Хокстеттер

«Кто может мне сейчас звонить?» — спросила в мыслях себя Вик и отклонила звонок. Если это с работы, то подождут. — Э-этого не может быть. — заикнулся Билл, не веря в то, что сам же прочитал минуту назад.       Печеньки подозрительно зашевелились, несколько даже начали трескаться. — Что происходит? — спросил Бен, окидывая всех напуганным взглядом.       Из первой печеньки тот час прыснула красная, похожая на кровь, субстанция прямо Вике в лицо, отчего та взвизгнула. Из последующих печенек выползла небывалых размеров муха с человеческой головой, выкидыш в виде птенца и прочая, неприятная глазу, живность. — Что это такое? — заорал Ричи. — Эта хрень ползет на меня. — Отойдите от стола, все! — скомандовал Майк друзьям. — Майк, что это? — закричала Беверли. — Ребята, это нам только кажется! — пытался успокоить всех Хэнлон.       Вика взялась за живот, внезапно закружилась голова, ноги постепенно теряли силу. — Это неправда, Стэнли жив. — пыталась перенастроить себя Вик. — Стэнли скоро приедет. — Оно играет с нами! — снова воскликнул Майк.       Из миски, где лежало печенье вылезло несколько лиан, похожих на щупальца, которые уже ползли по столу. — Нам это кажется! — Майк взял стул за спинку и, замахнувшись, продолжил судорожно кричать. — Нам это кажется! — истерика Майка продолжалась до тех пор, пока не прозвучал глухой «блям».       Все, в том числе Майк, обернулись. Вика лежала на полу, не подавая никаких телодвижений. Майк поставил стул и подбежал к ней вместе со всеми. — Вик, тебе плохо? — затряс её Майк. — Вик... — пыталась разбудить подругу Беверли. — Э-это Оно т-так играет с-с-с нами. — пытался сказать Билл, но его никто не слушал. — Эдди сделай что-нибудь! — запаниковал Ричи. — Что я сделаю? Я же не врач, кретин. — Ну ты же как-то реанимировал Бена почти три десятка лет назад. — Я не знаю, что делать в этом случае. — Да сделайте же что-нибудь! — обратила на себя внимание Беверли. — В жопу вас. — Ричи схватил бутылку водки со стола и влил Вике прямо в рот. — Т-ты ч-что делаешь, она ж-же захлебнутся? — спросил Билл в недоумении. — А как вы думаете я на сцену выхожу?       Вика закашлялась, в горле зажёгся пожар, в груди потеплело. Вика открыла глаза в одышке. Беверли в спешке налила с графина воды в рюмку и поднесла к подруге. Прохладная вода загасила эффект пожара в горле и Вика окончательно пришла в себя. — Что с тобой? — взволнованно спросил Майк. — Я не... — Вика неотрывно смотрела на разбитый Майком стол. — ...не знаю. Голова закружилась и я потеряла сознание. — Это Оно играет с нами! — всплеснул руками Ричи. — Стэнли жив, да?       Вика достала из кармана телефон трясущимися руками, в который раз зашла в их со Стэном чат – тишина. Мобильник вновь завебрировал. Показались все те же номер и город Атланта. Дабы избежать лишнего шума, Вика вышла из ресторана на улицу. — Алло? — поставив на громкую связь, ответила она. — Вика... — это был голос её коллеги Сью. — Ах, Сью, это ты. — улыбаясь. — Прости, я обычно не отвечаю на незнакомый номер. — Мой телефон сел, поэтому звоню с чужого. — захлебываясь слезами. — Так, что случилось, почему ты плачешь? — Вика помрачнела в лице. К этому моменту вышли все остальные. — Стэнли... — при упоминании его имени сердце Вик ёкнуло, страх подкосил ноги. — ...он... его запястья... — сглотнув поступившую слюну. — Все в крови.       Из рук выпал телефон, экран ударился об асфальт. Вика села на асфальт, поджав колени к груди, Вика дала волю эмоциям, совершенно не стесняясь этого. Если ребята слышали, (а они слышали) их разъедала та же боль, однако они умели сдерживаться, когда это было уместно. — Твою мать, Стэнли. — разочарованно подал голос Эдди. — Оно все знало. — опустошенно сказал Майк. — Оно это знало задолго до того, как это произошло.       Беверли подошла к Вике сзади, её сердце также разрывалось от потери, однако мысли терзали совершенно другой вопрос. Обвив руками плечи, Беверли прижала Вику к себе, пытаясь хоть как-то утешить. Обрывисто слышались отголоски ребят. — ... нет, нет, Майки, я не хочу закончить также, поэтому я, в жопу, сваливаю. — Эдди подался назад. — ...