1.3 Хистория
22 октября 2021 г., 19:32
— Это фото сделано за шесть часов до смерти Эрена Йегера, — детектив кладёт перед девушкой полароидную фотографию, а на лице Хистории мелькает довольная улыбка.
— Мы сделали это фото в начале вечера, — рассказывает Хистория, — здесь я, Имир, Жан, Микаса, Армин, Энни, Конни, Саша и Марко. На выпускном было что-то типа красной дорожки, нас всех фотографировали на полароид. Эти фотографии должны были потом висеть на доске в школе, как приятное воспоминание о прошедших днях. Вместе.
Хистория замолкает и поджимает губы. Она смотрит на снимок, вспоминая, как они долго все стояли на красном ковре возле школы, пытаясь настроиться и сфотографироваться. Она и Имир подбежали уже в самом конце, прямо перед тем, как фотограф сказал, что фотографирует. Девушки влетели в кадр, улыбаясь и нависая на Конни и Марко, которые стояли сбоку. В центре стояла Микаса, рядом с ней улыбающаяся Саша, позади Жан, слева от Саши был Эрен, на которого навис Армин. Энни скрестила руки на груди и не смотрела в камеру. Не то, чтобы она не хотела фотографироваться, просто фотограф так поймал кадр. Парни были в костюмах, девушки в элегантных платьях. Вечер только начинался и не предвещал никакой беды.
Детектив видит расстроенный взгляд школьницы, что замолкла, продолжая любоваться на фотографию:
— Что-то не так?
Хистория молчит, а после делает глубокий вдох:
— Никто не знал, что это будет последнее для всех фото с Эреном.
Женщина слышит в её голосе нотки горечи. Она расстроилась? Еще несколько минут назад Эрен Йегер заслуживал смерти.
Детектив снова смотрит на фото:
— Ты здесь очень красивая.
Хистория снова улыбается:
— Спасибо.
***
Хистория жарит хлеб на сковороде, делая себе тосты на завтрак. Кое-как встав с кровати, девушка завязала свои волосы в неаккуратный пучок, из которого выпали передние пряди, и направилась на кухню, дабы приготовить завтрак для отца. И пока кофе-машина делала ей капучино, на кухонной тумбе появился хлеб, сыр, авокадо и красная рыба.
Ароматный запах привлекает её отца, который проходит мимо дочери, завязывая галстук.
— Доброе утро, папа, — девушка отрывается от готовки и улыбается, а отец чмокает её в лоб, — тосты?
— Нет, детка, я опаздываю, — хмурится мистер Рейсс, а Хистория удивлённо поднимает брови.
Она не припомнит, чтобы её отец когда-то спешил на работу. Директор «Парадиза» собирался размеренно и спокойно на работу каждое утро, а сегодня на ходу завязывает галстук и в спешке делает глоток кофе, который приготовила себе Хистория.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает дочка, выключая плиту.
— Мне нужно улететь на выходные в Сиэтл, — с горечью в словах говорит отец, наконец, делая узел на шее, и поправляет галстук.
На этих словах Хистория отрывает взгляд от нарезанного авокадо на доске и с ужасом смотрит на отца.
В Сиэтле жила её мама. После развода она перебралась туда строить свою карьеру. Мама думала, что обучение под контролем отца хорошее решение, правда сама Хистория не была такого мнения. Сейчас бы она не отказалсь сменить школу.
Почему отец едет куда-то прямо перед приездом комиссии Йеля? Рейсс на мгновение огорчилась, но тут же обрадовалась, что отца не будет дома в субботу и воскресенье. Можно устроить вечеринку.
— Зачем? — осторожно спрашивает девушка.
— Твоей маме нужно с чем-то помочь, — хмурится отец, явно недовольный тем, что все свои выходные он должен помогать своей бывшей жене.
— Значит, я полечу с тобой? — с надеждой в голосе спрашивает Хистория.
Она знала, что отец не разрешит взять её с собой по одной простой причине.
— Нет, ты должна заниматься, — отвечает мужчина.
Хистория улыбается, раскладывая нарезанное авокадо на творожный сыр, который она размазала на хлебе. Она была так рада тому, что отец не возьмёт ей с собой, понимая, что это прекрасный шанс собрать всю элиту школы у себя дома. Ученики «Парадиза» обожают вечеринки, а вечеринки у принцессы школы бывают очень редко.
— Кстати, как дела с Хэллоуином? — спрашивает отец.
— С чем? — Хистория поднимает свой взгляд на мужчину, что сделал пару глотков кофе.
— Танец, — напоминает отец, — ты уже составила план? Уже выбрала тех, кто будет выступать?
Рейсс недолго смотрит на отца, пытаясь понять, о чём он говорит. У неё не было никаких планов на Хэллоуин и уж тем более, она не собиралась ставить для этого праздника какой-то танец.
Мужчина видит потерянный взгляд своей дочери и вздыхает, понимая, что упустил что-то важное.
— Разве я не сказал тебе? — спрашивает Рейсс-старший, а Хистория мотает головой, давая понять, что не понимает его слов, — ты ответственна за главный танец на Хэллоуин. Миссис Доусон будет ведущей праздника. Я подумал, что ты могла бы поставить хореографию для главного танца, и предложил тебя.
— А у меня не надо было спросить? — бесится Хистория, позабыв про тосты и планы на вечер.
Отец проигнорировал мнение своей дочери и сам навязал ей еще больше проблем. Её это очень злило.
— Да брось, детка, — лукаво говорит мужчина, ставя пустую кружку на стол и чмокает дочку в лоб. Хистория всё еще хмурилась и от ласк отца не собиралась спускать всё на «нет», — ты всё равно ничего не делаешь по выходным.
— Ничего? — взбесилась Рейсс, отпрянув от мужчины.
Её график итак был порядком загружен для обычной школьницы: уроки, дополнительные занятия, дискуссионный клуб по пятницам, тренировки с группой поддержки по вторникам, средам и субботам, а вечером она делала уроки. Ни о каком танце, который нужно поставить по просьбе миссис Доусон не было и речи. Хистория забыла, когда она отдыхала в последний раз, не говоря уже о вечеринках, которые проходят без неё. А теперь она должна поставить танец на Хэллоуин? Ну, уж нет, это никак не входило в её планы.
— Папа, я забыла, когда отдыхала в последний раз, — она повышает голос: — ты повесил на меня должность капитана группы поддержки, записал в свой дискуссионный клуб, дал мне все дополнительные уроки, какие только можно и теперь хочешь, чтобы я помогала миссис Доусон? А что насчёт меня? Почему ты не спросил, хочу ли я этого? Хочу ли я вообще ходить на дополнительные и ставить танцы для тупоголовых девиц?
— Хистория, — голос отца становится твёрже, а девушка замолкает, понимая, что погорячилась и что её монолог никак не исправит его решение, — я всегда знаю, что для тебя лучше. Я твой отец. Я тебя воспитываю. И я буду решать, что важно для твоего обучения.
Девушка сделала разочарованный вздох:
— Но папа…
Ей захотелось заплакать перед отцом прямо сейчас, но она проглотила огромный ком несправедливости и убрала слёзы куда подальше. Они не помогут. Они не вызовут у отца сожаление и не дадут поблажку. Поэтому ей придётся его слушать и делать то, что он хочет. Он же её отец.
— Никаких «но», Хистория, — голос отца всё еще твёрдо звучал в огромной кухне дома «Рейссов», — ты будешь делать так, как я скажу, потому что ты моя дочь. И только я знаю, что тебе нужно.
— Ты совсем меня не знаешь, — чуть ли не шепотом говорит девушка, — ты даже не пытаешься меня узнать, папа.
Мистер Рейсс пропускает мимо ушей слова дочери, хватая свой портфель и пиджак.
— Пап! — она кричит вслед уходящему отцу.
— Поговори в понедельник с миссис Доусон, — кричит ей мужчина, прежде захлопнув входную дверь дома.
Особняк обволакивает пугающая тишина. Хистория поджимает губы, надувая щеки, готовая взорваться от несправедливости в этом доме, но спокойно выдыхает. Она переживёт это. Как и всегда. Снова послушается его и спокойно сделает то, что он ей приказал. Неприятно, что твоё мнение не учитывают, но у Хистории не было никакого шанса. Кажется, её судьба это слушать всю жизнь своего сумасшедшего отца, который знал, что для неё лучше, но совершенно не знал свою дочь.
Жареный хлеб торчал из тостера, нарезанное авокадо покоилось на деревянной доске, чёрный кофе уже остыл. Она совсем забыла про завтрак из-за отца, который испортил ей настроение. Хитрая улыбка появляется на её лице, когда приходит осознание того, как можно провести сегодняшний вечер.
Она бежит в своих махровых тапочках вверх по белой мраморной лестнице. Сегодня пятница, отец работает до обеда, а после летит в Сиэтл к её матери. По расчётам Рейсс уже около семи её отец будет в туманном и дождливом городе, а принцесса будет встречать своих подданных у себя дома.
Как она объявит о вечеринке? Очень просто.
Социальные сети в наше время творят настоящие чудеса. Хистории достаточно было выложить своё фото в сторис с надписью: «Не могу дождаться сегодняшней вечеринки». Это было гарантией того, что уже сегодня вся школа будет гудеть о том, что принцесса устраивает у себя приём. За её аккаунтом следили все ученики «Парадиза», и она понимала, что новость разлетится еще до того, как её личный водитель Майк привезёт её в школу.
Веселье гарантировано.
Спустя десять минут Хистории приходит на телефон уведомление. Она перестает собирать свои волосы в высокий длинный хвост и смотрит на экран.
«Вечеринка? Надеюсь, я приглашена».
Энни добавляет в конце подмигивающий смайлик, а Хистория улыбается, отвечая подруге: «Приглашены все».
Она знала, что слухи дойдут до каждого ученика в этой школе, который захочет попасть на столь элитное мероприятие. Хистория не переживала насчёт выпивки, закуски и музыки. Она всё организует сама в считанные минуты. Она переживала, что на эту вечеринку не придёт Имир.
***
Имир очень хотела на вечеринку. Новость о том, что принцесса «Парадиза» собирает всех у себя сегодня дома, заставила учеников отложить свои планы. Из-за этого Имир тоже пришлось пересмотреть свой вечер. Она надеялась, что Пик её поддержит. Они планировали смотреть фильм у Фингер дома, но тут на горизонте образовалось развлечение поинтереснее.
— Привет! — весело здоровается Имир, чмокая Пик в щёчку.
— Привет, — улыбается девушка в ответ.
Фингер сегодня буквально сияет: черные волосы аккуратно уложены, на губах розовая помада, а на ней белая прозрачная рубашка. Девушка что-то пишет в своей тетради, обложенная горой учебников. Имир восхищалась тем, как Пик каждый день меняла свои образы. Сама Имир всегда носила одно и то же: сетчатые колготки, массивные ботинки, школьную форму, состоящую из юбки и пиджака с красными вставками и белой укороченной рубашки.
— Идём на вечеринку? — сразу же спрашивает Имир, довольно улыбаясь, зная, что Пик точно не пропустит такое мероприятие. Пик любит вечеринки.
— Нет, — куксится Фингер, не отрывая взгляд от тетрадки.
Что-то громко падает внутри Имир, отдаваясь стуком в сердце, когда она слышит не тот ответ, который планировала.
— Почему? — осторожно спрашивает она, — я думала, ты такое не пропустишь.
— Пропущу, — отвечает Пик, захлопывая тетрадь, видимо, совершенно не желая говорить на эту тему, — у меня много домашки на выходные.
Домашка? Серьёзно? С каких пор Пик Фингер так беспокоится о своём образовании?
— Я могу тебе помочь с ней, — отзывается Имир, надеясь, то Пик сжалится и пойдет вместе с ней, — сразу после выходных, где мы оторвёмся, как следует.
Фингер недовольно хмурится, ловя хорошее настроение Имир, что всем своим видом показывала, как хочет на эту вечеринку.
— Что с тобой? — подозрительно спрашивает Пик.
— В смысле? — Имир сглатывает слюну, пытаясь делать вид, что всё в порядке.
— С каких пор ты не пропускаешь ни одной тусовки? — спрашивает Фингер.
— Ну, не каждый день можно посетить обитель святых, — усмехается Имир, — я думаю, мы с тобой тоже не должны такое пропустить.
— Пропустим, — жмёт плечами Пик, продолжая держать свою позицию.
Игривая Пик вдруг стала дикой и гордой, какую Имир никогда еще не видела. Ей не нравился такой настрой подруги, словно она что-то подозревала, и Имир хотелось заверить её, что это просто вечеринка.
— Серьёзно? — удивляется Имир, — ты пропустишь вечеринку у Рейссов?
— А ты собираешься пойти? — удивилась Пик.
— Ну да, — Имир жмёт плечами, — не каждый день принцесса даёт полюбоваться на свой дворец обычным смертным.
Пик вздыхает. Она действительно не хотела идти на эту вечеринку.
— Можешь сходить одна, — предлагает Фингер.
Имир удивлённо приподнимает брови:
— Правда? Я так-то собиралась пойти с Микасой и Сашей. Слышала, там подтянется Жан и Марко, может и Конни. Их пригласил Эрен. Подумала, было бы здорово, если бы ты пошла со мной.
Пик делает глубокий вздох:
— Ты же понимаешь, что твоя команда меня ненавидит?
— Да плевать, — усмехается Имир, а Фингер это льстит. Ей нравится думать, что для Имир она значит что-то важное, но она не могла.
— Я всё равно не могу, — печально говорит Пик, — слишком много домашки.
— Ну, ладно, — Имир жмёт плечами. Она ни капли не расстроилась, — надеюсь, ты не будешь скучать.
Она чмокает Фингер напротив себя, приподнимаясь на стуле, а та прикрывает глаза, получая лёгкий поцелуй в губы.
