Бездушный

Всё было так же, как было в день пожара. Так же скорая…так же полиция…те же слёзы…то же горе…сотни погибших, сотни раненых…наша школа огромна, у всех свои намерения и своя голова на плечах, но кто же знал…что в день выпуска из школы, прибудут никому не известные террористы…

Тогда....я был на грани смерти и жизни…я не помню что произошло тогда, меня просто охватила безсознание, я был будто бы…в трансе...я не управлял собой…не видел…лишь чувствовал, когда я дрался я помню, что вроде знал их…хотел что то отнять…не помню что. Уже который год я возвращаюсь в нашу местную клинику, со многими раненых, крови у меня было совсем мало, пальцы все я свои переломал, получил ожоги, переломы костей, моим друзьям попадалось хуже. Чуть ли не переломы черепа и спины, простреленные ноги и руки.

У меня группа крови 4-я очень редкая…только у Феликса и Данте были эти группы, но у них то самих…у одного крови только литр, у другого заражена, никто из добровольцев не пожертвовали, ну правильно не обязаны ведь…оставался один вариант. Когда я смог открыть глаза, рядом со мной была моя мама, она очень сильно плакала, и сидела на стуле, в руке трубка и игла, алая жидкость шла вверх по трубке, прямо в палийтилен, а от туда уже вниз, мне в пальцы. Меня невыносимо тошнило, я умирал из нутри, все моё тело скулило и просило убить на месте, но я не мог ничего сделать, если я еле еле открывал глаза, то как я мог хоть что то поднять на руки.

***

—Габриэль, сыночек пожалуйста очнись…п-прошу выживи…—я слышал молитвы матери, её охрипший голос, её болезненные всхлипы и рыдания, я чувствовал как она проводит своей тёплой, но…остывающей рукой. Я чувствовал, как она трясёт меня за плечи, я слышал, как доктора уводили мою кричащую и плачущей мать. Я даже видел как её держали за руки и уводили в коридор, еле плывущим взглядом, я видел, своих вроде бы вчерашних выпускников, которые уже полностью исколечены, будто только с войны вернулись, и ещё не очнулись. Спустя неделю, мама перестала меня навещать. Я уже мог ходить и жить в радость, мне хватало сил чтоб поднять стул или поесть. Никто ещё не очнулся. Переодически я смотрел в зеркало, мои волосы стали короче, эти бинты на голове, остатки крови и сильные раны, моего одного глаза не было. Руки в гипсе, ноги тоже в животе были трубки. Чудо было то что мы вообще ещё в сознании после взрыва. Спустя много часов или даже дней…я не помню я ничего мне помню, я лишь помню что меня навестила мама, спустя долгое время, за окном уже ноябрь, по всюду снег и холод, а мама в теплой бабушкиной куртке и шапке ушанке, в детстве я называл её колпачок эльфа, хаха-х...потому оно и не влезало мне на голову. Как только ко мне пришла мама, я не поверил своему глазу и стал плакать своим единственным глазом. —Сынок сыночек прости пожалуйста! Пожалуйста! Мне не стоило отпровлялись тебя в школу! Знала бы я! Прости, молю, прости! —накинулась мать на ребёнка, обнимая за плечи и шею, целуя в щёки. Теперь....мама извиняется перед до мной, стоя на коленях, держа меня за больничный халат, плача мне в спину, рыдая как малое дитя. Я не понимаю что она делает. —Мама…ты… пришла...? —слезы так и текут с моего глаза, улыбка наворачивается на лице, грустно и в то же время счастливо, я пытался присесть к маме и обнять её. Я смог таки сесть на холодный кафель и обнять её, она была теплой, такой теплой как раньше…я помню как ещё в 5 лет, она убаюкивала меня, держа в руках, укрывая тёплыми руками и словами, в комнате было тихо и темно и холодно. Я не мог уснуть ни как, лишь только обняв маму тогда, крепко прижимаясь к её теплой груди, я смог уснуть. Так же и сейчас, только поблидневшая мама, больница, и боль по всему телу, и мама прижимается ко мне, пытаясь согреться. —М-мама не плачь...., я прощаю и всегда прощу, не плачь...пожалуйста всё хорошо!—еле сдерживаю слёзы свои..гладя маму по сероватым волосам. От переживаний, она быстро посидела. Она очень изменилась, стала грустной, а глаза чернее, как мокрый уголь, который нельзя зажечь. Стала худой и серой. Я не знаю сколько времени прошло вроде я говорил что дни? Нет пару часиков...возможно. —Я ошибаюсь. Прошли года. Я был в коме со всеми.

!!!!!!!!!!!!!!

—Мгм..мхм..А! Внезапно, я проснулся, ворочась в кровати. —Чт-о..где я...?—Протирая глаза я узрел свою настоящую комнату, фотография в золотой рамке, ночь за окном, свет города. —Это...был..сон..?—Я был ошеломлён, я вновь пережил этот ужас, эту боль, эти чувства, эти эмоции. Мой мозг хотел мне напомнить о ужасном событии? Я с широко открытыми глазами смотрел на свои руки и ноги, укрытыми одеялом—Н-надо проверить, во сне ли я сейчас...—эльф снял одеяло с себя и встал на ноги, подошёл к шкафу и сильно ударился об него упав на пол, он вызвал короткий, громкий шум по всему дому. Что мималётно разбудил трефа. —А-х? Он..он проснулся..? Так...возможно, он идёт сюда—Зонтик шёпотом стал быстро вставать с кровати и прятать вещи. Делая это тихо и бесшумно, быстро улёгшись и накрыв себя одеялом, он слышал лишь звон и шаги. Звуки..пустые и глухие. И вот миг и ты слышишь..нет, чувствуешь как кто-то стоит перед входом в твою комнату. Долго очень долго...голубоглазый слышит тихий шёпот у двери, тьма и страх сковывает его. Неужели он сейчас войдёт сюда и сделает что плохое..? Нет...это лишь звуки...и они уходят прочь... —"*Д-да что с этим критином не так...!?*"—проскакивает мысль в голове трефа, сильно пугая, и в правду что с габриэлем не так? Не уж то с ума сходит? Под своё юношество решил с катушек слететь? Или уже. Тотчас, берюзоволосый разворачивается к сторону двери, игнорируя дрожь и страх, ничего нет, лишь темнота. Еле-еле...на ватных ногах он идёт к двери, и вот подойдя к двери рваными вздохами, я стал .............прислушиваться.......