Кому больнее (Ранил. Убила.)

      Декабрь       Просыпаюсь от Юлиной руки, которая сжимает мой член.       — Посмотри, даже на улице еще темно. Давай поспим, и так ночью умотала, — страдальчески бормочу и закрываю лицо подушкой.       — А я тебя предупреждала, что люблю секс, — лисичка забирает ее.       Понимаю по интонации, что улыбается.       — Я не воспринял твои слова в серьез, на тот момент не до этого было, — не скажу, что сам не люблю его, но поспать тоже.       — Как думаешь, если я верну тебя брату через две недели после того, как ты переехала, он сильно меня отметелит?       — Не ной, тебе ничего не придется делать.       Юля откидывает одеяло, что скрывало ее манипуляции, раскатывает презерватив по всей длине ствола:       — Моя прелесть, — и облизывается.       — С кем я связался? — закатываю глаза.       — Только не говори, что тебе не нравится.       Она права, мне нравится. Нравится, как она насаживается на член, как скачет на нем, как опускает веки от удовольствия и прикусывает нижнюю губу.       — Ну все, моя очередь, — переворачиваю нас, когда она устает и замедляется.       Пока вожусь с подушкой, запихивая ее под Юлины ягодицы, та хитро смотрит и, подмигнув, сжимает упругую грудь. От увиденного, против воли, вырывается стон, что творит чертовка. Наконец, осуществляю задуманное и упираюсь одной рукой в кровать, а второй беру ее за талию, слегка склонившись вперед. Эта проказница не думает успокаиваться, теперь она дотягивается и проводит острыми ноготками по моему животу, спускаясь к месту, где соединяются наши тела.       — Что ты со мной делаешь, лисичка…       От переполняющего желания слетают тормоза, и я сразу набираю сумасшедший темп. Запах возбуждения вперемешку с потом наполняет комнату, воздух заметно тяжелеет.       — Я ещё тогда поняла, что ты предпочитаешь пожестче.       — Что есть, то есть, — резко вхожу до упора, отчего она впивается пальцами в простынь.       — А кажешься таким пай-мальчиком.       — Кто бы говорил.       Следующая череда толчков заставляет задохнуться обоих. Оставаясь внутри нее, сажусь на корточки. Юля начинает возмущаться, но тут же замолкает и ждет продолжения, когда мои пальцы касаются ее складочек. Хочу немного помучить проказницу, поэтому стоит только замаячить на горизонте оргазму, убираю руку. На третий раз лисичка не выдерживает и злобно шипит:       — Еще раз прервешься, я придушу тебя ближайшей ночью.       Пытаясь не рассмеяться, исполняю просьбу и позволяю ей кончить. Юля тихо постанывает, пока оргазм не отпускает, и та не обмякает расслабленно.       — Пожалуй, ожидание того стоило, — она лениво приоткрывает глаза.       — Я знаю. Готова к финальному забегу?       Мои слова действуют, как красная тряпка на быка, и лисичка тянется за поцелуем, который превращается в страстную борьбу с взаимными покусываниями. Юля опускает ладони на мою задницу и слегка надавливает, намекая, что пора бы уже вернуться к основному действию. Кто я такой, чтобы перечить. Постепенно медленные движения сменяются быстрыми, я чувствую приближение собственной разрядки. Юля настолько хорошо изучила меня, что все понимает и сжимает мышцы влагалища. Нереальное блаженство накрывает с головой, отчего теряется связь с реальностью.       — Вау, это было круто, — без сил падаю рядом со своей сумасбродной девушкой.       — А теперь нас ждут великие дела, — она намеревается сбежать.       — Дай хоть в себя прийти, — но я тяну обратно.       Позже ей все-таки удается затащить меня в душ и на завтрак. Пока варю кофе, Юля бесстыдно дефилирует по кухне абсолютно голая.       — Если ты сейчас же не оденешься, то мы не выберемся из дома, а нам еще покупать подарки и украшения на елку.       — Считай меня эксгибиционисткой.       — Тогда я — маньяк, — снимаю турку с плиты и угрожающе шагаю в ее сторону.       — Поняла я, поняла, — лисичка уходит в спальню, позволяя напоследок полюбоваться шикарным стройным телом.       Разливаю напиток по кружкам и сажусь за новый стол, поменял на первую же зарплату. Выбирали вместе, поэтому взяли тот, который понравился обоим. Моментально вспоминаю, как мы упорно спорили в магазине, а после горячо мирились на нем же.       — Чего такая моська довольная? — Юля возвращается, по-прежнему возбуждая своим видом, на ней всего лишь моя белая майка, через которую отлично видно торчащие соски.       — Кое-что вспомнилось… Это, конечно, супер закрытый наряд.       — Я пыталась, — заявляет наигранно печально, прекрасно осознавая, что я чувствую сейчас, и располагается рядом.       — Тебе повезло, что выжала меня, как лимон, иначе мы бы не завтракали спокойно…       — А что? — в ее глазах появляется озорной огонек.       