— Обещаю, что не буду, — Пик улыбается.
После Имир встаёт со стула, забирая свой рюкзак, и покидает библиотеку, бросив заинтересованный взгляд на девушку, что читала учебник по алгебре поодаль от них. Имир уже видела её. На волейбольном поле. Она еще очень плохо запомнила своих соперников, но забыть эту девушку было невозможно.
Её особенностью был высокий рост, который выделял её из толпы «марлийцев». Имир это не смущало, но заинтересовало, что незнакомка больше смотрела не в учебник алгебры, а куда-то вперёд.
Кажется, она смотрела на Пик.
***
— С каких пор я должен таскаться с тобой по магазинам? — дуется Эрен, таща в руках картонные пакеты с покупками Хистории, что гордо шагала впереди него.
Занятия в «Парадизе» давно закончились, вся школа гудела от новости, что у принцессы будет вечеринка сегодня вечером, и каждый желал на неё попасть. В честь этого Хистория отменила все свои планы и решила обновить свой гардероб перед бессонной ночью. На самом деле её гардеробная была забита до верха, но именно сегодня ей было нечего надеть. Она хотела удивить всех гостей, что завалятся к ней вечером и потому хотела выбрать лучший наряд. Для правдоподобности она пригласила Эрена пройтись с ней по магазинам.
— С тех пор, как играешь роль моего парня, — напоминает ему Хистория.
— Раз твой отец в Сиэтле, то почему мы должны играть парочку? — не понимал парень, сдувая со лба выпавшие пряди из хвостика.
— Моего отца сейчас нет в городе, но мы не можем прекратить наши отношения прямо сейчас, — говорит Рейсс, — все что-то заподозрят.
Шопинг затянулся на два с половиной часа. Сюзи, организатор её сегодняшней вечеринки дома, звонила её уже около пяти раз, дабы уточнить некоторые детали. Хистория заверила её, что скоро вернётся и обсудит важные вопросы. Организовывать вечеринки так сложно, хорошо, что этим занимается не сама Хистория, иначе бы у неё не осталось времени на шопинг. Она итак редко выходит куда-то дальше дома, а сегодня прямо настоящий праздник: она купила превосходный дорогой комплект белья за несколько тысяч долларов, а вечером накидается текилы и оторвётся по полной. Она уже предвкушала этот вечер. Главное, чтобы пришла Имир.
Оплачивая покупки, Хистория бросает взгляд на Эрена, который каждую минуту достаёт из кармана джинсов свой телефон и проверяет сообщения. Йегер улыбается, смотря на экран, что-то печатает в ответ, а потом снова убирает телефон. И так несколько раз.
— С кем ты переписываешься? — подозрительно спрашивает Хистория.
Йегер перестает улыбаться и убирает телефон в карман джинсов, напяливая маску безразличия:
— Не твоё дело.
— Микаса? — спрашивает Рейсс, понимая, что рисково задавать такие вопросы.
— Я же сказал: не твоё дело, — продолжает Эрен.
Хистория пожимает плечами, решая, что лучше его ни о чём не спрашивать. Она всё равно никогда не узнает правды. Йегер скрытный, замкнутый, закрытый для неё человек. Он старается быть со всеми на одной волне, но у него было много секретов, которые он тщательно скрывал.
Они прощаются возле главного входа. Эрен отдаёт Хистории обратно её пакеты и засовывает руки в карман чёрных джинс, начиная нервничать. Рейсс хмурится. Это на него не похоже.
— Ну, — Йегер неловко поджимает губы, — до вечера?
— Да — Хистория кивает.
— Я же приглашён? — осторожно спрашивает парень, — ну типа я же твой парень и всё такое.
— Да, — снова кивает Хистория.
— Тогда до вечера, принцесса, — Эрен улыбается и разворачивается, собираясь уходить.
Рейсс ничего не говорит ему на прощание. Собираясь пойти в другую сторону, девушка поворачивается и видит перед собой Хитч и Ванессу, что шли им навстречу, громко смеясь и что-то очень громко обсуждая. У Дрейсс в руках было пару красных пакетов, а у Ванессы один огромный от «Диор». Они совсем недалеко и велик шанс того, что они захотят остановить Хисторию и всё разузнать у неё про вечеринку, спросить про Эрена и отпустить парочку едких комментариев про их отношения. Это не то, что хотела услышать Рейсс, и нужно было срочно этого избежать. Она замирает. Нужно что-то делать.
— Эрен! — девушка поворачивается к парню, что не успел уйти совсем далеко.
Йегер повернулся к ней, недоумённо подняв брови. Принцесса подбегает к нему на своих босоножках и замирает возле парня.
— Что? — хмурится Йегер, совсем не понимая в чём дело.
— Поцелуй меня, — требует Хистория, начиная паниковать.
Эрен наклоняет голову чуть вправо и видит за девушкой двух подруг, что приближались к ним. На его лице появляется довольная улыбка. Не каждый день видишь, как принцесса школы нервничает перед главными сплетницами «Парадиза». Это доставляло ему удовольствие, и он собирался насладиться этим зрелищем сполна. Более того, он собирался подарить Хистории такой поцелуй, который она никогда не забудет.
Хисторию бесило, что она так опустилась перед парнем, который не заслуживал этого. Но так было нужно. Хитч и Ванесса были всё ближе и ближе. Надо было спешить, но ей было стыдно набрасываться на него самой среди этой толпы людей.
Йегер послушно наклоняется к девушке, что встала на носочки и прикрыла глаза, пока пухлые губы дарили ей сладкий поцелуй.
На целое мгновение Хистория забывает о времени, месте и своих планах на вечер. Легкий и нежный поцелуй переносит её куда-то далеко. Она перестаёт паниковать, отвечает Эрену «по-настоящему». Что на неё нашло?
Эрен отстраняется, как только Хитч и Ванесса проходят мимо них, смерив недовольным взглядом. Правила есть правила. Играть они должны только на публику. Испуганный взгляд девушки заставляет его улыбнуться. Он тоже это почувствовал.
Хистория смущается: её щеки краснеют, а она поджимает губы. Ей не хотелось, чтобы Эрен Йегер видел её такой. Ей не хотелось почувствовать это с ним. С кем угодно, но только не с ним. Почему она вдруг ощутила эту легкость? Почему расслабилась, зная, что нужно было не поддаваться на его поцелуи и ласки?
— Хочешь еще? — тихо спрашивает Эрен, пока Хистория прикусила нижнюю губу.
Хистория медлит с ответом, мысленно думая о том, хочет ли она продолжения. Да. Нет. Или да?
— Нет, — Рейсс отстраняется.
Эрена разочаровывает такой выбор, но он не в силах её принуждать. Пока что.
— До вечера, — бросает Хистория и наконец-то уходит.
Она покидает торговый центр со странным жаром внутри, что не утих, даже когда она села в машину своего водителя. Кусая губы и сгорая от желания, Хистория не могла поверить в то, что с ней только что случилось. Это было очень странно. Это была не она. Словно одним нежным поцелуем Эрен разбудил в ней совсем другого человека и ей это абсолютно не нравилось.
***
— Он нравился тебе? — спрашивает женщина.
— Я не знаю, — сразу же отвечает Хистория, не сводя взгляда со стола.
Детектив не задаёт больше вопросов. Она даёт девушке собраться с силами и всё рассказать самой.
Сглатывая слюну, Рейсс продолжает свой рассказ:
— Мне казалось, что мы ладили. Да, это была постановка. Изначально между нами не было никаких чувств. Всё это было ради забавы. Ради того, чтобы угодить моему отцу.
Рейсс сглатывает слюну. Детектив внимательно листает дело девушки. Женщина замечает, как она нервничает, теряется, пытается выровнять дыхание, видимо, боясь раскрыть свои истинные чувства.
— Ты думала, что тебе это противно?
— Возможно.
— Из-за чего ты поменяла своё решение?
— Я не меняла его, — отвечает Хистория, подняв голову.
— Но ты сказала-
— Мне было противно, что мне в какой-то момент было хорошо с Эреном, когда я понимала, что мне должно быть хорошо не сним, — перебивает её Хистория, — мне было противно от самой себя. Я сама позволила себе втянуться в эту афёру, позволила Эрену стать для меня чем-то большим, чем просто парень на выходные. Я начала забывать, почему мы с ним устроили этот спектакль.
— Что заставило тебя вернуться назад?
Рейсс молчит, поджав губы и не сводя глаз с поверхности стола. Она продолжала любоваться на фотографию. Детективу не нравится, что их разговор зашёл в тупик.
— Хистория? — осторожно спрашивает женщина.
***
Принцесса спускается по мраморной лестнице, цокая шпильками своих белых сапог. Она совсем не слышит их звук из-за оглушающих басов в гостиной. Ей пришлось нанять ди-джея на сегодняшний вечер. Гостиная переливалась всеми цветами от прожекторов, что были установлены по всему периметру. Толпа учеников отрывалась под бит. На парнях брендовые вещи, дорогие часы, на девушках вечерние платья за несколько тысяч долларов. Каждый, кто сегодня пришёл на вечеринку к принцессе «Парадиза» желал соответствовать её статусу.
Сама Хистория выбрала довольно простой наряд. Если то, что было на ней, можно было назвать нарядом. Белое кружевное бра плотно обтягивало её грудь, а тонкие лямки впивались в бледную кожу. Блестящие шорты с пайетками на высокой талии, высокие кожаные белые сапоги. Образ дополнял прозрачный халат. Светлые волосы были завязаны в высокий хвост. На веках яркие сочные розовые тени, глаза подчёркивали толстые стрелки. На губах розовая помада. Тонна хайлатера придавала ей блеска каждый раз, когда она проходила под светом прожекторов в большой зале.
Принцесса сегодня была королевой.
Её внешний вид многим пришёлся по душе: школьницы завидовали её стройной фигуре, парни завидовали Эрену, который сопровождал хозяйку этого дома в этот вечер. Сам Йегер оделся довольно скромно: голубая рубашка, чёрные джинсы, а его волосы как всегда завязаны в низкий хвостик на затылке.
— Что это? — он осматривает внешний вид Хистории, что подошла к нему и чмокнула в щёку, добавив шёпотом:
— Это «Прада».
Эрен ответил ей грубым поцелуем в губы, схватив её лицо руками и притянув к себе. Рейсс сделала шаг вперёд, дабы не потерять равновесие и прикрыла глаза, наслаждаясь нежными и страстными поцелуями. Что-то внутри у Хистории звонко разбилось, а тело с каждым его касанием заполнял жар. Она обняла его за шею. Поддалась чувствам и забыла о толпе, как и о том, что они делали это у всех на виду. Что он с ней сделал?
Йегер прекращает представление с улыбкой на лице, а Хистория начинает неловко озираться по сторонам. Ей было хорошо и ей было стыдно, что все видели, как ей с ним хорошо. Хистория показала всем прямо сейчас, что чувства к Эрену не просто постановка или игра. Впервые она целовала его не для зрителей, а потому что ей действительно этого хотелось. Было приятно его касание пальцев по её щеке, ей нравились его поцелуи. Ей нравился сам Эрен.
Хистория оглядывает гостей, что сегодня заполонили этот особняк, продолжая обнимать Йегера за шею. Ей хотелось знать, кто был свидетелем того, как она смело и страстно приветствовала своего парня на своей вечеринке. Имир, стоя неподалёку, сжимала красный стакан с выпивкой в ладони, пока Конни о чём-то ей рассказывал. Хистория хотела, чтобы Имир пришла на её вечеринку, но сейчас пожалела, что той пришлось стать свидетелем того, как Эрен снова и снова целовал принцессу в щёки и шею.
Из пучины раздумий её вырывает Энни, которая оказывается рядом с парочкой, что обнималась возле лестницы:
— Могу я украсть твою девушку? — спрашивает Леонхарт с улыбкой на лице.
Эрен пожимает плечами, понимая, что у него нет выбора, и отпускает Хисторию из своих объятий.
Рейсс отходит вместе с Энни, продолжая смотреть в толпу и искать Имир. Га месте, где стояла девушка было пусто.
— Выглядишь просто супер, — довольно улыбается Энни, хватая подругу за руку.
Хистория улыбается, принимая комплимент, и смотрит на Леонхарт, что оделась немного скромнее. Белый тонкий топ с длинными рукавами и глубоким вырезом, оголяющий её пресс и светло-синие джинсы, на плече ремешок от чёрной маленькой сумки. На ногах кроссовки. Вот почему Хистории казалось, что они одного роста. Достаточно было принцессе обуть сапоги, и теперь не нужно было задирать голову.
— Ты тоже, — Рейсс улыбается.
— Брось, — усмехается Энни, — надела первое попавшееся.
— Однако ты всё равно выглядишь здорово, — улыбается Хистория, замечая, что не только она одна оценила внешний вид Леонхарт, — будь уверена, не я одна так думаю.
Девушки хватают по стакану пиву от какого-то парня, что разносил напитки в гостиной, и пока Хистория довольно делала глоток, Энни решает повернуться в ту сторону, куда смотрела подруга.
Капитан «элдийцев» всеми силами пытался не смотреть в их сторону, мягко сжимая-разжимая пластиковый стакан в ладони. Блондин смущённо чесал затылок, поправлял чёлку, делая вид, будто ему никак не интересны девушки, что наблюдали за тем, как он смущается.
— Вот чёрт! — щёки Энни принимают алый оттенок, а Хистория довольно смеётся, наблюдая, как руки девушки трясутся, держа стакан с пивом, — что он здесь делает?
— Он друг Эрена, — жмёт плечами Рейсс.
— Как неловко, — признаётся Леонхарт.
— Вы просто посмотрели друг на друга, — Хистория не понимает паники своей подруги, а потом догадывается: — или между вами уже что-то было?
Энни поджала губы, а её уши приняли такой же цвет, как её щёки:
— Хистория, нет! Я просто не ожидала его здесь увидеть.
