idol

      Чёрный микроавтобус с плотно тонированными стёклами остановился вплотную к подъезду Эрена, и тот растянул губы в лёгкой улыбке. Однако, когда дверь распахнулась, она тут же погасла – Леви в автобусе не было. Вместо него, Ханджи, схватив его за рубашку, резко втащила внутрь, и Йегер, потеряв равновесие от неожиданности, оказался на полу.       — Какого… – он с трудом сдержался, чтобы не высказать Зоэ всё, что пришло в голову в этот момент и лишь раздосадовано посмотрел на неё. Парень поднялся и, отряхнув колени, плюхнулся на сиденье напротив женщины, раскинув пошире ноги, которые едва помещались в узком пространстве меж кресел.       — Доброе утро, Эрен, – пропела Ханджи, протягивая ему картонный стаканчик с чаем – кофе Эрену и нельзя было, повышения давления перед выходом на сцену никто не желал.       — Где Леви? – буркнул парень, забывая о приличиях. Плевать, что она подумает – Эрен был слишком раздосадован фактом отсутствия Леви в его сопровождении. Однако, Ханджи даже не обратила внимания на его тон:       — Он с остальными, скорее всего уже добрались. В следующий раз ты уже будешь передвигаться с ними, а пока живешь отдельно пришлось оперативно организовать твою доставку. Парень отвернулся к окну – доставку… К нему и правда относятся, как к какой-то вещи, причём, судя по всему, даже не особо ценной. Единственный, кто, кажется, по-настоящему заботился о нем и пытался помочь – это Леви. Хоть мужчина и пытался скрыть свои эмоции и притворялся, что Йегер для него, в первую очередь – инвестиция в будущее проекта J-AR, вёл он себя отнюдь не столь безразлично, как следовало бы.       — Как настрой? – предприняла новую попытку начать беседу Ханджи. Эрен чуть не рассмеялся – серьезно? Как настрой? Да он всю ночь не спал. Ему предстоит выйти на сцену перед сорока тысячами зрителей в зале и несчетным количеством – онлайн. И все будут смотреть на него, на новичка в одной из самых популярных и востребованных групп. Столь сильного волнения парень не испытывал никогда в жизни. Он за ночь израсходовал практически новую электронную сигарету и сгрыз губы настолько, что морально уже приготовился принять заслуженное наказание от визажиста. В результате к пяти утра его эмоциональный лимит был исчерпан, и Эрен не чувствовал ничего. Все ощущения были приглушенными, словно он находился в пузыре, отделяющем его от внешнего мира.       — Нормально, – бросил Эрен, отворачиваясь к окну, пресекая тем самым попытки Ханджи разговорить его. К счастью, она отвлеклась на свой телефон и весь оставшийся путь они проделали в тишине.       Въезд на подземный паркинг находился на приличном расстоянии от самой арены – полуторакилометровый двухполосный тоннель весьма впечатляюще выглядел. Даже на таком расстоянии парень уже понял весь масштаб происходящего – саму арену от их въезда отделяли несколько улиц, но самые хитрые фанаты уже поджидали их здесь, как-то прознав, что мемберов повезут через этот тоннель. Йегер видел их лица, с которыми они бросились к автомобилю. В основном – все девушки старшего школьного возраста, но также он заметил нескольких парней, напряжённо вглядывающихся в темноту салона.       — Не тормози, – повернулась Ханджи к водителю. – Под колёса не бросятся, а начнёшь притормаживать – и мы встрянем на полчаса минимум. Не собираюсь снова выслушивать нотации Ривая. Водитель отрывисто кивнул и, не снижая скорости, двинулся в сторону тоннеля. И действительно, толпа, как Ханджи и уверяла, сама отступила от въезда, пропуская их и сопровождая машину лишь восторженными девчачьими криками. Эрен посмотрел на Ханджи и, стараясь скрыть своё любопытство, негромко спросил:       — Ривай? – парень припомнил, что уже слышал это имя от Эрвина, но больше Аккермана так никто не называл.       — Ах, это… – она рассмеялась и её взгляд подернулся пеленой воспоминаний: — Его сценическое имя. Он ведь тоже когда-то был на твоём месте… Эрен чуть не свалился с кресла. Леви Аккерман когда-то тоже выступал на сцене? Но почему Эрен никогда не слышал об этом? Почему никто об этом не упоминал? И почему мужчина сам ему об этом не сказал?       — Но… Я не слышал даже об этом.       — Это было давно, Эрен, – с грустной улыбкой ответила Зоэ. – Он не любит об этом вспоминать, но думаю, что если ты рискнёшь и спросишь его, то Леви тебе расскажет. Я не буду, уж прости, не моя история – не мне и рассказывать. Эрен согласно кивнул, думая о том, что решиться спросить у Леви про его жизнь он не сможет никогда. Но Ханджи и так поведала ему слишком много, и парню предстояло переварить полученную информацию. Машина затормозила у лифта, ведущего вверх с парковки, и Ханджи, схватившись за ручку, открыла дверь микроавтобуса. Она уже поднялась, но перед тем, как покинуть салон повернулась к Эрену. Отблеск холодных ламп в её очках мешал разглядеть глаза, но голос был достаточно серьёзным, чтобы понять, что она не шутит:       — И, Эрен, пожалуйста, не называй его Риваем, потому что… Просто не