Смелее

      Девушка с самого утра была готова к работе, оделась, прихорошилась, даже нашла подобающую для Агаты футболку. За пару минут до выхода раздался телефонный звонок, и в трубке послышался звонкий голосок Тришы Янг. Слова очень быстро вылетали из её рта.       От полученной информации Мия лишь закатила глаза и с ненавистью цокнула языком, но поправила ремень на штанах и наконец покинула пределы своей квартиры. Сосед, молодой парень, который был худощавым и имел на коже россыпь противных прыщей от частого употребления наркотиков и всякой дряни, встрепенулся, заметив новую форму детектива. — Билли, можешь не прятать, я видела за спиной большой пакет с травкой. — словно о пустяке говорила Мия, поворачивая ключ в замочной скважине двери. — А… ты не говорила, точнее, вы. А как теперь обращаться? — начал дико путаться парень, бегая испуганными глазками по обшарпанным стенам коридора этажа. — Так же. Не бойся, я не собираюсь ничего и никому рассказывать, а то после тебя могут заселиться люди похуже. Передавай привет Стелле, она у тебя самая постоянная. — в дружеской манере начала общаться детектив, пряча ключи далеко в потайной карман штанов, к телефону и деньгам. — Ладно, хорошо. Спасибо, цветочек. Давно я у тебя не видел мужчин, может, познакомить с парочкой друзей… — Билли, нет! Не стоит мне угрожать! — засмеялась девушка, понимая, что настроение нужно менять. Иначе весь день пойдёт насмарку, и так тяжело адаптироваться в новом коллективе.       Она с ночи вторила себе вместо молитвы, что нужно быть наглее, смелее и увереннее, проявлять больше инициативы и лезть в каждую дырку. Вела диалоги с собой, доказывая, что её начальник просто зазнавшийся тип, не представляющий из себя ничего. Но все мысли сбивались, когда она вспоминала, как глубоки его серые глаза, и как красиво обтягивает одежда его рельефные мышцы. И ещё Уолтер, что не уступает по внешности и харизме. Такие мужчины не останавливаются на одной, им нужна эмоциональная подпитка от других. Вот их отличие. За Фоллом чувствовалась защита и стабильность.       Но сейчас Мия добралась до участка, взяла дежурную машину и ехала непонятно куда, чтобы забрать своего начальника, а вчера он не позволил даже взять ключи от машины в руки своей напарнице. Только Макс мог выдать оружие девушке. Триша предупредила о том, что этим нужно поторапливаться, слишком интересный вызов, и журналисты вот-вот набегут, словно курицы на сытное зерно.       Дорога привела на пустынный пляж. Сломанные шезлонги, что были навалены в одну массивную кучу вперемешку с зонтиками. Закрытые ларьки. Проломанные доски пирса. Всё было слишком непривлекательным для отдыхающих. Только немного от общей кучи выделялось одно кресло, накрытое куполом зонтика, видны были только ботинки. Неужели её начальник спал всю ночь здесь?       Девушка со всей дури нажала на кнопку руля, пытаясь стать будильником, и это вызвало недовольный бубнёж. И правда, её начальник, молодой и красивый мужчина, откинул зонтик, осел, спрятав лицо в ладонях. А потом швырнул куда-то в бок квадратную пустую бутылку, вспоминая, как же много зла она ему сделала за эту ночь. — Открывай, как там тебя! Батлер! — недовольно прикрикнул уставший от своего похмелья Макс, дергая ручку пассажирского сидения. — Пока не выкинете за собой мусор, не открою. — наконец немного с горделивостью фыркнула девушка, слегка опустив стекло дверцы со своей стороны. — Простите, госпожа Гринпис, не признал сразу. — язвительно проговорил недовольный Фолл и пошёл обратно, убирать за собой мусор, проклиная про себя девушку.       Как всё было сделано, они наконец направились в участок. Песок сыпался от каждого шага полицейского, а руки немного тряслись, когда пришло время открыть сейф с оружием в кабинете. — Даже не спросишь ничего? Тебя устраивает такая работа со мной? — наконец нарушил тишину в машине Макс, прищуриваясь, наблюдая за тем, как же быстро перемещается окружающий мир вокруг него из окна. Он словно ребёнок, пытался отпугнуть от себя Мию, или алкоголь ещё действовал. — Нет, мы не так близки, да и не уверенна, что ответили бы, — она злилась на мужчину и позволяла отвечать на вопросы более развёрнуто. В обычный день она бы ограничилась одним словом. — Ещё раз повторюсь, я не виновата, что меня поставили к вам, мистер Фолл.       