— Поэтому ты уложила волосы и накрасилась? — Рейсс хитро улыбается.
Она не помнит, чтобы Леонхарт как-то интересовала косметика или она ходила к парикмахеру, однако сегодня с выпрямленными волосами и ярким макияжем она выглядела бесподобно.
В ответ Энни смущённо улыбается и хлопает подругу по плечу, отмалчиваясь на этот счёт. Хистория смеётся. Она даёт себе расслабиться впервые за весь день.
***
Имир снова делает глоток пива, пока Конни болтает о предстоящем матче с «марлийцами».
— Мне кажется, у них нет слабых игроков, — подытоживает Спрингер, — они все сильны.
— Да, — холодно отвечает Имир, не обращая внимания на парня, что залпом выпил пиво и продолжил:
— Их козырь — это Гувер. Ты видела, как он подаёт? А Елена? Мне кажется, вся наша команда ничто против неё одной.
— Тебе кажется, — подтверждает Имир с улыбкой на лице, — у них тоже есть слабые стороны.
— И какие? — хмурится Конни.
— Расскажу на тренировке, — ухмыляется Имир, повернувшись к парню, что скуксился, недовольный её ответом, — а пока мы на вечеринке и всё, что я хочу это выпить еще пива.
Девушка смотрит на дно своего пустого стакана, мечтая сделать еще глоток алкоголя. Как по желанию, перед её глазами резко появляется красный стакан с напитком. Имир поднимает глаза и видит знакомые татуировки, тёмно-зелёную футболку и довольную улыбку.
— Спасибо, Жан — она забирает протянутый ей стакан и делает глоток.
Кирштайн пристраивается рядом со своими напарниками по команде, выпивая из своего стакана, и довольно выдыхает:
— Хорошую вечеринку закатила принцесса.
— Неплохую, — Имир жмёт плечами, показывая, что ей не сильно нравится атмосфера этого вечера. Ей нравилась вечеринка, но не нравилось, что даже здесь Хистория разыгрывала спектакль с Эреном перед гостями.
— Слушай, Жан, — возбуждённо говорит Конни, — мы тут с Имир обсуждаем предстоящий матч.
— «Марлийцы»? — удивляется парень, а потом на его лице появляется довольная улыбка, когда он смотрит на девушку рядом, — ну да, Имир в этом профи.
Она не помнит, когда разговор о соперниках перешёл в издевки Жана в её сторону из-за отношений с Пик, но ей определённо это не нравилось.
— Заткнись, Кирштайн, — она толкает его плечом в бок, а тот ловко увернулся и засмеялся.
Имир не обижалась, но было неприятно, что каждый раз, когда вставал вопрос о том, как победить «марлийцев», Конни и Жан смотрели на неё. Всё, что Имир связывало с этой командой это Пик Фингер, и уж она никогда не стала бы пользоваться своим положением, дабы выпытать из своей девушки нужную информацию и их планы тренировок. У них обычные здоровые отношения, где нет ни слова о волейболе, и Имир это нравилось.
— А можно быть хоть немного вежливей? — спрашивает парень, всё еще довольный тем, что задел Имир: — я принёс тебе пиво.
— А можно не лезть в мои отношения? — раздражённо говорит девушка, — я не собираюсь вам рассказывать всё про соперников только потому, что встречаюсь с одним из них.
— Это дало бы нам преимущество, — подмечает Конни.
— У нас уже есть преимущество, — продолжает Имир, на что парни недоумённо смотрят на неё в ожидании ответа: — Эрвин Смит.
— У-у-у-у-у, — томно провыли парни, согласные с тем, что само имя их главного тренера уже звучало угрожающе.
— Нам крупно повезло, что он наш тренер, — подмечает Конни.
— Давайте выпьем за это! — предлагает Жан, протягивая свой стакан с пивом, — за победу на первом матче с «марлийцами».
— За победу! — Арлерт появляется со своим стаканом пива в последний момент перед тем, как все чокнутся.
— О, Господи! — пугается Имир, дёрнув стаканом и чуть не вылив всё содержимое, — ты меня напугал!
Армин неловко улыбается, делая глоток пива, а Конни смеётся.
— Расслабься, Имир, — Жан приобнимает её за плечо, — пока ты в кругу этих парней, тебе не стоит ничего бояться.
— Именно, — кивает девушка, — бояться стоит только вам.
Девушка смотрит на входную дверь особняка, замечая на пороге новых гостей. Она тут же толкает Конни, а тот чуть не захлёбывается в пиве.
— А они что здесь делают? — тихо спрашивает Жан, наблюдая, как «марлийцы» заходят в дом Рейсс, словно они у себя дома.
Впереди всей толпы шёл Порко Галлиард, он махал ладошкой каждому гостью, подмигивал симпатичным девчонкам и кричал что-то вроде: «Привет, народ». Толпа радостно его приветствовала. Рядом с ним шёл Бертольд. Он был самым высоким из их команды. За ним плёлся Райнер. Он устало оглядывается и кивает гостям. По его виду не скажешь, что он рад оказаться на этом мероприятии.
Имир внимательно смотрит на них, словно ожидая, что сейчас появится Пик и испортит все её планы на вечер, но цепочка «марлийцев» закончилась Еленой, что взяла стакан пива и прошагала внутрь особняка. Пик действительно была дома. Где-то в глубине души Имир выдохнула. Ей стало немного стыдно оттого, что она впервые допустила мысль о том, что не была бы рада присутствию Фингер на этой вечеринке. С чего бы это?
— И кто их пригласил? — хмурится Жан.
— Они друзья Энни, — вставляет Имир, — а Энни — подруга Хистории. Друзья друзей тоже приглашены на вечеринку.
— Друзья Энни? — удивляется Армин, снова посмотрев на новых гостей, что заняли диван в гостиной. Его это обескуражило. Имир уловила тревогу в голосе парня.
— Они все учились в одной школе, — продолжает девушка, — я слышала из-за какого-то скандала, богатые родители забрали своих деток и перевели сюда в «Парадиз», а эти богатые детки начали устанавливать свои правила и порядки.
Все были наслышаны о том, что с новым учебным годом появятся новые лица. В «Марлии» произошёл скандал, из-за которого родители были вынуждены перевести своих детей в новое элитное заведение. Было бы грехом отказываться от таких достойных учеников.
— Как Рейсс только взял их? — недоумевал Конни.
— А сам посмотри: — говорит Имир, повернув голову к «марлийцам» — сын основателя «Браун Хотел», дочка «Озера», и сыновья политика Галлиарда, хороший набор спонсоров для «Парадиза».
Спрингер пожал плечами. Родители Конни были адвокатами, много лет назад основав собственную фирму. Он учился в элитной школе, но среди такой же элиты не ощущал себя привилегированным. Это не давало ему власти, как Хистории, которая была дочерью директора, или Жану, чьи родители, как и Брауны, открыли свой отельный бизнес. Он всегда считал себя обычным школьником. Школьником с большим кошельком денег.
Конни промолчал на вопрос Имир. Ответ был на ладони. Рейссу глупо отказываться от такого предложения, а сейчас, когда в их школе работает Смит с Аккерманом, «Парадиз» вышел вперёд, обгоняя соседние школы по авторитету. Теперь попасть сюда было не то, что сложно, а просто невозможно.
— А Бертольд? — спрашивает Армин.
Имир хмурится, после ответив:
— Я ничего про него не знаю. Пик рассказывала, что у него осталась одна мать и та лежит сейчас в больнице. Больше она ничего не упоминала.
— Кстати, — Кирштайн прерывает их разговор, — а где твоя подружка?
— Дома, — раздражённо говорит Имир. Она не думала, что вопросы о Пик начнут так её бесить.
— Тусовщица Пик Фингер сидит дома? — удивляется Жан, снова делая глоток пива, — это что-то новенькое.
— У неё травма после того, как ты попал ей мячом по голове, — отвечает Конни, а парни смеются.
В конце огромной залы Имир привлекает парочка, что поднималась вверх по белой мраморной лестнице. Белый топ и такого же цвета шорты, длинные светлые волосы. В парне, что тащил девушку на второй этаж, Имир узнала своего друга Эрена. И ей это абсолютно не нравилось.
Она вручает свой стакан с пивом Армину и покидает напарников, направляясь на второй этаж. Минуя забитый танцпол, что образовался в центре огромной залы, девушка проскальзывает к лестнице. Подняв глаза, она замечает, как Хистория плетётся за парнем. Имир хмыкает. Ей кажется это подозрительным, и она решает узнать, что случилось. Не похоже, что Рейсс была рада идти за Эреном наверх.
Хистории повезло, что Имир всегда приглядывала за ней. Даже на расстоянии. Они продолжали играть пару даже в её доме, перед её гостями. Держать статус «влюблённых» нужно было даже на людях, а не только перед отцом. В огромной толпе принцессе стало душно, и она сказала, что хочет уйти наверх. Второй этаж был свободен, все гости толпились внизу. А те, кому нужно было уединиться, уже заняли все свободные гостевые комнаты. Похоже, завтра придётся вызывать клининговую службу, чтобы убирать следы от вечеринки.
Оказавшись перед Эреном, что прижался к стене, Хистория делает глоток холодного пива и после расслабленно выдыхает. Такие мероприятия выматывают. Хотя, её, скорее всего, выматывало весь вечер находиться рядом с Йегером, который от этого получал несносное удовольствие.
С чего бы это?
Хозяйка вечеринки стоит перед Эреном, чуть пританцовывая и виляя бёдрами в ритм музыки, что звучала во всём доме. Она впервые наслаждалась вечеринкой. Организация, гости, выбор наряд, игра в парочку перед гостями. Всё это выжало из неё все соки и всё, чего она сейчас хотела это просто танцевать под музыку.
Эрен довольно смотрел, как его девушка со стаканом в руке взмахивает своими длинными волосами. Он впервые ощущает власть оттого, что встречается с ней, что сейчас она в таком наряде перед ним сексуально двигается и извивается, словно кошка, пока он спокойно пьёт пиво. Принцесса была в его власти, а он стал пленником обстоятельств, в которые сам себя погрузил. Не сказать, что Эрена это заботило. Если честно, он был этому безумно рад.
— Ты сегодня такая сексуальная, — говорит Эрен, игриво кусая губу.
Хистория прекращает танцевать и смотрит на парня, замечая блеск в его глазах и довольную улыбку.
— Ты перебрал с алкоголем, Йегер, — отвечает Рейсс, выхватывая из его рук стакан, и ставит рядом на тумбу.
— Но ты всё равно сексуальная, — продолжал парень, любуясь на блондинку.
Хистория хмурится, замечая в его глазах блеск, а на губах довольную улыбку.
— Ты много выпил, и тебе кажется, — настаивала девушка.
Он игнорирует её слова.
— Иди ко мне, — его руки касаются её голых плеч, а Хистория сама оказывается в его объятиях.
Рейсс оказывается в плену нежных рук, что гладили её по голой спине. Его губы касаются её шеи, нежно чмокая и оставляя всё новые и новые поцелуи. Она не касается парня. Стойко терпит его ласки, отвернув голову, думая, что её шеи будет достаточно, чтобы утолить его желание показать всем, что он её парень. Однако Эрену мало.
Нежные губы опускаются к ключицам, пальцы путаются в длинных волосах. Он продолжал исследовать её тело, целуя нежно кожу. Хистории начинало это не нравиться. Поцелуи становились настойчивее, а Эрен опускался всё ниже и ниже. Её терпение лопнуло, когда его ладони накрыли её грудь.
— Эрен, хватит, — Хистория нервно смеётся. Ей не нравилось, что дистанция, которую они так соблюдали всё это время, рушилась с каждой секундой.
— Знаешь, Хистория, иногда нет ничего плохого в том, что тебе нравятся и мальчики и девочки, — шепчет Эрен, снова оставляя на шее принцессы нежный поцелуй.
— Мне не нравятся мальчики, — на одном дыхании выдаёт девушка, мысленно жалея о своих словах.
— Твоё тело говорит мне об обратном, — ухмыляется Йегер и он был прав.
Она содрогалась от каждых его ласк, ловила себя на мысли, что ей нравятся его поцелуи, но понимала, что если они пойдут дальше, будет только хуже.
Парень оказывается перед ней лицом к лицу. Хистория испугалась. Ей не нравился этот властный взгляд. Нависшие брови, хитрая ухмылка, и его тяжёлое дыхание не вселяли ей уверенности. По спине пробежал холодок, а приятный до этого жар испарился, а на его место пришли страх и паника.
Что происходит?
— Не ври сама себе, Хистория, — шепчет Эрен, — я же вижу, тебе нравится. Тебе нравлюсь я.
— Нет, — звонко прозвучал голос девушки, что отстраняется от парня, который продолжал прижимать её к себе.
— А как же те поцелуи? — спрашивает парень — я помню, как ты целовала меня.
— Тебе показалось, — настаивала Хистория, продолжая отворачивать от него голову, а он, пользуясь моментом, целовал её шею.
— Признай, что тебе это нравится, — он звучит над её ухом, шепча, как змей-искуситель.
— Мне не нравится! — Хистория зажмурила глаза, думая, что это поможет ей избавиться от этой странной неприятной дрожи по телу. Ласки превратились в пытку.
— Тебе нравится меня целовать, — продолжает Эрен, склонившись над Хисторией, — тебе нравится ощущать мои ладони на своём теле, тебе нравлюсь я, так что мешает нам сейчас с тобой пойти в твою комнату?
А мешало абсолютно всё, начиная от их фальшивых отношений до истинной цели, ради которой Хистория устроила вечеринку. И её финальной точкой точно был не секс с Эреном Йегером.
— Эрен, не надо, пожалуйста, — просит Хистория, — я не хочу!
— Воу-воу, Йегер! — звонкий женский голос нарушает их напряжённую атмосферу, — ты чего тут устроил?