мы не обязаны жрать это дерьмо! — выкрикнул Ричи. — Вик, уже холодно, пошли в отель? — тихо попросила Бев, не размыкая кольца рук. — С-Стэнли. — не прекращала завывать Вика. — Как же так-то? — Уже ничего не изменить, нужно жить. — по щеке Марш скатилась слеза. — Давай поднимайся. — обхватив подругу за талию, Беверли помогла Вик подняться. — Обопрись на меня. — Бев? — подошёл к оставшимся Майк. — Майк, прошу, не сейчас. Вике очень плохо.       Майк сразу опешил, видя состояние подруг. — Потом. Потом. — закинув руку Вик себе на шею, девушки направились вниз по Канзас-стрит вдоль моста.       Ночной Дерри ничем не отличался от больших городов как Лос-анджелес или Калифорния. За 27 лет из помойки сделали адекватные улочки, по котором не зазорно прогуляться. Так и на мосту (а в Дерри их было несколько) облагородили тротуар и поставили нормальные ограждения в виде решёток. Такой же мост есть и на выходе из парка, где, скорее всего, и расположился упомянутый Майком ранее Бесси-парк. — Давай остановимся? — Вика, убрав руки с шеи Бев, медленно обхватила руками металлическую перекладину. — Все хорошо, Вик? — зная свою подругу, вернее то, на что та способна, Беверли смотрела на нее с осторожностью. — Все нормально, я просто хочу подышать воздухом. В Атланте мне этого не позволял график. — смотря на течение воды. — Я понимаю, это сейчас не в тему, но откуда та девушка знает о Стэна? — Бев, я тебе все расскажу, обещаю, но только потом, не сейчас, хорошо? Я сейчас не в состоянии что-либо говорить. — поставив локти не железную перекладину.       Беверли понимающе кивнула. — Я понимаю. Расскажешь, когда будешь готова. — Можешь меня оставить? — Беверли насторожили эти слова, в таком состоянии человека, пережившего столько всего негативного, не в коем случае нельзя оставлять одного, и Марш это прекрасно понимала. — Я обещаю, что с собой ничего не сделаю. — Вик, я... — Беверли, пожалуйста! — не выдержала Урис.       Решив не выводить лишний раз подругу, Беверли направилась вдоль моста, поправляя свисающую с плеч сумочку её же бренда «Роган&Марш».       Зарывшись рукой в карман джинс, сегодня она делала это много раз, Вика нашла четвертак. Покрутив медную монетку в пальцах, удалось разглядеть дату изготовления «1989». Еле натянув улыбку, бросила монету в течение, словно ребенок, бросивший монетку в колодец желаний, верящий, что оно когда-нибудь да исполнится. Как только медь коснулась воды, с лица Вики моментально стёрлась улыбка. Засунув руки в карманы, Вика медленным шагом направилась ближе к отелю, ветер дул ей в спину, перебирая волосы, словно любящая мать перед сном. Мимо проехала очередной автомобиль, такой знакомый по ощущениям, что заставил Вик выйти из своих раздумий. Автомобиль синего окраса пронесся мимо нее с бешеной скорость, как обычно это делал... — Бауэрс. — невольно произнесла Вик. Хотя как это вообще возможно? Нет, Генри на пожизненном заключении в психиатрии. Нет! Подсознание постепенно и частично выдавало все, что когда-то она помнила, то, что хотелось бы забыть.       В отель Вика вернулась не позже девяти часов вечера, именно в тот момент, когда неудачники закончили о чем-то активно спорить. Понятное дело, о чем или о ком они так трепетно рассуждали. — Я что-то пропустила? — осторожно спросила Вика. — Я сваливаю. — Ричи и Эдди направились по своим номерам, по всей видимости, паковать сумки. — Ты вовремя. — сказал Майк без доли эмоции. — Завтра мы пойдем в кое-какое место, с него мы и начнем. — Начнем что? — непонимающе сморщилась Вик. — Противостояние. — тихо ответил Хэнлон. — Да, да... — не желая более что-либо слушать, Вика поспешила на второй этаж в свой, точнее, в их с Беверли номер. — Я пойду за ней. — бросила Бев и направилась в быстром шаге за подругой.       Упав в своем номере на кровать, Вика вновь пролила слезу, несмотря на то, что по предписанию врача ей расстраиваться нежелательно. — Вик, все нормально? — Беверли села напротив, оперевшись спиной на изголовье двухспальной кровати.       