Новая чума! Не выходите из дома

С начала апокалипсиса люди начали постепенно собираться в группы: выжить одному было бы слишком сложно. Первое время правительство и армия пытались что-то делать, но сейчас абсолютное большинство выживших осталось без еды и лекарств. Многие умирали даже не от ползучих, а от дизентерии, цинги или заражения крови. Дома престарелых и реабилитационные центры стали для тварей лёгкой добычей, но выжившие и не думали помогать их жителям: это заставляло ползучих оставить город без присмотра на пару часов. Идеальный шанс заявить о себе разрозненным командам. Сарафанное радио всё же выполняло свою роль. На стенах того, что раньше было полицейским участком, обозначили себя три наиболее крупные сформировавшиеся группировки: анархисты, армия и постреал. Последние казались наиболее подходящими для Пятого и Диего. Постреал – общество не доверяющих армии. Некоторые называли их "красными крестами": таков их знак отличия от других организаций. Случайно собравшиеся члены группы решили, что это ничто иное, как конец света и его нужно как-то пережить. На базе постреаловцев ходили разные мнения: кто-то решил, что это второе пришествие, кто-то считал, что во всём виноваты инопланетяне, а остальные и вовсе говорили, что так мировое правительство избавляется от "лишнего скота". Диего и Пятый стояли у ворот здания, бывшего школой. После набегов анархистов, пробраться на базу постреаловцев оказалось не простой задачей. Мрачные пустынные улицы, наполненные разве что брошенными машинами, битым стеклом и трупами всё нагнетал. — Выложите всё своё оружие, – донеслось с другой стороны забора. Догадаться, что за человек говорил с ними по ту сторону забора было невозможно: маска с очищающими фильтрами закрывала лицо почти полностью, не было ни одного открытого места на теле незнакомца. Парни послушно достали некоторую часть оружия, остальное оставив себе: всё же гарантии полной безопасности никто не обещал. Топор и ружьё были послушно просунуты через прутья забора. — У нас ещё ножи, – признался Диего. Однажды их выперли с такой базы, подумав, что Диего непременно убьёт их всех парой точных бросков. — Их тоже отдавайте, – требовал неизвестный. «Наверно молодой, не слишком похож на старика», - подметил Пятый. — Слишком долго и опасно. Лови, – Диего перекинул рюкзак вместе с содержимым через забор. Лезвия откликнулись звоном. Сейчас они ужасно рисковали. Отдавать рюкзаки – значило отдавать все свои шансы на спасение. Но в то же время без поддержки организации они долго не протянут. Взвесив все риски, Пятый последовал примеру брата. Бульканье воды, звон ударившихся друг о друга консервов. Пара секунд напряжённого молчания показались парням вечностью. Без средств самообороны и еды они бы умерли через пару дней. Ворота всё же открылись. — Фамилия, имя, – строгим тоном спросил мужчина, взяв в руки записной журнал. — Диего и Пятый Харгривзы,– продиктовал мальчишка. — Пятый? А что не второй? – усмехнулся рабочий. — Потому что он Второй, – после мучительно долгой паузы, сопровождаемой осуждающим взглядом Пятого, он кивнул в сторону Диего. Незнакомец не понял юмора, молча записав странную парочку, сделав рядом с именами пометку «странные». Все вещи, что парни передали базе, под строгим контролем Пятого так же были письменно перечислены в полном объёме. «23.08.1982 17:25 Двое парней, представившиеся Диего и Пятым, попросили убежище и лечение взамен на лекарства. На вопрос, почему они не могли это сделать сами, ответили, что их лекарства были бы в данном случае бесполезны. Часто переглядывались, немного нервные. На анархистов не похожи. Мальчик не старше шестнадцати, кажется неспокойным. Ответственность за пропуск на территорию берёт Барт Арис. Изъято у Диего Харгривза: Винтовка Наполовину полная пачка патронов Патронаж с ножами Рюкзак чёрный Тридцать два столовых ножа Два литра пресной фильтрованной воды Газовая горелка Четыре газовых баллона по 7,76 унций каждый Семь коробков спичек Две банки говяжьих консервов Спальник Верёвка длиной двенадцать метров Изъято у Пятого Харгривза: Топор облегчённый