Имир нависает на парня всем своим весом, перекинув руку через его плечо. Рейсс мысленно благодарит её за то, что она оказалась здесь именно сейчас в этот момент. Эрен косится на подругу, явно недовольный тем, что их прервали, а Имир улыбается, толкая парня бедром, словно ничего только что не случилось, и он не пытался трахнуть принцессу у всех на виду.
— Да, друг, — причитает Имир, размахивая ладонью, — кажется, ты перебрал. Эй Сэм?
Девушка зовёт какого-то парня, что тут же подошёл к ним.
— Мистер Йегер у нас перебрал с пивом, отведи его отоспаться, — она толкает молчаливого парня, что поник к Сэму, который закинул руку Эрена на себя и кивнул, давая понять, что он доставит его в нужное место.
Как только Сэм уводит парня, Имир выдыхает, радуясь тому, что успела вовремя. Хистория заворожено смотрела на неё, не зная, как отблагодарить за то, что спасла её от пьяного «парня».
Обе молча стояли, не решаясь заговорить. Они всегда смотрели друг другу в глаза: в коридорах, в столовой, на уроке. Всегда встречались взглядами, и ничего не делали. Каждая думала, что может позволить себе только любоваться, понимая, что между ними миллион преград, но сейчас их не было. Сейчас они смотрели друг на друга с огромным интересом, желанием и пониманием того, что можно изменить всё прямо сейчас. Не было школы, камер, не было отца Хистории, Эрена и Пик. Только они вдвоём.
— Как ты? — Имир сглатывает слюну, нарушая молчание между ними, — всё в порядке?
— А? — Хистория недоумённо открывает рот, а потом смущённо улыбается: — а, да, всё в порядке.
У обоих на лице появляется улыбка.
— Классная вечеринка, — комментирует Имир, надеясь продолжить разговор.
— Спасибо, — Хистория продолжает неловко улыбаться.
— У вас красивый дом, — Имир смотрит по сторонам, ощущая себя полной дурой перед девушкой, которая ей очень нравилась, — здесь столько комнат, но я не видела ни одной, поэтому хочу сказать, что зала просто обалдеть, какая огромная.
Рейсс заливисто смеётся, а её щёки краснеют. Имир осталась довольна тем, что рассмешила её и позволила ей забыть события пятиминутной давности.
— Хочешь, я проведу тебе экскурсию? — предлагает Хистория, а Имир начинает деловито кивать:
— Не откажусь.
На лице блондинки появляется хитрая ухмылка, она хватает девушку за руку и ведёт вглубь дома. Перед глазами мелькают картины и белые стены. Музыка отдаляется с каждым шагом. Имир ловит себя на мысли, что еще не была в этой части дома, а гостей здесь было совсем мало.
Они оказываются перед белой дверью в конце коридора, которую Хистория открывает и заводит гостью внутрь.
Имир оказывается в розовом плюшевом царстве. Розовые стены, розовое покрывало на кровати, розовые игрушки, розовый коврик. Хорошо, что мебель не была вся розового цвета. Белый стол, кровать, стул, шкаф и тумбочки по обе стороны от шикарной постели были из белой древесины. Всё так и сочилось роскошью и богатством. На столе лежал макбук, на широком подоконнике покрывало, подушка и пару книг. Розовый рюкзак Хистории покоился на полу, вместе с горой учебников и тетрадей. Синий школьный пиджак с эмблемой «Парадиза» висел на спинке стула.
— Мне кажется, меня сейчас стошнит от розового, — комментирует Имир, тут же повернувшись к девушке, — не в смысле, что это плохо, а в том, что я никогда не видела столько розового цвета в одном месте.
Дверь запирается на замок, а на лице Имир проскальзывает хитрая ухмылка. Кажется, её экскурсия закончилась сразу на первом экспонате. И она была этому счастлива.
— А я думала, мне покажут роскоши великого особняка Рейссов, — Имир улыбается, — ну там: семейные портреты, реликвии, вазы или что вы передаёте друг другу из поколения в поколение?
Она нервничала, а Хисторию это смешило, ведь она привела её не для того, чтобы рассказывать о своём доме.
— Я думаю, что могу показать тебе нечто большее, — Рейсс прикусывает губу.
— Не сомневаюсь, — Имир продолжает улыбаться, но теперь она понимала истинную цель их прихода в её комнату. Хороший вариант отблагодарить Имир за помощь, — но может, мы поговорим? Да и твой парень? Он наверняка будет переживать, что тебя так долго нет.
— Мой кто? — Хистория делает вид, что не расслышала её, начиная медленно приближаться к девушке, что делала шаг назад.
— Клоун, с которым вы развели спектакль на весь «Парадиз», в надежде получить «Оскар» от твоего папочки, — не выдерживает Имир.
Хистория ахает, прикрыв рот ладонью, изображая удивление:
— Ты меня раскусила! Так жаль, что мой спектакль не произвёл на тебя впечатление. Или нет? А где твоя девушка? Подожди, подожди, — Хистория включает актрису, что очень смешит Имир, — Пик Фингер, да? Интересно, что она скажет, когда узнает, что ты оказалась в комнате девушки Эрена Йегера?
— Ей всё равно, — жмёт плечами Имир, — она понимает, что ты нравишься мне и что бессмысленно держать меня возле неё.
— Я нравлюсь тебе? — на лице Хистории появляется довольная улыбка. Это именно то, что она хотела услышать.
На лице гостьи появляется неловкая улыбка. Она понимает, что проговорилась. Казалось, Хистория не очень расстроена тем, к какому тупику пришли отношения Имир и Пик. Ей волновало совсем другое.
— Я никогда не скрывала этого, — продолжает Имир, — в отличие от тебя.
— Всё это с Эреном просто-
— Я знаю, — перебивает её гостья.
Рейсс спокойно принимает этот факт, даже не подозревая о том, как та узнала, или их игра настолько очевидна и фальшива?
— И что мы будем делать? — спрашивает Имир, поджав губы.
— У меня есть предложение, от которого ты вряд ли откажешься, — хитро улыбается Хистория, прикусив нижнюю губу.
Имир плюхается на кровать, тут же поднимаясь на локтях:
— Удиви меня.
Принцесса гордо поднимает голову, прежде закинув длинные пряди за спину и резко распахивает свой шелковый халат жемчужного цвета, намекая на дальнейший ход событий. Имир присвистывает. Её такое представление устраивало.
— И это всё должно было достаться Йегеру? — удивляется гостья, показывая пальцем на наряд.
— Это достанется тебе, — Хистория медленно подходит к девушке, что широко улыбнулась, сказав:
— Правильно, он не заслужил.
Имир медленно тянется пальцами до блестящих шорт, проводя пальцами по пайеткам, ощущая приятное покалывание. Она не может отвести взгляд от ног Хистории, что крутилась перед ней, хвастаясь своим телом. Гостья смотрит наверх, а Рейсс касается пальцами её щеки. Имир в нос ударяет запах зефира. Большой палец касается нижней губы. Хистория очень хочет поцеловать эти губы. Обе не могут поверить. Неужели всё это происходит?
Хистория нагло ставит колено на свою кровать рядом с ногой Имир. Та довольно улыбается, полностью положив руки на её талию. Рейсс наклоняется к ней, а Имир тянется вверх. Их губы соприкасаются в нежном поцелуе, о котором обе так давно мечтали. Недели ожидания стоили того. Теперь они не могли оторваться друг от друга.
Но обоим хотелось идти дальше.
Имир отрывается от пухлых губ, думая, что вернётся к ним позже, а пока решает раззадорить принцессу. Она оставляет кроткие поцелуи на её плоском животике, сразу же смотрит вверх, чтобы посмотреть на её реакцию, на что блондинка прикусывает нижнюю губу. Ей хотелось целовать каждый сантиметр её тела. Она давно мечтала об этом, мечтала, чтобы её губы касались этой бледной кожи, а ладони бродили по спине, ища застёжку от лифчика. Она пробует её, как десерт. Её обволакивает запах ванили и туберозы, а руки поднимаются выше к маленькой аккуратной груди.
Рейсс выпрямляется в спине, начиная расслабляться от ласк Имир. Хистория и подумать не могла, что эта девушка, которая на поле дерзко подаёт мячи, может быть такой нежной. Или это только с ней наедине?
Женские пальцы поддевают застежку белого лифа, ловко расстёгивая и кидая на пол. Они снова смотрят друг на друга, а после Имир накрывает ладонями её грудь, начиная сжимать их и играть с сосками. Хистория томно выдыхает. До неё доносятся басы с гостиной, где был самый разгар тусовки. Она думает о том, что сейчас все веселятся, наливая себе пиво, а она получает удовольствие от ласк Имир. И ей это нравилось намного больше. Рейсс закидывает голову, мычит под нос, наслаждаясь каждым касанием. Такое удовольствие она никогда не испытывала. Ладони опустились на талию, притягивая к себе, а Хистория тянется вперёд, падая на кровать.
Имир опять целует её, ложась на спину. Светлые пряди падают на щеки, но гостья ловко убирает их за уши. На пальцах остаются блестки, а Хистория потом обнаружит их у себя на всём теле. Имир думает о пухлых губах, что с трепетом целовали её. Как язык вторгается к ней в рот и раздаётся томный вздох.
Хистория очень хотела этого. Секс с девушкой. Могла ли она мечтать об этом? Секс с Имир? Если бы кто-то сказал об этом Хистории в начале года, она бы ни за что не поверила. А сейчас не хотела, чтобы это заканчивалось.
В какой-то момент ласки и поцелуи прекращаются, а блондинка резко оказывается лежа на спине рядом со своими мягкими игрушками у изголовья кровати. Ей становится весело. Просыпается азарт и игривое настроение. Секс стал для неё игрой, в которую она хотела поиграть с Имир. Спешить было некуда. У них полно времени. Никто не заметит отсутствия принцессы и Эрена Решат, что они уединились. Однако Рейсс предпочла другую компанию.
Хистория глупо смеётся, прислонив руки к груди, а Имир становится на колени. Ее забавляла девушка, что выставила перед ней ногу, упираясь шпильками своих сапог ей в грудь, будто блокируя ей путь. Имир ухмыляется, обхватывает ладонью лодыжку Хистории и тут же откидывает в сторону, тут же нависая над принцессой, помогая ей избавиться от одежды. Блестящие шорты от «Прада» оказываются на полу.
Они долго целуются. Хистория ждёт, когда их дело двинется дальше. Жар в её теле пылал, желая, чтобы Имир не останавливалась, а та словно читала её мысли. Пальцы опускаются ниже к маленькой груди, скользя пальцами по животу, минуя пирсинг на пупке и поддевая пальцами белые трусики. Хистория послушно раздвинула ноги.
— Ты такая нетерпеливая, — шепчет Имир, касаясь влажной ткани, чем вызывает у девушки дрожь во всём теле.
— Меньше слов, — шипит Рейсс в ответ, желая показать своё величие, и грубо целует Имир, обнимая за шею, пока та не выпускала руку из трусов девушки.
Хистория тоже не отставала. Правой рукой она нащупала джинсы Имир, начиная неумело расстёгивать на них ремень, но ее гостья сразу же отпрянула, давая понять, что у неё ничего не получится. Хистория королева вечеринки, но не в постели, где сейчас всем заправляла Имир.
Гостья отпрянула от губ блондинки, что лежала на спине, вытащила ладонь из белых трусиков, решая снять это белье окончательно.
Устраиваясь между ног Рейсс, Имир стягивает белые трусики с девушки, что начала довольно смеяться. Игра продолжалась, и принцессу интриговало дальнейшее развитие событий. Она догадывалась, как это будет, и ей уже не терпелось ощутить грубый язык Имир между своих ног.
Гостья спешить не хотела. Видеть Хисторию такой беззащитной и слабой ей нравилось. Она почувствовала власть. Доставляло удовольствие тот факт, что самая красивая девчонка школы лежала сейчас перед ней абсолютно голая, и она хотела насладиться этим вдоволь.
Сначала девушка нежно касается ее влажных половых губ, вызывая у Хистории томный вздох. Потом медленно засовывает один палец внутрь. Блондинка мычит под нос, выгибаясь в спине, а Имир сразу же добавляет второй палец. Кажется, это было очень быстро.
— Ими-и-ир! Ах!
Протяжный стон возбуждает гостью ещё больше. Ей хотелось, чтобы она стонала ее имя ещё громче. Активно двигая пальцами внутри, девушка наблюдала, как блондинка на спине ворочалась от удовольствия. Она кусала губы и закрывала глаза, её руки опускались на грудь, сжимая между пальцами соски. Имир это нравилось. Она наблюдала, как девушка ласкала себя. Чёрт, это так возбуждает!
Вытащив пальцы, Имир наклоняется, чмокает Хисторию в губы, которая тут же отбросила свои ласки и схватила лицо девушки в ладони. Но Имир уже не хотела предаваться нежностям.
— В ящике, — шепчет Хистория между их поцелуями.
Имир отстраняясь, хмурится, а потом смотрит на прикроватную тумбочку. Стало интересно, что держит принцесса в своём шкафчике. Содержимое удивляет её, но не шокирует. Во всяком случае, с этими штуками им обоим будет гораздо интереснее.
— Надеюсь, это не те реликвии, что вы передаёте друг другу из поколения в поколение, — говорит Имир, довольно улыбаясь и доставая приличных размеров розовый вибратор.
Хистория смеётся, закидывая голову. Гостья решает остановить свой выбор на том, что попалось ей под руку. Остальное они попробуют позже.
— Ты такая сексуальная, когда стонешь мое имя, — решает признаться Имир.
— Так и будешь болтать? — Хистория отстраняется.