Он тяжко вздохнув и мотнул головой, вспоминая этот факт. Значит точно ещё действует янтарная жидкость. Да и не стал бы начальник на второй день знакомства задавать вопросы, как старой знакомой. Зато осталась вчерашняя холодность в словах. Дальше они ехали молча.       Место преступление было как с картинки в сериале, ограждено жёлтыми лентами по периметру. Это была подворотня, где стояли мусорные баки, на железных балках балкона висели летучие мыши, что казалось немного жутки. И толпа зевак, среди которых были и те, кто снимали всё на камеру телефона, а иногда и слышались затворы профессиональных фотоаппаратов, но полицейские пытались разогнать всех, указывая на пункты законодательства.       Конрад кинул злой взгляд на Макса и быстрыми шагами приблизился к ним, взял мужчину за плечо и с силой увёл в сторону, приспуская медицинскую маску с лица на седую бороду. Лицо напарника менялось на каждой минуте разговора. А Мия робко подошла к телу, накрытому простынёй, и потянула ткань немного вниз.       От увиденной картины она встрепенулась всем телом, чуть не упав. От лица оттекла кровь, голова стала кружиться, но давление десятка пары глаз вокруг не дали проявить свой страх и найти в себе силы изучать лицо убитой дальше. Оно было такое расслабленное, почти улыбка, её никто не душил, не бил, виднелись укусы летучих мышей на бледной коже. Это крутилось в голове молодого детектива.       Молоденький криминалист заснял лицо и отпечатки пальцев на своих современных приборах. О таких Мия только слышала на лекциях, но не видела в действии. На экране красным засветилось: «данных нет». Значит, неизвестная жила размеренной жизнью, даже можно сказать обычной.       Но кожа, почти сливается с белизной простыни, что лежала поверх. Девушка немного приподняла плечо жертвы, минимум трупных пятен, значит, крови почти нет, но и крупных ран откуда могла вытечь вся жидкость — тоже. Её выкачали! — Мисс Батлер, я разве разрешал Вам самовольничать? — уже более привычных голосом проговорил Фолл, натягивая латексные перчатки, но услышал рык со стороны дедушки и повёл бровью. — Нет, просто я решила пока посмотреть, простите. — тихо проговорила Мия, чувствуя нарастающую тревогу. С ней такое случалось. Должно что-то произойти. — Мистер Фолл, у неё такие же равные права на работу, прошу соблюдать профессиональную этику. — резко обрубил диалог старший Фолл, посмотрев на внука. — Ауч! Что за… — вскрикнул Макс, который смотрел, как из фаланги его пальца течёт кровь. Острый шип от стебля торчал из ткани простынки чуть ниже того места, до которого успела посмотреть Мия. — Жертва убита давно, из неё выкачали кровь, нужна подробная биохимия и гистология тканей. Укусы от животных. И да, она обвита чем-то наподобие терновника, как всегда детектив Фолл не дослушал. — начал описывать всё судмедэксперт.       Мия набралась наглости и присела рядом с начальником, подняв одну сторону простыни. — Это плетистая роза, возможно рамблеры, но тут нет бутонов, срезаны, — наконец блеснула она знаниями и привлекла внимание коллег. — Но и следов насилия или принуждения тоже нет, значит, она добровольно дала это сделать с собой. — Или она была под снотворными, например. — добавил Конрад и стянул с рук перчатки. — Посмотрите, это было в её руках. — подключился криминалист и протянул закрытый пакет с одной розой на среднем стебле, только на нём уже не было шипов. — Это сорт… — Мия резко замолчала и встала на ноги, поняв, что ещё никогда не видела такой интересный оттенок красной розы и ближе поднесла к лицо улику, — никогда не видела такой. Стоп, а где ребёнок? — она отвлеклась на свежий шрам внизу живота жертвы, который только что заметила.       