Как бы замужем не пропасть.

      Тодороки Энджи.       Геройское имя: Старатель.       Герой номер два. Пока номер два.       Сколько Энджи себя помнил, в его жизни главным было старание, стремление быть лучшим, первым, во всем.       Женившись, пусть из-за причуды, своих убеждений он не оставил и честно старался стать лучшим мужем для Рей. Но этого было недостаточно. Эта женщина, несмотря на все приложенные усилия и попытки указать на ее часть работы в семье, не понимала ничего об распределении обязанностей. Она не только не помогала, но и саботировала его работу. Чего только стоили ее требования сбавить обороты по тренировкам в свое время!       Женщина!!!       Что она знает о том, как должны тренироваться герои? Будто, если бы он тогда дал слабину, ей не воспользовались бы злодеи, не обогнали бы другие герои. Чтобы стать лучшим, нужна не только идеальная причуда, но и море крови и пота. Рефлексы, вбитые в подкорку, четкое знание своих сильных и слабых сторон, пределов организма. Так что уж лучше бы Тойя, а после и Шото начали узнавать их заранее и овладели своими способностями по максимуму, чем оказались неподготовленными в горячке боя позже. Уж он-то, со своим опытом понимал важность этого. Сколько раз видел начинающих героев, которых это незнание приводило, в лучшем случае, к окончанию карьеры, в худшем — даже жизни.       А позже, когда они подросли бы, он им показал, как выходить за пределы. Ближе к Академии.       Внутренне герой глубоко и разочарованно вздохнул. Рей подвела его, не выполнив своих обязанностей, не только как жена, но и как мать его детей. Он сам выбрал её в надежде на идеальную причуду в следующем поколении, но из всех детей только половина могла продолжить его дело. И то, только на первый взгляд. К Шото, скорее всего, не будет нареканий из-за его волос, но Тойя…       Старателю было сложно признаться даже самому себе, но ситуация с первенцем задевала его в чем-то даже больше второго места. Такая сильная причуда, столько упорства и стремления… Энджи верил, что даже с одним огнем Тойя по праву займет место среди сильнейших героев, но эти ожоги, а ведь начиналось всё с малого. Эти чёртовы белые волосы. Старатель был ужасно упрям и гордился этим, но даже так… Энджи не готов был видеть страдания сына, его боль и, возможно, смерть от собственного пламени. Судьба будто издевалась над ним раз за разом. Сначала сделав героем номер один этого идиота, а после — даровав сыну, столь похожему на него самого, слабое тело. Какой смысл в тренировках, если само использование огня калечит? Конечно, можно было бы попробовать использовать пламя по чуть-чуть, но какой смысл? Это не остановит мало-мальски сильного злодея, да и Тойю тоже. Так и пожалеешь, что сын целеустремленностью в него пошел… Такого не остановишь ни здравомыслием, ни болью… Будет вставать из раза в раз, несмотря на боль, ожоги, усталость. Уже встает.       Стыдно признаться, но даже он сам не мог остановить собственного сына.       Примерно такие мысли бродили в голове у героя номер два по дороге домой. Где его ждал ужин и вечерняя корреспонденция. Чем будут заниматься остальные члены семьи, его не особо интересовало. Шото все равно пока мал, а Тойя теперь гражданский, ему нечего делать в геройском обществе. Рей не понимает в этом ни черта, и потому её мнение нельзя учитывать.       Старатель давно понял: важен лишь результат, а промежуточные этапы можно и перетерпеть. К ним относится и тишина, и тяжелая, давящая атмосфера в доме, и истерики сына и жены. Хотя, сказать честно, чувствовалось всё это только на совместных приемах пищи, когда все собирались за столом, и в редких разговорах с Рей и сыном. Почему, Энджи старательно не задумывался, да и, если бы и сделал это, все равно не нашел бы причин, для него принятая линия поведения была единственно верной, ведь другой он не знал и знать не хотел. Дети сыты, дом полностью соответствует всем правилам, жена знает свое место, пусть порой тихо спорит и смотрит… Так. Все нормально, все как и должно быть.       Тихо. Каждый раз, когда он дома, очень тихо. Не слышно ни смеха, ни шороха, как когда он подъезжает к воротам. Это даже хорошо, ничто не отвлекает его от тренировок и отдыха.       Возможно, Старатель так бы и продолжил спокойно ехать в машине, погруженный в свои мысли, но раздался звонок. Не рабочий, личный телефон, звонил неизвестный.       Однако.       — Тодороки Энджи слушает! — громко, четко, как и следует герою, ответил он, привычно пропуская совсем не геройский ответ. С той стороны от такой резкости, военной четкости закашлялись и, по-видимому, потеряли заготовленную речь, с ним часто такое бывало. Находясь в спокойном настроении, Старатель даже не стал бросать трубку и торопить, ведь спешить все равно некуда.       — Эм… Это Кишимото… То есть! — окончательно стушевался мужчина. — Здравствуйте, с вами говорит доктор Куросаки, из больницы… Ваш номер был указан в карте Тодороки Рей. — После этих слов звонок наконец оправдал его потраченное на него время, хоть и подарил раздражение напополам с беспокойством: «что с ней еще произошло?» — Сегодня произошло ограбление, — начал тараторить врач, новичок, — ваша жена случайно попала под атаку злодея, ее только что доставили в нашу больницу…       — Что с ней? — Терять жену и мать своих детей из-за какого-то злодея он не собирался.       — Все в порядке, — явно паникуя от требовательности тона и от того тараторя лишь сильнее, ответил врач, — в нее попали зарядом тока. Но не переживайте. Мы уже занимаемся лечением, совсем скоро ее переведут из реанимации.       — Когда точно? Какой у нее прогноз? Как скоро выпишут? — Ему нужно успеть все решить. Позвонить няне, чтобы осталась еще и на ночь, не сидеть же ему, право слово, с детьми. Уточнить, что там со страховкой для семьи героев, найти домработницу, наверное, её же не сразу выпишут. Как же напряжно.       — Эм… Не переживайте, — чуть замялся доктор, — прогнозы довольно хорошие, уже завтра Тодороки-сан можно будет навещать и при хороших сроках выздоровления выписать через неделю-полторы.       — Тогда зачем реанимация? — У Старателя было достаточно опыта попадания в больницу, чтобы понимать: попадание в реанимацию беспричинным не бывает.       — Эм… — опять чуть помялся доктор, но, войдя в профессиональную колею, быстро успокоился, — при нападении молнии попали в грудь и шею Тодороки-сан, это вызвало остановку сердца и дыхания.       — ЧТО-О-О!!! — Они совсем там уже?! Да я их закопаю!       — Н-не п-пе-переживайте, — явно испугался Куросаки-сан. — Н-нам удалось быстро его запустить, однако перед этим Тодороки-сан почти полторы минуты была в состоянии клинической смерти. Сейчас она находится под присмотром врачей, если все будет хорошо… Точнее! Все точно будет хорошо! — тут же исправился врач. — Мы переведем Тодороки-сан в обычную палату.       — Вы переведете ее в лучшую палату в больнице, — яростно поправил герой, — я сейчас же приеду и решу все вопросы со страховкой. Понятно?! — в конце, не сдержавшись, рявкнул он и тут же бросил трубку.       — Сейчас же поворачивай в больницу… — тут же отдал он приказ водителю.       — Мы почти приехали к вам домой, Тодороки-сан, не хотите зайти?       — Точно, дети, — тут же подумал Энджи и набрал номер няни, не забыв перед этим сказать, чтобы водитель все же довез его до дома. — Здравствуйте, Мей-сан, простите за столь поздний звонок, экстренная ситуация. Рей попала в больницу, мне нужно поехать к ней. Вы можете остаться сегодня на ночь? — Утвердительным тоном спросил он и, выслушав правильный ответ, соизволил ответить на встречную гору вопросов, — врачи пока наблюдают. Думаю, все обойдется. До свидания, — буквально оборвал он разговор, оставив объяснения на потом, и все же решил заехать домой. Инцидент с Рей после звонка домой был переведен из экстренных, все равно из больницы она не убежит, как и страховка с врачами.       Оставшиеся минуты до приезда прошли в тишине. Так же молча Старатель пришел домой. В коридоре было темно. Из-за стенки были слышны приглушенные разговоры, он с легкостью различил голоса всех своих детей и няни. Нехорошо, похоже Мей-сан нарушила его указания, после выписки Рей он найдет новую няню. Но сначала нужно проверить. В резко наступившей тишине было хорошо слышно шуршание седзи.       Это действительно были разговоры. За столом сидели все младшие Тодороки, даже Шото с няней и Тойя сидели за котацу и ели, настолько спокойно, насколько могут это делать двулетний ребенок и ревнующий к нему подросток. На Энджи начала накатывать злость. Пока еще легкая.       — З-здравствуйте, Тодороки-сан, — первой взяла огонь на себя Мей-сан, она была сильно удивлена появлению Старателя дома, так как буквально десять минут назад тот звонил, чтобы сообщить о Рей-сан и больнице. Она думала, что тот ближайшие часа 3-4 из больницы точно не соберется, поэтому и собрала всех детей вместе. Им нужна была моральная поддержка, особенно после такой новости. И не сказать не могла: они уже начали переживать из-за долгого отсутствия Рей-сан. Об этом они и говорили за ужином, — мне принести для вас приборы? Сегодня я приготовила карри. — Старалась, максимально вежливо улыбаясь, отвести грозу няня. За время работы в этом доме, целых полтора месяца, она уже научилась вмиг распознавать настроение главы семьи, хотя это не то, чтобы было сложно, пламя постепенно начинало мигать в волосах героя, да и степень угрюмости отличалась от стандартной.       Наградив Мей-сан пристальным взглядом, Старатель согласился отужинать со всеми, уволить няню он успеет. После он покинул дом и поехал в больницу, где еще пару часов заполнял бумаги, говорил с врачами.