Принцесса хотела идти дальше, а Имир не нужно просить. Взяв в ладонь эту розовую штуку, она выпрямляется, рассматривая агрегат. На нем не было кнопок, регулирующих скорость или что-то ещё. Основанием была чёрная крышка, которую если крутить, то можно регулировать скорость.
Неплохо. В самый раз.
Стоя на коленях перед Хисторией, что все ещё лежала на спине и ждала девушку, Имир хитро улыбнулась. Ей пришла замечательная идея.
— Малышка, а встанешь на колени? — ласково просит девушка с вибратором в руках, на что Рейсс поднимается на локтях, хитро улыбаясь:
— Только перед тобой.
Блондинка переворачивается, вставая на колени, ладонями упираясь в кровать, пока ее светлые волосы упали на подушки. Имир включает игрушку, настраивая самый медленный режим. Сначала она шлепает Хисторию по ягодицам, отчего та тихо стонет, начиная вертеть бёдрами. Девушку это возбуждает. Интересно, как она будет кричать от этой штуки внутри?
Имир решает проверить.
Медленно и аккуратно она начинает вводить розовый вибратор во влагалище девушки. Издав томный стон, Хистория закрывает глаза, кусая губы, ощущая вибрацию внизу живота. Засунув весь вибратор, Имир довольно смотрит на то, как тряслось тело блондинки, что стояла на коленях, продолжая мычать под нос от приятных ощущений. Имир сразу же поворачивает основание вибратора, повышая скорость, отчего хозяйка дома падает на грудь, выпячивает попу, что заводит Имир ещё больше.
— У-у-у, — томно приговаривает гостья, наблюдая, как Хистория сдалась от этой игрушки внутри неё, — какая ты чувствительная.
— Заткнись, — прошипела блондинка в подушку.
— И грубая, — добавляет Имир, обхватив основание вибратора и начиная им двигать внутри влагалища.
— Черт! — ругается девушка снизу, дёрнув бёдрами.
Имир гладит ладонями ягодицы девушки, сжимая пальцами и раздвигая, слыша тихие стоны в подушку. Она усмехается. Ее это так возбуждает. Она продолжает двигать им внутри снова и сновавлагалища, отчего хозяйка дома начинает сама насаживаться на розовую игрушку. Хистория сжимает простынь между пальцами подбирает под себя одеяло, то и дело пряча лица в мягкое покрывало от стыда. Её стоны становятся громче. Имир казалось, что так они станут громче музыки в гостиной.
— Может, тебе нужна помощь? — с ухмылкой интересуется гостья, но не получает ответа. У Рейсс, стоя на коленях, не было сил сказать что-то в ответ.
Вставив вибратор до основания, Имир ложится на спину, придвигаясь под Хисторию, что приподнялась, дабы узнать, что затеяла её партнёрша. Когда на её ягодицы ложатся ладони, начиная тянуть их вниз, Хистория всё понимает.
— Ах! — стонет Рейсс от вибрации внутри, — Имир! Нет! Не надо!
Она очень хотела. Имир заставляет девушку опуститься на себя, касаясь губами влажных половых губ и клитора. Блондинка сверху начинает дёргать бёдрами. Внутри был настоящий ураган, а язык Имир добавляли ей ощущений. Девушка снова упала на локти, кусая губы от приближающегося оргазма. Имир ласкала её клитор, продолжая придерживать её за ягодицы, а другой нащупала основание вибратора, начиная им двигать.
Гостья не думала, что их представление кончится так быстро.
— Ими-и-ир, — звонко кричит Хистория, после кусая нижнюю губу, пока ее тело медленно сводила судорога, — ах!
Взрывной волной накрывает тело девушки, что подалась бёдрами вперёд, пока Имир отпрянула от клитора, начиная облизывать влажные губы. Хистория мычала в подушку, дабы скрыть свои стоны от окружающих в доме. Имир скользнула назад и села на кровати, вытащив работающий вибратор из влагалища девушки, что сразу ничком упала на бок, поджав под себя ноги, пытаясь продлить это сладкое послевкусие.
— Так быстро, — усмехается Имир, вертя в руке розовую штуку, а Хистория повернулась к ней боком, сдувая свои светлые пряди с лица:
— Я хочу ещё, — шепчет Рейсс, глубоко дыша. Это было для неё тренировкой.
— Ты такая ненасытная, — улыбается гостья, наклоняясь и целуя девушку.
— Нет, — Хистория прерывает поцелуй, — я хочу, чтобы он был внутри тебя.
***
Понедельник был полон сюрпризов. Отец вернулся домой рано утром, а Хистории пришлось объяснять, как картина, которую её отец купил на аукционе в Париже, несколько лет назад, упала и порвалась совершенно случайно, а не потому, что кто-то из гостей пролил на неё пиво и швырнул бокал. Хорошо, что мистер Рейсс всегда верит Хистории на слово. Майкла, их дворецкого, Хистория подговорила заранее, подкупив мужчину тем, что первую неделю он может не возить её в школу по утрам. Майкл засмеялся, сказав, что это лишнее. Он тоже был молод и тоже устраивал вечеринки в квартире отца. Хистория засмеялась. Сложно было поверить, что такой старик, как их Майкл был душой компании.
Утром Хисторию поджидало кое-что еще: гора домашней работы, про которую она забыла.
В субботу она боролась с похмельем и клининговой службой, что наводила порядок в её доме, пока она лежала у себя в комнате, пила газировку и смотрела «Время приключений».
Лишь поздно вечером она решила взять свой телефон и просмотреть около сотни отметок про её вечеринку. Вчера особняк «Рейссов» гудел. На профиль принцессы подписалось еще около пятисот человек, а директ был завален сообщениями в духе: «Классная вечеринка!», «Пригласи на следующую», «Ты самая лучшая, сходим вместе в кино?», и если их все Хистория пролистывала, то одно сообщение она пропустить не смогла.
«Как самочувствие, принцесса?».
Имир добавила смайлик с улыбкой, словно издеваясь над Хисторией, что начала улыбаться и читать сообщения.
«Ты игнорируешь меня?».
«После всего того, что между нами было?».
Рейсс заливается смехом, сразу же печатая:
«У меня болела весь день голова. Прости».
Она добавляет смайлик поцелуя, думая, что это расслабит настрой их переписки. Ответ приходит сразу же. Неужели она сидела ждала рядом с телефоном, пока та ей ответит? Хистория немного нервничает, когда видит, что та прислала ей голосовое сообщение. На секунду она задумывается: они уже так близки? А потом усмехается. Они же занимались сексом. Хистория долго настраивается, прежде, чем включить его. Всё-таки быть голой перед девушкой, которая тебе нравится немного другое, чем слушать её голос у себя в сообщениях. Хистория видела разницу.
— Жду не дождусь, когда ты поправишься, чтобы мы встретились попробовать все игрушки в твоём розовом ящике, — томно говорит Имир, а Рейсс прикусывает губу и после сразу же прячет своё лицо в подушку от смущения.
Что с ней такое? Почему она так себя ведёт?
Хистория отвечает, что ей самой не терпится дождаться этого момента. Проблема была в том, что этот момент наступит совсем не скоро. Она могла закончить отношения с Эреном прямо сегодня. У неё были на это все причины, включая его вчерашнее поведение. Уже завтра она может пригласить Имир к себе на завтрак, где они потом займутся грязным сексом в её комнате. Никакого Эрена Йегера, отца, только они вдвоём, всё утро. Однако было кое-что ещё. Она смотрит на календарь на стене. Вечер Лиги Плюща запланирован на начала ноября. Еще неделя.
Хистория плюхается обратно на подушки, издав разочарованный стон. Надо терпеть и ждать. Всего неделя и они с Имир будут вместе. Всего неделю терпеть присутствие Эрена. Она уже жалеет, что согласилась на эту авантюру, но она очень хочет себе хорошее будущее. А никакого хорошего будущего не выйдет, если всё обрушится за неделю. Рейсс готова была терпеть, но будет ли терпеть Имир?
«Может, на следующей неделе? На выходных? Сразу после Лиги Плюща?»
Она отправляет сообщение и ждёт, когда Имир что-нибудь ответит. Ответ не приходит, странно, она всегда отвечает её сразу. Внизу сообщения Хистория видит значок «Прочитано» и ждёт ответа. Проходит минута, две, десять. Рейсс откидывает телефон. Имир не хотела ждать.
Значок уведомления о новом сообщении заставляет Хисторию подпрыгнуть на кровати. Она что-то написала. Наконец-то!
«Я забыл свою кофту у тебя дома наверху, где гостиная. Принеси в понедельник»
— Чёртов Эрен Йегер! — злится Рейсс, снова откидывая телефон.
С наступлением понедельника появились и другие проблемы.
Рейсс тяжело вздыхает, плюхаясь на стул рядом с Энни, что листала свою тетрадь. Подруга замечает уставшую Рейсс и закрывает конспект по биологии.
— Что случилось? — спрашивает Леонхарт, а после улыбается: — ты выглядишь слишком уставшей для человека, который позвонил паре нужных людей для того, чтобы убрали особняк к приезду папочки.
Энни до сих пор не знала, как Хистория провела выходные.
— Миссис Доусон, — вздыхает Рейсс.
Леонхарт припоминает их учительницу по географии, что взялась на вечер «Хэллоуина» сделать развлекательную программу в жанре средневековья. Не сказать, что все ученики были рады одеться, как крестьяне, но миссис Доусон убедила мистера Рейсса, что тематический вечер нужнее, чем очередная алкогольная тусовка среди богатой молодёжи. Директор одобрил эту идею. Миссис Доусон в тот же день назначила план, который включал в себя несколько сценических номеров, выступлений с песней и танец от выпускного класса. И Хисторию нисколько не удивило, что этим озадачили именно её. Мало ей, видимо, дополнительных занятий после уроков.
Энни смотрит на пустой лист в руках подруги, где красовалось всего две фамилии, её и Хистории, а сверху большими буквами был заголовок: «Танец на «Хэллоуин» выпускной класс».
— А что там делает моя фамилия? — спрашивает Энни.
— Я рассчитываю на твою дружескую поддержку, как и на то, что ты поможешь мне с танцем, — говорит Хистория, — поэтому я вписала тебя.
— Можно было спросить, — продолжает Леонхарт, — может, я не хочу или у меня нет времени.
— Армин Арлерт попросил меня вписать его в список, когда я шла в класс — Хистория улыбается, а после бросает на подругу хитрый взгляд — кажется, ему потребуется партнёрша.
Энни охает, а Хистория гадко хихикает, понимая, что подкупила подругу на участие в её авантюре.
— Это против правил, — Леонхарт недобро щурит глаза.
— Вы должны же начать когда-нибудь разговаривать, — Хистория пожимает плечами, — он, кстати, пока что единственный мальчик, который добровольно согласился на всё это.
— А с мальчиками беда? — спрашивает Энни.
— Никому не нужен этот танец под дудку и балалайку в «Хэллоуин», — бесится Рейсс, — какой идиот согласится добровольно выступать во всём этом?
— Привет, Хистория, — женский голос отрывает её от беседы с Энни.
Вот уж кого она действительно не ожидала увидеть перед своей партой.
— Привет, Микаса, — Рейсс улыбается Аккерман, что неловко поджала губы, и после кивнула Энни, которая кивнула в ответ.
— Я слышала, ты набираешь людей на «Хэллоуин», — продолжает Микаса, — для танца.
— Да.
— Запиши нас с Сашей, — просит Микаса.
Хистория удивлённо поднимает брови, смотрит на Энни, проверить не ослышалась ли она, но судя по недоумённому лицу Леонхарт, ей действительно это не послышалось. Она берет ручку и вписывает фамилии Саши и Микасы в список, а после довольно улыбается однокласснице, то кивнула и ушла, бросив:
— Как наберешь людей, не забудь нам написать.
— Микаса умеет танцевать? — спрашивает шепотом Энни.
— Я не знаю, — отвечает Хистория, понимая, что у неё уже есть пять человек для танца.
— Вот увидишь, записалась Микаса, значит, скоро запишется Жан, а там Конни, такими темпами как раз наберём народ для твоей миссис Доусон — хихикает Энни.
— Я очень слабо в это верю, — признаётся Хистория.
— Эй, Хистория, привет, — Жан Кирштайн скользит на подошве своих кроссовок, цепляясь ладонями за края парты, чтобы не упасть, вздыхает и говорит: — запишешь меня на танцы?
Энни и Хистория переглядываются.
***
— Лига Плюща, — детектив переходит к следующему эпизоду Хистории, что впервые оторвала взгляд от фотографии на столе, — ты выбрала Йель? Ах да. Тебя, наверное, стоит поздравить.
— Если я не окажусь за решёткой после этого допроса и сдам вступительные, то можете поздравить, — на лице школьницы проскальзывает улыбка. Она знала, что не окажется за решёткой.
— Посмотрим, — детектив улыбается.
***
Вечер «Лиги Плюща» был сегодня. После занятий, ученики сменили свои синие пиджаки на роскошные наряды известных брендов и старались удивить представителей высшего круга своими знаниями и деньгами.
В честь этого директор освободил крышу школы, наняв организатора, что расставил длинные столы, накрытые бежевой скатертью, а сверху поставили блюда с изысканными закусками. Вход был строго по приглашениям, которые выслали представители за неделю до знакового вечера.
Имир, мяла в руках своё приглашение, нервно оглядываясь по сторонам. Йель заинтересовала её кандидатура. Престижный университет согласился выслушать её цели и задачи на будущее. Тот факт, что Йель согласился выслушать её и еще пять человек, включая принцессу Рейсс, ей очень льстило.
