Touch me, please

Мама, как я и предполагал, спала. Это было даже лучше, учитывая мое состояние. Первым делом я разделся и встал под прохладный душ, стараясь снять жар, который ощущало мое тело, только вот холод не слишком-то помог. Я замерз, а ощущения прикосновений Кирилла прохлада не сняла, и я, отчаявшись, включил горячую воду - заболеть в мои планы не входило. Также в мои планы не входило провести рукой по своему телу, чувствуя, как сердце начинает лихорадочно биться, наслаждаться мурашками, бегущими по коже, слышать свое учащенное дыхание сквозь шум воды. Перед моими глазами стоял Кирилл, он снова был со мной в поезде, прижимался своим телом к моему и шептал что-то на ухо. Мне не было больно или дискомфортно, мне было хорошо. Одной рукой я упирался в стену ванной, другой водил по члену, то медленно, давая себе возможность насладиться, то ускоряя движения. Из ванны я вышел позже, чем планировал, и с настроением худшим, чем было до этого. Обработав щеку кремом от ожогов, я лег в кровать в надежде поскорее заснуть, но сон никак не шел, а когда мне все же удалось отключиться, то мне приснилась толпа людей, безликих и холодных. - Дим, тебе не кажется, что мы могли бы начать встречаться? – спросила моя подруга совершенно будничным тоном, растирая антисептический гель по рукам. - Алин, а тебе не кажется, что два психа в доме это уже перебор? - Я не псих. - Посмотри на Дена, ему не кажется, что кусок лежащей на столе пиццы может обернуться для него Армагеддоном, а та шатенка, забыл, как ее зовут, красит губы Ленкиной помадой. Два придурка устроили бизоньи бои, сцепившись мертвой хваткой, у меня только от их вида все холодеет внутри, ну а Маша и ее новый парень это вообще двойная атака по нашим нервам, - я кивнул головой в сторону парочки, которые, обнявшись, вылизывали друг другу рты. – Конечно, все они больше похожи на психов. Но согласись, что два таких нормальных человека, как мы, да еще вместе, тоже будет перебором. Подруга пожала плечами и дальше стала проводить дезинфекцию своего стола. Для нее такое предложение было сродни походу в институтскую столовую. Я перевел свой взгляд на целующуюся парочку: на одногруппницу Машу старался не смотреть, а вот ее парень был очень даже ничего, но я даже на секунду не мог представить, что могу позволить ему коснуться себя. А вот Кирилла представить вполне мог. - Алин, дотронься до руки, - девушка, застыв, непонимающе уставилась на меня. – Да, я проспиртую ее сначала. - С тобой все нормально? - Нормально, просто проведем тест, - я протянул ей руку. Алина еще несколько секунд рассматривала мое лицо, стараясь понять причину такого желания, но, не заметив явных признаков слабоумия, выдавила на мою ладонь гель. - Уверен? – удостоверившись, что я тщательно растер антисептик, спросила подруга. - Уверен. Алина легко коснулась моей руки, а я тут же одернул ее, скорее по привычке и от страха, нежели от неприятного чувства. Холод был терпимым, почти как от мамы. Если бы я был натуралом, то мы вполне могли бы с ней встречаться. - Ты перед физкультурой тренируешься что ли? – спросила Алина. - А я ведь почти забыл, что у нас сегодня с тобой веселый день. - Ты береги себя, Дим. Домой я вернулся совершенно измотанным и сразу завалился в ванну с горячей водой. Тело слегка потрясывало, как будто я вышел в холодное зимнее утро из теплой маршрутки. На физкультуре я несколько раз героически прошелся мимо тренера, подставляя ему свою руку для похлопывания, но уже после второго легкого удара я забился в угол, растирая больное место. Собравшись с силами, я не остановился на этом, а продолжил эксперимент, смело встав рядом с командой для игры в волейбол и подавая мяч с такой силой, что противников не было ни единого шанса на победу. После первого же поздравления от членов моей команды я еле дополз до скамейки, сославшись на травму. Сам же чуть слезами не обливался от тысячи ледяных игл, которыми мое сознание пронзило тело, тут же отозвавшееся вполне реальной болью. Эксперимент был полностью провален. Хотя у меня оставался еще один объект исследования, появление которого не заставило себя долго ждать. - Дима? - услышал я в трубке домофона. Вместо ответа я нажал на кнопку, открывающую дверь, чего никогда прежде не делал. - Дима, ты в порядке? – выбегая из лифта, прокричал Кирилл. - Вполне, спасибо, что спросил, - пропуская его в свою квартиру, ответил я. Кирилл выглядел, по обычаю, не пойми как. Футболка, рубашка, толстовка были в состоянии хаоса, джинсы только чудом держались на уровне колен, светлые волосы, казалось, он не расчесывал неделю, но все вместе делало его невозможно привлекательным. - Дим, ты как? - Проходи, Кирилл, не нужно около меня