our secret

— Давай, Чонгук, энергичней. Я вижу страсть в твоих глазах.— как же Хоби заебал. — Хён, это не страсть, это подводка потекла.— оседая на пол, начал ныть я. — Куда сел, давай встаём и репетируем.— раздраженно уставился Хосок,— Кто мне в десять часов ночи позвонил и сказал, что хочет потренироваться?! А!? — Ну Хось. Я устал. Ты же мой друг. Почему ты со мной так жесток? — И что, что я твой друг, здесь я твой хореограф. — Хось, мне нужно снять напряжение. — Сосать я тебе больше не буду. И то тот раз был по пьяне. — Да я не об этом. — А о чём? — Я хочу с тобой поговорить.— кроме Хосока и Чимина мне больше некому выплакаться. — И о чём же?— сел рядом со мной и облокотился об холодную стену Хосок. — Стоп. Ты что до сих пор помнишь тот замечательный отсос?— хитро поиграл бровями. Мы тогда изрядно напились на днюхе Чимина. Я тогда смирился, что я гей, а Хосока бросила девушка, а до этого у него был кризис ориентации. Ну как то и покатилось. Это была одноразовая акция. И хорошо. Нельзя похерить братскую дружбу. — Ой, да иди ты в задницу! — Если только в твою.— с того дня подобных случаев не было, но постоянные подколы остались. — Да пошёл ты. Я к тебе со всей душой, а ты как всегда в задницу намылился, извращуга. — Ладно, успокойся. Я хотел поговорить с тобой о Тэхене. — Это кто? Твой новый ухажёр? — Нет, мой будущий отчим. — Чего?! Да ладно?! Вот это тётя Лин даёт. А сколько ему? — А вот тут маленький нюанс, ему 25. — Ахуеть! Он наверняка горяч. У тебя явно на него встал. И твоя похотливая задница уже распланировала ваш первый секс. — Да пошёл ты Хосок. Я ему реально не доверяю, ну вот совсем. Он молодой, ну и действительно горячий, а моей маме уже за сорок. Где они могли познакомиться? Нет, я не считаю маму страшной, просто где? — Ну может, они столкнулись где-нибудь в кофе, их взгляды были направлены друг на друга и они поняли, что это любовь с первого взгляда? — Хосок, мы не в дораме.— смерил его скептическим взглядом. — Да ладно. Не забивай голову лишними проблемами. Просто наслаждайся жизнью. Твоя мама счастлива и это уже хорошо, если этот тип делает её радостной, то и этого уже достаточно. А ты лучше сконцентрируйся на предстоящем дебюте, подтяни пару движений. И все будет зашибись. А на этого упыря не обращай внимания. Хочешь давай сгоняем в клуб, оттянемся?— я внимательно слушал наставления Хо. — Давай.— как-то смиренности ответил я,— но я правда не могу не забивать голову всей этой мудатенью. Он меня правда очень сильно раздражает. — Ну хорошо, что тебя именно в нём бесит? — Этот босяк появился из неоткуда! Он для мамы вообще ещё сопливый! Творит всякий беспредел! — И что он такого сделал? — Он яйца свои ко мне подкатывал. — В смысле? Как именно? Он тебя трогал? Или как-то словами? — Да если бы тронул, я ему эти руки бы повырывал и в зад его хитрый засунул! Подкатывал он ко мне, ну или моему разгоряченному гейскому мозгу так почудилось. — И что он сказал? — Цитирую: «А я тебя и не прошу называть меня отцом,а папочкой можно.» — Да расслабься. Он наверняка хотел с тобой поладить. Может ты всё-таки примешь его? — В рот ебал такого папашу.— Хосок не стал спорить, так как знал что это бесполезно. Так мы просидели минут пять, пока Хо не возобновил разговор. — Вот я не понимаю, тебе семнадцать лет, милый мальчик, а говоришь как сиделый. Ты где такому понабрался? — Хахаха, Хось, я частый гость в обезьяннике, там и не такого понаслушаешься. — Ты кончай со своими приводами, а то тебя быстро из группы попрут. — Да я всё. Понимаю я. — Вот и хорошо. Давай вставай и по домам. А завтра в девять я за тобой заеду и в клуб. — Хорошо.