На мгновение Имир представила себе картину в голове, где они с Хисторией вдвоём сидят в огромной библиотеке в Нью-Хэйвене и обсуждают домашку по политологии. Учиться в одном университете с Хисторией. Имир улыбнулась и прикусила губу. Это просто великолепная мечта, а самое главное, что этой мечте суждено сбыться. У Имир превосходные оценки, но для поступления в такой роскошный вуз этого было мало. Её мама, которая раньше тоже училась в Йеле, познакомила её накануне с одним профессором оттуда. Для поступления в Йель нужны были связи. Имир надеялась, что сегодня этот старик в твидовом пиджаке тоже будет здесь. Подстраховка никогда не помешает. И всё равно она нервничала. Не было стопроцентной гарантии, что она поступит туда, благодаря оценкам, тот профессор может не явиться на этот вечер, в один момент всё может очень круто измениться. Имир никогда не боялась перемен, но сейчас ей было страшно.
Йель был её маленькой надеждой. Она и Хистория. Вместе. Там они могут не скрывать свои отношения. Они могут гулять, держась за руки, сидеть за одной партой, целоваться у главного фонтана возле входа, снимать вместе комнату в общежитии, заниматься сексом. Каждый день или по несколько раз на день. Они могли бы испробовать все розовые игрушки, что лежали у Хистории в шкафчике возле кровати. Вдвоём.
Прошла целая неделя после их бешеного секса в её комнате на вечеринке, где после они неделю переписывались и старались уединиться. К сожалению, у них было не так много времени, чтобы всё обговорить, а Имир начинало это раздражать. Она старалась войти в положение девушки, но совсем не понимала её. Но сейчас было не время рассуждать об этом.
Сердце бешено билось. Стрелки часов показывали шесть часов вечера. Богатые детишки собирались на широком балконе, с которого открывался шикарный вид на вечернее озеро. Солнце садилось за горизонт. Зажгли свечи, превратив деловой вечер в романтическую вечеринку. Зазвучала медленная расслабляющая музыка из колонок, что были расставлены по всему балкону. Имир думала, что это поможет ей расслабиться, но ничего не выходило. Может быть, должно помочь что-то другое?
Девушка хватает бокал шампанского с подноса мимо пробегающего официанта и осушает его в несколько секунд. Шампанское кислое, жжёт горло. Имир морщится, делая последний глоток, а спустя пару секунд ощущает приятный жар во всём теле.
— Не стоит так налегать на алкоголь, — ласково говорит сладкий женский голос у неё за спиной.
Имир тряхнув головой, приходит в себя, решая повернуться.
Хистория Рейсс в своём лучшем платье от «Прада» улыбалась ей самой счастливой улыбкой. Длинные светлые волосы были уложены по бокам, макушку украшал чёрный бархатный ободок, в ушах серёжки из красных камней, а стройное тело украшал плотной слой чёрной ткани. Бархатное платье с длинными рукавами доходило ей до колен, делая из неё примерную ученицу. Пояс украшала золотая цепочка, что болталась на талии. Она была в нём очень сексуальна, но Имир пришло на ум совершенно другое:
— Ты будто пришла на похороны Дракулы.
Хистория смеется:
— Мне не идёт чёрный?
— Тебе идет абсолютно всё, — сразу же отвечает ей Имир, развеивая тревогу в глазах Хистории, что тут же улыбнулась, — ты очень красивая.
Последние слова Имир говорит шепотом, дабы их никто не услышал. Ей хотелось, чтобы только Рейсс слышала этот комплимент и знала, то, как Имир она важна.
— А тебе очень идет этот розовый пиджак, — подмечает Хистория, делая шаг вперёд, оказывая вплотную к девушке напротив неё.
Имир снова ощущает жар, но не уверена, что это уже от шампанского. Ловкие пальчики блондинки хватают розовую ткань, тут же приглаживая ворот пиджака. Для всех всё выглядит так, будто Хистория поправляет ей одежду, на деле она просто нашла повод быть ближе с ней в этой огромной толпе.
— Не слишком ярко? — Имир наклоняет голову, оценивая свой внешний вид, состоящий из розового пиджака, белой блузки, чёрных брюк со стрелками и туфель на платформе.
— Нет, — Рейсс машет головой, продолжая смотреть на Имир, что сглотнула слюну, — всё замечательно.
— Я очень хочу тебя поцеловать, — Имир снова говорит шепотом.
— И я тебя, — признаётся Хистория, кусая нижнюю губу.
— Когда всё это закончится? — тут же выдыхает Имир.
— Что именно?
— Твои «отношения». С Эреном.
— Через неделю, — отвечает Рейсс, тут же делая шаг назад.
Стало неловко оттого, что они подняли эту тему. Даже после того секса, принцесса продолжала ходить с Эреном, но уже намного реже. Они встречались в школе, вместе сидели на уроках алгебры, а потом расходились. Спектакль дал сбой, но все продолжали говорили о них, хоть и реже, но Имир это раздражало. Она знала и помнила, что было там в комнате Рейсс. И уже очень сильно хотелось со всем этим покончить. Весь игривый настрой между ними улетучился. Она устала ждать.
— Неделю? — удивляется девушка. По её планам они уже завтра вдвоём должны были отмечать их поступление в Йель. Видимо, этому не суждено было сбыться.
— Отец не поверит, что Эрен бросит меня сразу же после этого вечера, — оправдывается Хистория. Ей самой хотелось уже закончить этот спектакль с Йегером, но нужно было ещё продолжать.
— Неделя, месяц, полгода, а потом ты нарожаешь ему хороших деток, — усмехается Имир,
— Прекрати, — хмурится Рейсс.
— Я не могу ждать, Хистория, — срываетсяс губ у Имир, отчего обе девушки замерли друг напротив друга.
Ситуация дошла до абсурда. Обе это понимали. У них никогда не будет здоровых отношений, если Хистория и дальше будет действовать так, как хочет её отец. Имир пыталась подтолкнуть Хисторию к этому, а та хотела и желала освободиться от грозного отца, но боялась.
— Я понимаю тебя, — Рейсс пытается сбавить обороты, — я тоже устала-
— Так брось это, — перебивает её девушка, — перестань притворяться. Оттого, что ты играешь правильную девочку со «здоровыми» отношениями на людях, не сделает тебя лучше в глазах отца. Ты только укрепляешь его старческие стереотипы, а он радуется тому, какая ты послушная.
— Это не так, — противоречит Хистория, хотя понимала, что Имир права.
Она продолжала играть свою роль в этом спектакле, даже в разговоре с Имир.
— Будешь дальше его слушаться — будешь и дальше делать то, что он говорит, — Имир нахмурилась. Нужно было вразумить испуганную принцессу прямо сейчас.
— У меня нет выбора, — Хистория чуть ли не хнычет, вспоминая своё положение.
— У тебя есть выбор, — вставляет Имир, — тебе просто так удобно. Легче.
— Имир, — в голосе Рейсс слышится отчаяние. Зачем она это говорит?
— Пойми уже, наконец, — девушка наклоняется к ней, снова говоря шепотом: — я хочу быть с тобой. Я не стесняюсь этого. Да, я люблю тебя. Я счастлива рядом с тобой. С того самого дня в кабинете директора. То, как ты завязала свою блузку на талии в протест своему отцу. И у тебя получилось. Я до сих пор хожу в сетчатых колготках, и мне никто ничего не втирает про устав школы — Хистория смеётся, вспоминая этот момент, но тут же поджимая губы, потому что Имир еще не закончила: — это заставило меня в тебя влюбиться. Ты храбрая, сильная. Ты не просто гламурная принцесса. Ты нечто большее. Ты можешь быть чем-то большим. Перешагни через себя. Дай отпор не только своему отцу, но и себе. Пора перестать быть хорошей девочкой для своего отца.
Имир замолкает. Она сглатывает слюну, поражаясь тому, что нашла в себе силы сказать то, что тревожило её последнюю неделю. Если смогла она, сможет и Хистория. Хистория сильнее её.
Рейсс замирает, приоткрыв рот и переваривая весь монолог Имир у себя в голове. Она была права. Хистория поняла это еще до того, как услышала признание в любви. Не было смысла прерывать её монолог, да и у дочери директора не нашлось аргументов.
Имир покидает опечаленную принцессу, скрываясь в толпе. Вечер вот-вот должен был начаться. Директор Рейсс во всей красе здоровался с представителями крупных вузов белом пиджаке, пожимая ладони профессорам и доцентам. Ученики собирались в кучки возле круглой сцены, делясь впечатлениями о вечере.
Хистория плакала. По её напудренным щекам текли слёзы. Было ощущение, словно она потеряла Имир не только в этой толпе, но и навсегда.
Пока пелена застилала ейглаза, кое-что внутри грело ей душу. Имир любит её. Имир хочет быть с ней. Пара предложений, который что-то сломали внутри и подарили незабываемое ощущение, перекрывавшее боль и несправедливость.
Хочет ли она дальше жить по указам отца? Нет. Хочет ли она продолжать играть из себя ту, кем не является? Нет. Хочет ли она быть с Имир? Да. И сегодня она собиралась приложить для этого все усилия.
Эрен замечает расстроенную девушку и медленно приближается к ней:
— Ну и кто обидел нашу принцессу? — спрашивает Йегер, наклоняясь к Хистории, что шмыгала носом.
— Никто, — Рейсс вертит головой, кусая губы, солёные от слёз.
Он не должен видеть, как ей паршиво. Не должен знать о разговоре с Имир, который подтолкнул её на то, что она сейчас сделает. Это бы всё равно произошло, но ждать уже было невыносимо.
Хистория переводит дыхание, делая глубокий вдох:
— Надо это всё прекращать.
— Что именно? — не понимает Эрен.
— Нас, — Хистория поднимает к нему голову.
Она поражается, откуда в ней столько смелости, а парень замечает в её глазах решимость, понимая, что она не шутит. Но это было так глупо.
— В смысле? — на лице Эрена появляется глупая улыбка. Мысленно он надеется, что это какая-то шутка.
Их договор с Хисторией действовал еще неделю, довольно странно, что принцесса собирается его отменять прямо сейчас, в день «икс».
— Всё кончено, Эрен, — тихо говорит девушка.
Это шокировало его, она поняла это по его лицу. Если честно, Хистория не знала, что у него будет такая реакция. Это же был просто договор, который они соблюдали в течение двух месяцев. Они дали друг другу слово, что не будут никаких чувств. Хистории нравится Имир, а Эрен… А что нужно было Эрену в этих отношениях? Рейсс до сих пор не знала ответ. Йегер был скрытным, а на каждый её вопрос увиливал от ответа. У него были свои цели, в которые он не хотел никого посвящать.
Печальный конец ждал эти отношения с самого начала. И пусть в какой-то момент они оба почувствовали «то самое», но оба знали, что ничего хорошего из этого не выйдет. Игра во влюблённых завела обоих в тупик, где первая прогнулась под давлением общества, а второй заигрался и не хотел, чтобы это заканчивалось. Но Хистория хотела.
Она не думала, что Эрен так привяжется к ней.
Эрен потерял дар речи. Впервые он не знал, что сказать в ответ, потому что его никогда не бросали. Всегда он был тем, кто заканчивал отношения, а сейчас пусть они и были фальшивые, но ему было обидно. В конце концов, не нужно было относиться к этим отношениям так серьёзно, ведь тогда бы ему не было так обидно. Хотелось отшутиться, подколоть, хотелось не верить, что всё рухнуло в один момент.
— Значит, — усмехается Эрен, — всё кончено? То есть мне теперь не нужно притворяться перед твоим отцом, что ты мне нравишься?
— Не нужно, — спокойно выдыхает Хистория.
Это всё какой-то розыгрыш.
— Да брось, Хис, — парень приближается к девушке, но та смело делает шаг назад, не спуская взгляда с Эрена, что замер, раскрыв руки.
— Всё кончено, Эрен, — снова повторяет девушка, словно до Йегера не дошло в первый раз, — сегодня последний вечер, который мы проведём с тобой, как «пара».
Его руки опускаются. Хистория пожимает плечами, намекая, что всё так и должно было кончиться.
— О-о-о-о, — бодро говорит директор Рейсс, завидев Эрена и Хисторию, что стояли друг напротив друга, — а вот и моя дочка!
Девушка сразу же натягивает счастливую улыбку и подхватывает Эрена за руку, притягивая к себе. Она бросила его минуту назад, но, видимо, теперь они снова вместе для её любимого отца, который души не чаял в своей дочурке, что делала всё по его приказу.
— Привет, пап, — она целует отца в щёку, а Эрена неловко поджимает губы и наклоняет голову.
— А кто это у нас тут? — директор косится на хмурого Йегера, что продолжал молчать.
— Папа, это мой парень — Эрен Йегер, — она представляет его мужчине, который недовольно хмурит брови, осматривая внешний вид школьника.
— Приятно познакомиться, сэр, — Эрен послушно протягивает ему ладонь. Хистория удивляется тому, как бодро звучит его голос, несмотря на то, что между ними только что произошло.
— Не могла найти кого-то получше? — презрительно спрашивает мужчина, а на лице парня появляется довольная улыбка и он смотрит на свою девушку, добавляя с издёвкой:
— Действительно! Что не было никого лучше, любимая?
Мужчина смеётся на ответ Йегера и хлопает по плечу, давая понять, что оценил его шутку. А вот Хистории было не смешно. Что-то было не так в слове «любимая», которое Эрен произнес особой интонацией, и что-то не так было с намерениями Эрена. Он как будто собирался хорошенько поглумиться над Хисторией после того, что она с ним сделала. Она еще даже не подозревала что именно.
После знакомства, когда директора Рейсса более-менее устроил Эрен, который вёл себя достойно перед отцом Хистории, что то и дело отмалчивалась и неловко улыбалась. Мужчины говорили обо всём, начиная от школы, заканчивая политикой. Они обсудили «марлийцев», местную знаменитость учителя и даже рост цен, но Хистории было не по себе. Она понимала, что это сейчас Эрен так дружелюбен с ней, с её отцом, но она видела игривый блеск в его глазах. Сейчас он играл по её правилам. В последний раз. Дальше он устроит свою игру. Потом Хистория пожалеет об этом.