В голове снова варилась каша из всех имеющихся улик, но этого было слишком мало. Свежий шрам от кесарева, значит, есть маленький ребёнок, не способный прожить без матери. Или она его сдала в приют, или он где-то рядом сейчас. Это объясняет, что, оставив бы ребенка на родственников, то они давно бы хватились своего члена семьи, никто резко не готов обеспечить нормальный уровень удовлетворения потребностей младенца, кроме его мамы. — Роза или нет мы узнаем после экспертизы и консультации с ботаниками. Не забывайтесь, вы пока на испытательном сроке. — холодно ответил мужчина, который окончательно пришёл в себя и демонстративно начал показывать, что он здесь главный. Но это очень сильно задело девушку. — Я тогда пойду в машину, оформлю акты. Надеюсь, это мне можно. — расстроенно ответила оскорблённая Мия и отдала коллеге в руки улику, скрестила руки на груди и направилась к машине, поймав на себе взгляды со стороны.       Батлер быстро печатала сообщение в телефоне, шмыгая носом. Она пыталась сдержать слёзы обиды, но парочку капель не смогли удержаться и скатились по щекам. Детектив вкладывала такую вселенскую злобу в этот текст, чтобы Виктор понял её состояние и прочувствовал на себе всё то унижение, что испытала она.       Конечно, она пару раз черкнула что-то в пустом бланке, но работать уже не хотелось. Макс вернулся обратно в машину немного злой и упрекнул Мию за бездействие, её едкий ответ ещё больше вывел мужчину из себя. Зато такое грозное настроение помогло без всяких дальнейших процедур изъять и посмотреть на месте записи с камер видеонаблюдения из ближайших магазинов.       Детективы только на одной записи заметили мелькнувший номер, отличающийся от стандартных номеров машин жителей США, и решили осмотреть его первым. Мия продолжала молчать и плелась за Фоллом. В участке они потеряли много времени на поиск по базам, и всё привело их на штрафстоянку с утилизацией машин. Предстояло много работы.

***

— Вон она! Эта машина! — неожиданно выкрикнула детектив и открыла на ходу дверцу полицейского транспорта, выбегая. Они ехали не быстро, внимательно осматривали территорию вокруг. — Ты чего?! — крикнул Макс, резко затормозив, когда напарница уже покинула салон автомобиля. — Ненормальная!       Нужная «улика» медленно трещала под щупальцами огромного камаза. Мия услышала писк, но не понимала почему и откуда он. Она дернула на себя калитку, обтянутой железной сеткой, но не смогла открыть. Макс тоже выбежал следом, когда закрыл машину, и уже думал с какой скоростью нужно разогнаться и запрыгнуть на препятствие, чтобы оказаться на свалке. Видел, как их единственная зацепка сейчас медленно поднимается в воздухе к огромному прессу.       Мия же с невероятной ловкостью пролезла под калитку и двинулась дальше, когда её начальник, только начинал свой разбег. Фолл немного опешил от такой грациозности и юркости. — Там ребёнок!! — крикнула Батлер, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Кажется, она одна слышала что-то, кроме гудения машин и хлопков пресса. — Стоп!       Чем ближе была машина к прессу, тем больше нарастала паника у полицейской. Она начала стучать по кабине управления, но не получала ответа. Тот, кто руководил процессом, внутри ничего не слышал. Но раздался выстрел со стороны, пуля пролетела и разбила стекло этого центра управления. Всё остановилось. Пресс стал сбавлять обороты, и стал слышаться надрывной плач из багажника парящей в воздухе машины. Сердце девушки, кажется, пропустило один удар.       Макс и Мия переглянулись. Недоумение в глазах Фолла было видно сразу. Чувствовала, как адреналин ещё заставляет её сердце колотиться, а мышцы медленно расслабляются. Хозяин свалки что-то кричал про ущерб, но шум в ушах и плач ребёнка были сильнее.       Машину опустили на землю, и Мия сразу же подбежала к багажнику, открывая его, точнее почти выдирая. Всё вокруг стало тихо. Интуиция подсказывала, что нужно действовать быстро. Макс не успел и слова сказать, только вызвал криминалистов и погрузочную машину, чтобы доставить улику в участок. — Не трогай ничего! — сказал он, набирая сообщение в телефоне с адресом свалки, но потом поднял глаза на Мию. — О боже…       Детективы смотрели на маленького малыша, его личико было красное от слёз. Ножками он очень активно пинался и стянул с себя одеяло. Ребёнок всхлипнул и снова начал плакать. И тогда Мия не сдержалась и, взяв кроху на руки, стала укачивать.       