My friend?

Они оба были где-то не здесь и смотрели так, будто то что видят они, не видит никто другой. Только Ло поймал волну, на которой находился Луффи, и омывая его этой волной, как его взгляд остановился на руке, так крепко сжимающей кружку. А точнее на кольце. Кольцо? Если это не "просто украшение", у меня есть вопросы, говорил про себя Ло. Ему на вид как-будто неделю назад восемнадцать стукнуло! Нет, быть не может... –А-а-а... - начал было Ло, но прервался, поняв что оторвал Луффи от мыслей, чего сам просто ненавидел. Но Луффи, кажется, уже не вернётся в омут размышлений и не кажется рассерженным, скорее потерянным. –Да? - спросил Луффи и сразу поменялся в лице. - Что ты хотел спросить? –Нууу... - замялся Ло, хотя никогда в жизни не мямлил при ответе. - у, у тебя есть девушка? Ло не знал, почему не может нормально спросить. Но Луффи не обращал внимания на проблему друга. Он заметно помрачнел и опустил взгляд. –Ну, - наконец Луффи выдавил из себя смешок. - можно и так сказать. Парк. Льёт дождь. Ло сидит на скамейке и укрывает от капель "комочек" своим зонтом. Этим "комочком" был парень, который сидел, обняв ноги и уткнулся в них лицом, подставляя себя под разбушевавшуюся стихию. Ло слов не слышит, только видит как парень улыбается, вытирая слезы. Подожди ка, шрам под глазом, соломенная шляпа, это же Луффи! Ло моргает. Перед ним всë та же картина — палата, окно, коричневый напиток в кружке и оба сидят в креслах сухие. Никакого дождя, никакого зонта, никаких слëз. Если быть честным, то у Ло сердце в пятки ушло. Что это только что было? Ло опустил взгляд и взял в руки кружку с таким ненавистным ему напитком и начал пить, абсолютно забыв об этом. Теперь они оба сидели и тупо смотрели в окно. <~————————~> Ло открыл глаза. Почему-то этот день его раздражал ещё больше чем предыдущий. Он поднялся в кровати и гневно посмотрел на дверь, которую уже как четверть часа кто-то сильно хотел открыть. Он откинул голову обратно на подушку. Ладно бы это был Луффи, думал Ло, хотя нет, Луффи бы так не поступил, и то, даже если это был он... Ло предусмотрительно закрыл дверь изнутри вчера вечером. Он уже хорошо понял, что в этой больнице ему спокойно жить не дадут, особенно когда в ней появилась она... Всë началось три дня назад, сразу после того странного вечера в компании паренька, любившего цветные рубашки. Луффи куда-то ушёл. После ужина должен был быть вечерний осмотр, но случилось непоправимо кошмарное. Вместо доктора, который обычно идет осматривать Ло, пришла главврач этой больницы, та самая, которая и провела операцию Ло. Она была заняла все эти дни другими операциями, но сейчас освободилась и захотела лично наблюдать за здоровьем еë пациента. Она вошла в палату с планшетом, на котором дописывала показания прошлого пациента. –Так, кто у нас следующий? - она даже не смотрела на Ло, не сказать что ему это не нравилось, конечно, но... - Трафальгар Ло, Ло? Ло же сидел на кровати, углубившись в мир "самой интересной" книги, но смог явно почувствовать реакцию девушки. –Здравствуй, Ло. Меня зовут Монет, я твой - она подошла к койке, оставив бумаги на столике, сделав акцент на последнем слове. - лечащий врач. –Ага, здравствуй. - Ло показалось или... Его не оторвать от книги, пока он этого сам не захочет и докторша кажется этого не понимала. –Как ты себя чувствуешь? - она с каждой секундой была всë ближе. - Ничего не болит? Поначалу Ло, как рьяного борца за личное пространство, это ужасно выбешивало, а потом и вовсе пугало! Вы только представьте, тридцати пяти летняя, на вид, одинокая женщина с нескрываемым интересом и явно имеющая на вас виды, несëтся на вас с сердечками в глазах, как носорог — быстро, неудержимо. Вы бы тоже испугались! Винить в этом надо не Ло, а его инстинкт самосохранения. И не будем забывать, что она в первую очередь врач, и имеет под рукой все предметы пыток. Хотя в том, что