Сиреневая любовь на ветках деревьев

      Наруто не мог успокоиться. Он постоянно крутил браслет на руке, будто тот ему мешал, без конца ворочался на постели и надеялся, что навязчивая идея покинет его разум. Но та трепыхалась, словно залетевшая на свет бабочка своими тонкими крыльями, глупо вбиваясь в лампочку.       Когда Узумаки снова перевернулся на живот и зарыл загорелое располосованное лицо в складки подушки, тяжело задышав, Саске закинул поперёк обнажённого торса свою руку, заставляя лежать на месте и не двигаться. Как бы он ни любил Наруто, но после долгой волокиты с документами всю неделю его резервные запасы бодрствования иссякли. Нужен был сон. Ещё лучше в объятьях с шестью футами голубоглазой и невыносимой гиперактивности. Но та была явно против.       Наруто отвернул голову вправо, чтобы без проблем дышать, и затих. А потом просто почувствовал на себе прожигающий взгляд, поэтому открыл незамедлительно глаза и встретился с двумя другими, также внимательно смотрящими. — Да?.. — Наруто чувствовал, как виноват перед уставшим парнем. Он старался сделать всё возможное, чтобы тот не чувствовал жгучую усталость в мышцах и мыслях дома, поэтому нежно и трепетно целовал, тепло и долго обнимал и просто перебирал волосы до того момента, пока оба не засыпали. Но не сегодня. — Что случилось, Наруто? — голос Саске после недолгого сна был хриплым, почти что надломленным, едва даже слышным из-за дождя. Чувствовалась вселенская усталость в произношении, но ещё и забота, поэтому Учиха даже специально сжал несильно ладонью бок, показав, что всё ещё волнуется. Ему не всё равно. — Ты меня убьёшь, — Саске прикрыл глаза и хмыкнул, потянув на себя. Наруто придвинулся максимально близко, обвивая горячими руками тело, дыша в шею и смотря снизу вверх. — У меня безумная идея, — Учиха уже не удивляется такому, поэтому закрывает под силой тяжести веки, едва находясь на грани осознанности, не засыпая лишь из-за важной информации от любимого человека.       Дождь набирает постепенно обороты, заходясь ещё более сильным напором, заставляя стёкла дрожать от потока брызжущих с неба капель, а крыши оповещать всех своим громким звуком, что на улице бушует непогода.       Гром гремит, за спиной Саске в окне вспыхивает молния, и Наруто тяжко выдыхает. Он хотел бы забыть эту глупую задумку, но шило в заднице настолько сильно вибрирует, что буквально не даёт даже заснуть, хотя усталость была ужасная после тяжёлой работы. Не меньше, чем у своего парня. — Если я сейчас не скажу и устрою тебе сюрприз, то ты поедешь, м-м-м, — Наруто задумывается о возможном времени. — В два часа ночи со мной в непонятно куда? — Узумаки даже не знает на что надеется: что Учиха откажет или что на глупость согласится. Его буквально разрывает от неопределённости и неловкости задуманного, хотя если тот вообще поддержит, то его прям порвёт от радости. Ведь такого ещё не было между ними, это будет впервые!       Саске в итоге откидывается на спину, вытаскивая руку из-под горячего, будто только вскипевший чайник, тела и трёт усиленно лицо. Он ужасно устал, и всё что хочет — отдых, может быть, ещё горячую ванну, идущую плюсом к этому. И... двигаться вообще никуда не хочется, но какая-то великая сила заставляет Учиху повернуть голову на вмиг притихшего Наруто, который решил прикинуться спящим, и протянуть к нему ладонь, потрепав волосы.       Ради него он будет согласен на всё. — Давай, — шепчет Саске, из-за чего его голос скрывается за шумом ливня, и лишь по шевелению губ Наруто понимает слова, и тут же расцветает, буквально начиная светиться изнутри. Непонятная каша в голове, а в груди какой-то бардак из летучих мышей и бабочек.       Узумаки улыбается, ярко, чувственно, ощущая, насколько его жизнь поменялась с появлением этого человека. Жмурится сильно, ощущая, как на щёки приливает жаркий румянец, и снимает со своей головы ладонь Учихи, тычется в неё щекой, как кот, едва не урча. А потом целует в тыльную сторону, смотря проникновенно в чёрные, подёрнутые дымкой сна глаза. Он безумно, неописуемо сильно любит. Глубоко. До космоса за ширмой век. До улыбки среди ночи. Любит.