Йегер бросил её сразу же, как только директора отозвал кто-то из организаторов. Он молча ушел, так ничего и, не сказав. Хистория осталась стоять одна в толпе гостей, не зная, что делать дальше. Она поймала взгляд Имир, которая держала в руке бокал с шампанским. Та произнесла одними губами «Я люблю тебя», намекая, что всё будет хорошо. Рейсс это немного успокоило. Но ей всё равно было страшно. Что Эрен намеревался сделать?
На деле всё оказалось намного проще: Эрен решил просто напиться. От горя или от радости, что в «Парадизе» был сыгран последний спектакль в этом сезоне под названием «Эрен и Хистория», никто не знал. Недоумевали все, кто видели школьника, который нагло брал стакан с коньяком с подноса официанта и залпом выпивал, ставя пустой бокал на место. Хистория беседовала с мужчиной из Принстона, краем глаза поглядывая на парня, что не собирался останавливаться. Она только гадала к чему приведёт.
— О-о-о-о, директор Рейсс, — Эрен задорно улыбается.
Парень навеселе подходит к мужчине, что беседовал с двумя женщинами, держащими бокалы шампанского. Они переглядываются друг с другом, не понимая, как этот школьник может так нагло вмешиваться в разговор с директором «Парадиза». Мужчина вспотел, увидев изрядно подвыпившего ученика, и мысленно оставил его на дополнительные занятия после уроков, ближайшие полгода. В качестве наказания.
— Здравствуй, Эрен, — мужчина пытается спасти ситуацию, продолжая держать светский тон и поворачивается к двум женщинам, пока Йегер по-свойски закинул руку на плечо директора, словно они старые друзья, — Эрен, это представители Йеля — миссис Родригес и миссис Янг.
Одна блондинка с длинными прямыми волосами, а другая брюнетка с короткой стрижкой. Обе дамы были в среднем возрасте и носили платья с длинными рукавами. У каждой в одной руке бокал с шампанским, а в другой маленькая сумочка. Они сдержано улыбнулись ученику, что посмотрел сначала на одну, потом на вторую.
— Дамы, — Эрен поднял свой бокал им в ответ.
— Что-то случилось, Эрен? — Рейсс пытается спихнуть с себя руку парня.
— Мистер Рейсс, — бодро говорит Йегер, — всё в полном порядке. У Вас я смотрю тоже всё замечательно. Такие дамы. Такая компания.
Женщины начинают смущаться. Парень делает глоток шампанского.
— Это молодой человек Хистории, — тут же вставляет Рейсс, — ну, Хистория…
— А-а-а, — начинает припоминать миссис Родригес, — ваша дочь.
— Именно, — мужчина старается держать непринужденную улыбку, дёрнув плечом и спихнув руку Эрена, что поскользнулся и чуть не упал, а содержимое его бокала пролилось на пол, — прошу прощения. Кажется, мистер Йегер так переволновался перед вечером, что пригубил шампанского.
Женщины кивают, продолжая переглядываться, понимая, что ситуация выходит из-под контроля.
— Вы же говорили о Хистории? — спрашивает Эрен, снова делая глоток.
Школьник шатался из стороны в сторону, его пиджак был распахнут, галстук ослаблен, пряди из его хвостика на затылке выпали и прилипли клицу. Ему было жарко от алкоголя, которого он выпил уже достаточно и теперь думал, то может говорить что угодно и кому угодно. Титулы, должности, возрастные рамки стёрлись, а язык у Эрена был длинный. Мистер Рейсс с опаской смотрит на двух представительниц Йеля, боясь, что сейчас этот ученик устроит переполох. И не зря боится.
— Да, — миссия Янг неловко кивает.
— Она классная, — Эрен довольно улыбается, — думаю, Хис будет только рада учиться в вашем вузе. Вы же… Из этого… Ну… Где обучают задавак политиков… Йель? Да? Ну, конечно да. Подозреваю только там такие красивые профессоры. Вам сколько лет?
Янг потупила взгляд и густо покраснела. Надо же школьник заставил её смутиться. Рейсс раскрывает рот, обомлев от такой наглости Эрена, и схватил его руку, желая увести от этого разговора. Тот сопротивляется, отмахивается, желая поболтать с красивыми дамами. Директор не находил себе места, понимая, что этот молодой человек его дочери сам же портит ей светлое будущее.
— Мне тридцать шесть, — отвечает женщина, а Рейсс позади парня хватается за голову. Останавливать Йегера было бесполезно.
— Вы выглядите моложе, миссис Янг, — игриво улыбается парень, тут же опустив взгляд, — и Вы не замужем. Как и ваша спутница сегодня.
Женщины снова переглядываются, ловя панику.
— Я понял! — Эрен шатается на месте, смотря на двух представительниц Йеля, — понял! Я наконец-то всё понял! Вы же эти да? Я прав?
Он начинает истерично смеяться.
— Йегер, — директор гневно шипит, желая, чтобы школьник заткнулся.
— Мистер Рейсс, вашей дочери точно понравится там, — Эрен поворачивается к директору, — учиться среди лесбиянок её предел мечтаний.
Женщины ахают. Миссис Янг роняет бокал с шампанским на пол. Все гости оборачиваются на звук битого стекла о деревянные доски. Йегер довольно улыбается, залпом выпивая остатки шампанского.
— Дамы, прошу меня простить за эти неудобства, — мистер Рейсс хватает Эрена за локоть и уводит в сторону под пристальные взоры гостей.
Хистория смотрит на всю эту сцену, раскрыв рот. Что такого могла случиться, стоило ей отойти на несколько минут от Эрена, который успел столько выпить? И почему его тащит её отец? Принцесса смотрит на Имир, которая пожимает плечами, тоже не понимая, что происходит.
Она бросается в погоню за ними, стуча шпильками своих чёрных лодочек по дереву, подобрав полы платья. Имир поворачивается к Конни, который стоял у ди-джейского пульта и машет рукой, чтобы тот прибавил звук, дабы все забыли об этом инциденте. Тот кивает и новый трек Дуа Липы становится громче. Имир остаётся на месте, рядом с Микасой и Сашей, надеясь, что этот семейный конфликт между Рейссом и Йегером обойдётся без сюрпризов.
— Папа, что происходит? — Хистория догоняет их в школьном коридоре.
Она порядком устала бежать за ними на своих туфлях. Пятки ныли от боли. Девушка опиралась о железные шкафчики, пытаясь перевести дыхание.
Мистер Рейсс толкнул Эрена к противоположной стене, на которой висел огромный стенд с учебной информацией. Школьник ударяется спиной, издав болезненный стон.
— Папа! — Хистория повышает голос.
Директор не слышал её. Мужчина хватает Йегера за грудки, закипая от злости. Этот несносный мальчишка сорвал вечер, поставил представителей Йеля в неловкое положение, еще немного и он бы загубил жизнь его дочери. Мистер Рейсс не знал, как теперь разговаривать с миссис Янг и миссис Родригес.
— Ты что натворил, мелкий засранец? — шипит Рейсс, не обращая внимания на Хисторию.
— А разве я сказал неправду? — Эрен продолжал нагло улыбаться.
— Это представители Йеля, а ты обычный нахальный школьник! Как ты смеешь так позорить мою дочь! — мистер Рейсс был не вне себя от ярости, — лесбиянки?
— Мистер Рейсс, — Йегер улыбался, оставаясь прижатым к стенке — Вы хорошо знаете свою дочь? Я не уверен.
Девушка, стоя поодаль от двух мужчина раскрыла рот, понимая, что происходит. Нет, он не может этого сделать.
— Давай, скажи ему, Хистория! — бодро говорит Эрен, — или мне сказать самому?
— Сказать что? — мистер Рейсс хмурится.
Йегер начинает гадко хихикать, оставаясь прижатым к стенке. Она позволит ему сказать? Хистория поняла, что бессильна сейчас и решает позволить Эрену рассказать всю правду прямо сейчас.
— Я не люблю вашу дочь, мистер Рейсс, — начинает Эрен, — а она не любит меня.
— В каком смысле? — хмурится мужчина, а его хватка ослабевает.
— Она лесбиянка! — кричит Эрен в тот самый момент, когда ди-джей делает паузу перед треками, отчего эти два слова слышал не только отец Хистории, но и все на мероприятии.
— Дурак, — жмурится Хистория, начиная оглядывать толпу гостей, что вышла в коридор и увидела новое представление.
Директор медленно отстраняется от парня, пытаясь переваривать эти слова. Йегер смотрит на толпу, замечая своих друзей, других гостей и представителей разных университетов, а потом довольно улыбается, бросив взгляд на Хисторию.
Девушка была полна отчаяния. Она даже представить не могла какие полгода страданий ждут её после этого вечера, поэтому, собрав все силы в кулак, гордо улыбнулась, схватила бокал шампанского с подноса официанта, который проходил мимо, подняла его в воздух, а потом залпом выпила. Ей нечего терять. В этот момент она почувствовала себя гордой и независимой. Свободной.
Музыка снова заиграла в зале, кто-то из организаторов начал уводить толпу от этого зрелища. Имир стояла чуть поодаль, наблюдая, как Рейсс купается в лучах неожиданной славы. Она в какой-то степени ей гордилась. Хистория стояла и улыбалась, словно эта фраза Эрена была запланированной, словно ничего не произошло, словно её будущее только что не разбилось из-за одного пьяного школьника. Она гордо приняла это поражение. С улыбкой на лице.
Но Имир знала, что она улыбается не от счастья. Это её защита. Барьер, через который никто не должен был видеть, что она испытывала внутри. Никто не должен был видеть, как ей плохо. Имир же видела всё. Как дрожали её пальцы. Дёргались плечи, как взгляд бешено метался по комнате, ища поддержки, и, наконец, упёрся в Имир, что не спускала с неё глаз. Потом Хистория скажет, что была благодарна ей за то, что она была там, что смотрела на неё, не давая эмоциям вырваться наружу, что благодаря неё, она была там выше всех, хоть и потеряла уважение отца и всей школы. Школы, которая потом будет осуждать её за цирк с Эреном Йегером. Она это заслужила. Но пока Имир смотрела на неё, она знала, что всё будет в порядке.
Имир хотела подбежать, обнять, сказать, что со временем школа это забудет, как забывает все прошлые скандалы, но Рейсс замотала головой, давая понять, что не стоит бежать к ней сейчас сломя голову. Хистория по губам сказала: «Всё хорошо», а потом директор Рейсс отвёл её в сторону. Весь следующий вечер Имир не видела больше Хисторию, а потом осознала, что не увидит её еще полгода.
***
— Значит, из-за Эрена вся школа узнала правду? — спрашивает детектив.
— Да, — кивает Хистория, — но благодаря этому я стала жить и делать, что хочу.
— Так это и есть то, за что ты благодарна ему? — интересуется женщина, — что тебе не пришлось признаваться самой?
— Это грустно и, наверное, очень подло с моей стороны, — жмёт плечами Хистория, — но да, спасибо, Эрен. Ты избавил меня от тяжёлого груза, который я носила в течение всей жизни.
— Эгоистично, — хмурится детектив.
— А Вы думаете, Эрен встречался со мной действительно по любви? — усмехается Хистория, — Вы действительно думаете, что я могла ему нравиться? Он тоже эгоист, и он тоже преследовал свои цели.
— Какие? — с интересом спрашивает женщина.
— Я думаю, он встречался не только со мной. Был ещё кое-кто.
***
— Кажется, мы справились с танцем на «Хэллоуин»? — спрашивает Энни, открывая свой шкафчик и ставя туда учебники.
— Это точно — улыбается Хистория, — я довольна нашей работой! Не знала, что Микаса и Жан получат столько оваций.
Рейсс открывает свой шкафчик, резко округляет глаза и тут же закрывает.
Леонхарт смотрит на свою подругу, недоумевая, что такого она могла увидеть в своё шкафчике, кроме учебников и тетрадей?
— Что там? — спрашивает Энни, а девушка снова открыла свой шкафчик, взяла свой запасной комплект формы двумя пальцами и показывает подруге:
— Моя форма!
— Она в сперме, — замечает Леонхарт, смотря на запятнанную юбку, — и какому идиоту понадобилось брать твою форму?
— Я знаю одного, — Хистория выдавливает улыбку, понимая, что только один человек знал код от её шкафчика, и только он был на минувшем Хэллоуине в наряде чирлидерши.
Она бросает подругу и идёт искать вчерашнюю звезду «Инстаграмма», держа в пальцах грязную юбку. Хистория была очень зла, что даже после всего, что произошло, этот парень продолжал приносить ей проблемы. После «Лиги Плюща» они перестали разговаривать, общаться и всячески игнорировали друг друга, и Хистория была этому безумно рада. Будь её воля, она бы игнорировала его до конца года, но сейчас у неё сдали нервы. Надо было покончить с Эреном Йегером раз и навсегда.
Она находит его в столовой. Парень сидит рядом с Армином, который что-то пишет в тетради. Хистория решает сразу переходить к действиям. Белая юбка оказывается на подносе Эрена, который замирает на секунду, а потом поднимает голову, увидев ту, что испортила ему аппетит. Арлерт отрывается от тетради, увидев Хисторию Рейсс, что вскипала от злости.
— Приятного аппетита, — она злорадствует над парнем, — как отметил «Хэллоуин», Йегер?
— Армин, оставь нас, — просит Эрен, а друг послушно кивает и покидает столик, подхватив свои тетради.
Как только блондин уходит, Хистория садится напротив Эрена, что так и не успел притронуться к своему обеду.
— Как это объяснишь? — она кивает на свою юбку, что накрыла картофельное пюре и овощной салат на красном подносе.
Эрен лишь вздыхает в ответ.
— Я думала, мы закончили с тобой в тот самый момент, когда ты опозорил меня на всю школу, и я думала, что больше не увижу тебя до конца этого года, — продолжает девушка.