Макс снова хотел что-то предъявить, но напарница уже нашла соску в багажнике и немного успокоила малыша. Он встал в ступор, когда увидел, как же нежно и ласково Батлер может обращаться с детьми. За грудиной странно кольнуло, но заметив на себе ответный взгляд, встрепенулся и подошёл к багажнику, изучать содержимое. — Вы слышали сейчас меня? Он проголодался и памперс полный. Нужно вызывать педиатрическую бригаду и социальных служащих. — кажется, начальник её не слушал, а только сначала безотрывно смотрел, а после ушёл в себя и принялся за работу. — В сумке есть что-то детское. Вы думаете, что я не знаю, что требуется ребёнку в такой ситуации, Батлер? Конечно, я вызвал и жду ответа. Ребёнку не угрожало ничего, а страховку грудничкам не вшивают в ползунки. С точностью в сто процентов скажу, нас пошлют далеко и надолго… — он замолчал и показал документы, что вытащил из очередной сумки, что находились в багажнике. — Это жертвы? Да? Ну всё мой сладкий, всё самое страшное позади, не нужно плакать. —Мия быстро переключилась на пищащий комочек в одеяльце на своих руках и мимолётно улыбнулась.       Батлер всегда мечтала о младший братьев или сёстрах. Хотела направить свою энергию на что-то кроме капризов матери, как балет, репетиторы и так далее. Даже думала ближе к выпускному завести своего ребёнка, но поняла, что не сможет его обеспечить и родит только заложника поместья Батлеров. Мия обожала нянчиться с детьми, только в её окружении с детьми сидели няньки, и она наблюдала за всем со стороны. — Лили Уорон, студентка последнего курса института инженерии, прав на ребёнка, Сэма Уорона, лишена. — читал из документов мужчина и принялся фотографировать всё то, что считал нужным на телефон. Наконец, они узнали личность убитой. Социальная служба попросила немного присмотреть за ребёнком, пока готовятся документы, и идёт быстрый поиск опекуна. — Она выкрала ребёнка, забрала сумки, бросила учёбу, так и убита она давно. Значит, ребёнок в розыске опекуном. Значит, был кто-то, кто очень сильно повлиял на неё. —начала в слух размышлять Мия, бегая глазами по стоящим вокруг и убитым вдребезги машинам. Она словно не замечала, что вокруг неё есть люди. — Как ты догадалась, что ребёнок именно здесь? — перебил её Макс, занимаясь фотографированием всего вокруг машины. — Почувствовала, а потом услышала плач. Ну и зачем убийце ребёнок, если он уже избавился от жертвы? Убийца знал, что его начнут искать, и скинул с себя Сэма, скажем так. Может, искал кому подкинуть, но не успел, на камерах видно, что труп выгрузили, когда уже светало. — наконец Макс слушал слова напарницы, но продолжал шариться в сумках. Сзади послышались подъезжающие машины.       Фолл был прав, скорая и соцслужба не спешила. — Идёмте дальше работать, мисс Батлер, нас ждёт слишком много бумажной работы. —опять эта сталь в голосе и безразличие на мир вокруг завладели полицейским. — А ребёнок? А как же начать прорабатывать её последние сообщения? Её круг общения? Мы же теряем время! —не стерпела детектив, понимая, что её представления о работе были другими, да и представления о напарнике тоже были совершенно иными.       Макс остановился и, набрав в грудь больше воздуха, развернулся лицом к Батлер, окинул её недовольным взглядом. Его раздражали такие разговоры, потому что он тоже был такой же в плане мечтах о работе. С детства смотрел каждый детектив по телевизору, любил перечитывать гениальные размышления Шерлока Холмса и Эркюля Пуаро. Закончил академию на отлично, везде старался быть первым. Всегда чтил и ценил закон.       