Надо срочно сменить тему, иначе ситуация пойдет именно в то русло, и мы останемся не подготовленными к празднику. Этого никак нельзя допустить, потому что нам предстоит двойной экзамен, сначала знакомство с моими, а позже с Юлиными родителями. Они должны приехать второго января.       — Ты придумала, что и кому подарим?       — Максу и родителям — да, а вот с Янкой — проблема.       — Твоя подружка до сих пор на меня не очень реагирует, предлагаю успокоительное ей приобрести? — тут же прилетает подзатыльник, — Ауч, за что?       — За все хорошее. А Глеб будет у твоих?       — Нет, — что не может не расстраивать, — Мой мальчик влюбился, а девушка динамит. Сказал, что всю ночь проведет под ее окнами в надежде на милость.       — Дурак… — лисичка пренебрежительно фыркает, — Это его жизнь наказала.       С Глебом у них постепенно налаживаются отношения, но осадочек остался. Она и меня-то не сразу простила, в тот раз долго разговаривали, пару раз поругались и помирились.       — Влюбленный дурак, — поправляю ее, — Помнишь, я тоже дежурил возле твоего дома.       — Ну, ты-то другое дело, мой любимый сталкер, — она чмокает в нос, — Саш-ш-ш…       — Ммм?       — Случайно не планируешь вернуться в студсовет?       — Не-а, — о, я догадываюсь, к чему этот разговор.       — Ну, Саш, — она жалостливо хмурится.       — Юля, нет, даже не начинай.       — Да почему?       — Потому что не хочу, мне некогда, да и вообще… У тебя хорошо получается, признаюсь, я однажды тайно подсматривал за репетицией.       — Вот мне нравится, значит, ты не хочешь, и тебя не трогают, а меня заставили! — она искренне негодует.       — Просто народ устал видеть мою рожу, — смеюсь, — а твое прекрасное личико еще никому не надоело, — целую надутые губки, — Ладно, поехали, а то все раскупят до нас.       Я успеваю переодеться и жду лисичку в коридоре, пока та носится по квартире.       — Саш, я не могу найти свой телефон. Позвони на него, пожалуйста.       Как оказалось, у Юли есть склонность периодически что-то терять. Телефон — это просто топ.       По мелодии раньше девушки нахожу его в гостиной под подушками на диване. Ах да, наша бурная ночь началась здесь.       — Гондон? Ты серьезно? Мне кажется, что давно пора переименовать меня! Кстати, почему под номером два?       — Под номером один Глеб, он первый активизировался в вашем споре.       — Когда ты сможешь меня простить?       — Да вроде уже. Дай сюда! — она исправляет имя и возвращает аппарат, — Так лучше?       — Гандончик!!!       — Мне нравится, миленько, тем более, я обычно смотрю на фото, когда кто-то звонит, а не на название, — пожимает плечами, — Я — человек постоянства, и тяжело с чем-то расстаюсь. Например, когда меняю чехол или заставку, сердце кровавыми слезами обливается, а переименовать кого-то — просто конец света.       — Не преувеличивай, наряды ты вот очень даже неплохо меняешь, — ворчу, ковыряясь в гаджете.       — Это совсем другое.       Сам редактирую контакт и удовлетворенно отдаю мобильник.       — «Любимый»? Я думала, ты что-то пооригинальней придумаешь, — Юля разочарованно вздыхает.       — Предпочитаю по старинке.       — Ну-ну, я бы не сказала. Секс в миссионерской позе в твоем исполнении редкость.       — Да ладно, а утром?       Черт, я опять возбуждаюсь, а она и не собирается останавливаться, продолжая провоцировать меня:       — А кто вчера так шустро усадил меня к себе на лицо и самозабвенно вылизывал?       И не поспоришь. Я тоже успел изучить лисичку, поэтому знаю, как надо ласкать, с какой силой надавливать на клитор, когда вставить палец в попку. Находясь на грани, она неосознанно начинает ерзать. Я и сам кайфую в процессе.       — Я снова тебя хочу, рада?       — Да!       Юля самодовольно любуется на бугор в штанах, после чего тянет за руку и засовывает ее в свои трусики, к слову, очень влажные трусики. Похоже, из дома выйти нам не судьба. Не буду врать, что сильно расстроился по этому поводу, все необходимое купим потом, когда-нибудь… На следующий новый год… В следующей жизни…       — А теперь лисичка я тебя съем!       — Колобок-колобок, ты что-то перепутал, да и не особо похож на сказочного персонажа.       — Эх ты, надо следить за последними тенденциями не только в моде. Сегодня вечером устрою тебе просмотр фильма «Последний богатырь».       — Чур, играем по моим правилам, я выбираю позу, — не дожидаясь ответа, хитрюга стягивает платье-свитер и направляется в спальню, бросая его на пол.       — Опять? — иду следом, собирая ее вещи.       — Да… Всегда… Как показала практика, вы с Глебом не умеете придумывать нормальные игры…