Вика подползла ближе к подруге детства и, устроившись у нее на коленях, продолжила свое занятие. — Прошу, расскажи мне все. Может, я смогу чем-то тебе помочь. — Мне уже ни что не поможет. Когда я узнала о смерти Стэна, все рухнуло. — В смысле? Ты сейчас о чем? — непонимающе спросила Бев. — Потому что Стэнли мой муж! — на эмоциях вскрикнула Вик.       Сердце Бев сжалось не столь от крика, сколь от осознания того, что некогда ее друзья по-настоящему любили друг друга, что все дошло аж до ЗАГСа. — Мы были помолвлены, когда уезжали из Дерри. Спроси у Майка, он все скажет. — Беверли гладила теперь уже Вику Урис по голове, пытаясь успокоить, однако это было не в ее силах залечить рану от потери мужа. — Мы очень хотели с ним детей, но их нет. — на последних трёх словах Вика сорвалась в громком плаче. — Я долго не могла забеременеть, у меня не получалось. Врачи говорили, что у меня нарушения шейки матки, как будто кто-то бил меня в то место. Я лежала в штатных больницах, проходила лечение, принимала лекарства. А толку? — Вика шмыгнула носом. — Я долго не могла понять, в чем же причина, однако сейчас я знаю. — по щеке Бев на пару с Викой скатилась слеза, не представляя, как бы она пережила такое. — Тот инцыдент, когда мы уходили все на каникулы. Помнишь, я тогда пошла защищать ребят от Бауэрса и его свиты? И в тот момент я жестоко за это поплатилась.       «Девушки услышали чьи-то вопли. Это был Генри, издевающийся со своей бандой над ребятами, среди которых был Билл. — Бев, слушай, иди домой. — Нет, я не пущу тебя туда одну! — Беверли схватилась за плечо подруги, пытаясь отговорить. — Нет, иди-иди. Я справлюсь. — Вик, глубоко вздохнув, пошла на разборки. В это время: — Ты с-с-свинья, Бауэрс. — это был крик Билла. — Ты ч-что-то сказал, Б-Б-Билли? — начал с издевательством Бауэрс. — Ты не получал в этом году из-за брата. Халява кончилась, Денбро. — он начал медленно подходить к парню, и был не прочь надавать ему хороших тумаков. — Эй, а вы случаем не охренели? — подходя, возразила Вик. Взгляд Генри перевелся на Вик, и тот толкнул её ногой в живот. Вик упала на Стэна, в следствии чего, он не удержался и упал на газон. Стоящий сзади Генри Патрик, смотрел на сестру и в привычной ему манере облизнул нижнюю губу.»       Постепенно к Бев приходили воспоминания о том, и не только, дне, а также осознание той мысли, что все это можно было бы предотвратить. — Ты вступилась за людей, которых толком не знала на тот момент. Это так похоже на тебя, Вик. — на лице Марш отобразилась нервная улыбка. — Я знаю, на что ты способна ради друзей. — Как же мне жить без Стэна? Как же? — Я понимаю твою боль, — втянув в грудь побольше кислорода, — но надо держаться, ради Стэна хотя бы. Ведь все впереди. Вот увидишь, судьба тебя благословит. — Бев, мне тридцати девять лет, что впереди? Кому я нужна? — Вик, не говори так. Твои слова ранят меня. Ты обязательно найдешь счастье, но сейчас... — ...мы все умрем как Стэн. — Что? — опустив глаза. — Мы не протянем и до следующего года, потому что, когда я смотрела на эти огни, я видела нашу смерть. Один за другим падет. Я видела, как мы по одному покидаем этот мир. — тяжело вдаваясь в воспоминания. — Так что ни о какой счастливой жизни и речи идти не может. — Вик, прошу, поспи. А утром ты расскажешь все, что видела тогда ребятам, идёт? — Я плохо помню, урывками. И то это виденье я вспомнила лишь тогда, когда выяснилось, что Стэнли погиб. — Но ты попытайся вспомнить. Возможно, это нам поможет в дальнейшем. — Не уходи. — Вика обхватила ноги Беверли и вжалась в них ещё крепче. Марш, устроившись рядом на подушке, напевала тихую песенку.       «Ветер дует громко за окном, Выметая листья со дворов. Ветви деревьев склонились над рекой, уцепившись корнем за островок. Ветер дует громко за окном, Разметая пыль вдоль ночных дорог. А ты спи, ребенок мой, я тебя закрою, а ты спи, ребенок мой, я тебе спою, что...» — Ты хорошо поешь. — нехотя перебила Вика. — Эту колыбельную мне напевала мама в детстве, покуда та ещё была жива. — неприятные так и цеплялись за поверхность разума, не давая о себе забыть.