Восемь банок говяжьей тушëнки Три литра пресной фильтрованной воды Опреснитель для воды Спальник Набор лекарств: средство от головной боли – две с половиной упаковки, средство от тошноты – треть упаковки, обезболивающее – три с половиной упаковки, противорвотное – одна упаковка, жаропонижающее – три упаковки. » На входных дверях красовался большой красный крест. Диего невольно ассоциировал его с крестом, как на пиратских картах сокровищ. Выходит, дальше должен быть клад? Гостеприимством здесь и не пахло: открыв двери, братья первым делом увидели, как группа людей разнимает дерущихся мужчину с женщиной. Мужчина производил впечатление приличного человека: приятное лицо, более-менее чистая одежда, что было редкостью в связи с апокалипсисом. Несмотря на всю внешнюю привлекательность, его жертвой стала женщина. Резким движением он успел вырвать клок её блондинистых волос. В тот же момент толпа сумела оттащить его подальше. Женщина молчала. В такой ситуации люди обычно впадают в истерику, кричат, но парни и не догадывались о происходящем, из-за того что схватка происходила в молчании. — Что за чертовщина... – невольно вырвалось у Диего. Все взоры в ту же минуту были обращены на вошедших. В глазах читалась нетерпимость к объявившимся. Как эти незнакомцы позволили себе нарушить таинство тишины? — Новенькие, значит. Здрасьте, – из неприветливой толпы вышел мужчина. Рабочая куртка, тёмные круги под глазами – ничего необычного. — У нас не принято так врываться, особенно не поздоровавшись. Не обращая никакого внимания на упавшую на пол женщину, он прямо таки пронизывал взглядом пришедших. — Простите наше неуважение, – спокойно начал Пятый, – Здравствуйте, не позволите узнать как здесь можно получить медицинскую помощь? — Диего никогда не мог понять, как мальчишке удаётся строить из себя невинного ангелочка, особенно с его-то характером... Но если других вариантов не оставалось, Пятый был вполне учтив. Ещё милее он только когда спит. — Пройдёмте, – довольно ответил мужчина. Толпа покорно разошлась, давая проход парням. В длинном коридоре, на лавках лежали люди. Вот мать бережно обнимает ребёнка, а вот уже пожилая пара, играющая в некое подобие нардов из первого попавшегося барахла: небольшие камешки-фишки и поле: заштрихованная страница модного журнала. На его обложке виднелись очертания изящной модели, но, жаль, она сплошь покрыта нарисованными шариковой ручкой треугольниками, закрывающими миловидное личико. Как и ожидалось, вместо медпункта, мужчина завёл их в директорский кабинет, севши за стол. — Ну, что же... Я Карл Самен, руководитель нашего общественного дома. Рад приветствовать вас в пятнадцатом отделении красного креста. Мы не приемлем шум, так что настоятельно рекомендую соблюдать тишину, – расслабленная поза, спокойный снисходительный голос, слегка отдающий хрипотцой: явно хочет указать на то, что хозяин ситуации здесь он. — Мой брат сильно повредил ногу, но у нас нет ничего необходимого для лечения, – Диего отодвинул стул напротив,и, повернув его спинкой к собеседнику, он сел. Конечно, он не обладал пронзительным взглядом как у Пятого, но глубина его карих глаз давала надежду на отклик. — А что взамен? Вы же не против,– прозвучало больше как утверждение, и Карл тотчас достал из кармана пачку сигарет. — У нас есть жаропонижающие и противорвотные, – Диего повернулся в сторону Пятого – тот всё ещё стоял. Было видно, что мальчику даётся это с трудом. И только сейчас Диего осознал, что все стулья в комнате были попросту заняты. Он не мог себе позволить оставить Пятого стоять. Диего немедленно встал, повернув стул обратно, и усадил Пятого к себе на колени. Раз он не сумел показать свой настрой через нестандартную позу, то хотя бы не хотел выглядеть словно приниженный работник на коврике у босса после очередной ошибки в сведениях о годовом отчёте. — Так и быть, мы готовы предоставить вам необходимые медикаменты. Сколько вы намерены оставаться?