Не каменное сердце

Дул слабый знойный ветерок, проникая в комнату, пока солнце жарило деревянный подоконник и небольшой квадрат паркетного пола, идущего прямо от окна. Утро началось ленивым и тоскливым. В городе уже неделю как обещают дождь, а это пекло с самого утра вызывает головную боль. Одним словом - лето. Майк заставил себя встать с кровати, его уморила жажда, да и пот неприятной липкостью немного раздражал. С такой же неохотой он вяло включил кондиционер и побрел на кухню за водой. - Майк? - на кухне женщина не то пожилая, не то средних лет, поспешно допивала кофе и собиралась уходить. - Ты не на работе? - промямлил парень. - Не на работе, - она уже направлялась к выходу, - мы с отцом на отпуске, план есть хороший. Вечером обсудим. Дверь захлопнулась. "Охуенно просто." - заметил Майк про себя. Когда у его родителей возникает, план, это значит лишь одно - он проведет ближайший месяц с ними в каком-нибудь курорте/зоне отдыха/путешествии/санатории. Не сказать, что он был против: особых планов у парня не было. Плавно протекали его деньки, без лишних беспокойств (о вещах напрасных). Занятия физикой, велосипед, посиделки с друзьями - все это, не волновало его тревожные мысли. Интерес пропал. Вдохновение тоже. Музы нет, и не было. Весь июль он скучал, спал по 12 часов, потом ритуально 1 час лежал и пялился в потолок, после чего компьютерные игры с комиксами, ужин и сон. Последние годы его жизнь мчалась только вперёд, каждый день новые встречи, новые чувства и впечатления, и бесконечные приключения, и как это часто бывает с долгим пребыванием в таком состоянии, после наступает пустота. Та пустота, которая вакуумом высасывает силы, мысли и желания. Человеку в такие моменты больше всего хочется тишины. В такие минуты, душа не хочет слышать даже саму себя. Одни это называют физической усталостью, другие творческим кризисом. Для Майка же, это была просто вспышка летней грусти, которая отнюдь не мешала жить. Будучи чувствительным, и временами сентиментальным, парнем, он умел прислушиваться к себе и "ловить" чувства, поэтому Уилер перманентно знал, что стоит ему только открыть для себя что-то новое, получить встряску и шквал новых эмоциональных бурь, как этот механизм снова заработает и на этот раз, он уже будет выдавать нечто совсем другое и новое. Нет, ему не нужно было очередное путешествие и прочая головная боль с Изнанкой. Всего лишь тот случай, который вдохновит и окрылит, чем начнет беспокоить, сбивая почву под ногами. Оставалось только ждать, этого нового необычайного, от чего сердце и замирает, и бешено стучится. От тихих раздумий насчёт сегодняшнего дня парня прервали непрекращающиеся звонки на телефон. "Только не Эл. Боже, только не она. Заебала уже каждый день звонить и целый час трещать о том, как она прекрасно спала и завтракала". Майкл уже давно понял, что ни она его, ни он ее не любит. То что было между ними - ни что иное, чем подростковые гормоны. К счастию парня, в трубке послышался голос Байерса. - Алло, при- - Привет, Майк, - Уилл улыбнулся, Уилер почувствовал это,- как дела? Короче, прости, если отвлекаю... - Да нет же, нет. Ты вовсе меня не отвлекаешь, - возмутился парень, - продолжай на чем остановился. - Я хотел сказать тебе, - Байерс улыбнулся ещё сильнее, сдерживая смех, - у тебя красивая...задница, - послышался громкий смех, на удивление Уилера, нескольких людей. - . . . - Бля, Майк, прости, задание такое тупое на "правда или действие" попалось. - У меня травма, - театрально вздохнул кудрявый, - гляньте-ка до чего меня довели. У меня истерика! Ах! - парень слышал, как Уилл с новой волной заливается смехом. - Ладно, Майк, я тут с друзьями, давай, ещё созвонимся. - Не звони мне больше, - максимально стервозно и показательно прошептал он. Майк с Уиллом не виделся уже около года: последний переехал в другой город. Они редко созванивались, однако те совместные беседы пролетали незаметно и легко для обоих. Тем временем, Уилер уже закончил утреннюю церемонию чистки зубов и душа, и хотел было по заданному алгоритму усесться за приставку и потерять ещё один день, но магическим образом ему расхотелось играть. Тогда парень просто раскинулся на полу, надел наушники и вяло погрузился в какой-то учебник по физике. "Скучно" - буквы не лезли ему глаза, строки, то и дело выскальзывали из поля зрения, а голова уже почти впечаталась в страницу, не желая подниматься с нее. Внезапно он вспомнил утреннюю беседу с Байерсом, на его лице появилась едва заметная улыбка, а в голове парень начал представлять образ Уилла, который заливается смехом, качается во все стороны, словно лодка на воде. Затем Майкл вспоминал все красивые и счастливые моменты с Уиллом. Как они на одной из ночёвок, ещё будучи детьми напились кофе, а потом, словно в одно место ужаленные, сметали в пух и прах все вокруг себя, кружились и вертелись; как на вечеринке у друзей они сбежали, узнав, что те планируют в бутылочку играть - дураки; как вместе весь вечер ржали, пародируя своих друзей, их глупые привычки и гримасничали, изображая самих себя. И ещё одно воспоминание, как они долго смотрели друг на друга . Вообще-то это были гляделки, но те полминуты длились слишком долго, когда не моргаешь, время проходит более томно и протяжно. Дальше Майк не вспоминал ничего, потому что он уже спал, солнце сменилось пасмурностью, за окном шумели соседские собаки, беспокойно покачивались и шептались деревья.