен тем, чтобы обойти меня, что игнорировал опасность, с которой столкнулся, работая с Ванко, — вздохнул Тони. — Хаммер всё ещё винит меня в том, что я всё испортил. Хотя он злится ещё на Пеппер.       — Как можно затаить обиду на Пеппер? — спросил Тор.       — Ты будешь удивлён, — пробормотал Тони. — Когда фильм закончится, ты поймёшь, почему Хаммер злится на Пеппер. Вот почему я слежу за ним в тюрьме, и когда он выйдет… Он вообще не сможет приблизиться к Пеппер. Я этого не допущу. Никто не смеет угрожать людям, которых я люблю.       — Напоминает мне то, каким бы я был, когда дело касалось Джейн, прежде чем я её бросил, — задумчиво сказал Тор.       — Ты уверен, что это был ты? — ухмыльнулся Тони. — Как я слышал…       Но Тор перебил его.       — Это я бросил её!       Тони с Роуди переглянулись и усмехнулись, ибо оба понимали, что это Джейн бросила Тора, потому что они это слышали от самой учёной.       Ванко вернул ему его же комментарий.       — Эй, мужик. Не нужно держаться за старое. Нужно идти вперёд.       — Тогда дроны обязаны устроить сенсацию, Иван, — со вздохом произнёс Хаммер. — Ты понял? Они должны поразить меня, Иван.       — Они потрясли мир настолько, что его отправили прямо в тюрьму, — прокомментировал Роуди. — Нам никогда не следовало брать его в качестве подрядчика Минобороны. Но он был следующим лучшим вариантом после Тони.       — Посмотри правде в глаза, утконос, не было следующего варианта после меня, — пошутил Тони.       — Нам пришлось довольствоваться лучшим из худшего, — согласился Роуди.       Экран показал авиабазу, где Роуди и генерал осматривали костюм, висящий в надёжном шкафу. Роуди подтвердил, что костюм полностью боеспособен. Генерал хотел, чтобы костюм отдали Хаммеру, чтобы тот вооружил его. Роуди попросил уточнить, и генерал сказал, что Хаммер будет демонстрировать своё вооружение на Экспо.       Роуди не был уверен в этом, однако генерал считал, что миру это нужно увидеть как можно скорее, что они должны показать всем, что это случилось. А затем добавил, что это приказ. Роуди отдал честь, генерал сказал, что страна может гордиться им.       — Если бы я не сошёл с этого пути, обратилась бы ко мне армия?       — Вероятно, так и было бы, — кивнул Роуди. — Впрочем, иначе бы я не взял этот костюм с твоей вечеринки, если бы ты не сошёл с ума.       — Верно, — кивнул Тони. — Тем не менее, по крайней мере, армия позволяет мне поддерживать её сейчас.       — Ты единственный, кто знает, как на самом деле работают костюмы, — заметил Роуди. Он оглядел комнату. — Если Тони даст вам в будущем какую-нибудь технологию, даже не думайте, что сможете обратиться к обычным механикам. Только Тони знает, как починить то, что он создал. Серьёзно, не пытайтесь, никто другой не знает, что делать.       — Я полагаю, Хаммер очень сильно испортил твой костюм? — догадался Сэм.       — То, что он сделал… — проворчал Роуди.       — Мне было очень приятно видеть, насколько плохую работу проделал Хаммер… — ухмыльнулся Тони.       — Я бы попросил тебя заткнуться, но не думаю, что это заставит тебя не смеяться, — вздохнул Роуди.       — Не заставит, — засмеялся Тони, откинувшись на спинку дивана и наслаждаясь этими подшучиваниями.       Тони и Фьюри уже были в особняке Тони. Они сидели на том, что осталось от разрушенного жилого этажа. Охранники наблюдали за происходящим на расстоянии. Тони был намного трезвее. Они говорили о дуговом реакторе.       — Эта штука у тебя в груди основана на незавершённой технологии, — отметил директор.       Тони не был согласен с этим утверждением.       — Нет, завершённой. Просто она была не совсем эффективной, пока я не уменьшил это устройство, чтобы…       — Нет. Говард говорил, что дуговой реактор был только шагом к чему-то большему. Он хотел начать энергетическую гонку. Такую, что сделает мелочёвкой гонку вооружений. Он разрабатывал что-то большое. Что-то настолько большое, на фоне чего атомный реактор показался бы пальчиковой батарейкой.       Ванда нахмурилась.       — Если ЩИТ знал, что он уменьшил дуговой реактор, и технология может развиться в нечто большее, то почему они не поделились этим раньше? Я не понимаю, почему они так долго скрывали то, что принадлежит Тони.       — ЩИТ исходил из того, что нельзя было допустить опасных материалов в неправильные руки, — объяснил Клинт, пытаясь разрядить обстановку. — Старк в то время был неизвестным человеком. Он был неуправляемым — и остаётся таким — и они не могли рискнуть дать ему разработки, которые могли пойти против нас.       — Нам пришлось ждать, пока мы ему не понадобились, — призналась Наташа.       Тони догадывался об этом.       — Простая уловка, чтобы заставить меня почувствовать благодарность к вам за то, что спасли мне жизнь, чтобы я не думал использовать это против вас. ЩИТ никогда не заботился о Тони Старке. Их заботил только Железный человек и то, что он мог для них сделать. Я был простым оператором, который играл свою роль. Они бы выгнали меня, если бы могли.       Роуди почувствовал, как внутри него поднимается гнев.       — ЩИТ должны быть хорошими парнями… но как вы относились к Тони, а затем просто отчитывали его? Это не та организация, в которой я хотел бы когда-либо работать.       Даже Стив выглядел обеспокоенным.       — Я думал, что ЩИТ лучше, чем Гидра. Я был не прав.       — Может быть, если бы мы поступили по-другому… — Наташа опустила взгляд — Но сейчас мы ничего не можем изменить. Тони выжил. Вот что главное.       Тони всё никак не мог поймать её взгляд.       — Может быть. Но это не меняет того факта, что ЩИТ мог предотвратить всё, что произошло, и помочь мне до того, как я потерял контроль. Возможно, люди в этой команде увидели бы меня в другом свете, если бы Щит не пытался напрямую манипулировать мной, чтобы я действовал так, как они хотели, чтобы оправдать свой отчёт.       Между членами команды воцарилась неловкая тишина.       Тони казалось это всё сомнительным, и он решил немного выпить.       — Он один? Разве Антон Ванко не работал с ним?       Фьюри откинулся на спинку кресла.       — Антон Ванко — это оборотная сторона медали. Антон хотел на этом разбогатеть, но твой отец всё понял и добился его депортации. А когда русские узнали, что Ванко им ничего не привёз, они сплавили его задницу в Сибирь, где он и провёл следующие двадцать лет в водочном угаре. Не самая лучшая обстановка для воспитания сына. Того самого, с которым нелёгкая свела тебя в Монако.       — После инцидента я провёл дополнительное исследование прошлого Ванко, — сказал Вижн. — То, что обнаружил Джарвис, хранится здесь, — он указал на свою голову. — Я должен был сказать это раньше. Антон Ванко не работал с русскими. Они предложили ему это. Он отказался. Семья Ванко не зря сбежала из России. Они хотели лучшей жизни для своей семьи. Их несправедливо обвинили…       Тони побледнел.       — Тогда почему мой отец депортировал их?       — Потому что кто-то, либо сами русские скармливали Говарду разведданные, либо кто-то другой, близкий к Говарду, увидел информацию и сообщил ему, — пояснил Вижн. — Ванко был депортирован на основании ограниченных в то время доказательств. Что касается конструкции реактора… это был совместный проект. И ваш отец, и Антон Ванко внесли большой вклад в этот проект. Это ваш отец пытался снизить вклад Ванко в это дело.       Тони словно окаменел от новых фактов.       — Почему ты не сказал об этом раньше, когда мы обсуждали это?       — В то время я считал это не важным, — ответил Вижн.       Тони покачал головой, но от того, что он даже не удивился тому, что сделал отец.       — Итак, мой отец услышал, что Ванко встретился с русскими, подумал о худшем и принял его за реальность, не дав ему даже возможности объясниться?       — Предположительно, это так.       Роуди потёр глаза ладонями.       — Боже, это всё так запутано. Было сделано предположение, которое привело к недовольству, и которое вернулось к Тони спустя годы. Я знаю, что Говард Старк был одним из самых умных людей своего времени, но он действительно сделал слишком много предположений без надлежащих доказательств.       — И тот человек, которому он доверял, предал его сына самым ужасным образом, — пробормотал Тони, думая о Стейне. Он покачал головой. — Это заставляет задуматься о том, что было бы, если бы мой отец проводил проверку должным образом, и насколько была бы другой жизнь Ивана Ванко?       — Наверное, намного лучше, чем та, которую он прожил, — размышляла Наташа.       Тони указал рукой со стаканом в сторону Фьюри.       — Ты сказал мне тогда, что я не всё попробовал. В каком смысле? Чего я не сделал?       — Он говорил, что только у тебя хватит средств и знаний завершить то, что он начал.       — Тот Говард Старк, которого я знал, — начал Роуди, — никогда не сказал бы этого о своём собственном сыне. Он вообще никогда не верил в Тони.       — Я уверен, что Говард, должно быть, проявлял некоторую осторожность… — начал было Стив, но его перебил Тони.       — Нет. Ты не имеешь права голоса в этом! Он был другим человеком, в то время, когда ты знал его, — выплюнул изобретатель. — Я просто мешал своему отцу. Я никогда не чувствовал, что он заботится обо мне. Он тоже это никогда не показывал.       Стив хотел было заверить Тони в том, что он ошибается насчёт своего отца, но он понимал, что ничего не выйдет, если он попытается.       Тони не верил в то, что отец когда-либо говорил такое о нём.       — Так и сказал?       Фьюри поднял свой бокал.       — Он ошибался? М, нет? Ведь если нет, тогда ты разгадаешь все тайны своего сердца.       Сэм закатил глаза.       — Похоже, что тобой манипулируют. Он пытается заставить Тони почувствовать, что его отец заботился о нём, когда имеющиеся доказательства указывали на то, что он был не лучшим отцом.       — Не знаю, где ты получаешь информацию, только он не был моим обожателем, — Тони покачал головой.       — Что ты помнишь об отце? — с любопытством спросил Фьюри.       — Ничего хорошего, — тихо пробормотал Тони.       — Он был холоден. Был расчётлив. Никогда не говорил, что любит меня, или что я ему хотя бы симпатичен. Так что мне с трудом верится, что он считал меня тем, от кого зависит будущее и вручил мне заботу о нём. Как-то это всё не вяжется. Самым счастливым днём для него был тот, когда он сбагрил меня в интернат. — Тони откинулся назад и вздохнул.       Стив поёрзал на своём месте. Он не мог поверить в то, что услышал.       — Ты, должно быть, ошибаешься…       — Почему это я ошибаюсь? — Тони встал, повернулся к Стиву и грозно посмотрел на него. — Позволь мне повторить ещё раз. Я знал Говарда Старка почти два десятилетия! Думаю, я знал своего отца лучше, чем ты когда-либо?       Сэм увидел озабоченное лицо Стива и поспешил вмешаться.       — Оставь это, Стив. Ты не можешь утверждать, что знаешь кого-то лучше, чем их собственный ребёнок, который знал их дольше тебя. Здесь тебя никто не поддержит.       Стив огляделся и, осознав, что его друг был прав, наконец кивнул в знак согласия. Тони всё ещё стоял на своём месте, скрестив руки на груди.       — Что? — не понимал Стив, чего ещё от него хотел Тони.       Тони развернулся и быстро вернулся на своё место. Напоследок он бросил:       — Я так и думал.       Про себя же он подумал: почему я ожидал, что Роджерс извинится?       Фьюри чуть отпил из своего бокала.       — Это не так.       — Тогда ты явно знал моего отца лучше, чем я.       — Не удивляйся, но так и есть. Он был одним из тех, кто основал ЩИТ, — поделился Фьюри.       — То, что мы работали с кем-то, не означает, что ты знаешь его лучше, — тихо сказал Брюс. — Многие люди, кажется, искренне верят в обратное, но это редко бывает.       — Но если Говард был тем отцом, которого постоянно нет… — заметил Клинт — И ты почти не проводил с ним время за эти двадцать лет…       Брюс пожал плечами.       — Это не имеет значения. Фьюри не виделся с Говардом во время его личных встреч с семьёй. Точно так же, как мы имели дело с маской Тони и не знали его настоящего… У Говарда была маска, которую он надевал на работу. Ты не можешь говорить, что знал людей лучше, если не общался с ними в нерабочее время.       — Это не подлежит обсуждению, — прошипел Тони, немного рассердившись из-за хода разговора. Он просто хотел поскорее со всем этим покончить.       Двое мужчин с тяжёлыми серебряными чемоданами подошли к ним и поставили чемоданы возле них.       На лице Тони был виден шок.       — Что?       — У меня в два встреча, — сказал Фьюри, посмотрев на часы.       