в коридоре тереться. Тебе очередная курсовая нужна или перевод? - Да я просто спросить, как дела у тебя, вчера был трудный день. - Других не бывает, - вырвалось у меня. Не дожидаясь его ответа, я зашел к себе в комнату и встал в центре. Кирилл встал в дверях, боясь подойти ближе. Неужели хоть что-то стал соображать? - Дим? - Кирилл, подойди и коснись меня. - Дим? – какие красивые глаза, он дурак, что вечерами у меня проводит время. - Все нормально, просто сделай это. Неуверенный шаг в мою сторону, второй, третий, и он останавливается на расстоянии вытянутой руки. - Ну? – мне хочется поскорее разделаться с непониманием моего состояния, хочется узнать, почему Кирилл так отличается от других. Подняв руку, он легонько ткнул в мое плечо пальцем и отскочил назад. - Идиот, как тебя только в институт взяли? Кирилл, это не страшно, и я постараюсь не умереть. Просто коснись меня, пожалуйста. Протягиваю руку вперед и закрываю глаза, ожидаю, пока он коснется ее, и тут же перестаю дышать, чувствуя его пальцы на своей щеке. Вдыхаю ртом воздух: снова этот жар, болезненно приятный. Боюсь, что если открою глаза, то слезы опять польются вопреки всякому желанию, но не могу сделать шаг назад. Не проходит и секунды, как он одергивает руку. Становится невыносимо холодно и пусто. - Коснись меня еще раз, - не открывая глаза, произношу я. - Димка… Он снова касается моей щеки. Я с шумом выдыхаю воздух, когда он проводит пальцами по шее, - тело покрывается мурашками,а когда Кирилл обводит ворот футболки, то меня и вовсе бросает в дрожь. Но все исчезает вместе с ощущением его руки. Жар не проходит, но становится более неприятным. - Коснись меня, пожалуйста. Я жду, с закрытыми глазами представляя, до чего он дотронется, и только от одной мысли приятная дрожь снова накрывает меня. Секунда ожидания, вторая, третья, и как только я решаюсь повторить свою просьбу, пускай, возможно, она прозвучала бы глупо, его губы накрывают мои. Нежные, мягкие и такие горячие. Я приоткрываю рот, позволяя его языку ласкать мой. Поцелуй длится недолго - способность дышать полностью отключается, и я отстраняюсь от него. - Дим, прости… - Еще... Коснись меня еще, - слышу свой голос и не узнаю его. Секунда, и мы снова стоим, прижавшись друг к другу, наслаждаясь поцелуем. Мне кажется, что у Кирилла несовместимая с жизнью температура, он словно раскаленное железо, каждым своим прикосновением вызывающее во мне стон боли и удовольствия. - Не снимай, - прошу его, когда он пытается стянуть с меня футболку, боюсь, что сердце не выдержит. - Все хорошо, - шепот, заставляющий подчиняться, и я покорно тяну руки вверх. Кирилл перемещается на кровать, притягивая меня к себе и при этом стараясь самостоятельно раздеться, а у меня только одно желание – чувствовать его касания снова и снова. Я ложусь на спину, а Кирилл накрывает меня своим телом. Его губы целуют шею, плечи, спускаются ниже, а я уже не сдерживаю стоны, вздрагиваю от каждого прикосновения. Проведя языком дорожку по животу, он немного стянул мои штаны вниз. От прикосновения его руки к члену я чуть не кончил. - Бля, - простонал я, когда Кирилл взял его в рот. - Дима? - Идиот, - положив руку ему на голову, я слегка надавил, чтобы он вернулся к прерванному занятию, а не отвлекался на отчитывания меня за мат. Кирилл, казалось, знал, что делает, то лаская член языком, то полностью вбирая его в рот. Я потерялся в своих ощущениях, зарывая руки в его волосы. Наверное, я готов был кончить, когда где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что ему тоже не помешала бы разрядка. Я сжал в руке волосы и потянул голову на себя, заставляя прерваться. Увидев его затуманенный взгляд, приоткрытый рот и влажные губы, я с трудом подавил желание заставить его вернуться обратно к члену. - Поцелуй меня. Он, как большой послушный щенок, провел языком по моему животу и снова навис надо мной. Кирилла трясло не меньше, чем меня. Он целовал меня, шептал что-то, постанывал, а я сосредоточенно старался расстегнуть ширинку на его штанах. Только я коснулся его члена, как Кирилл простонал в голос и закусил губу. Кирилл был невыносимо, испепеляюще горячим, но, видимо, это нужно было моему состоящему из льдинок телу. - Вытри меня, пожалуйста, - сказал я, когда мы оба отдышались. Он виновато посмотрел на мой живот, на который пришлась основная масса нашей спермы. Подняв с пола свою футболку, он с извиняющимся видом стал осторожно избавляться от следов нашего близкого общения, заставляя меня улыбаться. - Дима, я... Ты мне... - Я не удалил тот фильм, и ты можешь остаться и досмотреть его, Кирилл. Надев футболку, я пошел заваривать чай - щенка нужно хорошо кормить, когда имеешь на него большие планы.