***

      Саске был бы рад остаться в тёплом доме, в уютной и мягкой постели, где мышцы спины расслабляются, а по телу буквально проносится сразу такое облегчение и удовольствие, что вызывает лёгкий стон. Но вместо этого он сидит в холодной машине в почти насквозь промокшей толстовке и с такой же головой, клацая зубами, потому что в ночь, хоть и лето, температура опускается до низких градусов.       А Наруто ни по чём, он что-то мурлыкает под включенную музыку из магнитолы, нажимая кнопки на приборной панели, заставляя включиться печку на максимум, чтобы никто не мёрз. Мотивчик знакомый, поэтому Учиха старается проснуться и сам что-то бормочет, постукивая ногой по полу тачки, постепенно отогреваясь.       Сам Узумаки ощущает, как он зажёгся, словно по щелчку, по одному согласию, по нежному касанию, по протяжному и долгому поцелую на террасе их дома. Прежде чем выйти на улицу, Учиха демонстративно мёрзнет в одних шортах на холоде, держа себя в руках, чтобы не переминаться с ноги на ногу на мокрых досках пола, ожидая. Тогда Наруто быстро забегает к нему, так как не находит внутри дома, и смотрит удивлённо, а потом подходит со спины и обнимает, согревая. — Я знаю, Саске, просто... доверься? — Наруто говорит с паузами, вставляя между ними поцелуи в щёку, опаляя мятным дыханием. Учиха не удерживает обернувшихся вокруг него рук больше ладошками, не смотрит на сильный ливень, а выворачивается и становится грудь в грудь, лицом к лицу. Они одного роста, поэтому Саске чуть наклоняется вперёд и ведёт носом о другой нос.       Наруто ощущает под ладонями покрывшийся мурашками торс и сам понимает, что по рукам бегут мурашки, словно показывая, как это удивительно глубоко между ними, хрупко. Прижимает ближе, носом трётся в ответ и прикрывает глаза. Учиха не скупается на нежности и целует в уголки губ, кончиком языка проводит по ним, пока его не зажимают чужие зубы, а голубые глаза смотрят с хитрецой, прищурено, по-лисьему, но даже как-то приостанавливающе. Заставляя глубокие борозды шрамов искривляться, он, ухмыляясь, шепчет: — Идём.       И Наруто сидит в машине, превратившейся в жаровню, и держит бледную да холодную пятерню Саске, улыбается ему поглаживая. А тот в ответ сжимает, держит долго, греется, а потом распускает всё же руки, выпуская из хватки, намекая ехать. Наруто показушно поджимает губы и смотрит с обидой, но вскоре снова возвращается к былому состоянию, снимая с ручника машину и выруливая на дорогу.       В это время Учиха находит в бардачке флешку и суёт в разъём, включая их вместе созданный и собранный плейлист. Наслаждается текущей медленно мелодией, словно речной поток, прикрывая глаза. Дёргает ремень, напоминая себе, что пристёгнут, прибавляет на чуть-чуть ещё колёсико громкости, и спускается на кресле вниз, зарываясь по нос в мокрую кофту.       Наруто смотрит на задремавшего Саске, тихо смеётся и включает дворники, чтобы стекло не заливало и было видно хоть что-то.       Дисплей показывает два часа и тридцать две минуты.