Тони указал на серебряные чемоданы.       — Постой-постой-постой. Что это?       — То, что ЩИТ должен был отдать Тони давным-давно, — сказал Роуди, разочарованный действиями других против его друга.       Но Фьюри не собирался вдаваться в подробности, и вместо этого спросил Тони, понял ли он. Затем Фьюри поменял вопрос, спросив, разберётся ли он с этим. Тони не понимал, что имеет в виду Фьюри. Последний тем временем сообщил ему, что Наташа продолжит работать в Старк Индастриз под прикрытием.       — Могу добавить, что меня это не устраивало! — Тони сделал акцент на этом, чтобы все поняли его мысли по этому поводу.       Агент Коулсон подошёл к ним. Фьюри уточнил, помнит ли он Фила. Тони помнил.       — Коулсон очень запоминающийся человек, — ухмыльнулся Клинт. — Кто может его забыть?       Плечи Тора опустились. Он ненавидел тот факт, что его брат убил Коулсона. Тот был хорошим человеком. Хотя он простил Локи многие другие вещи, но потеря Коулсона оказалась болезненной, и Тор знал, что это никогда не изменится.       Хорошие люди уходят слишком рано.       Перед тем, как уйти, директор повернулся к Тони и прямо сказал ему:       — О, и Тони. Помни, я глаз с тебя не спущу.       Тони вздрогнул.       — Это всё ещё меня напрягает. Одним глазом на меня. Да ладно, кого это не напугает?       Наташа скрестила руки на груди.       — К сожалению, Фьюри больше не сможет за тобой присматривать. Ты убедился, что не сможет.       — У меня есть право на личную жизнь, — сдержанно ответил Тони.       А вот Клинт не смог сдержаться от колкого комментария.       — Говорит человек, который проводит большую часть жизни на виду у публики… Лицемерие во всей красе. Не может быть и того, и другого, Старк.       — Люди, которых я люблю, заслуживают частной жизни, даже если я так не делаю, — закатил глаза Тони. — То, что я такой, какой я есть, не лишает меня права жить анонимно. Если бы я мог, я бы с радостью уехал из города, нашёл бы хороший участок земли и поселился бы там. Пеппер была бы рядом со мной, управляя компанией издалека. Общественное внимание всегда было на мне, но это было навязано моим отцом с детства. Мне никогда не удавалось держать свою жизнь в секрете, потому что мой собственный отец постоянно выталкивал меня в центр внимания. Я думаю, что имею полное право закрыть все двери для СМИ, если захочу.       — Тогда почему бы тебе так не сделать? Не отойти от дел? — тихо спросил Стив. — Если это то, что ты хочешь сделать…       — Потому что кто-то всегда будет приходить и возвращать меня обратно, — вздохнул Тони. — Я говорил об этом раньше. Если бы я ушёл, то только с пониманием, что меня не оторвут от моей жизни, если это не будут действия, связанные с изменением Вселенной.       Тони стоял, заложив руки за спину, когда Наташа подошла к нему и сказала, что они перекрыли все каналы связи, и что Тони не должен иметь никаких контактов с внешним миром. Она пожелала ему удачи, прежде чем ушла.       Тони повернулся к агенту Коулсону.       — Бестия. Прежде, я должен вернуться в форму. Потом пойду работать к себе. И если бы мы смогли отправить кого-то из ваших — кофе-бин на Кросс-Крик или в Старбакс, было бы славно.       Коулсон был полной противоположностью Тони в данный момент.       — Я здесь не для этого. И у меня распоряжение директора Фьюри использовать все методы на удержание вас в доме. Попытаетесь уйти или поиграть с нами — тряхну шокером и буду смотреть Суперняню, а вы — пускать слюни в ковёр.       — Коулсон тебе это сказал? — ахнул Брюс.       — Он просто сказал, что сделает, если Тони нарушит правила. В том, что он сказал, нет ничего плохо, — встал на защиту Коулсона Стив.       — Не могу поверить, — Тони заторможенно моргнул и покачал головой.       — Стив, — тихо начал Сэм. — Удар тока для Тони в состоянии, в котором он находился, убил бы его. Его тело не выдержало бы стресса. Фьюри должен был быть лучше осведомлён о том, что не следует использовать электрошокер, чтобы гарантировать согласие Тони. Они могли убить его, — он нахмурился. — Я начинаю думать, что ЩИТ как будто надеялся, что Тони подстегнёт их достаточно, чтобы они сделали это, потому что, если он умрёт, они смогли бы получить все его вещи.       — ЩИТ, вероятно, не знал, что электрошокер сделает с ним… — попытался Стив.       — Ты действительно не понимаешь, Роджерс? — вздохнул Тони. — Шокер убил бы меня. Я был жив только благодаря небольшому вмешательству, но этого было недостаточно, чтобы поддерживать меня долгое время. С каждым часом мне становилось всё хуже и хуже. Если ты считаешь, что ЩИТ не знал, что сделает со мной шокер… — он не должен был удивляться признанием Роджерса. — Эх, ты понятия не имеешь о великих схемах.       Стив склонил голову.       Баки наклонился поближе к своему другу.       — Я думаю, тебе нужно всё обдумывать, прежде чем высказывать своё мнение, Стив. У тебя будут проблемы, если ты продолжишь так делать.       Стив кивнул.       Тони заторможено моргнул и кивнул.       — Кажется, я осознал, — они пожали друг другу руки.       Агент Коулсон развернулся и пошёл прочь.       — Желаю весело провести вечер.       Тони посмотрел на оставленный ему чемодан. Наверху было написано «Собственность Г. Старка».       Ванда нахмурилась.       — Я уверена, что просмотр содержимого чемодана со старыми исследованиями твоего отца не будет весёлым, не так ли?       Тони был согласен.       — Не был. Но в каком-то смысле поучителен.       Экран снова показал авиабазу, но серебряный костюм Железного человека уже лежал на столе. Он был частично разобран, а некоторые части и вскрыты. Роуди вытащил дуговой реактор из груди.       Тони скрестил руки на груди.       — Что армия узнала о костюме, разобрав его?       — Ничего, — признался Роуди. — Но Хаммеру было достаточно, чтобы внести в него свои изменения, но у него не было твоих глубоких познаний.       Вошёл Хаммер, который сосал красный леденец на палочке, и который не мог поверить в то, что видел.       — Он похож на возбуждённого восьмилетнего мальчика, который выиграл на ярмарке золотую рыбку вместе с леденцами, — пошутил Сэм.       Остальные не смогли сдержаться и рассмеялись.       Он хотел знать, что сделал Роуди, чтобы заполучить один из костюмов. Роуди не стал вдаваться в подробности, желая, чтобы Хаммер рассказал им, что собирается для них сделать.       — Хорошо, я рад, что ты не рассказал Хаммеру, что произошло между нами, — тихо сказал Тони.       — Возможно, ты разозлил меня, — улыбнулся Роуди, — но я знал, как сильно Хаммер тебя ненавидит. Я не собирался давать ему возможность нападать на тебя.       Тони благодарно улыбнулся.       — Спасибо.       Хаммер объяснил, что собирается обновить программное обеспечение, однако Роуди перебил его, так как хотел услышать про огневую мощь.       Хаммер откусил кусок леденца и заявил, что они обратились по адресу.       — Нет, на самом деле не по адресу, — заявил Роуди. — Его оружие звучало и выглядело хорошо… но его работа была отвратительной.       Следующая сцена — Хаммер выкладывает всё оружие, которое он принёс с собой, в том числе и дробовик М24 и миниган М134 калибра 7,62, помимо всего остального. Во время демонстрации Роуди и полковник Аллен молчали, пока Хаммер не сказал, что это всё, что у него есть. Хаммер не мог прочитать Роуди и оценить его реакцию. Неожиданностью стало то, что Роуди сказал, что берёт всё.       Роуди поднял руки.       — В свете дальнейших событий, мне действительно не следовало брать что-либо у Хаммера, но я должен был сделать покупку и запустить костюм, независимо от качества технологий.       Тони ухмыльнулся этому заявлению.       — Вот почему ты используешь только технологии Старк. Ты знаешь, что они всегда будут работать. Если оно не работает, то ничего не выйдет.       — Это был урок, который мы все извлекли позже, — вздохнул Роуди. Он оглядел присутствующих в комнате. — Если вам нужны отличные технологии — обращайтесь к этому парню, — он похлопал Тони по плечу. — В противном случае вы зря потеряете время.       — Спасибо за рекомендацию, — ответил Тони.       По крайней мере, кто-то считал его достойным. Это означало, что Роуди всегда будет рядом с ним, независимо от того, что он сделает.       Он не мог сказать, что у него много настоящих друзей, но Роуди, безусловно, был одним из таких.