Огненная клетка

Его.Больше.Нет. Тело Мишель медленно спустилось по стенке на пол. Слёзы заполнили глаза гадкой пеленой позволяя видеть лишь очертания предметов. Маленькие струйки скатывались по щекам, создавая миниатюрные лужицы на полу. А в горле стоял ком, мешая вдохнуть. Весь мир, всё резко рухнуло. Это был не пазл, просто разбросанный по комнате, который можно собрать заново. Это было-стекло, которое разбили вдребезги, и осколки ещё долго будут впиваться в кожу. Слова матери, сказанные по телефону несколько десятков секунд назад отдавались эхом в голове, пожирая всё на своём пути.

***

Девушка заходит в квартиру, находящеюся в центре Москвы. Где всегда суматоха, что брюнетка обожала. Толпы людей переходящих дорогу, а ТЫ в самом центре, и за время жизни в двух столицах научившаяся отличать планы людей в таких местах. Одни идут на работу, думая «Как же я от всего устал! Хочу в отпу-уск!!!», другие-радостные жители, идущие с шоппинга, третьи попросту наслаждаются прогулкой, четвёртые, как Мишель, блуждают по привычному маршруту до любимой кофейни и тд… Порой, это кажется очень забавным. Чем не шикарная жизнь экстраверта? Сняв брендовые кеды и поставив стаканчик с фраппучино из известнейшей кофейни «Starbucks», её руки поспешили достать телефон из чёрной сумки, на который звонила мама… Но, помимо вызова, отображались 28 пропущенных. — Ёбэнэ… После такого обычно не выживают… Ладно! -пробормотала брюнетка перед тем, как взять трубку успела мельком взглянула в зеркало. Взъерошенные светлые пряди у лица выделялись на тёмных волосах, а голубые глаза выглядели очень испуганно. Ведь такое случается не часто… — Алё… — О, Боже! Мишель!.. — в её голосе читалась огромная дрожь и переживания. С чего это? Родителям всегда …ВСЕГДА было наплевать на них с Кириллом. Хотя, и им обоим на друг друга, долгое время, тоже. Эмоции забушевали во всём теле, хотелось взорваться от нетерпения. Что же, так взволновало эту женщину? -Мам! Я не отвечала, потому что звук был выключен. Что я натворила? Или Кирилл? Стоп! Что происходит? С какой стати ты за меня волнуешься или даже просто звонишь?, - Ведь правда. После переезда, на несколько лет в Москву для учёбы в колледже, они созванивались максимум 2 раза в месяц… А уже апрель. — Дочь, только пообещай мне, что ты не захочешь прикончить себя? Как хорошо, что ты в порядке, и он с тобой ничего не сделал, - Вот это да-а… Эта женщина впервые вспомнила про мои проблемы с психикой. Всё становилось интереснее. — Л…Л-ладно! И кто «он»? — Такие темы девушка поднимать не.на.ви.дит. Всегда вспоминаются мерзкие моменты из детства, когда всё началось, хоть и сейчас этот «ад» ушёл. Но, только шрамы на руках остались. — Кирилла больше нет…

***

То самое стекло разбили. Руки тут же, начали дрожать. Из души высосали всё живое. Все причины жить дальше исчезли. Было ощущение, будто тебя разобрали на жалкие кусочки, а после выжили, как потрёпанную временем губку. — Некий «Чумной Доктор» взорвал твоего брата и его Ламбу сегодня ночью - продолжила мама. ~Мишель Ничего. Ничего не осталось. Все планы на будущее. Все они связаны с ним. С моим чёртовым засранцем… и старшим братом. В сознании проносились наши планы в чёрно-белом фильтре, как в старом драматическом фильме. После учёбы свалить в Лос-Анджелес, искать там приключения на наши грешные задницы, в тайне от родителей открыть своё казино, что всегда, поддерживала наша общая любовь к криминалу. Да, это трудно, мы знали. Но жизнь не интересна без проблем. Нет. Забудь, Мишель. Ты опять осталась жалкой и наивной девчёнкой. — Я тебе… потом-м. Напишу…- Слова давались трудно. Безумно. Я сбросила трубку. Настоящая истерика, вот она. Снова посетила меня, спустя годы. Моё тело трясло. В глазах исчезли ясные звёздочки, наполнявшие душу теплотой и мечтами. Теперь же, саму душу сожгли изнутри, стараясь уничтожить даже пепел. Чумной Доктор… Ненавижу… Всех… И его, и Лизу, и этого Лёшу. Да, он сбил эту девчонку насмерть. Но мы живём в двадцать первом веке. А этот псих видимо в восемнадцатом застрял или вообще оттуда прибыл. Общество давно прогнило, можно было привыкнуть. Мда… Сама мыслю, как мразь. Да. Мыслю. По немного ненависть всё же сменилась на грусть и обиды… Ещё, часов 17 назад Гречкин хвалился, что выиграл суд. А сейчас его тело сожжено, вместе с Ламбой, и по нему рыдает младшая сестра.

