Who is who?

- Да. Нет. Ты меня, вообще, слушаешь?! Я готов тебе простить задержку заказа, но мне срочно нужны... Да. Хорошо. Сегодня же! Понял, - Джаз чуть раздраженно бросил телефон на тумбочку рядом с кроватью и откинулся на подушку, прикрыв глаза. - Бесконечно содержательная беседа, - хмыкнули с соседней кровати. - Прости, не хотел тебя разбудить, - гонщик сел на кровати, облокотившись спиной о стену. - Ты не разбудил… - Саундвейв едва слышно вздохнул. – Не могу спать. Такое ощущение, что меня сунули в плавильную печь. Джаз кивнул. Он сам уже около получаса метался по палате, стремясь найти более удобное положение, отвлечься, уснуть, да что угодно, лишь бы избавиться от боли в сломанной руке. Действие обезболивающего прошло, а залить в них новую порцию обещали не ранее, чем через полчаса. Гонщик, запрокинув голову, уставился в потолок. Ничего нового там, разумеется, не появилось, а потому Джаз встал и подошел к окну. Солнце уже садилось, заливая палату чуть красноватым светом, на дорогах собирались пробки. Гонщик усмехнулся. Еще утром он ехал домой, с пассажирского сиденья глядя на отбрасывающие блики стекла больницы, а теперь – пожалуйста! – оказался по другую сторону баррикад… Сзади раздался судрожный вдох. - Саунд? – Джаз обернулся, силясь разглядеть соседа по палате. Только сейчас ему в голову пришло, что управляющему наверняка намного хуже. Если гонщик от одной руки готов был на стену лезть, то у Саундвейва помимо раздробленного колена были еще швы на лице, которые вряд ли добавляли ему приятных ощущений. - Все… нормально… Я… в порядке… Джаз хотел было что-то сказать, да так и замер с открытым ртом. Все мысли дружным строем покинули голову, и гонщик просто стоял, слушая сделавшееся вдруг неровным дыхание Саундвейва. Джаз просто не знал, что сказать. Можно подумать, от его слов что-то изменится… Отвлекли гонщика от размышлений крики, доносившиеся из коридора: - Вам нельзя туда! Я еще не ставила капельницы и обезболивающее в той палате! - Так поставьте и пустите меня! Что за глупые порядки?! Видимо, неизвестный спорщик уговорил медсестру, потому что через несколько секунд дверь открылась и полноватая медсестра, недовольно ворча, вкатилась в палату с лекарствами, сделала все необходимое и удалилась, все так же ворча. Не успела за ней закрыться дверь, как в помещение прошмыгнула невысокая бойкая девушка, до этого спорившая с медсестрой. - Ну, у вас тут и порядки! К тебе пробиться, Джаз, еще сложнее, чем на треке… - Не сложнее, чем дождаться от тебя выполнения заказа, Арси, - парировал гонщик. Впервые он был настолько рад видеть свою знакомую. По мере того, как боль отступала, подавляемая действием медикаментов, настроение к Джазу возвращалось. Девушка фыркнула, тряхнув головой. Упавшая на глаза косая челка метнулась в сторону, занимая положенное место. - Я могу и в другой раз приехать… - Нет, я пошутил! – гонщик в притворном испуге поднял вверх здоровую руку, как бы сдаваясь. – Привезла, что я просил? - Вот твои штаны и две футболки, как и просил, забрала в раздевалке на тренировочной базе. Еще я привезла твой спортивный костюм… - Который обещала мне еще две недели назад? - Сам виноват. Сколько я тебя на примерку ждала? То-то же. Девушка привычным жестом поправила сползшие на веснушчатый нос очки в черной пластиковой оправе. Форма необходимого аксессуара была подобрана так, чтобы визуально чуть приподнимать уголки по-детски наивных голубых глаз. Впрочем, те, кто знал Арси не первый год, как, например, Джаз, не обманывались этой наивностью хрупкой невысокой швеи. Самостоятельно поднявшая свое ателье девушка имела деловую хватку и поразительную работоспособность, из-за которой, собственно, и надела очки, посадив зрение ночными посиделками со срочными заказами. Несмотря на звание лучшего модельера, отшивающего индивидуальные эпатажные наряды для некоторых звезд, сама Арси одевалась просто и со вкусом: светлые джинсы, легкие туфли и белая рубашка, которая придавала ей некий налет официальности. Убранные в гульку (русые от природы, а сейчас мелированные) волосы делали Арси похожей на школьницу, опять же немало способствуя созданию образа наивной девочки, которая непонятным стечением обстоятельств поднялась на пьедестал почета в кругах знатоков моды. - Хватит ворчать, как наш лечащий врач! Я все понял, - хохотнул Джаз, с удовольствием сбрасывая синтетическую футболку и джинсы и переодеваясь в натуральный хлопок. - А как ты тут, вообще, оказался? – поинтересовалась Арси, присаживаясь на кровать и незаметно поглядывая на, судя по всему, задремавшего после ухода медсестры Саундвейва. - Не поверишь – ехал в такси. Водитель оказался дорожным маньяком и так вписался в Мерс, ехавший по встречке, что у меня аж звезды из глаз посыпались. Вон, кстати, водитель Мерседеса, - шепотом сказал Джаз, незаметным жестом указывая на соседа по комнате. - Не буду больше ездить на такси, - пробормотала Арси. Джаз фыркнул. Еще бы: иметь собственный джип, не пить, потому что врачи категорически запрещают, и ездить на такси! Девушка же, взглянув на часы, засуетилась: - Черт, я же опаздываю на примерку! Уже половина шестого вечера, а ты молчишь! Все, пока, выздоравливай скорее, а я убежала. Подхватив сумочку, девушка вихрем унеслась из палаты. По плитке в коридоре процокали каблучки. Посидев еще некоторое время, поняв, что Саунд планирует отоспаться, и обследовав все углы обнаружившегося в палате туалета, Джаз улегся на кровать и, воткнув в уши наушники, отрубился, наслаждаясь приятным онемением сломанной конечности.