надо. Он не запрещает нам с Эрвином, но, думаю, не стоит тебе рисковать. Леви ненавидит это имя. Парень пожал плечами, но кивнул. Он и не собирался, было бы странно, назвать его бывшим сценическим именем, с учётом того, что он в принципе обращался к нему на «вы». Выскользнув из машины, он в два шага преодолел расстояние и вошёл в кабину лифта одновременно с Ханджи. Вверх они поднимались молча, и Эрен радовался тому, что в данный момент его эмоциональный диапазон равнялся нулю – когда лифт поднялся с паркинга вверх сквозь стеклянную стену парень увидел огромную толпу людей, окружающих здание. Йегер только сейчас осознал, какое количество людей ему предстоит увидеть, старая его группа могла собрать лишь десятую часть того, что предстоит сегодня. Судорожно вздохнув, он повернулся к Ханджи, которая уже смотрела на него. Она улыбнулась и сжала его руку:       — Все будет хорошо! Не особо впечатлившись её словами, Эрен вздёрнул подбородок, пряча всю внезапно нахлынувшую неуверенность поглубже. Нервы, и без того натянутые до предела, грозили в любой момент не выдержать и ментальное состояние парня могло сломаться от любой мелочи. И Ханджи, к сожалению, никак не могла повлиять на его состояние просто потому, что она не тот человек, который имел власть над его разумом. Глубоко вздохнув, Йегер прикрыл глаза, абстрагируясь от окружающего мира. Он надеялся, что следующим человеком, которого он увидит будет Леви. От этой мысли ему стало чуточку легче.       И действительно, стоило им только подняться в огромную, как две квартиры Эрена, гримерку, как он наткнулся на Аккермана, руководящего процессом. Мужчина, стоя посреди помещения, сосредоточенно разговаривал по телефону о какой-то «световой схеме», параллельно тыча рукой Конни и пытаясь жестом объяснить ему что-то. Заметив Эрена и Ханджи, он рассеяно махнул рукой и вновь вернулся к Спрингеру, который никак не мог сообразить, что от него требуется. В итоге, зажав микрофон телефона рукой, Аккерман рявкнул, чтобы он быстрее шёл краситься и не задерживал никого. Скорчив недовольное лицо, Конни скрылся за соседней дверью. Ханджи подтолкнула Эрена в ту же сторону, и он, мельком глянув на неё послушно направился за товарищем. По середине просторного помещения располагалась широкая стойка с зеркалом, с двух сторон которого стояли кресла. Три из них были уже заняты – в одном сидел многострадальный Конни, который, являясь счастливым обладателем коротких волос, мог сэкономить время и обойтись без укладки. Впрочем, одна из многочисленных девушек-стилистов, едва сдерживая восторг, уже занесла над его головой гребень. В кресле по другую сторону от зеркала сидел Армин, и всё его внимание было приковано к экрану телефона, чем он неслабо мешал красить себя. Его волосы, частично собранные на затылке в незамысловатый хвостик, задорно подпрыгивали при каждом движении головы, и девушка, кружившая вокруг него, с сомнением косилась на них. В итоге она не выдержала и для верности сбрызнула их ещё раз лаком. А вот рядом с тем креслом, куда приземлился Эрен, располагался Жан, недовольно кривя губы и указывая на всё, что ему не нравилось, будь то торчащая под неправильным углом прядь волос, или невидимые глазу полосы тонального крема на лбу. Вокруг него крутились аж четыре человека, но Кирштейну как будто бы и этого было недостаточно. Ему хотелось максимум внимания к своей персоне в любой момент времени. Эрен невольно усмехнулся, подумав, что если бы тут был Леви, то Жан прищемил бы длинный язык и не мешал людям работать.       — Что-то смешное увидел? – резко выпалил Жан, дёрнувшись в его сторону. Девушка, ахнув, принялась стирать полосу румян, случайно нарисованную не в том месте. Она укоризненно посмотрела на Жана, но ни слова не сказала. Эрен отвернулся к зеркалу, намереваясь прекратить разговор с парнем. Единственный стилист-парень стянул резинку с его волос и восторженно оглядел тяжелую копну. Не отрывая глаз от головы Эрена, он потянулся за расчёской.       — Посмотрим, кто будет смеяться последним, – бросил Жан.       — Что ты несёшь? – угрожающе процедил Эрен, резко разворачиваясь к нему под звук недовольного возгласа стилиста. Кирштейн ядовито улыбнулся:       — Смотри, Эрен, – он многозначительно дёрнул бровью. – Сорок тысяч человек – это не шутки. Как бы ты не потерялся на сцене… Эрен скрипнул зубами. Он понимал, что Жан специально говорит ему всё это, потому что хочет позлить. И именно поэтому парень решил не поддаваться эмоциям и не идти на поводу у Кирштейна.       — Если уж ты до дома без Леви не можешь добраться…       — Что ты сказал? – Йегер подскочил бы на ноги, если бы ему на плечи не легли руки стилиста, едва-едва, но всё же удерживая его на месте. Эрен чувствовал необходимость сию секунду пересчитать зубы в отвратительно широкой улыбке Жана.       — Что слышал, – едко прошипел Жан, прищурив глаза и глядя в его сторону с неизменной улыбкой. Но хоть он и казался безмятежным и уверенным в себе, все же Йегер видел, как он сжал руки – хоть Эрен и был ниже, но агрессии ему было не занимать; он быстрее, и Жан это знал.       — Успокойтесь, – произнёс холодный голос за спиной. Улыбка с губ Жана исчезла в мгновение ока, и он отвернулся к зеркалу, позволяя девушкам закончить наконец-то его многострадальный макияж. Аккерман взглянул на Эрена в отражение зеркала и покачал головой: — Как дети малые. Я что, теперь ещё разнимать вас должен? Йегер пристыжено опустил голову, но тут же поднял, едва стилист легонько потянул его за волосы. А вот Жан, казалось, не испытывал никаких угрызений совести за то, что начал конфликт. Эрен ему даже в чём-то завидовал – Жану плевать что думает о нём Аккерман, поэтому он и ведёт себя как хочет.       — Поторопитесь, пожалуйста, – обратился мужчина к визажистам и стилистам. – Сейчас, – а это уже было к парням, – придёт Эрвин и в последний раз посмотрит на вас. Никаких репетиций не будет, как и всегда – вы уже должны быть идеально готовы. Так что, когда вас отпустят – разминайтесь и вперёд. Едва Аккерман вышел за дверь, как атмосфера мгновенно сменилась с вальяжно-беззаботной на чётко профессиональную. Все сразу же вспомнили о том, что не развлекаться собрались, веселье только для людей снаружи, для них – ответственный рабочий день. Визажист Эрена так прониклась словами Леви, что принялась яростно избивать его спонжем по лицу, не обращая внимание на сморщенный от недовольства нос.       В связи с резко возросшей скоростью, Эрен, с трудом отделавшись от надоедливых помощников, которые всё норовили где-то подсбрызнуть прядь лаком, а где-то подтушевать кистью и без того идеальный макияж, наконец-то смог покинуть – цитата – «обитель красоты». Вывалившись обратно в общую раздевалку, парень заметил, что Леви отсутствует – наверное пошёл на встречу с Эрвином. Он замер на месте, растерявшись на секунду, но подоспевший Моблит напомнил, что некогда терять время, и Йегер стал спешно растягивать мышцы, замечая, что кроме него этим занят только Конни, который освободился на несколько минут раньше, чем он. Остальные занимались своими делами: Армин, периодически попеременно поднимая ноги и покручивая стопами, не отрывал взгляда от телефона; Жан, глядя в зеркало, повторял связку, в которой был больше всего не уверен; Бертольд сидел на диванчике и, прикрыв глаза, пристроил голову на плечо Райнеру, который в свою очередь лениво наблюдал за Конни. Эрен в очередной раз задумался об истине взаимоотношений Райнера и Бертольда. Райнер в принципе был холоден со всеми, хотя если его о чём-то спрашивали, то он отвечал, не грубил и не язвил, но и дружелюбием не блистал. А Бертольд, проводивший с ним почти всё время, хоть и обладал более открытым к общению характером, тем не менее предпочитал лишний раз помалкивать. Наскоро растянувшись и порадовавшись отсутствию Леви, который обязательно остался бы недоволен его разминкой, Эрен зачем-то подошёл к огромному окну и почувствовал подступающий приступ паники – людей снаружи было столько, сколько он в жизни не видел. И все они будут смотреть на него. Прикусив до боли щёки изнутри, Йегер глубоко вдохнул, пытаясь подавить страх. Он справится, всё будет хорошо. Дверь за спиной хлопнула, и парень обернулся. В дверях стояли Леви и Эрвин. Взгляд Леви сразу же упёрся в него, и он недовольно покачал головой. Йегер понял, что мужчина недоволен тем, что он лишний раз накручивает себя перед выходом на сцену. Он уже хотел было отойти, но шум снизу привлёк его внимание, и парень вновь уставился в окно. Двери открылись, и поток людей устремился к входам, превратившись в неконтролируемую толпу, лишённую всяческого порядка.       — Каждый раз одно и то же, – раздался голос за спиной. Эрвин, подошедший к нему, тоже смотрел в окно. Он выглядел спокойным, и Эрен почувствовал, как его уверенность понемногу заглушает его собственное волнение. – Не надо было тебе смотреть, – обратился он к Йегеру. – Незачем попусту переживать.       Мужчина развернулся и окинул взглядом всех присутствующих, безмолвно обращаясь к каждому из них, словно говоря им то, в чём они так нуждались. Его глаза скользили по парням, цепко изучая их состояние, не столько внешнее, сколько внутреннее. И только приглядевшись внимательно, Эрен заметил, что волнуется он не один: Армин заламывал пальцы, а Конни нервно дёргал ногой. И даже Жан и Райнер, которые казались всегда невозмутимыми показывали свои эмоции, которые обычно скрывали: Райнер едва ли не до хруста стиснул руку Бертольда, заметив это только тогда, когда тот, скривившись, потянул ладонь из его захвата. А напряжение Жана было видно невооруженным глазом – его лицо вдруг крепко оформилось, на скулах выступили желваки, а подбородок приподнялся вверх, демонстрируя напряжённые мышцы на шее.       — Не мне рассказывать вам о том, что сегодня вас ждёт, – начал Эрвин. Эрен уже хорошо знал его талант оратора, поэтому понадеялся, что его успокоит эта речь. – Наверное, сколько бы раз вы не выходили на публику, вы всегда будете оставаться взволнованными детишками, – на этих словах Жан закатил глаза – назвать стодевяностосантиметрового парня «дитём» мог себе позволить только Эрвин Смит.       — Но тем не менее, – продолжил он уже серьёзно. – Я точно знаю, что вы готовы и уверен в вас. Во всех, – мужчина бросил взгляд на Эрена, стоящего по левую руку от него. – Поэтому просто сделайте то, что вы умеете лучше всего – выйдите и покажите достойный уровень. Все эти люди должны выйти отсюда с осознанием того, что они готовы отдать за вас свою жизнь. Вы справитесь! Едва он договорил, как Йегер почувствовал – нарастающее в течении часа напряжение мгновенно снизилось, и казалось, даже дышать стало легче. Эрен действительно был рад появлению Эрвина – тот вроде бы и не сказал ничего особенного, но сплотил их странный, разношёрстный коллектив, подчеркнув важность каждого. Уже совсем другими глазами Йегер смотрел на своих коллег. Он впервые в действительности понял, что он не просто «мимо проходящий», а член группы, столь же значимый, как и все другие. Теперь он с ними и осознание себя, как части коллектива, придало Эрену уверенности.       — Давайте быстрее, – принялась подгонять их появившаяся из ниоткуда Ханджи, и парни нехотя собрались в центре. Эрен вытянул руку и положил её на плечо Жану. Его раздражала необходимость контакта с Кирштейном, но почему-то Аккерман настаивал, что они должны взаимодействовать бóльшую часть времени. Эрен надеялся только на то, что их не начнут шипперить и его не заставят участвовать в фансервисе. Сама мысль, чтобы притвориться, что он испытывает какие-то чувства к Жану для Эрена казалось отвратительной. Но, разумеется, здесь его никто не будет спрашивать, чего он хочет, а чего нет. Парень питал слабую надежду, что в Аккермане взыграет какая-то ревность, но также понимал, что, если это привлечет внимание к группе – Леви не задумываясь одобрит и прикосновения, и объятия, и робкие поцелуи в щёчку. Потому что где внимание – там деньги.       — У тебя рука липкая, – недовольно процедил Жан, широко улыбаясь, глядя на Эрвина. Эрен уже хотел было послать его, но раздавшаяся из динамиков музыка лишила его такой возможности, и он подался вперёд к Жану, проводя рукой по его спине, отключая свои эмоции, дабы не испытывать отвращения к подобным недвусмысленным действиям, коими была напичкана вся хореография. Только музыка смолкла, как Эрвин расплылся в довольной улыбке. Он похвалил каждого, подмечая какие-то особенности, которыми выделялся каждый участник. Армину в очередной раз отвесили комплимент, касаемо его кукольной внешности и мелодичного голоса, а также Смит отдал должное чёткому и быстрому речитативу Райнера и Конни в рэп-партиях. Когда Эрвин улыбнулся Бертольду и сказал, что тот, как всегда, радует его своим замечательным вокалом, тот зарделся и отвернулся, уткнувшись Райнеру в плечо, пряча горящие щёки. Жана и Эрена мужчина тоже не обошёл стороной, хотя Йегер с трудом удержал нейтральное выражение лица, услышав его похвалу. Не то, чтобы Эрен был не доволен, но «вы с Жаном буквально созданы друг для друга»? Это отнюдь не то, чего он хотел. Леви лишь ухмыльнулся, поглядывая на него из-за спины Эрвина.       — А теперь переодевайтесь, время поджимает, – хлопнул в ладоши Смит, возвращая всех к реальности, напоминая, что они здесь не просто поболтать и обменяться любезностями собрались, но также и работать. Йегер поплёлся к стойке с одеждой, выхватывая зачем-то подписанные плечики. Как будто бы он мог перепутать свой костюм с чужим, они хоть и были в одной цветовой гамме, но всё же отличались. Он стянул с себя толстовку, ощущая спиной, как взгляд Леви жадно скользит по его телу. Но в данный момент это было последним, что волновало его – все мысли были сосредоточенны на предстоящем выступлении. Быстро одевшись в брюки и рубашку, Эрен натянул на ноги туфли и выпрямился, застёгивая рукава. Подошедший сбоку парень робко дотронулся до его плеча, привлекая к себе внимание.       — Пройдемте, я сопровожу вас к вашему выходу. Эрен кивнул и, бросив последний взгляд на Леви, повернулся, позволяя увести себя. Он следовал за парнем по узким коридорам, борясь с внезапным приступом клаустрофобии. Но дошли они достаточно быстро, и вот уже Эрен оказался посреди небольшой комнаты с подъёмным механизмом, напоминающим упрощённую версию лифта. Эта система позволяла им эффектно появляться на сцене в нужное время благодаря слаженной работе целой команды, отвечающей за своевременный выход и вступление мемберов. Эрен повернул голову и увидел стойку, на которой висела его одежда для другой песни – тоже рубашка, только тонкая, почти прозрачная и чёрные брюки с серебристыми лампасами. Йегеру такое, если честно, не по вкусу, но они обязаны выглядеть максимально ярко и блестяще, поэтому приходилось надевать то, что есть.       — Не беспокойтесь, сейчас подойдут Криста и Имир. Они помогут вам с одеждой, – с готовностью сообщил ему парень, на бейдже которого Эрен разглядел имя – «Флок Форстер». Рассеяно кивнув, Эрен подошёл и, проведя руками по перилам вокруг подъемника, шагнул на платформу.       — Удачи, – улыбнулся парень и вышел, прикрыв за собой дверь, оставляя Эрена наедине со своим волнением. Ему казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а шумное дыхание отдавалось неприятным эхом в ушах. Опомнившись, что ему нужно отметится о том, что он «на позиции», Йегер протянул руку к небольшой панели с тремя кнопками и заметил, как дрожит его рука. Сжав руку, он встряхнул запястьем и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Эрен чувствовал себя глупо – ведь к этому он стремился, а теперь напуган настолько, что того и гляди, выйдет на сцену и замрёт как вкопанный. Желание отказаться от выступления возрастало с каждой секундой. Но вот перед глазами встало разочарованное выражение любимого лица… Нахмурившись, юноша твёрдо ткнул пальцем на кнопку: плевать что будет, он не подведёт Леви, вложившего в него столько сил. Синяя лампочка загорелась и Эрен услышал в ушных мониторах тихий голос:       — Восемьдесят семь секунд. Эрен отсчитал про себя каждую, до побеления костяшек сжимая руки, впиваясь ногтями в ладони, грызя накрашенные губы, наплевав на их внешний вид. Подъёмник пришёл в движение ровно после выдоха на восемьдесят седьмом счёте. Парень натянул на лицо эффектную улыбку.       Ослепляющий свет софитов, ярких экранов и дикий крик многотысячной толпы навсегда останется у Эрена в памяти.

***

      Лифтовой подъёмник опустился, и Эрен вышел наружу. Он был готов столкнуться снова с Кристой и Имир, но девушки уже исчезли. Вместо них у стены стоял Аккерман. Горящие глаза Йегера смотрели прямо на Леви и сбившееся дыхание не мешало ему широко улыбаться. Он буквально светился от счастья и, казалось, совсем не устал, только выглядел изрядно потрепанным – макияж слегка поплыл, не выдерживая жара кожи, а растрепавшиеся мокрые волосы прилипли к лицу и шее. Парень взглянул на Аккермана и восторженно рассмеялся.       — Я… Я… – он не мог подобрать слов, но Леви и без них всё понял.       — Ты был прекрасен, Эрен Йегер, – искренне произнёс Леви, стараясь добавить в свой обычно малоэмоциональный голос все те чувства, которые испытывал.       — Вы видели меня? – недоверчиво переспросил Эрен, и Леви кивнул, мягко улыбаясь ему. И если мужчине казалось, что глаза юноши не могут засиять ещё ярче, то сейчас он понял, что ошибся – Эрен был счастлив просто от того факта, что Аккерман смотрел на него.       — Я смотрел только на тебя, – шепнул Леви, приблизившись к нему на критическое расстояние. На мгновение Эрен растерялся от внезапной близости Аккермана, но моментально сообразил, что происходит и потянулся к нему. Леви обнял его за талию, сжимая влажную рубашку в ладонях, и юноша, склонив голову, накрыл его губы своими, целуя его так, как никогда ранее: страстно, до боли в губах, до возмущённого стона. С трудом оторвавшись от его губ, Эрен мазанул лёгким касанием по скуле, по виску и вновь вернулся к губам, нагло пользуясь вседозволенностью. Его горячее дыхание обжигало Леви, распаляло возбуждение, которое обычно он глушил рядом с юношей. Он и не заметил, как его руки спешно принялись расстёгивать рубашку Эрена, и понял лишь когда ладони коснулись влажного тела. Аккерман скользнул по его груди руками, вырывая приглушённый стон из Эрена. Пальцы задели серебристые штанги, и Йегер закусил губу, пытаясь совладать со своими эмоциями. Леви только усмехнулся и, склонив голову, дотронулся до его соска уже языком. По телу Эрена пробежала дрожь и, не отдавая себе отчета, он притянул голову мужчины ближе. Тот сжал зубами чувствительную кожу, и с губ парня сорвался неясный всхлип. Дрожащими пальцами Эрен тянул вниз, с плеч его пиджак, и Леви, перехватывая инициативу, сбросил его, быстрым движением ослабляя узел галстука. Его губы скользили по шее Йегера, оставляя на нежной коже розовые пятна. Он словно пытался пометить мальчишку и не собирался нежничать с ним. В кои-то веки мужчина мог не сдерживать себя, потому что он слишком давно глушил все свои порывы, возникающие рядом с юношей. А ему с самого начала хотелось сделать это. Ладонь сжала его ягодицы, и Эрен судорожно выдохнул его имя. Услышав это, Леви потерял всяческий контроль и спешно принялся расстёгивать изрядно помятые брюки, стягивая их вниз. Ему показалось, что юноша смутился, очутившись перед ним без одежды, но Эрен моментально сориентировался и бросился расстёгивать тугие пуговицы на рубашке Аккермана, сталкиваясь с ним губами и цепляясь руками об его руки, когда Леви решил помочь ему. Практически сорвав с него рубашку, Эрен обнял его, прижимаясь к его прохладной, на контрасте с собственной, груди. Ладони блуждали по спине, ощупывая выступающие лопатки и неожиданный шрам вдоль позвоночника. Брови Эрена взметнулись вверх, но он решил не прерываться ради расспросов. Однако прервал поцелуй Леви, пробежавшись напоследок языком по нижней губе парня. Резким движением он оттолкнул Эрена и развернул, прижимаясь к его спине. Его руки шарили по животу и груди парня, и тот, откинув голову, хрипло дышал, наслаждаясь чувственными прикосновениями. Ладонь мужчины опустилась ниже, обхватывая его член, и Эрен вздрогнул. Он оперся руками о перила, ограждающие подъёмник, и опустил голову вниз, невольно толкаясь бёдрами назад. Леви прикусил кожу на лопатке, и парень едва не задохнулся от резкой вспышки боли, тут же сменившейся нежным поцелуем. Мужчина тихо рассмеялся и надавил ладонью на талию, вынуждая Йегера прогнуться.       — Задницу опусти ниже, – выдохнул он, целуя его спину. Звонко шлёпнув ладонью по светлой коже, которая тут же порозовела, Леви ускорил его, и Эрен, дёрнувшись, заскулил от возбуждения, опускаясь максимально низко. Он потёрся задом о брюки Аккермана, умоляя его не останавливаться, а тот и не собирался. Йегер чувствовал его руки, оглаживающие бёдра, слегка царапающие их короткими ногтями. Он был готов завыть от нетерпения, прикосновения Леви изводили его и мучали. Мягко надавив влажным от слюны пальцем, мужчина осторожно протолкнул его на две фаланги внутрь, параллельно оглаживая большим пальцем второй руки головку члена Эрена. Юноша ахнул от одновременно столь различных, но сводящих с ума ощущений. Он подался назад, самостоятельно насаживаясь на его палец, закусывая припухшую губу до боли. Но если Леви и воодушевил его энтузиазм, то показывать он этого явно не собирался, как и позволять Эрену слишком много. Придержав его за талию, мужчина добавил сразу два пальца, и Йегер зашипел, напрягая мышцы. Аккерман слегка сжал руку на его талии.       — Расслабься, Эрен, – наклонившись, прошептал он, касаясь губами выпирающей лопатки. Рваный выдох вырвался изо рта парня, и он слабо кивнул, практически не соображая, что ему сказали. Но слова подействовали и напряжение в его теле постепенно стало уходить. Осыпая его спину хаотичными лёгкими поцелуями, Леви развёл пальцы, спешно растягивая юношу. В другое время он был бы более нежен, но сейчас мужчина торопился, потому что не мог ждать — слишком сильным было возбуждение. Эрен застонал, упираясь лбом в предплечье, и что-то бессвязно прошептал. Как только Аккерману показалось, что парень готов принять его, он мгновенно убрал руку, проведя напоследок по ягодицам. Коленом он развёл его ноги шире, и, торопливо размазав по всему члену выступившую смазку, резким движением вошёл в него практически на всю длину. Эрен всхлипнул и невольно дёрнулся вперёд, но сжав его бёдра руками Леви удержал парня на месте. Он чувствовал, как сильно Йегер сжимается вокруг его члена, как сильно напряжение в его теле, но уже через несколько секунд оно стало ослабевать и Эрен сам подался назад. Это стало словно сигналом для Леви, и он двинул бёдрами, проникая глубже, чувствуя пульсацию бархатистых стенок. Громкие выдохи Эрена подсказывали ему, что юношу всё устраивает. Обхватив его снизу под живот, Леви потянул юношу на себя, замерев на долю секунды, чтобы дать ему возможность привыкнуть к острым ощущениям. Эрен шумно дышал через приоткрытый рот, опустив голову вниз. Аккерман протянул руку и провёл по его груди, наощупь находя сосок с прохладным металлом, не нагревшимся даже от жара его тела. Парень всхлипнул и прогнулся в спине, вжимаясь задницей в бёдра Леви. От неожиданности мужчина охнул и сжал пальцы, стискивая одной рукой его грудь, а другой – талию. В ответ на это Эрен поднял голову и пошло застонал, облизывая пересохшие от дыхания губы. Мгновенно забыв о страхе причинить юноше боль, Леви толкнулся в него, понимая, что не может ждать. Темп, который он задал, Эрен подхватил моментально, уверенно двигая бёдрами, звонко ударяясь о Леви. Влажная кожа на его спине очерчивала напряжённые мышцы, по которым Аккерман, не отказывая себе в удовольствии скользил: где руками, а где дотягивался – губами. Уже не сдерживаясь, Йегер сопровождал каждое его движение громким стоном, заглушая влажные звуки и сочные шлепки кожи о кожу. В какой момент Эрен выкрикнул его имя, Леви даже не понял – осознание этого факта пришло чуть позже. Он потянулся и щёлкнул юношу по челюсти, шикнув на него. Он бы с удовольствием заткнул рот мальчишке губами, ну или, на худой конец, рукой, вот только Эрен был выше, что доставляло определенные неудобства. Резинка, удерживающие его волосы в высоком пучке лопнула, и они блестящим водопадом рассыпались по плечам. Собрав их, Аккерман намотал длинные волосы на руку, крепко сжимая в кулаке и оттягивая голову юноши назад. Тот протяжно застонал и внезапно выдохнув «Ривай», вздрогнул всем телом и кончил на светлый пол себе под ноги. Его всего трясло, но Леви не останавливался, чувствуя, что тоже близок. Он вбивался в его обмякшее тело, одновременно без труда удерживая столь драгоценную ношу. А Эрен был готов в любой момент упасть – колени предательски отказывались подчиняться. Юноша провёл пальцами по руке, сжимающей его талию, и Леви, сквозь темные кудри всё же увидел нежную улыбку. В глазах у него помутилось и со стоном он излился ему на спину, успев выйти из юноши в последний момент. Шумное дыхание заглушало тишину. Оба, начисто лишённые сил, не могли даже говорить. Эрен на негнущихся ногах выпрямился и повернулся, сразу же угодив в объятия Леви. Тот, прильнув к его груди, сжимал парня так, словно Эрен был самым ценным сокровищем в его жизни. Губы мужчины невесомо дотрагивались до груди Йегера, осыпая кожу едва ощутимыми поцелуями, пока сам Эрен уткнулся носом в его макушку и просто дышал, пытаясь восстановить неистовое биение сердца.       — Ривай? – неожиданно прервал молчание Леви. Его голос звучал глухо, отдаваясь лёгкой вибрацией в теле Эрена. Парень чертыхнулся про себя – глупо было даже надеяться, что Аккерман не обратит внимание на сказанное. Это имя вырвалось у Эрена случайно, просто всплыло в голове в тот момент, когда он ничего не соображал от разливающегося по телу удовольствия, но теперь ему придётся как-то объясняться. Потому что просто сказать, что он услышал это обращение от Эрвина месяц назад будет явно недостаточно. Парень отстранился, выскальзывая из тёплых объятий. Он привалился к стене и посмотрел на Леви.       — Ну… – неуверенно начал Эрен, пытаясь прочесть по лицу своего любовника, что тот думает по этому поводу. Однако безуспешно – лицо Леви не выражало ровным счётом никаких эмоций. Он просто ждал его объяснений. Вздохнув, он продолжил, ругая себя за несдержанность: — Я услышал, как Ханджи вас так называет и спросил её об этом имени. Леви скрипнул зубами, пробормотав что-то про болтливую четырехглазую бестолочь, но Эрен тут же бросился убеждать его, что Зоэ ничего конкретного ему не рассказала.       — Она предупреждала, чтобы я вас так не называл, я больше не буду. Случайно вырвалось, – извиняющимся тоном закончил Йегер. Он ждал каких-то комментариев от Леви, приготовился уже к тому, что сейчас он примется ругать его на чём свет стоит, но этого не произошло. Он не сказал вообще ничего. Вместо какого-либо ответа Эрену, Аккерман, помедлив секунду, вздохнул и наклонившись, подхватил свой пиджак с пола, просовывая руку во внутренний карман. Мужчина протянул Эрену платок и юноша, принял его, недоумевающе глядя на тонкую ткань с вышитыми инициалами. Леви глазами указал ему вниз живота, и парень почувствовал, как краснеет. Под внимательным взглядом Аккермана, Йегер быстро вытер поясницу и уже высыхающие белёсые капли с члена. Но вот чего он точно не ожидал, так это того, что мужчина требовательно выставит вперёд ладонь.       — Я… – предпринял попытку к сопротивлению Эрен. – Я постираю и…       — Ты стирать-то, наверное, не умеешь, так что, спасибо за заботу, но я как-нибудь сам, – он нетерпеливо похлопал пальцами по ладони, и Эрен, покраснев как рак, протянул обратно грязную тряпицу, радуясь тому, что на белом цвете сперма хотя бы не бросается в глаза. Йегер подхватил свою рубашку, которая каким-то образом оказалась висящей на перилах, за которые парень держался из последних сил и которые нагрелись от его горячих рук. Он накинул её на плечи, но не успел застегнуть, когда Аккерман вновь обратился к нему.       — А почему Ханджи сказала тебе не назвать меня Риваем?       — Она не уточняла, – пожал плечами Эрен. – Просто сказала, что вы не любите это имя, но позволяете ей и Эрвину так себя называть.       — Давно надо было запретить, – прошипел мужчина, молниеносно застегивая брюки и рубашку. Скорость, с которой он умудрился привести себя в порядок не шла ни в какое сравнение со скоростью Йегера. Да и бросив беглый взгляд на себя в зеркало, парень понял, что в отличии от Леви у него буквально на лице написано, чем он только что занимался: раскрасневшиеся щеки с поплывшим тональным кремом влажно сияли, а глаза лихорадочно блестели. Покрасневшие, припухшие от поцелуев и покусываний губы довершали эту потрясающую картину. Эрен с трудом сдержался, чтобы не застонать – у него разве что на лбу нет надписи «я трахался со своим продюсером». Очевидно, что только совсем уж дурак не поймёт, что произошло. Краем глаза Йегер заметил, как Аккерман стиснул челюсти, не позволяя вырваться наружу непрошенным эмоциям и непродуманными словам. Но когда Эрен столкнулся с ним взглядом, то его глазам предстало обычное безразличное выражение лица. Подозрительно прищурившись, парень застегнул рубашку, радуясь тому, что она и до Леви была порядком измята. Он наклонился и потянулся за брюками, после чего торопливо натянул их. Ловко застегнув молнию, Эрен повернулся к Аккерману и тот перевёл взгляд с его задницы на лицо.       — Пойдём, пока никто не решил нас искать, – Леви взял его за руку, и Эрен с готовностью сжал его ладонь, переплетая пальцы. Мужчина бегло глянул на это, но никак не прокомментировал. Он потянул Эрена к выходу и уверенно двинулся по все тем же плохо освещенным коридорам, будто бы знал их наизусть. Парень спокойно следовал за ним: он бы доверил ему свою жизнь, не то, что дорогу показывать.