***

      Едут они недолго под уютное молчание обоих, лёгкий и расслабляющий темп музыки, стук капель по крыше автомобиля, и время проходит быстро, незаметно. Когда перед лобовым стеклом блестит неоновая вывеска круглосуточного маркета, Наруто не хочет даже выходить, так как ощущает себя в моменте максимально запоминающимся. Особенно когда его накрывает цунами нежности и он смотрит на спящего парня. Тот выглядит очень уязвимо и спокойно, черты лица разглажены, а мокрые волосы топорщатся, от чего Узумаки не сдерживает порыв клюнуть в нос и сбежать.       Дверь негромко хлопает, а Узумаки намокает за доли секунд, пока бежит вперёд. Но даже не чувствует дискомфорта от мокрой насквозь худи или волос, с которых течёт всё за шиворот. Кассир удивлённо косится, но пробивает две банки газировки, пока он солнечно улыбается и уходит обратно.       Идёт под сильным ливнем, даже смеётся на всю пустую парковку, ощущая, как руку холодят напитки, и мир выглядит просто потрясающе. И чувствуется сильный контраст между свежей, но холодной улицей и теплом салона. Когда всё же Наруто успевает сесть, положить покупки, он замечает, что Саске уже не спит и выглядит достаточно бодро, потому что тот хмурится недовольно и переключает музыку. — Если хочешь, ещё поспи. Мы нескоро будем, может быть, только через час, — Наруто неспешно пристёгивается, а потом накрывает предплечье Учихи ладонью, останавливая, пока тот мотает треки в поисках нужного. — Я выспался. Я посмотрю, куда мы едем, — Саске легонько подёргивает локтём, чтобы избавиться от веса руки Наруто, и продолжает щёлкать клавишами, ища что-то не настолько унылое и заставляющее снова засыпать.       Наруто кивает и доверяет выбор музыки всё же Учихе, выворачивая с парковки обратно на дорогу.       Песни ритмичные, поэтому Узумаки просто отдаётся ситуации и держится одной рукой за руль, а второй крутит и вертит в воздухе, словно танцует, пока едет на полной скорости вперёд. Порой Саске даже удивляется тому, как в его парне нашлось огромное терпение сидеть на месте несколько часов, пока он ведёт машину. Учиха вот точно уже знает, что Наруто без проблем со своим усердием смог отучиться, так как целеустремлённый, а ещё потому, что просто был пойман на слабо. Саске — копит деньги, Наруто — учится водить. Хотя Узумаки ещё бы поспорил и стал бы подрабатывать где-нибудь, но все желания были обрублены на корню, чтобы не начинать конфликт.       Учиха смотрит, как вдалеке сверкают молнии, а с маленькой дороги они свернули на шоссе. За окном пейзаж стал однообразным — деревья и фонари, поэтому смотреть на убегающие капли и не меняющуюся картинку наскучивает, и Саске просто молчит, ни о чём не думая.       Узумаки поворачивает на него голову и смотрит внимательно — это Саске замечате боковым зрением — а потом улыбается ещё шире и сверкает глазами, меняя передачу и увеличивая скорость.       За поездкой время летит так же скоро, как и за окном картинка. Учиха успевает только сделать последний глоток ледяного арбузного лимонада, прежде чем машина останавливается посреди дороги под большим фонарём с оранжевым светом. — Мы приехали, — Наруто отстёгивается, ставит на ручник и поворачивается всем туловищем. — Идём… ты мне веришь? — Саске бы и не ответил отрицательно, у него бы язык не повернулся. Ближе Узумаки у него и не было никого. И не будет. И верит он ему. Всегда. Хотя говорить что-то настолько личное, потаённое даже не хочется, хочется смолчать, ведь Наруто бы понял. И он понимает.       Наруто тянет за рукав, намекая на выход, и Учихе приходится открыть свою дверь и шагнуть прямо в ледяной поток воды, набравший только обороты, сразу же заставляя содрогаться от холода и контрастности. Тут же высохнувшая кофта промокает и висит тяжестью на плечах так же, как и волосы, которые сразу же опускаются на лоб и глаза, из-за чего ему приходится их убирать в стороны.       