Призрак корабля Немезида.

— Старскрим, объяснись! — Простите, Лорд Мегатрон, она каким-то образом смогла уйти из моего поля зрения.       После последнего слова произошел звонкий удар шлема об пол, а вторым звуком был сервопривод об шлем коммандера. Мегатрон был ни то чтобы взбешен, он был в ярости. Самый подозрительный десептикон на свободе и непонятно, что задумал. — Тогда это объясняет, почему Нокаут поехал не на гонки а в лес, — Оро вздыхает и более раздраженно ворчит. — Ты хоть понимаешь, что ты сделал? — А что я сделал, скарплет?! — поднявшись с пола, заместитель вскрикивает на миникона. — Единственного медика ты отправил, в прямом смысле, к черту на куличики. Не пойми куда, не пойми на какую опасность, — девушка обвинительно тыкает в него пальцем. — Думаю, это в первый раз, когда я с тобой согласен, солдат, — рычит лидер десептиконов.       Под давлением сразу обоих сикер стушевался и извинительно преклонил шлем. Когда-нибудь они преклонят пред ним свои головы. Но пока придется просить прощения. Попытавшись придумать отговорку, его мыслительный процесс прерывает тяжелый удар по крыльям. Визгнув от ужаса и боли, тот повалился на пол. Крыло всё ещё двигалось и функционировало, что очень странно. — Пойми, Скримми, это не пощада от слова совсем, — ухмылка расширилась у, стоящего на столе, призрака. — Ты нужен в рабочем состоянии, чтобы исправить свои ошибки.       Он захотел ответить на наглость, но ловит на себе презрительный взгляд Мегатрона и вновь тушит свой порыв. Получив несколько приказов и отряд разведчиков, коммандер вылетает на поиски, пока Саундвейв, по приказу своего командира, искал потерянный сигнал Нокаута. В то же время Орифель просто сидела рядом с Дредвингом, её новым опекуном и скучно разглядывала арсенал, переводя его брата, при этом над ними подшучивая.       Таким образом прошли сутки. Ни сигнала не было поймано, а Старскрима с любыми новостями даже и не вспоминали. Тихо. Тревожно тихо, по мнению призрака. Для неё это было самым настоящим затишьем перед бурей. И она это осознавала всеми частицами души. — Немезис! — Дредвинг вздрогнул от неожиданного крика за спиной.       В ответ прозвучала лишь тишина. — Немезис, ебать тебя в рот, ответь! Что молчишь?! — Оро казалась раздраженной и встревоженной. — Я здесь, зачем так визжать! — в ответ послышался агрессивный ответ ИИ корабля. — Тебе посоревноваться бы со Старскримом в своих визгах. — Ты чувствуешь, что это до боли в груди странно. Ни одной новости за… — Двадцать шесть часов и тридцать две минуты. — Да, за это время не было ни одной новости от истерички или сигнала от них, — она проигнорировала его оскорбление. — Не хочу это говорить, но мы несколько часов назад над той же точкой потеряли поочередно сигналы каждого разведчика и коммандера ВВС, Старскрима, — тот вздохнул. — Сейчас я пытаюсь выяснить вероятные козыри в рукавах Эйрахниды и сопоставить с нашими оставшимися. — В каком смысле оставшимися? — При побеге Эйрахнида отключила динамики и камеры, я не мог предупредить вас, — в голосе Немезиса слышалась частичка тревоги и сожаления. — Подожди-подожди, — миникон выставил свои руки, останавливая информацию. — Значит, в её руках есть переключатель или магнитная перчатка? — Нет, все артефакты хранятся в самом недоступном месте внутри меня, в моей, примерной, искровой камере, — его тон снизился и говорил почти шепотом и более басистым голосом. — Тебя там не было и слава Праймусу. — То есть искровая камера? — теперь уже Дредвинг задался вопросом, какого черта. — Ну, мое зарожденное ядро отличается от места, где я получаю энергию, — камера наводится на фейсплейт мелкой пакостницы. Но визор оставался в оставался тускло-карминовым. — Я… помню, что… Старскрим нашел что-то, что смогло сделать его копии из-за попадания его ДН- нет, КНК на что-то, — она снова замолкла, роясь в своей памяти. — И там же они, с Эйрахнидой, нашли вещь, как… твой стазис-луч. Можешь поискать похожее на моё описание артефакт или какую-то вещь. — И не надо искать, понятно по твоим же словам, что это, — и динамик с шипением отключился, оставляя Орифель ещё более встревоженной.       