idol

      Последующие несколько дней Йегер находился в прострации и с трудом реагировал на происходящее вокруг него. А реагировать было на что: теперь их тренировки стали ежедневными и проходили непосредственно в зале, где они должны были выступать. Подготовка стала настолько масштабной, что только сейчас парень смог оценить уровень предстоящего дебюта. У него просто нет права на ошибку. С Леви он так и не смог поговорить, Аккерман ловко избегал ситуаций, при которых они могут остаться наедине, в разговорах никак не подавал виду, что перешёл грань рабочих отношений. Эрену постепенно начинало казаться, что он все себе придумал, что это был просто сон. Сон, в котором он слишком реально чувствовал сильные руки, обнимающие его за талию, как неожиданно чувственные губы целуют его, и привкус сигарет, оставшихся на кончике языка. Йегеру казалось, что он сходит с ума.       — Раздевайся! – строго отчеканил Аккерман, возвращая Эрена из раздумий назад, в настоящее. Парень вздрогнул – какая знакомая фраза, как часто он слышал её от Леви. Он молча принялся стаскивать футболку, даже не глядя на мужчину, сидящего в углу.       Сегодня их привезли на примерку будущих концертных костюмов. Эрен не представлял, как можно было умудриться сшить несколько комплектов за столь короткий срок, но, видимо, профессионализм был основным критерием отбора людей в команду и все чётко знали свою работу. Девушка сняла со стойки вешалку и протянула Эрену рубашку. Накинув её на плечи, он одернул рукава и принялся застегивать пуговицы, ощущая, как скользит по груди холодный взгляд. На Аккермана парень упорно не смотрел, не хотел, чтобы тот заметил его растерянный вид. Пальцы слегка подрагивали – тяжело что-то делать, когда за тобой наблюдают, но Йегер справился и застегнул рубашку. Плотная белая ткань облегала широкие плечи, а вот дальше…       — Эм… – девушка запнулась и встревоженно повернулась к Леви. – Мистер Аккерман, мы абсолютно точно сшили по меркам, снятым две недели назад, я первый раз сталкиваюсь с таким, поверьте, это не наша ошибка.       — Всё в порядке, я и не сомневаюсь, – Леви поднялся и медленно приблизился к Йегеру, понуро опустившему голову. – Ничего не хочешь сказать, Эрен? Парень покачал головой. Он понимал, что сейчас доставляет мужчине кучу проблем, поэтому был не в состоянии даже слово из себя выдавить. За последние две недели он похудел на шесть килограмм. Вся сшитая для него одежда была велика.       — Можете оставить нас на минутку? Рабочие моменты, – натянуто улыбнулся Аккерман, и девушка тут же поспешила покинуть помещение. Леви раздражённо постучал ногой о пол, а затем взялся за рубашку Эрена, сжимая ее в кулаке. Ткань натянулась, подчеркивая сухие мышцы. Аккерман, в своей излюбленной манере, дёрнул его на себя и, столкнувшись лицом к лицу, прошипел:       — Какого хрена, Эрен? Что происходит с тобой, я не понимаю. Хочешь вылететь отсюда раньше, чем выйдешь на сцену?       — Извините, – пробормотал парень. – Я не специально.       — Не специально? – передразнил его Леви. – Это ты так оправдываешься? Эрен, что опять случилось? Йегер чувствовал, как злится мужчина и у него были на то причины. Парень поднял на него взгляд и неожиданно заметил в глазах Леви не столько злость, сколько волнение. Он переживал за него, хоть и пытался скрыть это. Пристально вглядываясь в его глаза, Леви дотронулся рукой до щеки, и Эрен судорожно вздохнул. Чёрт, он почти смог убедить себя, что тот поцелуй ему приснился, но вот он чувствует руку Леви и она ощущается точно так же, как и в прошлый раз. Мужчина провёл кончиком большого пальца под скулой, по впалой щеке и Йегер с трудом сдержался, от того, чтобы не закрыть глаза. Вместо этого он отвёл их в сторону, чтобы не сделать или не сказать чего-нибудь лишнего.       — Я же попросил тебя не делать глупостей, это что, так сложно? Что я должен сказать Эрвину? Что все идёт по плану, и ты готов? Посмотри на себя, – он царапнул ногтем по щетине на щеке – Йегер пренебрёг бритьем с утра. – Ты сдаёшь на глазах, я не смогу врать вечно. Эрен закусил губу и отвернулся настолько, насколько позволяла рука, всё ещё сжимающая его рубашку. Парень не чувствовал более ничего, кроме опустошения. Ему не хотелось уже ничего; тот запал, который был у него в самом начале, пропал без следа. И Леви Аккерман, стоящий рядом, лишь усиливал ощущение пустоты.       — Эрен? – привлёк его внимание мужчина.       — Я же стараюсь изо всех сил, – грубо вывернулся из захвата парень. Леви даже не пытался его удерживать, и когда из его пальцев выскользнула ткань, рука плавно опустилась. – Это всего лишь досадное недоразумение. В общем и целом, я в порядке, вы слышали Шадиса – он сказал, что я готов.       — Физически – да, – заметил Аккерман. – А вот насчёт твоего морального состояния я не уверен. Ты знаешь, как психологически тяжело находиться на сцене? Сорок тысяч зрителей будут смотреть на тебя. Справишься, Эрен? Ответа на заданный вопрос не последовало. Да и какой мог быть ответ? Йегер прекрасно понимал, что сейчас он чувствует себя так, словно свалится замертво, шагнув за порог. Он подумал, что это впервые в его жизни – когда моральная подавленность ощутимо влияет на физическое состояние. Эрен прикинул, что, наверное, скажи сейчас он Леви, что нуждается в нём для того, чтобы ему стало лучше – мужчина, не раздумывая бы сделал всё, что он скажет. Но ему совсем не хотелось, чтобы Аккерман был с ним из жалости и чувства долга.       — Как же твоя мечта, Эрен? – неожиданно произнёс Леви. – Ты готов от неё отступиться? Парень вспыхнул и, широко распахнув глаза, взглянул на Леви. Аккерман запомнил его слова? Он не смеялся над ним, нет, он был серьёзен, как всегда. Но от этого было отнюдь не легче. Эрен пожал плечами – какая разница, что у него была за мечта, сейчас он уже не уверен в своих изначальных желаниях. Он опустился на стол позади себя и тяжело вздохнул, опуская голову вниз и скрывая лицо за длинными волосами.       — Не готов. Хотя какой в этом смысл? Родители всё равно не увидят этого.       — И что? Главное, что это увидишь ты своими глазами. Разве не в этом смысл? Но в таком состоянии ты не сможешь сделать этого. Парень грустно улыбнулся, глядя в серые глаза. Он вспомнил все вложенные усилия, которые, казалось, потрачены впустую. Сколько сил, времени и денег ушло в его подготовку – и не сосчитать. И да, Леви прав, он просто не вывезет этот концерт. До него осталось четыре дня, и Йегер с усмешкой вспомнил свои эмоции во время прошлого дебюта – тогда они были совсем иными. Он был счастлив, что долгие старания окупились. Неожиданно для парня, Аккерман приподнял рубашку и дотронулся рукой до впалого живота. Дыхание Эрена сбилось, и он, уверенно схватившись за запястье, отвёл его руку в сторону:       — Не надо… Но Леви молниеносно высвободился и вот уже не Эрен отводит руку мужчины в сторону, а Леви, удерживая его за кисть, подносит её к лицу, мягко касаясь губами подушечек его пальцев, наблюдая за его реакцией. Парень даже не предпринял попыток к сопротивлению – а какой смысл? Леви явно сильнее его. Аккерман прикусил его палец:       — Что с тобой? Вопрос прозвучал, как выстрел, и Йегер, вздрогнув, выдернул руку. Леви даже не пытался удержать его. Внутри Эрена все клокотало от злости: неужели он правда не понимает, что с ним?       — Я не хочу в этом участвовать, ясно? Вы играетесь со мной, как с игрушкой, но я так не могу. Не надо трогать меня и заговаривать со мной, не оставайтесь со мной наедине, потому что мне кажется, что я схожу с ума. Аккерман приподнял брови, внимательно слушая его пылкую речь. Эрену было плевать, как он отреагирует. Даже если сейчас Леви ударит его, всё равно, он не хочет больше этого, не хочет волнующих прикосновений и поцелуев украдкой, а после – сухого и сдержанного отношения к себе, словно ничего и не было. Пусть лучше перестанет совсем, чтобы не было так больно.       — Я не играю с тобой, Эрен, – он смотрел на парня без какой-либо иронии. – Думаешь, я прикрываю твои косяки и каждый день вру Эрвину, что всё великолепно, потому что мне нравится играть с тобой?       — Так в чем тогда причина? Почему вы так себя ведёте?       — Не думал, что ты такой глупый, – лицо Аккермана потемнело, и он отступил, присаживаясь на прежнее место. Он выкрикнул имя девушки, приглашая её войти быстрее, чем Эрен успел потребовать объяснений.       Дальнейшая примерка проходила в тишине, прерываемой лишь краткими разговорами портнихи и Аккермана. Девушка уверила Леви, что они успеют ушить одежду Эрена, но больше ему нельзя ни худеть, ни поправляться, потому что в противном случае он останется без костюмов. Леви слушал её, нахмурив брови и сухо кивал, безмолвно соглашаясь с утверждениями. Едва всё закончилось и Эрену сказали, что он свободен, как тот, подхватив свою сумку, вылетел за дверь, даже не прощаясь. Разумеется, за ним никто не последовал.

