Как бы замужем не пропасть.

      В тот день Энджи опять задержался, в последний месяц он редко возвращался домой раньше одиннадцати вечера, а порой и вовсе ночевал в агентстве, благо там были комнаты для отдыха и нормальные спальни. Как хороший руководитель, Старатель знал насколько важны сотрудники, тем более, что каждого он выбирал лично. Она старалась не вникать в геройские дела, но даже так знала про разгул преступности в связи с отбытием Всемогущего в Америку и появлением новой группировки с причудой создания взрывчатки. Те громко заявили о себе около трёх недель назад, устроив крупный теракт, и с тех пор по стране прокатилась целая серия подрывов с разными целями. Было страшно отпускать детей в школу и садик, настолько, что Рей не могла ни о чём другом думать и даже уснуть. Слишком сильная тревога. К тому моменту, когда Энджи вернулся домой, она накрутила себя настолько, что вывалила все свои переживания на него и не успокоилась до тех пор, пока он не пообещал приставить незаметное наблюдение и охрану.       Впрочем, герой и так собирался это сделать, полностью разделяя паранойю жены по поводу безопасности семьи. Он и к ней собирался приставить охрану, всё же расследование, которым занималось его агентство при содействии полиции и пары других геройских контор было крупным. Незаконная торговля оружием и предметами поддержки... Вот-вот должны были полететь головы, не только злодейские, но и в правительстве. Такое не организуешь без хороших взяток и толковых "толкачей". Старатель, как глава крупнейшего в Японии агентства, это прекрасно понимал.       На волне переживаний Рей также взяла с него обещание, чтобы он звонил домой, если собирается вернуться домой поздно или остаться на работе с ночёвкой. Конечно, было несколько жалко, да и одиноко без Энджи. Всё же за столько времени они привыкли к рутине определённого толка, к присутствию друг друга. Без этого вечного орущего ворчуна дома вечером было тихо, очень не хватало их вечерненочных посиделок в кабинете или перед телевизором. Не хватало жаркого секса, муж всё время был усталым и задумчивым, было видно: мыслями он не дома, а на работе.       Был уже девятый час, а от Энджи - тишина. Это было очень... тревожно, поскольку обычно он звонил не позже семи - семи тридцати, чтобы они спокойно ужинали без него. Вот уже час Рей расхаживала по квартире с телефоном в руках, решаясь позвонить в агентство, звонить Энджи не имело смысла, на работе у него был другой телефон, звонить на который было нельзя. Как же не хотелось выглядеть ревнивой домохозяйкой, да и отвлекать героев от работы тоже, но и сил ждать в неизвестности не осталось.       - Здравствуйте, это агентство Старателя, чем мы можем помочь? - Ответили на звонок заученной фразой.       - Здравствуйте, это Тодороки Рей, - тут же начала сбивчиво объяснять свою проблему, не забыв при этом представиться, чтоб не приняли за сумасшедшую, - вы не могли бы связать меня с моим мужем?       - Не уверена, что могу...       - Тодороки Энджи, геройское имя: Старатель, - девушку перебили, уточняя недовольным и даже несколько презрительным тоном. Не знать имя своего работодателя! - Поэтому думаю, что вы всё сможете. - Женщина открыто давила своим голосом. Вот уж точно, жена босса, тот, правда, обычно не говорил так холодно. В его привычках было сверлить гневным, уничижительным взглядом или сразу кричать так, что аж уши закладывало.       - С-сейчас... Подождит... - девушка уже была на низком старте, собираясь бежать к кому-нибудь старшему чтобы уточнить: что делать, но вспомнила, - извините, я не могу помочь вам связаться с боссом, насколько мне известно, он сейчас в больнице.       - Какая больница и номер врача, бегом! - и, после секундной паузы, добавила, - если не знаешь, соедини с тем, кто знает, быстро! - Последнее слово она рявкнула в трубку как сама не ожидала. Её всю трясло.       - Здравствуйте, Госпожа Тодороки, - спустя тридцать-сорок секунд и тысячу ударов сердца, трубку взял мужчина, - моё имя Вектор, ваш муж находится в *** больнице, во время операции на него упал кусок стены. Не переживайте, врачи говорят, что обошлось малой кровью. Раздробило левую голень, в остальном только вывих и ушибы. Сейчас с ним работают хирурги, Исцеляющая девочка обещала приехать завтра, так что по прогнозам он вернется в строй максимум через неделю.       - Когда его можно будет навестить? - Спросила Рей ни жива, ни мертва. Малая кровь, блядь, ногу по кусочкам, сука, собирают.       - Приёмное время с часа до пяти.       - Спасибо, хорошего вечера, до свидания. - На автомате проговорила она слова вежливости прежде чем повесить трубку, не выслушав ответ.       - Мааам, - раздалось неуверенно из-за приоткрытых сёдзи, - папа в больнице? - Уточнил Тойя, несмотря на то, что уже подслушал ответ. Хотелось убедиться.       - Да, будем его завтра навещать?       - А можно? - вылезла рядом голова Фуюми.       - Конечно, завтра сразу после школы поедем все вместе, - мама глубоко вздохнула, - вкусняшки папе купим, чтобы ему легче в больнице лежалось.       Дети всё чувствуют, тем более Рей и не пыталась скрыть переживание за мужа. Наоборот, она честно рассказала всем детям за ужином, что папа в больнице и как можно подробнее разъяснила, что с ним такое. Возможно это было неправильно, но женщина считала, что в воспитании главное честность и понимание. Родители должны честно рассказывать детям причины тех или иных поступков и объяснять непонятные моменты максимально доступным языком. Только так можно научить рёбенка думать наперёд, просчитывать свои действия и понимать окружающих.