она сначала врач, а уже после женщина, всë таки были сомнения. И всë же, Ло мыслимо уже копал себе могилу и подбирал цветы для венка. Не то, чтобы его не интересовали женщины, нет. Но Ло понял, что все эти отношения, романтика, цветочки-конфетки — это не для него. Без лишнего "жала" проще. Не усложнять себе жизнь — это хороший девиз! Ло не хотел брать себе чужие проблемы, не любил слабых и беспомощных. А еще больше не любил напористых. –У вас волосы растрепались. - лучшая защита это нападение. Ло не собирался оскорблять кого-либо (хотя иногда так и хочется...!) , он лишь хотел обратно себе свой круг не досягаемости, который эта женщина так бестактно пересекла. –Ах.- она без лишней женской суеты (сразу видно, почему она главная), подошла к зеркалу и причесала непослушную шевелюру. - боже-боже, так-то лучше. Вам тоже не помешало бы привести себя в порядочный вид. –Спасибо за совет, приму к сведению. - Ло на пару мгновений оторвался от чтива и перевел свой взор с зеленоволосой на дверь палаты. Он так ждал. Куда он ушёл? –Тебя всë устраивает в нашей больнице? - сказала женщина-которая-пугает и надвинулась на Ло грозной "заботливой" силой. Она облокотилась одним коленом и обеими руками о койку Ло — а значит близко от него самого и, выпятив губы и грудь, с расстановкой прошептала следующие. - Если что-то не устраивает, ты только попроси, я всë сделаю. Сказать, что Ло эта ситуация бесила, всë равно, что ничего не сказать. А точнее она его пугала. Женщина. Не ситуация. Пока Ло уклонялся дальше, она наклонялась ниже. А так как койка была одноместная, соответственно маленькая и не рассчитана на колличество людей больше одного — место закончилось и хищник с жертвой повалились на пол, забрав подушки и одеяло с собой. Женщина с весьма солидным декольте (лица женского пола в Ван пис всегда имеют прелестные формы, за редким исключением это не так, хотя и не только женского...), можно сказать почти полностью распахнутым, склонилась хищным ястребом над... беззащитным, больным Ло в окружении вихря тканей. Ло не мог выдавить из себя ни слова, потому сохранял гордое ( насколько это было сейчас возможно) молчание. Монет же видимо была удивительна сложившейся ситуацией, но удивлена приятно и положение "вещей" еë всем устраивало, так как слезать с нагретого места она не планировала. Именно эту картину увидел Луффи тогда. Раскрыв рот, он не решался что-либо сказать, из-за, вполне себе свойственного, удивления. Ло поднял на него взгляд и, честно сказать, испугался больше, чем крававокрасных сердечек в глазах этого дьявола-быка (точнее коровы) пару минут назад. –Эй, врачиха, да что ты себе позволяешь?! - Луффи проорал это грозно, как если бы над маленьким ребенком тешились из-за его слабости и беспомощности, а он не унимался из-за его настойчивости и упрямства. - А ну-ка, слезла с него! Тут самому Ло стало страшнее вдвойне. Монет стала подниматься. –Чего расшумелся, мальчишка? - она отряхнулась, прикрыв веки. Махнула рукой, будто отгоняла надоедливую муху. - Не видишь, взрослые заняты. Тебя разве не учили стучаться? Невежда. Это было такое презрение, что у Ло стенки горла покрылись липкой желчью. Его начало подташнивать. –А сама то!( здесь более уместно уважительное по типу: "вы"; но этож Луффи:) Думаешь, приятно чувствовать на себе вес чужого тела? (здесь должны были быть ещë кое-какие эпитеты, но Луффи об этом умолчал) –Что?! - оскалила одну часть рта Монет, от чего еë лицо (да, не будем скрывать, она была не плоха, по мнению Ло) потеряло свои красивые приятные черты. - Это сейчас была притензия в адрес моего веса? Ты назвал меня жирной? На этом моменте Ло решил лишить себя радости дослушать их конфликт до конца и сбежал — дверь после Луффи была не закрыта — весь этаж, а может и вся больница слышала перепалку главврача и посетителя одного из пациентов — и Ло решил оставить еë в том же, нетронутом, положении.