Именно последнее его и сгубило. Слишком он был влюблён в конституцию и судьбоносную чашу весов Фемиды, старался быть на стороне добра и правосудия. Но встретился с реальностью, с вечной бумажной волокитой, перебоями в работе не только компьютеров, но и людей. Всё оказалось не так, как показано в книгах. Ещё начальство его недолюбливало за вечную придирчивость — способ защиты в момент, когда Макс осознал, что работа мечты не такая, как он себе представлял. Не всё даже можно было подчинить логике и здравому смыслу. — Дорогуша, ты живешь в бюрократии, ты не в сериале и не в книжном детективе. Ты в реальности, добро пожаловать. Теперь ты раб вечных отчётов и бесконечной писанины! — немного крикнул Фолл и снова развернулся к выходу, не желал дальше затрагивать эту «больную» для него тему. — Ребёнок пока будет с нами. — Но… — начала свою речь девушка в спину начальнику. — У тебя ещё остались «но», Батлер? Серьезно? Да, удалось спасти ценную улику и ребёнка, молодец, за это полагается конфетка! — он снова подошёл ближе к напарнице, чтобы никто не услышал их разговор. — Но мы с тобой сейчас главные преступники. Вторжение, порча государственного имущества, запугивание, улику тоже незаконно вскрыли, обыск без ордера. Сколько насчитала? — язвительно продолжил он с толикой страха. Его выводил из себя излишний героизм на работе.       Мия опустила глаза, начала нервно мять ткань покрывала малыша между пальцами. — И благодаря тебе мы не идём сегодня спать домой, мы пишем по невесть сколько докладов, отчётов и объяснительных за каждый пункт! — продолжил мужчина, выдыхая и сжимая ладонь, спрятанную в кармане штанов и сжатую в кулак. Сильно сжал, напоминая себе, что его внутреннее состояние не должно поглотить личность, но он сорвался на молоденькой девушке, словно она виновата во всем том, что произошло в его жизни.       Это произошло. Кажется, с хрупких крыльев бабочки стряхнули пыльцу, повредили их, и теперь она не могла взлететь, а точнее, не имела смысла этого делать. Она стояла молча, а потом всё же решила не падать духом и не показывать свои замутненные слезами глаза. — Мне неприятно и дурно, когда кто-то с запахом перегара стоит так близко ко мне, п-простите… — монотонно проговорила Батлер и, не поднимая головы, обошла Макса и, когда села в машину, смахнула пару слезинок со своих щёк.

***

      Полицейский завернул к магазину и вернулся с полным пакетом еды, смеси, бутылочкой и пачкой памперсов. Молча кинул всё на заднее сидение, и они направились в участок. Все коллеги отдела даже встали с места, чтобы разобраться в чём дело. Но зло в глазах начальника не позволило никому задавать лишних вопросов.       Сэм сначала мирно спал, а после захотел кушать. Самое неожиданное, что могло быть в этот день, — Макс встал из своего рабочего стола, промыл бутылочку, сам насыпал порошок смеси и вышел из кабинета, чтобы набрать кипятка на кухне. В их кабинете была только холодная вода. А когда вернулся, стал проверять по каплям на руке нужную температуру. Мия только сидела с приоткрытым ртом. Ей казалось это дикостью для такого молодого, вредного, но красивого мужчины. Фолл молча протянул напарнице бутылочку и сел обратно за работу. — Мистер Фолл, у вас есть дети? — неуверенно начала диалог Мия, боясь того, что он мог ей нагрубить или замкнуться и игнорировать. — Да, племянник Шон, сидел с ним с его рождения. — не отрываясь от экрана, ответил начальник, но потом всё же посмотрел на Батлер.       Снова это чувство внутри, как на свалке. Как же ей идёт эта забота о детях. Макс опять не мог отвести взгляд от этой картины, его словно сковало, а мозг уже заменил стены кабинета на деревянные стены его семейного дома на окраине города. Видел, как она ходит с его ребёнком на руках и укачивает, заботиться. Это вызвало панику.       Ещё не одну девушку он не мог так представить, даже когда очень сильно хотел этого, даже обсуждал напрямую. Но не мог увидеть всё так, как сейчас с Мией. Этого не могло быть! Они знакомы от силы два дня, это просто глупости. За грудиной сладко зацарапало. Тогда почему он не видел так Саманту? Его главная мечта — это своя семья, крепкая и любящая, как у покойного брата. И вот Фолл смог её визуализировать впервые и именно с незнакомой девушкой. — Мистер Фолл, вы мне поможете? Подержите его, пожалуйста. — громко сказала детектив, лицо которой покраснело от пристального взгляда, и, кажется, говорила уже несколько минут. — А-а-а, что? Положите его на диван, в чём проблема? — словно отмер от гипноза мужчина и немного испугался того, что его засекли. Позорник. — Он активный малыш, как червяк на руках возиться, а мне нужно отойти немного, пожалуйста. И чем быстрее вы это сделаете, тем лучше. — улыбнулась Мия и зашла на зону начальства, за его стол, став наглее.       