***

      День у Старателя не задался, точнее сказать, весь месяц. Но последние сутки стали окончательной точкой. Операция чуть не провалилась из-за одного... долбоклюя, упустившего злодея с причудой динамита. Конечно, Старатель сумел его поймать, не будь он героем номер два, пока номером два, но при этом попал под обломки. Раздробленная нога, вывих плеча и синяки - это неприятно. Особенно неприятно, что ему придётся провести в больнице целых два дня. Врачи настаивали на неделе, но он не мог позволить себе на столько времени оставить работу. Ничего, отменит патрули, снизит нагрузку на тренировках, даже, возможно будет возвращаться домой пораньше на пару-тройку часов. Не к восьми, а в пять-шесть вечера. Считай, что отпуск.       Утро после операции тоже было не ахти, особенно, когда ему позвонил Вектор и сообщил, что вчера в агентство звонила Рей и сегодня, скорей всего, приедет с детьми. Энджи, откровенно говоря, не знал как относиться к посещениям, раньше жена не утруждала себя подобным и его это в принципе устраивало. Сейчас же... он не знал как к этому относиться.       Кто-то постучался в палату, после чего дверь распахнулась под натиском Шото. Тот вбежал, сразу находя его глазами, чтобы пойти войной на койку. С каким упорством он начал залезать на неё, растёт пацан! Вслед за младшим в палату забежали остальные дети, столпившись рядом с ним и страхуя Шото. Все они говорили наперебой. Здоровались, спрашивали как он себя чувствует, как попал в больницу, стоял ужасный гомон, прервавшийся после громких хлопков.       - Дети, - певуче и в тоже время требовательно протянула Рей, опираясь плечом о косяк уже закрытой двери, - папа болеет, поэтому не шумим и не перебиваем. Шото, видишь у папы нога и плечико забинтованы? Прежде чем лезть спроси разрешение, чтобы папочке не было больно. - Она подошла, только когда дети успокоились и начали расспрашивать его, пусть несколько невнятно или стесняясь, но они старались. Энджи недавно заметил, что стал несколько терпимей и сдержанней из-за общения с детьми, всё же с ними нужно быть достаточно терпеливыми и внимательными. Конечно, его не надолго хватало, но его зам сказала, что это - прогресс. Тогда он сильно вспылил, помнится, но в итоге решил, что это может быть не так уж плохо. Видимо, оценив их старания, Рей мягко погладила всех по голове и, оставив на тумбочке кусочки фруктов, наконец приблизилась к изголовью койки. Она не стала ничего говорить, просто присела у изголовья, на самом краю чтобы не потревожить раны, и втихомолку поцеловала в висок. Простой жест, практически невесомый, но от сердца как-то отлегло и стало спокойней. Даже будто светлей.       Он ранен, но на койке сидит жена, рядом дети, успевающие не только болтать, но и кидать заинтересованные взгляды на его гостинцы. Энджи с едва различимыми смешинками в глазах и ухмылкой смотрел на свою семью. Ладно, можно признать, что посещения - это неплохо.