***

      — Я уж думал вы померли, – беззлобно заворчал Эрвин, заметив их появление. Эрен даже не понял, в какой момент Леви выпустил его руку, но он внезапно оказался один, глупо топчась у входа.       — С тобой всё в порядке? – бросилась к нему Ханджи. Забавно, что она испытывала какой-то неуместный восторг, при виде растрёпанного парня с горящими щеками. – Ты выглядишь не очень, уж прости…       — Со мной всё в порядке, – отмахнулся от неё парень, не давая ей дотронуться до своего лица. Он проворно шагнул вперёд, вглубь гримерки, подальше от любопытных глаз Зоэ. К сожалению, внимание остальных было приковано к нему и поэтому, стиснув зубы от боли в пояснице, парень уселся на стул возле зеркала. Он видел, что все, потеряв к нему всяческий интерес, вновь внимали Эрвину. Кроме Жана, цепко изучающего его лицо. Йегер столкнулся с ним холодным вызывающим взглядом, и тот, ещё пару секунд пристально посмотрев, неспешно отвернулся. Эрен недовольно поморщился – кажется, чёртов Кирштейн что-то начинает подозревать. Это не очень хорошо, ведь теперь они вынуждены постоянно общаться. Главное, случайно не сболтнуть лишнего. Смит разливался в сладостных речах, нахваливая их выступление. Пусть они и не были номинантами премии, а всего лишь приглашёнными артистами, тем не менее, их исполнение вызвало огромный ажиотаж, как-никак они – одна из самых популярных групп в Корее. А с учётом того, что выход Эрена на сцену был полной неожиданностью, социальные сети взорвались хэштегами «новичок», «эрен йегер» и, к великому неудовольствию Эрена, «жанэрен». Видимо, людям не требовалось слишком много, чтобы проникнуться идеей их несуществующей симпатии с Жаном. Йегер недовольно покосился на Жана, которого, казалось, вообще не смущал тот факт, что за час с момента их выхода на сцену им уже успели приписать какие-то отношения. Тряхнув головой, Эрен вновь прислушался к речи Эрвина. Как раз вовремя – тот рассказывал планы на ближайшее будущее. Буквально со дня на день им предстояло несколько фотосессий, а также съемка клипа на одну из песен, которую они сегодня исполнили. Но это уже планировалось на завтрашний день, а сейчас Смит распорядился всем отправляться домой, отдыхать.       — Ах, да, Эрен… – опомнился Эрвин, заметив юношу. Он нахмурился, а Йегер подумал, что к его наличию, наверное, привыкнут ещё очень нескоро. Хотя, если учесть, что он со дня на день переезжает и будет жить со всеми, то процесс вливания в коллектив ускорится. Вот только сейчас ему предстояло как-то добраться до дома, а автобусом он теперь, по понятным причинам, воспользоваться не мог.       — Я отвезу его, – кратко сказал Леви. Его ледяной голос не выражал ничего, никаких эмоций по отношению к парню, будто бы не он каких-то жалких полчаса назад жадно целовал его, пока трахал, загнув раком там же, где и встретил. Йегер поразился такому контрасту, но виду не подал. Главное, что он знал – Леви совсем другой, не холодный и бесчувственный, а пылкий и страстный. А другим знать это вовсе не обязательно. Эрвин согласно кивнул и, заметив, что никто из присутствующих даже не пошевелился, прикрикнул, чтобы не теряли времени и быстро шли в душ. Только после его слов парни развили бурную деятельность и, подхватив свои вещи, бросились в сторону душевой, со смехом отталкивая друг друга по пути. Леви покачал головой, глядя на этот детский сад и, повернувшись к Эрвину, тихо спросил:       — Думаешь мы не ошиблись?       — Определённо, нет, – ответил мужчина, глядя как Жан за волосы оттаскивает Эрена от двери.