Его Солнце

      Гречкин пролежал в ванне всю ночь. Не мог успокоиться.       Ему просто хотелось увидеть Лёшу. Почувствовать Его руку в своей, Его губы на своих.       Вода в ванной грязная и ледяная. Кирилл наконец удосуживается вылезти из нее.       Отец говорил про какую-то встречу, на которую надо было обязательно явиться.       Гречкину не хотелось идти туда от слова совсем — невыносимо видеть эти лицемерные рожи. Девушек, вешающихся на его шею, дабы быть «той единственной», а на самом деле желая только деньги. Парней, которые набивались ему в друзья, дабы у них был хороший партнёр по бизнесу.       А ему хотелось блевать от одного их вида.       Парень был готов отказаться от денег своего папаши, лишь бы перестать жить среди этих... людей.       Вернуться в мир ромашек, любви и поцелуев. Мир, который создавал Лёша уже одним своим присутствием.       Кирилл спускает воду, скидывает мокрую одежду — горничная постирает.       Наконец избавившись от одежды, Гречкин становится под тёплую струю душа. Рука тянется к шампуню с запахом ромашки и апельсина, вмиг выливая пол тюбика себе на волосы. Помыв наконец за три недели волосы, Гречкин берет мочалку и гель с тем же запахом; намыливает тело. Смыв пену, Кирилл выключает воду и укутывается в полотенце.       Переодевшись в халат, он вызывает горничную, которой не было в доме уже, наверное, месяц. Заказывает еду.       Пока всё находится в пути, Гречкин приводит себя в порядок, прячет мешки и синяки под глазами и становится, наконец, хоть немного похожим на человека.       Курьер быстро подъезжает. Кирилл чуть ли не сметает еду и плетётся одеваться.       Нужно заехать к отцу. а хочется ему в ебало.       Одевается он в какую-то цветастую рубашку и спортивный костюм, тот самый.       Кирилл спускается на парковку, садится в первый попавшийся ему на глаза спорткар. Красный Ламборгини. Гречкин быстро заводит автомобиль и давит на газ, отчаливая с парковки.       Водит богач плавно, но очень быстро. От этого Лёша всегда вжимался в сидение, ругал Гречкина и просил помедленнее, а тот лишь смеялся ускоряясь, после поездки выслушивая ворчание любимого.       В окне сначала пролетают огромные хвойные леса; поля, полные подсолнухов; перистые облака.       Но живописные пейзажи вмиг сменяются шумным городом.       Люди бегут по дорогам оживленных улиц, лихие подростки сидят около небоскрёбов уходящих в небеса, атмосфера здесь совсем другая.       Вдали показывается огромное здание в пятьдесят, а то и больше этажей.       Гречкин паркуется около этого самого здания и вальяжно входит. Люди при виде его здороваются и спешат расступиться.       Фу. Бесит.       Кирилл заходит в лифт и нажимает на кнопку самого последнего этажа. Девушка рядом противно ухмыляется и обращает на себя внимание кашлем.       Голова богача поворачивается в ее сторону.       — Добрый день, Кирилл Всеволодович! — Произносит она, хлопая глазками, — Вам к отцу? Я могу Вас проводить.       Гречкин кривит губы, очередная «фанатка» пытается привлечь его внимание флиртом.       — Ага, добрый. Я и сам могу дойти.— Безразлично произносит он, отчего девушка закусывает губу.       Видимо, она не поняла, что Гречкину на неё все равно, поэтому из ее руки «случайно» выпадает ручка.       — Ой, — Произносит девушка, вмиг наклоняясь, показывая своё глубокое декольте.       Гречкина опять тянет блевать. Он спешит побыстрее выйти из лифта на каком-то этаже и добирается до кабинета по лестнице.       Расталкивая всех людей, Кирилл влетает в кабинет отца без стука.       — Чё тебе от меня надо? Чё за встреча? — С порога заявляет Гречкин, заваливаясь в кресло.       — Ни здрасьте, ни до свидания, — Безразлично говорит Всеволод, — Ты обязан явиться на праздник в честь помолвки сына моего друга.       — С какого хуя я должен шататься по тусовкам твоих убогих дружков?! — Вспылил Кирилл.       — С такого! Если не явишься туда, то я лишу тебя всех благ! — Повышает голос Гречкин старший, тошнотворно выделяя последнее слово.       Кирилл в бешенстве хмурится до неузнаваемости и вскакивает, уходя из кабинета, громко хлопнув дверью.       Как добрался до машины богач не помнит, помнит только, как яростно сжимал руль до побелевших костяшек.       Гречкин заводит мотор и быстро уезжает домой. Успокаивается только тогда, когда вид в окне сменяется с шумного городского на спокойный загородный.       Лёша любил такие пейзажи… Еще Он любил ездить с Кириллом на речку, всегда говорил, что речка — это то, для чего вообще ждут лето. Кирилл убедился, что это правда...       Он резко выворачивает руль на маленькую неровную дорогу, которая ведёт через лес. Вскоре он подъезжает к речке. К той самой речке, на которую они с Лешей в первый раз вместе ездили…       Гречкин вываливается из спорткара и бежит к речке, снимая на ходу всю одежду. Оставаясь полностью оголенным, он прыгает в воду.       Ныряет. Снова бесцельно что-то кричит.       Но вдруг замечает лягушку. Он вмиг припадает к ней на колени.       — Вот ты как живешь без своей лягушки, а? — Гречкин вырывает водоросли и заталкивает к себе в рот, — А я вот без своего лягушонка не живу.       Лягушка лишь квакает в ответ, мол: «да-да, понимаю».       — Только ты меня понимаешь.— Кирилл наконец вылезает из воды, напяливает одежду прямо на голое тело, морщась.       Наконец машина вновь заводится и укатывает вдаль.