Мужчина лишь выдохнул и кивнул, перенял ребёнка на одну руку, а второй не отрывался от отчёта. Он услышал за полуоткрытой дверью милый разговор Уолтера и Мии и недовольно цокнул. — Слышал, ты уже нашла приключения на свою голову, и сегодня внеплановая работа в ночь. — с улыбкой говорил Уолтер. Это так располагало к нему, и немного расслабило Мию. — Да, не только на свою, ещё сюда привезли и малютку, теперь переквалифицировались в няньки… —Я вот за чем пришёл. Обычно на ночь закупаю или готовлю еду, но сегодня я в день и держи, — он взял её ладонь в свою и вложил внушительную плитку шоколада. — Так себе ужин, но мозгу подпитка не помешает. — Гивенсон! Где тебя носит?! — послышался грубый и прокуренный голос из коридора. — Потом поболтаем, Мия… — с улыбкой проговорил он и побежал в свой отдел.       Кажется, это был флирт. Луч света в сегодняшнем дне. Наконец девушка улыбнулась и почувствовала жар на щеках, почувствовала себя школьницей младшей школы. Но это было так мило и приятно. Послышался писк из кабинета, и ей пришлось вернуться обратно, помогать быть нянькой. — Мисс Батлер, разберитесь, пожалуйста, с ребёнком. Он мешает мне работать. — с раздражением проговорил Макс, укачивая на руках малыша. — Подождите, может ему что-то мешает. Я кормила его пол часа назад и памперс меняла. —Мия отрицательно мотнула головой, когда мужчина хотел было подняться и переложить дитя в руки девушки, но потом снова сел в своём кресле.       Они одновременно согнули головы над малышом, пытаясь рассмотреть, что же не так, но случайно стукнулись лбами. Послышался смешок смущения со стороны Мии. — Нитка на пальчике, видите? — подметил полицейский и снова склонился над ребёнком. — Да, сейчас…— она присела и стала аккуратно разматывать нитку с маленькой фаланги пальца, но со стороны казалась вся картина странной. Мия сидела в ногах своего начальника и что-то делала руками.       Это и увидела секретарша главного участка, когда уверенно распахнула дверь перед опекуном ребёнка и педиатром. — Мы не мешаем, господа? — язвительно бросила Агата, кинув стреляющий и злой взгляд на подчиненных. — Совсем нет, а нельзя было раньше, миссис? — Фолл принял всю эту ситуацию в штыки, чувствуя толику унижения со стороны вышестоящего практически своего босса перед другими в кабинете. — Посмотрите на стену, в дипломе не написано, что мы имеем образование нянек. Из-за этой оплошности нам предстоит сидеть здесь до глубокой ночи! — Я вас услышала, мистер Фолл, огромное спасибо за вашу помощь в трудной ситуации. — осеклась Агата, чувствуя эту распыляющуюся катастрофу под именем Макс. — Это не мне спасибо, а мисс Батлер. В последний момент из пресса ребёнка достала. —он передал ребёнка в руки новым людям и вернулся за свой компьютер, не попрощавшись.       Все были так напряжены. Отец ребёнка был недосягаем для анализа на эмоции, только пробубнил слова благодарности и хотел было уйти, но Мия взялась смелости и попросила о допросе, постаралась узнать, что это за жертва, которая осталась без прав на своего ребёнка. Макс сразу ожил и отвлёкся от экрана, понимая, как же вспыльчивость затуманила его профессиональный взгляд.       Допрос дал очень много для понимания происходящего. У жертвы появился любовник, постродовая депрессия требовала перемен в жизни. Начались клубы, бары и алкоголь. А потом она стала отдаляться всё больше и больше от своей семьи, улыбалась вновь пришедшем сообщениям от неизвестных мужчин, а потом вообще сбежала.       Но несколько дней назад ребёнок пропал из своей кроватки, и началось расследование. Только отдел поиска пропавших людей, массовые группы поисковиков-добровольцев не дали отчёта и весь отдел пропустил эту наглую кражу малыша. — Всё как я и ожидал, не хотите поделиться Вашими догадками насчёт происходящего, пока вы описываете на каждом отдельном листе каждую выпущенную пулю? — устало проговорил Макс, который последним вернулся в кабинет и протянул Мие папку с бланками. — Не думаю, что вы будете слушать меня дальше, чем два предложения. И разве законно описывать пули в чужом пистолете? — более уверенно проговорила измотанная полицейская, пожав плечами. Её знания наконец позволили ей немного взять вверх и отстоять свои границы, не давая нагрузить себя лишним.       