— Я забыл свой костюм на «Хэллоуин» дома, — он пожимает плечами, — думал, что можно одолжить твою форму. По старой дружбе.
Дружбе? Хистория набрала в лёгкие как можно больше воздуха. Она старалась держать себя в руках и не закричать на всю столовую, где всё еще находились остальные школьники.
— Значит так, — шепчет Рейсс, наклоняясь к парню, дабы не привлекать внимания, — между нами больше никогда не будет никакой дружбы и уж тем более, я не давала тебе разрешения трогать мои вещи.
— Ты должна сказать мне «спасибо», что твоё наказание отделалось только домашним арестом, — улыбается Эрен, — где благодарность, Рейсс?
— Ты пытался меня изнасиловать, — шепчет Хистория, припоминая вечеринку у неё дома.
— А потом ты сама отдалась Имир, — Эрен продолжает нахально улыбаться, — ты ничего не потеряла, если бы отдалась тогда мне. Уверен, со мной впечатлений у тебя было бы намного больше.
— Ты невыносим! — бесится Хистория.
— И я нравился тебе, — продолжает Эрен, — обидно, что ты предпочла мою подругу, а не меня.
— Ты никогда мне не нравился! — продолжает настаивать девушка.
— В любом случае, — он жмёт плечами, — если захочешь перепихнуться, я всегда свободен. Я намного лучше Имир.
— Ты полный идиот, если думаешь, что я прибегу к тебе за этим.
— Я еще не раз появлюсь в твоей жизни, Хис, — спокойно говорит Эрен, — хочешь ты этого или нет. И спасибо за форму!
— Давай заключим сделку? — улыбается Рейсс, чем привлекает Йегера, который уже собирался уходить. Парень снова садится на стул, давая понять, что его заинтересовало предложение девушки: — ты больше никогда не появишься в моей жизни. А мой отец не будет трогать тебя, и ты доучишься этот год в «Парадизе», как тебе угодно. Серьёзно. Можешь творить что угодно, и тебя никто не тронет.
— Иначе что?
— Иначе я сама убью тебя, Эрен Йегер, — процедила Хистория.
Эрен ловит недобрые нотки в её голосе. Она не шутила. Парень отвечает после недолгого раздумья:
— Договорились.
***
Как бы, то не было, Хистория одержала победу.
Дворецкий Майкл каждое утро приносит на кухню свежую почту. За завтраком Хистория и её отец разбирают письма и приглашения, но этим утром Майкл решает передать письма лично.
Мужчина в костюме ловит дочь директора на лестнице перед завтраком.
— Доброе утро, мисс, — он улыбается, преграждая девушке путь.
— Привет, Майкл, — настороженно говорит Хистория. Она не помнит, чтобы дворецкий за всё время его работы так встречал её утром.
— Я думаю, это стоит отдать лично Вам — мужчина протягивает девушке конверт из плотной бежевой бумаги.
Рейсс хмурится на конверт, который ей протягивает дворецкий, но спустя пару секунд берет его. Майкл делает поклон и уходит, спускаясь по ступенькам, а Хистория сдвинув брови, пялится на конверт, не понимая, почему он не отдал ей его за обедом, как и всю остальную почту.
Эмблема университета Йеля. У Хистории затряслись пальцы. Она раскрывает рот, начиная тут же раскрывать письмо, которое ей передали спустя неделю после того знаменитого вечера Лиги Плюща. В письме гласилось, что университет будет ждать её в следующем году и надеется на дальнейшее сотрудничество.
Хистория заплакала. Правда сыграла с ней злую шутку, но сделала всё так, как должно быть и она была этому счастлива.
***
За полгода Хистория пыталась найти плюсы в том, что она сидит дома. Их не было. Первое время она даже была немного рада тому, что её деятельность в школе сократилась. Командование группой поддержки на время было передано Энни Леонхарт, а дискуссионный клуб прекратил своё существование, и Хистория была свободна. Теперь дома она делала домашку, смотрела сериалы, всячески игнорировала отца, который вёл себя так, словно ничего не произошло, и следила за социальными сетями своих одноклассников.
В школе всё было как обычно. Она также общалась с Энни, давая ей советы по группе поддержки. Изменилось то, что теперь вместо Леонхарт у неё был новый сосед по парте на уроках географии и литературы, который целовал её в щёку при встрече. Энни была за неё рада.
Стесняться отца было бессмысленно, делать вид, что того инцидента на вечере Лиги Плюща не было глупо. Имир и Хистория предпочли быть счастливыми, чем жить в страхе. Стало всё равно, что будет дальше: университет, работа, они обе были уверены, что придумают что-нибудь со временем. Обе найдут подходящий вуз, переедут в Нью-Йорк и найдут подработку, чтобы платить за жильё. Без связей, знакомых, без отца Хистории. Они справятся.
Вместе.
Тук!
Хистория отрывает взгляд от книги, посмотрев на своё окно. Как будто кто-то кинул камень. Она замирает, продолжая ждать, словно ей это не показалось. Маленький камушек снова попадает в её окно. Рейсс довольно улыбается своим гостям, вставая с кровати.
Распахнув окно, она морщится от холодного пронизывающего ветра. Он сдувает с её лицо светлые пряди, а её взору предстаёт Имир внизу прямо перед её окном. Девушка машет ей, а Хистория смеется, не веря своим глазам:
— Что ты здесь делаешь?
— Я соскучилась, — горе-влюблённая разводит руками.
— Мой отец сегодня дома, — тихо говорит Рейсс, — он увидит тебя, если ты будешь стоять там всё время.
— Ты приглашаешь меня к себе? — хитро улыбается Имир.
Хистория осматривается по сторонам. Ей повезло, что возле её окна находилась лестница, ведущая на чердак, а по черепице с первого этажа можно было подобраться к ней. Это часто выручало её, когда она приходила поздно домой, чтобы не видеть отца.
— Там лестница — блондинка кивает в сторону, — залезай.
— А я думала, ты спустишь свои волосы, и я поднимусь по ним, как тот принц, чтобы вызволить тебя из башни, — Имир разочарованно выдыхает, следуя инструкциям своей девушки.
Хистория только улыбается ей в ответ. Спустя несколько минут Имир оказывается возле окна принцессы, садясь на подоконник. Рейсс смотрит на неё с восхищением. Еще никто и никогда не пробирался вот так в её комнату тайком. Это очень возбуждало. Хистория дарит поцелуй своей шпионке, а там принимает его в ответ, гладя светлые волосы.
— Я тоже скучала, — шепчет Рейсс.
Они сидят на её кровати, а Имир рассказывает ей последние новости в школе.
— Как Бертольд? — спрашивает Хистория.
— Я слышала, как Пик говорила, что он всё еще не может играть из-за проблем со здоровьем и пока отлёживается дома. Зик просит перенести второй матч. Без Бертольда они продуют его, как и первый.
— Пик? — Хистория скептически выгнула бровь.
— Просто разговор в раздевалке, — девушка пожимает плечами, — мы не общаемся.
Рейсс устраивает такой ответ, и она ждёт продолжения рассказа.
— Смиту грозит увольнение, — рассказывает Имир, на что Хистория округляет глаза: — за тот скандал.
— Я слышала, — добавляет блондинка, — отец на днях с кем-то беседовал по телефону. Кто-то из родителей просил уволить его. Его и Аккермана.
— Леви? — ужасается Имир, — его-то за что?
— Я не знаю, — пожимает плечами Хистория.
— Всё это какой-то бред — Имир плюхается на подушки, — впервые мы начали побеждать и нам начали вставлять палки в колёса.
— Подозрительно — Хистория хмурится.
— Без них двоих мы бы никогда не выиграли этот матч — продолжает девушка.
— Как дела у Саши? — осторожно спрашивает Хистория. Она всё еще помнила тот случай в туалете и ту сцену, где Жан и Микаса уводили её с вечеринки.
— Она выглядит отдохнувшей после отдыха у своих родственников в Коннектикуте, — улыбается Имир.
Хистория понимала, что здесь что-то не так, но решила не рассказывать Имир то, что она видела несколько месяцев назад. Связан ли отъезд Саши к родственникам с её здоровьем? Остаётся только гадать.
Дзыньк!
На телефоны девушек, что лежали на пуховом одеяле, одновременно приходит уведомление. Обе переглядываются, ужасаясь тому, что им кто-то одновременно мог написать. Такое невозможно, если это не групповая рассылка.
Каждая хватает свой телефон, открывая сообщение.
— Тебе тоже пришло? — спрашивает Хистория, разблокировав свой телефон.
— Да, — Имир хмурится, пялясь в экран гаджета.
Наступает тишина. Обе несколько секунд смотрят на кусочек видео, который пришёл им обоим одновременно. Рейсс прикрывает рот рукой, а Имир не может отправиться от шока, продолжая смотреть на видео.
— Какого чёрта? — ахает Рейсс, — это-
— Жан и Микаса, — продолжает спокойно Имир, — и, кажется, они собираются заняться сексом. Или занимаются уже? А Жан времени зря не теряет.
— Боже, — Хистория блокирует телефон, не выдержав смотреть позор своих друзей.
— Отвратительно, — комментирует Имир, откладывая свой телефон.
— Если это пришло и тебе и мне, — говорит Рейсс, — значит…
— Это пришло всей школе, — девушка сглатывает слюну, — кто-то подставил их.
— Бедная Микаса, — с горечью говорит Хистория.
***
— Значит, королевой бала стала Микаса Аккерман — говорит детектив, а Хистория кивает. Наступает тишина, которую женщина тут же нарушает спустя несколько секунд, замечая грустное лицо школьницы: — и ты расстроена. Но больше ты расстроена, что не взяла титул. Королева выпускного бала. А кто тогда стал королём?
— Эрен, — отвечает Рейсс.
— Кто принимал решение?
— Мой отец, мистер Аккерман и миссис Зоэ, — отвечает Хистория.
— Значит, Эрен испортил твои отношения с отцом, нарёк тебя на вуз статусом пониже, чем Йель и обрёк на полугодовой домашний арест, также он придал огласке твою ориентацию, выставил на посмешище перед учениками школы, из-за чего твой статус в лице «принцессы Парадиза» был утерян.
— Он просто поступил мерзко — голос Хистории дрожит,
— А ты? — детектив поднимает голову, — как поступила ты? Не мерзко?
— Всё было оговорено с ним заранее, — Рейсс повышает голос, недовольная тем, что детектив начинает её подозревать, — да мы оба хороши, но я после этого случая никогда ни при каких обстоятельствах не пыталась ему навредить, несмотря на то, что он мне сделал. У меня нет повода ему мстить. Да, он редкостный мудак, и он заслужил это, но не от моей руки. Поверьте, то, что он сделал со мной цветочки по сравнению с тем, какие муки он причинил всей школе.
Женщина молча смотрит на Хисторию, которая тут же замолкает, сглатывая слюну и расслабленно опираясь на спинку стула. Она была довольна собой. Она рассказала всё, что должна была, остальное дело за другими. Принцесса чиста и невинна.
Детектив задумчиво поджимает губы, смотря на общий снимок школьников в честь выпускного, который она показывала школьнице ранее. Там они все улыбаются, радуются окончанию школы и совсем не знают, что Эрен Йегер упадёт с крыши этой же ночью. Женщина щурится. Мисс Рейсс стояла рядом с Сашей Браус, обнимая ту за плечи. На её губах была алая помада. Ярко-красный цвет выделял её из толпы. Детектив поднимает глаза, замечая, что сейчас на пухлых губах школьницы не было ничего.
— Такая яркая помада, — подмечает женщина, — что это?
— «Шанель», — лицо Рейсс озаряет улыбка.
Напряжённая атмосфера в кабинете улетучивается, когда школьница счастливая достает маленький чёрный футляр, протягивая женщине. Допрос превратился в девчачий вечер, где подружки делились своими впечатлениями от косметики. Хистория мысленно надеется, что их разговор подходит к концу, судя по тому, что серьёзная женщина перед ней сейчас интересовалась красной помадой. Рейсс выиграла. Она впервые ощутила спокойствие, зная, что доказала свою невиновность.
Колпачок «Шанель» падает на стол, издавая громкий стук, а взору предстаёт алая помада.
— Красивый цвет, — детектив улыбается. Женщина возвращает помаду школьнице, которая тут же убирает её в клатч — такой же нашли на воротнике рубашки Эрена.
Хистория замирает. Её будто парализует током, она сглатывает слюну, боясь поднять глаза и посмотреть на довольное лицо детектива, что рылся в своём портфеле.
— Что? — девушка не понимает. Рубашка Эрена и её помада?
— Ты говорила, что между тобой и Эреном больше ничего не было, — женщина кладёт перед девушкой распечатанный снимок с места преступления.
— Так и есть, — голос Хистории дрожит. Она отрывает взгляд от стола.
— Тогда расскажи, что делают следы твоей помады на его рубашке, — детектив пододвигает пальцами толстый картон к девушке, что решается поднять глаза и посмотреть на снимок.
— Это не моя помада! — протестует Хистория, — у каждой девушки на этом вечере был на губах «Шанель», так почему Вы подозреваете меня? Допросите тогда всех!
— Ты единственная, у кого красная помада на этом снимке, ты единственная, кто проходил в коридоре, который ведёт на крышу после двадцати минут смерти Эрена Йегера, да и у тебя был мотив после тяжёлого расставания между вам, которое понесло для обоих не самые удачные последствия — продолжает детектив, сменив тон.
— Враньё! — Хистория переходит на крик, — это неправда! Мне незачем его убивать! Это не я. У вас слишком мало доказательств! Вы плохо работаете, детектив, раз смелитесь судить меня по одной красной помаде!
— Мисс Рейсс — детектив перебивает школьницу, что обомлела от такой новости, — а теперь расскажите, где Вы были тем вечером.