– сигаретный дым врезался в лица пришедших. Да, неприятно, но лучше бы не возмущаться, а то условия будут куда хуже. Парни молча переглянулись. Агрессивный взгляд Диего так и говорил: «Что за неуважение, дай уже всечь ему». Но Пятый не позволил. Маленькая ладошка аккуратно легла на кисть Диего, как бы утихомиривая его пыл. Мальчик наконец решил перенять ситуацию под свой контроль. — Всего ночь, дальше мы отправимся в путь. Свои медикаменты мы отдадим, как только будет выполнена наша просьба, если же что-то пойдёт не так, мы будем вынуждены пойти на отчаянные меры, но не хотелось бы до этого доводить, – маленький дьявол, никак иначе. Хитрая улыбочка, сдержанная, но словно намекающая на то, что паренëк не так уж и прост. — По рукам. Медпункт в спортзале, но перед тем, как вы уйдёте, хочу знать кое-что ещё. Почему не военные? — Потому что мы им не доверяем,– соврал мальчик,— Кто знает, не они ли довели планету до того, что мы видим толпы живых трупов за окном. — Понятно, – очередной выдох табачного дыма. Как же это мерзко,– Помните о правиле тишины. — О, обязательно не забудем, – хамское отношение Карла невыносимо злило Диего. Хотелось уйти побыстрее. Он поднялся, подняв Пятого на руки. Мальчик изрядно удивился такой нежности со стороны брата. Если бы не сидящий напротив Карл, он бы немедля высказал своё мнение, но так не хотелось рушить эту драматичную сцену. Без набитого рюкзака за спиной было совсем непривычно. Лёгкость казалось обременяющей, ведь даже не было ясно, где их личные вещи. Эти заботы настолько увлекли Диего, что он и не заметил длительного похлопывания по плечу. Пятому не терпелось уже слезть, но крепкие руки не отпускали мальчишку вплоть до спортивного зала. — Дурак, тебя что, переклинило?– раздражённо прошептал мальчик. — Прости, просто этот ублюдок был так самонадеян, что... – начал было Второй, как был прерван. — Что остатки твоего крошечного мозга перестали работать? Я же говорил, что если нет сильных завалов или нам не грозит погоня, то не нужно носить меня на руках. Я тебе не ребёнок. Пятый в гневе одновременно страшен и по-своему мил. Старик вечно бурчал, но со стороны это выглядело, словно котик бьёт тебя лапкой. Носить паренька на руках было даже приятно. Хрупкое тонкое тельце было таким мягким и лëгким. В особо холодные ночи им приходилось спать вместе, как когда-то в детстве. Особенно приятно было, когда нос с горбинкой упирался в шею. Конечно, Пятый делал это абсолютно неосознанно и, если бы узнал про это, то тотчас начал бы всё отрицать. — Ого, – женщина в импровизированном переднике непроизвольно охнула, только увидев рану на ноге парня. Она не была похожа на обычное ранение. Края еë были обрезаны для лучшей обработки, однако рана всë не затягивалась. Гной желтоватой слизью осел на стенках. Кажется там даже виднелась кость: настолько рана оказалась глубокой. Вертикальная, длиной больше ладони. Женщина принесла несколько различных баночек и тюбиков с мазями, но она не успела открыть даже одну, как к ней подбежала девочка, взволнованно шепнув ей что-то на ухо. По тревожному выражению лица женщины можно было догадаться, что дело срочного порядка. — Сами справитесь? – спросила она, повернувшись к Диего. Тот кивнул в ответ и сел перед Пятым. Ножи у Диего всегда при себе, так что он достал один из них. Пятый с сарказмом поинтересовался: — Ногу мне отрезать решил? — У тебя по краям раны кожа опять отмерла, следует еë обрезать. Потерпи, будь хорошим мальчиком. Он нашёл склянку со спиртом и продезинфицировал им лезвие. Моток марли, спирт, что-то похожее на марганцовку, тюбик неизвестного крема, бинты и нитки – всё, что было у Диего. Его ножи всегда были заточены, так что срезать отмершую кожу не составило бы труда. Трудности начались при очистке раны: помимо гноя, там оказались прилипшие кусочки ткани и ниточек. Диего не придумал ничего лучше чем полезть лезвием в рану, старательно доставая инородные предметы. Промыть рану – не вариант, слишком уж много на это уйдёт ценного дезинфекционного средства. — Аккуратней! – вскрикнул мальчик. Он непроизвольно дëрнулся, отчего лезвие проникло в кожу ещё глубже. Окружающие неодобрительно повернулись на источник шума. — Не дёргайся, – прошипел Диего, наконец достав лезвие из