В ответ послышался смешок —это была её маленькая победа. — Так то, ты даже права. Но вместо фонового звука я бы не отказался слушать, — серые глаза гипнотизировали часы, показывающие уже время глубокой ночи. — Осталась ещё парочка бумаг и по домам. Вперёд, Батлер, слушаю.       Она сначала не могла понять с чего начать разговор, чувствуя унижение. Все её труды снова растоптал этот невыносимый мужчина. Или же это была некая месть за то, что Мия в мягкой форме отказалась делать работу своего напарника. — Ну, жертва забеременела неудачно, хотела карьеру, но вышла замуж. Депрессия, к ребёнку интерес пропал. Девушка вернулась к былой жизни: учёба в универе, прогулки с друзьями, радость от походов в клуб. Но, появился кто-то или даже могут появиться кто-то… — Думаешь, выкачать кровь могут кто-то? Именно множественное число? — резко перебил её Фолл, черкнув в бумагах что-то ручкой. — Возможно, нужно ждать экспертизу. Думаю, жертва доверяла своему убийце. Следов побоев, сопротивления, повреждения не было. А заманил он её тем, что подарит лучшую жизнь. Иначе, она бы не пошла на кражу ребёнка. Убийца моралист? — удивилась она своим же выводам и свела брови, недоумевая, пытаясь сложить всю картину в голове, словно детали пазла. — Или же на ребёнка были планы, но он не успел их реализовать. — полицейский уставился в одну точку, тоже обдумывая всё. Их ход мыслей был в одном направлении. Мужчина размышлял параллельно заполнению бумаг. — Нет, тогда почему он захотел избавиться от него? Не подвинул в приют, не бросил под дверь родного отца? А именно пригнал машину к свалке на утиль? — Мия почувствовала, что наконец находится в своей работе. — Думаю, обычное убийство. Просто красивое. — А кто сказал, что убийца пригнал машину сам? И пригнал ли убийца? А ребёнок — это улика, так же, как и полные сумки вещей с документами жертвы. Значит, кто-то надоумил жертву забрать ребёнка от родного отца или же жертва так доверяла своему истязателю, что и своё дитя прихватила для побега из города. — наконец Батлер увидела цвет глаз своего напарника. Глубокий серый цвет, манящий. Фолл щёлкнул кнопкой ручки и начал приводить свое рабочее место в порядок. — Там была наклейка на лобовом стекле и опрос хозяина свалки, он нашёл машину под своими воротами… — Я бы не стал называть ту конструкцию воротами, раз под неё пролезла целая девушка и перепрыгнул мужчина, так, оградка, — пожал плечами Макс и снял свою полицейскую куртку, стянул портупею с пистолетом с плеч и переместил кобуру на пояс штанов. —Поехали домой, мы всё равно ни к чему не пришли. Пистолет в сейф. — Что? Почему? Он же зарегистрирован на меня… — в последней надежде на благоразумие босса выпалила детектив, кинув недовольный взгляд на него. — Мне так спокойнее. Я вижу по твоим рукам, по твоей стойке на ногах, что ты не стрелок и ты его носишь, только под моим присмотром. Поэтому, быстрее, Батлер. — он зажмурил глаза, отгоняя сонливость и усталость.       Девушка потеряла дар речи и не знала, чем ответить на эти обвинения. Но Фолл был прав. В академии Мия не занимала первые места по нормативам стрельбы. Ей лучше давалась борьба с захватами, из которых она буквально вытекала благодаря своей не полицейской пластичности и грации, могла выбраться из наручников и стяжек на запястье, ногами могла зацепиться как обезьянка за что угодно благодаря балетной школе.       Но стрельба для детектива была чем-то недосягаемым. Ей было страшно даже допустить мысль, что она может пустить пулю в кого-то, поранить. Возможно, это и был блок её развития навыков в данной области. Доброта, гуманность и милосердие —главные характеристики Мии, а не жесткость и грубость, как у Макса. Но в академии её выпускали всегда за счёт непонятного везения. Из всей обоймы лишь один-два патрона попадали в максимальные баллы нарисованного и разлинованного человечка в тире, что являлось порогом и не позволяло ей быть отчисленной. А остальное было выпущено не то что в цель, да и вокруг не попадало.       