***

      Вечером парень валялся на кровати, свесив голову вниз и подпевал уже знакомым строчкам, радуясь, что никто не слышит, как он мажет мимо нот. Старательно выкладывался он только при подготовке, а дома мог позволить себе утробный вой, не имеющий ничего общего со сценическим вокалом. Зато удовольствия намного больше. Странный звук, едва слышимый за мелодией, прервал его и, вскинув голову, парень вынул один наушник из уха. Так и есть, ему не показалось – кто-то звонил в дверь. Эрен нахмурился – кто мог притащиться в такое время? Вроде бы уже поздно для гостей, да и не ждал он никого. Шальная мысль о том, что стоит притвориться, будто его нет дома была моментально отвергнута – он же не ребёнок. Со вздохом скатившись с кровати, Эрен поднялся на ноги, хватаясь за тумбочку, чтобы не упасть из-за подступивших резко тошноты и головокружения. Такое с ним порой случалось: резкие подъемы тяжело давались измотанному организму.       Когда Йегер дополз до двери, он уже был уверен – незваный гость покинул его. Однако, глянув в глазок, парень отпрянул от двери. Леви Аккерман! От неожиданного страха у парня засосало под ложечкой – какого чёрта ему надо? В ступоре, Эрен повернулся к зеркалу и попытался привести себя в порядок, зачесав пятерней выбившиеся из хвоста волосы и одернув футболку вниз. Когда же он открыл дверь, то понял, что мог и не стараться – на фоне Аккермана он выглядел отвратительным неряхой что сейчас, что пару минут назад. Леви молча оглядел его, и без приглашения шагнул внутрь маленькой квартирки. Хотя, Йегер бы и слова ему не смог сказать поперёк, поэтому просто молча посторонился, пропуская его. По-хозяйски оглядевшись, Леви оценил чистоту помещения и, не разуваясь, прошёл на кухню. Замешкавшись от его уверенности, Эрен направился следом и стал свидетелем того, как Аккерман стоит у распахнутого холодильника, сложив руки на груди. Он перевёл взгляд на парня и вздохнул.       — Мне было некогда! – Эрен почувствовал потребность оправдать свой пустой холодильник, словно ему требовалось защитить лучшего друга.       — Вижу, – кратко резюмировал Аккерман, брезгливо поморщившись при виде подернувшегося неблагородной плесенью сыра. Он захлопнул дверь и повернулся к столу, на котором стоял небольшой пакет. Парень недоумевающе нахмурился – он не заметил его в руках у Леви, когда он пришёл, но сейчас тот, словно фокусник, вытаскивал из него продукты – хлеб, масло, сыр, йогурт… Йегер сразу заметил, что мужчина предусмотрительно купил продукты, которые не требовалось готовить. Парень усмехнулся – Леви всё продумал, чтобы у него не было шанса не есть под предлогом того, что он не умеет готовить. Аккерман упёрся руками в стол и перевёл на него задумчивый взгляд, словно хотел что-то сказать. Но следующий его вопрос был крайне неожиданным.       — Атакующий титан? – ухмыльнулся Леви, глядя на дурацкую картинку на футболке. Эрен смутился, но виду не подал, буркнув:       — Сестра подарила. Мужчина кивнул и вернулся к тому, чем занимался, так и не сказав Эрену того, что собирался. Увидев пачку чая, которую Леви достал в последнюю очередь, парень скривился, и мужчина, заметив это, вопросительно посмотрел на него.       — Я не пью чай, только кофе.       — Ты просто не пил хороший чай, – не терпящим возражений тоном ответил Леви. – А кофе вообще вреден, тем более вот этот, – он кивнул на стоящую на столе банку дешевого растворимого подобия кофе, которое Эрен глотал по утрам, стараясь не чувствовать вкуса.       Пока мужчина крутился по кухне, доставая тарелку и нож, нарезая сыр и хлеб, одновременно с этим грея воду на плите, Эрен стоял, привалившись к косяку, сунув руки в карманы. Он находил происходящее крайне забавным – Леви Аккерман на его кухне пытается накормить своего непутёвого подопечного. Он не удержался и хрипло рассмеялся, тут же ловя на себе вопросительный взгляд Леви.       — Вы серьёзно приехали накормить меня?       — У меня есть выбор? – ответил вопросом на вопрос Леви.       — Зачем вы это делаете? – спросил Эрен, устало опускаясь на стул. Леви смотрел на него, задумчиво нахмурившись, а потом ответил:       — Потому что я должен следить за твоим состоянием. На кону огромные деньги; я не могу позволить тебе свалиться на сцене, Эрен. Осталось три дня. Если потребуется, я буду и есть, и спать, и в туалет ходить с тобой, понятно?       — Деньги… – рассеянно произнёс Йегер, поджимая губы. Он упёрся локтями в колени и опустил голову вниз, пряча лицо в ладонях. Как вовремя ему напомнили о том, о чем он уже успел забыть – Эрен для них просто товар, который они купили. Только игрушка оказалась бракованной и сломалась после нескольких использований. В том числе и использований Аккерманом, стоящим напротив.       — Не только деньги, Эрен, – неожиданно близко раздался вкрадчивый голос. Леви бесшумно приблизился и поднял голову парня, неожиданно ласково убирая волосы с лица. Он очертил кончиками пальцев выступающие скулы, и Эрен издал невнятный, похожий на всхлип звук.       — Зачем вы снова это делаете? – Эрен смотрел на него снизу вверх, подмечая тонкую сетку морщинок в уголках глаз. Надо же, когда-то этот человек много улыбался.       — Эрен, – он склонил голову и легко коснулся губами его носа. – Я думал ты сам догадаешься, но, видимо, нет. Неужели ты не понимаешь, что я не могу позволить себе большего, пока твоё положение в группе настолько неустойчивое? Если пойдут разговоры, что у меня есть фаворит, то к тебе будет приковано ещё больше внимания, любой твой косяк будет восприниматься иначе, никто не станет делать поблажку на то, что ты новичок, все будут считать, что я прикрываю тебя, пользуясь своим положением. И не важно, что так и есть. Он провёл пальцами по его лбу, и Йегер закрыл глаза, обхватывая мужчину руками. Парень прижал голову к его груди и вдохнул запах дорогих духов. Леви поглаживал его спину, одновременно перебирая пальцами длинные волосы.       — Я думал вы меня ненавидите, – едва слышно прошептал Эрен, уткнувшись носом в дорогой пиджак.       — Эрен, – бархатистый смех заставил щеки парня зарумяниться – он опять сказал какую-то глупость. Но парень готов был повторять их тысячи раз, лишь бы услышать снова этот краткий смешок. – Я бы никогда не настоял на том, чтобы тебя взяли в J-AR, если бы ненавидел тебя. И я бы никогда не сделал так… Он склонился к нему и, подцепив пальцами подбородок, дотронулся до уголка его губ. Дыхание Аккермана щекотало его кожу, пока он легкими поцелуями помечал его губы, скулы, подбородок и нос. В конце концов, так и не дождавшись никакой реакции, мужчина накрыл губы Эрена своими. Парень неуверенно ответил на его поцелуй, не совсем доверяя собственным ощущениям – Эрен никак не мог понять, спит он или нет. Впрочем, когда язык Леви скользнул ему в рот, Йегер решил, что если это сон, то так даже лучше, ведь можно не сдерживаться. Поэтому он, вцепившись руками в талию Леви притянул его ближе, лишая возможности отступить, как в прошлый раз, и разорвать поцелуй. А тот и не собирался, наоборот, запустив руки в его волосы, Леви жадно целовал парня, стараясь запомнить каждую секунду, заглядывая в огромные, по-детски наивные зелёные глаза, понимая, что не сможет дать ему того, что Эрен хочет. Ему снова придётся оставить этого доверчивого мальчишку. Леви чувствовал, как теряет контроль рядом с ним и был готов уже сорвать с него футболку, под которую и так успел забраться руками. Но тихий всхлип вернул его к реальности, и он оторвался от мальчишки, сталкиваясь с его растерянными взором. Во рту ощущался сладковатый привкус, и мужчина припомнил, что единственной вредной привычкой Йегера числилось курение электронных сигарет. Сам Аккерман их на дух не переносил и был, вообще-то, благодарен, что Эрен ни разу при нём не доставал эту мерзость. Впрочем, это лишь вопрос времени. Эрен провёл языком по припухшим губам и подался вперёд, вновь желая получить страстный поцелуй, но Леви мягко удержал его рукой за плечо.       — Не сейчас, Эрен. Пусть обиженный детский взгляд и вынудил Леви закатить глаза, раздражения он не чувствовал. Скорей это позабавило его. Рвение Эрена льстило самолюбию, хотя мужчина в этом не нуждался. Он отступил и, поддёрнув брюки, присел на стул напротив. Йегер, нахмурившись, посмотрел на стол, словно вспоминая, зачем вообще Аккерман посетил его дом в столь поздний час. Повисшую тишину прервал звук закипающего чайника, и Леви, оторвавшись от любования точеным юношеским лицом, встал. Методично открывая каждый шкафчик, он что-то искал и, не обнаружив, обернулся к Эрену.       — Где у тебя заварник? Тот свёл брови к переносице, соображая, что конкретно от него требуется. И будто бы вспомнив значение этого слова, тряхнул головой, от чего по длинным волосам пробежала волна.       — У меня его нет.       — В смысле «нет»? – непонимающе переспросил Аккерман.       — Ну вот так – нет. Я не пью чай.       — Понятно, – констатировал мужчина со сдержанным кивком. Вновь отвернувшись, он выудил из шкафа над раковиной кружку и, осмотрев её, скривился, но всё же поставил на стол. Потянувшись, Леви взял пачку принесённого чая и открыл, по привычке вдохнув его аромат. Критически оценив размер кружки, он насыпал в неё пару ложек и залил содержимое уже несколько остывшей водой. Бросив взгляд на часы, он развернулся и, прихватив нож, подошёл к столу. Эрен, с плохо скрываемым восхищением, смотрел, как его пальцы уверенными движениями работают ножом, нарезая тонкими ломтиками лимон. Расправившись с этой задачей, Леви поставил на плиту чайник, которым парень пользовался только в моменты отключения электроэнергии. В общем-то, он достаточно часто им пользовался – Эрен жил в не самом благоприятном районе и сидеть без света приходилось достаточно часто. Аккуратно перелив содержимое кружки, стараясь удержать в ней чайные листья, Леви долил горячей воды и включил газ. И вот, не прошло и пяти минут, как перед Эреном появилась кружка с дымящимся темно-красным напитком с тонкими лимонными дольками. Сам Аккерман присел с такой же кружкой напротив и многозначительно посмотрел на еду на столе. Со вздохом, Эрен потянулся и взял кусок хлеба, укладывая сверху сыр. Он отхлебнул и тут же охнул, обжигая искусанные губы. Аккерман тихо рассмеялся, пряча улыбку за кружкой. Он, казалось, совсем не испытывает дискомфорта и спокойно пьёт этот кипяток. Недовольно посмотрев на него, Йегер подул на свой чай и уже более осторожно отпил. Что ж… Леви был прав – он просто никогда не пробовал хорошего чая. На фоне того, что он попробовал, проигрывало всё, а его любимый гадкий кофе и рядом не стоял. Аккерман определено был в этом хорош. Как и во всём остальном. В тишине, не гнетущей, но умиротворяющей, они просидели полчаса, прежде чем Аккерман опомнился и сказал, что Эрену пора спать. А тот и сам чувствовал, что хочет, впервые за неделю. Леви забрал у клюющего носом парня кружку и сполоснул, после чего убрал остатки еды в холодильник, наказав Йегеру с утра всё съесть и «не вынуждать его приехать и проверить». Тяжело сглотнув, Эрен кивнул – он подумал, что одновременно и хочет, чтобы Леви приехал, и не хочет, чтобы тот вновь остался недоволен поведением парня.       Уже у самой двери, когда Аккерман щёлкнул замком, он обернулся и окинул Эрена взглядом. Рука потянулась и заправила прядь волос за ухо, мягко касаясь щеки. Он, поколебавшись, шагнул к парню и, подтянув Йегера к себе, легко коснулся его губ своими, чтобы через секунду не без труда оторваться от него.       — До завтра, Эрен. Леви заметил то, на что так надеялся, проделав столь долгий путь сюда – в тусклых глазах Эрена вновь засверкали зеленые искры.       — До свидания, Леви.