раны, – и не кричи так. Капельки кровь остались на лезвии, красиво отражая свет прожекторов, освещавших помещение. Диего снял резинку с волос: в условиях постоянной готовности к бою крайне не удобно жить с волосами, постоянно лезущими в глаза. Так что первым делом он постарался найти несколько резинок, одна из которых сейчас так удобно налезла на худую ногу Пятого, отлично заменяя жгут. Наконец после долгих манипуляций, рана очищена. До этого ребятам не удалось отыскать нитки, так что зашить рану – нечем, а вот сейчас выдался замечательный шанс. Упускать его – преступление. — Можете уйти в другое место..? – прозвучал тихий скрипучий голос прямо над ухом Диего. – Вы слишком шумные, – над парнями стоял пожилой мужчина, ничем не примечательный. – Вы мешаете другим, а люди, сами понимаете, хотят спать. Тут недалеко есть подсобка. Ну или можете пойти в свободный кабинет. Оба твёрдо кивнули. Ещё больше раздражать окружающих точно не лучшая идея. Диего собрал в охапку всё необходимое. Старик указал направление, так что найти ту самую подсобку не составило труда. Проблема возникла в другом: Теперь рана доставляла Пятому куда больше дискомфорта. Нога болела пуще прежнего, так что он старался не наступать на неё, а один раз, неудачно шагнув, мальчик потерял равновесие и стремительно полетел назад. Диего резко развернулся, подставил руку ему под спину, избежав падения. Получилось так что он навис над измученным мальчиком, держа в одной руке его, а во второй лекарства. — Осторожней... – тихо предупредил Диего, обжигая горячим дыханием ухо мальчишки. — И без тебя знаю, – фыркнул Пятый. Небольшая комнатка: еле влезшие стол со стулом и шкафчик, наполненный доверху лекарствами. Пятый расположился на столе: так проще всего закончить начатое. — Сейчас будет больно, – предупредил Второй, обрабатывая иглу в спирте. Конечно Пятый знал, что будет больно. Мальчик закусил губу. Как только игла вошла под кожу крик невольно вырвался из глотки сдавленным стоном, но он вовремя закрыл рот ладонью. На глазах выступили слёзы. — Нужно потерпеть, – успокаивал его Диего. – Ещё совсем немного. По телу Пятого вдруг прошла волна умиротворения, мышцы расслабились. Совсем не потому что он привык к боли, просто на третьем стежке он начал терять сознание. — Тихо, тихо, – Диего наконец перевёл взгляд на лицо брата. — Ты ещё здесь? – он ладонью прикоснулся к чужому лицу, большим пальцем убрав слезу с щеки Пятого. — Ещё да, кажется... – выдавил он из себя. — Постарайся сосредоточиться. Шестой стежок, и Пятый вцепился тонкими пальцами в плечо брата. Костяшки побелели от напряжения, ногти процарапывали кожу, но обоим было не до этого. Девятый. Слеза скатилась по подбородку, падая на стол маленькой солёной лужицей. Закончив, Диего остановился. Вместо того, чтобы начать бинтовать, он сел ближе к мальчику и прижал его к себе. Большие руки ласково поглаживали дрожащую спину, навевая воспоминания из детства, когда точно так же они сидели после смерти Бена. Сначала Пятый пытался оттолкнуть брата, но изнемождëнное тело не слушалось. Разум отказывался работать. Всё, что он мог – сидеть и думать о том как болит его нога, и какими приятными, оказывается, могут быть объятия. Глупые мысли. — А теперь давай закончим, – Диего аккуратно поцеловал Пятого в лоб. Не осознанное действие. Мама всегда так делала. Холодная мазь казалось дыханием ледяного дракона, приятно, но в то же время жжение не давало расслабиться. Тугость бинтов придавала мнимой уверенности. Но уверенности в чём? Пятый не знал. — Надеюсь сейчас начнёт заживать,– отозвался Диего. Вид измученного Пятого заставлял поддаться волну возмущения. Хотелось защитить этого хрупкого мальчишку от всего. Не дать пропасть снова. — Эй, – Диего не успел договорить как мальчик притянул его к себе. Острый подбородок покоился на массивном плече. Диего отчётливо чувствовал каждый прерывистый вздох. — Если кто-нибудь узнает – тебе конец, – выдохнул Пятый. — Знаю, так что даже не собирался, – ответил с доброй улыбкой брат, повернувшись к Пятому, так что их щёки соприкоснулись. Сердца бешено бились у обоих.