***

Лезвие канцелярского ножа вновь проходиться по нежной коже руки. Около семи маленьких струек крови стекают вниз. Некоторые растекаются в красивом узоре. Дрожь пробирает всё тело, ноги подкашиваются от убитого состояния и колени с ударом касаются земли. Слёзы падают на свежие ранки. В глазах всё темнеет, эйфория накрывает всю меня. Не опять, а снова я сдалась .Так же у меня есть привычка — добивать себя воспоминаниями.

***

«Мы стоим на балконе в гостиной. Взгляды обоих направленны в даль. Где город наполнен чудесными огнями. Где слышен гул машин, а в некоторых громко играет музыка. Час пик ночных клубов, так сказать. Нам изредка удаётся отдохнуть от суеты северной столицы. Ночной Питер — моя вторая слабость. Первая стоит рядом со мной. Наши руки обнимают друг друга. Прохладный воздух уходит на второй план, от его тёплых прикосновений, где витает запах его парфюма: сладкий, но очень резкий… С нотками лайма и карамели. Даже не вериться, что это человек, днём ходит и ездит под злобными взглядами прохожих, (а чуть больше полу года назад, для меня был последней тварью. Кстати, взаимно.) сейчас такой душка. Не зря говорят «Человек проявляет себя настоящим, только ночью.» Мы оба знаем, что на утро такие Гречкины младшие исчезнут. Поэтому сейчас берём каждый кусочек счастья. В один момент объятия пришлось разорвать. Моя рука медленно возвращалась в привычное положение. Но часы, как на зло, расстегнулись и полетели вниз. Застёжка поддалась складкам на кофте Кирилла. Блять. Я никогда не любила часы, но приходилось носить, чтобы скрывать шрамы. Они появились на моих запястьях, около шести месяцев назад. На автомате руки потянулись к вещице. Сердце бешено билось. Нет. Лишь бы он не увидел их… Фиг мне… Не успела я прикоснуться к ним, как блондин резко опустился на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне. Взяв мою руку, голубоглазый в упор посмотрел на меня. Паника. Только она овладела моим телом на данный момент. Если, обычно можно убежать в свою комнату или в глубь особняка, то сейчас я взаперти. Ведь дверь на выход находиться за спиной Кирилла. — Малая, это… — его взгляд был до безумия напуганный и… нежный? Кто подменил моего Кирилла Гречкина? — Зачем ты это делала? Пффф… Продолжаю делать. Только на других местах. — Ну… Ты же знаешь, что моя психика явно не входит в топ лучших.- кроме попыток нести бред, мне ничего не оставалось. — Стоп! — это звучало, довольно агрессивно, но он явно этого не хотел — Просто пообещай мне, больше так не делать. Хотя бы ради меня… Знаю, звучит не очень. Прости… — сейчас передо мной стоял маленький котёнок, просящий любви и понимания .- Я не спец в таких делах. Я успела за это время судорожно надеть часы обратно. Всё происходящие кричало — «Сдавайся! Ты не сможешь скрывать свои проблемы вечно, даже очень хотя этого .» Вправду, у тебя никогда этого не получиться. А если и да, то ТЫ просто погубишь себя этим. Такие темы всегда вытягивали из меня эмоции. Сейчас вовсе не исключение. Вместо слов, для ответа — объятия. Такие крепкие, такие родные, и такие необходимые. Мои слёзы падали на плечо блондина. Он прижал меня ещё сильнее. Да так, будто я — его мир и больше ничего не существует. Ни денег, ни дорогих тачек, ничего. — Давай завтра съездим в ТЦ? Купим тебе новых шмоток… И ещё одно пару Converes, которые ты так любишь? Только не грусти, малышка. -Хорошо… После на наших лицах появились улыбки. На утро всё сбылось, как в ночном разговоре. Мы отправились в ТЦ «Галерея». Все люди шарахались от нас метра на три минимум. Как обычно. Так как все знали —«От Гречкиных лучше держаться подальше.» Иногда в нас вселялись маленькие дети, и мы наперегонки бегали до магазинов с пакетами. Но Кирилл-не Кирилл, если не подъебёт меня… Гадёныш. Я отставала от него, ведь пакетов у меня было больше. И вроде заворачивала за ним всегда, не пропуская ни одного поворота. А на горизонте его не было. Блуждать пришлось в одиночку, минут десять… Вот сукин сын, опять за своё. Мои ноги заворачивают в очередной поворот, как тут на меня резко кто- то напрыгнул. — ААА! БЛЯТЬ! МАТЬ МОЯ МАРИХУАНА, ПИЗДЕЦ МОЙ ОТЕЦ!!! — от страха спёрло дыхание. Хоть я поняла, что это Гречкин, но было страшно. Очень. — Хах! Испугалась же, малая! — на его лице вылезла гадкая ухмылка. Он нависал надо мной, благодаря нашему росту. У него сто восемьдесят восемь, а мой до ста семидесяти не дотягивал. Всё же, тем днём, я заполучила новенькие «Converse Chuck» кремового цвета и пару спортивных штанов.»

***

— Прости, Кир… Я не выполнила твоё обещание…