Поэтому Мия согласилась и нехотя отдала оружие: — А вдруг на меня нападут? Чем мне защищаться? — бурчала она, следуя за Фоллом на стоянку. — Ты закапываешь себя, понимаешь? Если на тебя нападут безоружный, то ты со своим пистолетом мгновенно из жертвы перейдешь в нападающего. Тебя никто не будет вытаскивать, а хотя стой, забыл, Уильям на тебя глаз положил, но это не повод разрешать тебе разгуливать с оружием! — немного раздраженно ответил мужчина, открыв дверь своего чёрного внедорожника, и завёл ключом двигатель. — Ты так и будешь стоять? Садись. И полицейский должен без оружия обезвредить нападающего. — Зануда… — прошептала себе под нос девушка, скрестив руки на груди, но села на соседнее переднее сидение. — Я слышу, детектив Батлер. Какой адрес? — Макс уже настраивал навигатор на приборной панели машины. — Виджерон-стрит, корпус А.       Они ехали молча. Мия не понимала почему она так без уговоров села в машину Фолла. Кажется, вокруг него было чувство уверенности, защиты. А Макс не понимал, почему именно за эту девушку чувствовал ответственности и желание довести её целой было сейчас главным. И это не только воспитание джентельмена. — До завтра, детектив Фолл, спасибо. — пробурчала Мия, отстёгивая ремень безопасности и подмечая движение в темноте у кустов. — Вроде дочка магната, а живёшь в … гадюшнике. — Мистер Фолл, вот это очень обидно! До свидания! Положение моего отца ещё ничего не говорит обо мне, до свидания. — это стало последней каплей от невыносимого и нескончаемого хамства босса.       Она выпрыгнула из джипа и громко захлопнула дверь, направилась ко входу в корпус, даже не включая фонарик. Слишком хорошо знала это место. Лампочки постоянно выкручивали жильцы с этажа выше, но Макс освятил всё фарами и заметил целующуюся парочку рядом с неухоженным кустом декоративного деревца. — Мия, стой, прости, я не думал, что… — полицейский выскочил из машины и в несколько длинных шагов преодолел расстояние от него до Мии, что искала в портфеле ключи. — Что вы можете оскорблять людей? На работе это ещё терпимо, этика, отношения босс-подчинённый, но сейчас это не работа. Как вы можете судить о доме по его внешнему виду?! — почти плакала Батлер, продолжая ковыряться в губных помадах, чеках и пачках жвачки на дне сумки.       Макс немного встрепенулся, понимая, что задел какую-то старую рану девушки. Эта обида, что вырывалась потоком из неё заставили мужчину сделать даже маленький шаг назад. Он набрал в грудь воздуха, но краем глаза заметил знакомое лицо, что уставилось на ссору напарников. — Косяк, конечно, шеф. — сказал Билли, сосед по этажу Мии, что беседовал сегодня утром с детективом Батлер. Он был первым задержанным у Макса, когда тот ещё находился под руководством своего старшего брата в отделе наркопреступности. — Я не думал, что так сильно задену Вас, Батлер. Билл, тебя вообще не спрашивали! —огрызнулся Макс, который не привык к тому, что на него могут говорить таким тоном и тем более ещё и такой контингент берётся комментировать ситуацию. — Давайте я хотя бы провожу Вас до квартиры в этом случает. — Не смейте кричать на него! — огрызнулась Мия, чувствуя себя главной на своей территории. — Никто не может кричать на моих наркоманов! Идём, Билл, домой. Ещё раз спасибо, мистер Фолл, приятных снов.       Билли, кажется, прошёл вместо со Стеллой с победной улыбкой и открыл своим ключом входную дверь, запуская девушек. А потом и вовсе напоследок показал Фоллу язык, вызывая ярость у полицейского.       Она имеет свои связи в самой информативной когорте лиц города, это могут быть её информаторы и шпионы. Тогда почему он не смог выстроить такие отношения и не пользоваться этим все это годы? Эти мысли только и крутились в голове Макса, униженного и оскорблённого в один момент. Эта не такая обычная девушка, как он думал.       И ему ещё предстоит знать на сколько она необычна