Наруто в тот же миг выходит, оставляя дверь открытой, откуда начинает доноситься голос известного певца в заводящей мелодии. Он улыбается ярко, смотрит открыто и прямо на Саске, ярко-голубыми глазами завлекая к себе. Они блестят в льющемся свете, заставляют поражаться их глубине и чистоте. Отчего Учиха, просто затянутый в водоросли манящих глаз напротив, подходит к уже отошедшему на доброе расстояние от машины Наруто.       Саске поднимает в удивлении бровь и уголок губ в предвкушении, сразу же цепляясь за ладонь, а Наруто переплетает их пальцы и двигает телом, заставляя открыться, не стесняться. Слова из-за ливня едва разбираемы, но мотивчик заводящий, поэтому Учиха закрывает глаза и просто начинает едва-едва шевелиться, двигать телом, доверяя партнёру. Ощущает, как по голове стучат большие холодные капли, скатывающиеся по лицу и шее ниже; как горячая ладонь держит крепко, не даёт расцепиться, а Саске просто качает головой, двигает плечами и улыбается так легко и тепло, словно летний ветер.       Узумаки не может даже сдвинуться, как только замечает Саске, потому что никогда не видел его более живым, абсолютно открытым и расслабившимся. Тот качается, ухмыляется, даже старается заглушить лезущую на лицо радость, и просто не думает ни о чём больше. У Наруто дыхание перехватывает, потому что тот выглядит честным с миром и с самим собой в этот момент, как и с Наруто. Показывает, что не боится быть настоящим, поэтому и даже начинает сильнее двигаться, подстраиваясь под ритм, пока сам Наруто не начинает ещё шире улыбаться, смотря на на него.       И сам он прикрывает глаза в итоге и отдаётся и моменту, и всем чувствам, которые крутились у него в теле и организме, ловя волну. Крутит головой с блондинистыми волосами, что те бьются о щёки и виски, поднимает руку и бултыхает её в воздухе, а сцепленный замочек из конечностей тоже заставляет шевелиться, буквально объединяя их энергию. И смеётся, дико, громко, ловит кайф, разливавшийся по венам, и не может даже выдохнуть спокойно, потому что хочется кричать, эмоции буквально перевешивают его.       И оба посреди трассы под оранжевым светом одинокого фонаря, с неуёмной энергией, которая буквально колет изнутри кожу, веселятся. Дают своей душе раскрыться и не боятся показаться смешными, хохочут, как ненормальные, лыбятся в переизбытке компота гормонов удовольствия и не кажутся друг другу странными.       В момент песня сменяется на что-то мурлыкающее, умиротворённое и невесомое, а их веселье медленно перенастраивается на что-то более романтичное, отчего их движения кажутся уже более плавными, поменявшимися на другой лад.       И кажется, что даже не тела, а души слились и объединились, нашли друг друга. Оба смотрят прямо в глаза, находят на дне цветного океана своё отражение и тут же спокойно выдыхают, потому что не могут без друг друга. Каждый раз утопают и не могут пошевелиться, как будто внутренне они связываются ещё крепче, чем было раньше.       И Наруто поднимает их замочек из рук и целует, смотрит проникновенно, выглядит чертовски мило, намокший и с румянцем на щеках, с сопливым хлюпающим носом. И Саске чувствует момент.       Прикасается лбом к горячему лбу, прикладывает левую руку к шее Наруто, чувствует под кончиком мизинца бьющийся пульс и отсчитывает удары.       Наруто открывает глаза, ощущает глубокую интимность и шепчет прямо в губы: — Я тебя люблю, —Трётся носом о другой, а потом целует.       Медленно, с трепетом, с наслаждением. Невыразимой словами любовью. И теплотой. Сминает губы, слизывает капли воды и принимает от другого языка вкус арбуза. А потом улыбается до невозможности глупо и счастливо, что ноги у Учихи подгибаются, и тот тянет обратно в машину, домой.

***

      Саске потом всю дорогу шепчет на ухо всякие раздражающие милости, вбрасывая в краску Наруто, отчего они набирают большую скорость и несутся ещё скорее, чтобы оказаться быстрее в объятьях друг друга, ближе, смелее, теплее.       И Саске шепчет на последнем повороте: — Я тебя люблю.       И доезжают они до дома оба красные, как раки, с соплями в носу и счастливой историей в копилке.