***

      Оставшуюся часть дня богач проводит на диване за телефоном, а вечером официально одевается и едет на вечеринку.       Припарковался он на самом видном месте, где, наверное, и парковаться нельзя, но сейчас ему по барабану.       Кирилл вальяжно заходит в здание. В его духе. Внутри все сделано под музей, роскошно.       Большие белые колонны уходят в потолок, стены украшены различными узорами, которые, видимо, сделаны из золота.       Гречкину все равно, он берет первый попавшийся бокал и вливает в себя залпом. Игристое. Мерзость.       Наконец, он видит своего отца, беседующего с каким то мужчиной.       Кирилл подходит к ним, ухмыляясь.       — Добрый вечер, отец, добрый вечер, я не знаю вашего имени! Извините! — Гречкин младший делает грустное лицо, но это все очевидная фальшь.       — Я Густав! Отец мужа, — Вальяжно произносит мужчина и крутит в руке бокал. — Кстати, вон там мой сын со своим партнером, можете побеседовать.       Кириллв смотрит туда, куда показал Густав и видит Его. Лешу рядом с каким то парнем.       Сердце пропускает удар.       — Моего сына зовут Андрей, а его возлюбленного Алексей, — Густав вместе с отцом Кирилла уходят прочь.       Гречкин стоит и пялится на парочку.       Андрей тянется к Леше и целует его, а Лёша нежно отвечает.       Мир Кирилла рушится. Его Лёша любит другого человека.       Ревность окутывает его и он несётся к Макарову, тянет на себя и быстро уводит со словами «надо поговорить».       Как только они остаются в каком то тихом переулке дома Гречкин толкает Лешу к стене, а сам остаётся стоять далеко от него и всматриваться в родные черты лица.       Во взгляде Макарова ничего не читалось. Ну, или это Кирилл не мог прочитать.       — Что тебе нужно?! — Наконец решает подать голос Лёша       — Лёш.— Гречкин замирает, когда слышит этот голос, и чуть подходит. Макаров вздрагивает и вжимается в стену, — Лёш... Прости меня пожалуйста… Я такой дурак. Я... я до сих пор люблю тебя. Ты мне снишься каждый день. Я- я очень люблю тебя.       Макаров застыл от шока, он до сих пор ненавидел и одновременно любил Кирилла, эта любовь была не похожа на ту, которая была у них с Андреем. И была ли вообще?       — Гречкин, ты не представляешь как я хочу, чтобы ты съебался из моей жизни! У меня есть Андрей и я его люблю, так что ты мне больше даром не нужен, — Ложь. Чистая ложь.       Макаров толкает Кирилла в грудь и уходит в зал.       А Кирилл скатывается по стене и понимает, что это может быть «прекрасный» конец.