Гробовая тишина обрушилась между ними двумя и лишь скрежет когтей об фейсплейт грубо прерывал её. Оружейник схватил манипулятор, который уже начал создавать большую царапину на щеке. — Перестань, — мех отпустил манипулятор, который сразу же хотел метнуться на своё изначальное место, но его снова хватают, только сама обладательница. — Ох, это привычка, — она неловко хихикает. — Скребу лицо, когда чувствую себя плохо.       Визор снова тускло светил, переключаясь с красных и коричневых на мутные зеленые оттенки. — Ты… боишься? — после этих слов визор ярко вспыхнул брусничным цветом, что аж в оптике у собеседника зарябило. — Н-нет, я просто волнуюсь! — икнув, она отворачивается от него, скребя когтями по столу, на котором сидела.       Вздохнув, синий мех говорит, что надо отойти проверить солдат. Получив в ответ лишь тихое «угу», уходит на тренировки, оставляя её наедине с собой.       Рука ненамеренно поднимается, чтобы почесать невидимый зуд. Контролируя свои волны, она вздыхает. Сейчас всем нужен подъем, а не давящую на душу тревогу. Чтобы успокоить себя, она решила прогуляться по кораблю. Давно она не была одна со своими мыслями. Всё время кто-то да рядом был, как случайные вехиконы, которые мило или осторожно беседовали с ней, или коммандеры, как Саундвейв или Шоквейв с Предакингом.       Она одна. Вновь. Что-то до омерзения больно сжалось в груди. Она больше не хотела такую судьбу. Почему она не отказалась стать надзирателем. Стой. А она принимала жить образом куклы-надзирателя? НЕТ!       Ошейник затрещал, сужаясь на горле, и перед глазами выскочило вечное напоминание о себе. Если бы она не выбрала быть им, то не встретилась с теми, кто стал ей дорог. Ни Саундвейвом, ни с тем квартетом вехиконов, ни забудь о ней нет. Невозможно забыть.       Перед глазами промелькнул знакомый силуэт. Мелисса. Если бы она не дала ей последние подсказки по нахождение часовщиков и «судью» Кротакс, то ведьма времени не находилась в постоянном круге ада. Именно из-за того, что нужно было заполнить историю, теперь та, кто хотел лишь узнать причину уничтожения её семьи, обречена всегда видеть призраки прошлого.       Ошейник сузился до удушающей тошноты. Скрежет металла об металл слышался всё хуже и хуже. Вина начала оседать на кончиках разума, распространяя свои корни в глубину. — Уголек! — некто громкий и радостный подхватывает миникона на руки. — А я искал тебя. Где ты была? — Я… — хрипенье вырвалось быстрее осознанного ответа. — Я просто гуляла. — Что с тобой, уголек? Ты простудилась? — Предакинг вопросительно наклонил голову. — Я же неживая, — та нахмурилась. — А я так не считаю, ты определенно жива, если такая веселая, — огромный мех улыбнулся и приобнял девушку. Она лишь раскрыла глаза шире от ответа. — Эй, кто тебя ранил?! у тебя на левой щеке нет живого места. — Ох, это… моя вредная привычка, — кривая улыбка смогла пробиться на лицо. — Я попытаюсь больше так не делать, Кинги.       Визор мягко горел серым с маленьким переливом в зеленый снизу. Клуб дыма вырвался под недовольное фырканье предакона, но мех больше ничего не сказал и просто понес её в лабораторию. Проведя в довольно неловком молчании, предакон всё-таки смог подавить свою гордость и спросил: — Расскажешь о драконах из твоего мира побольше? Или о смерчах и что это? — А? Ой, да! Конечно, — Орифель сложила руки в замок, промычав. — Почему бы не начать с того, что смерч — это как жнец смерти. — Как кто? — Это будет очень долго, — призрак хохотнула и продолжила рассказывать.

***

— Мы только что получили новое сообщение. Оно от неизвестного сигнала, — Рэтчет дал Оптимусу посмотреть на это. — Значит, она нам не соврала о членах экипажа, — Арси сжала кулак со всей силы, что аж металл затрещал. — Но кажется за такой маленький срок многое уже поменялось, — новичок усмехнулся смотря на сообщение. — Если она прямо сейчас напишет, скажем, что уже неактуально.

— Приветствую вас, автоботы. Сегодня я займу место главы десептиконов и это будет вашим концом. Можете приходить на сегодняшнюю казнь. Это будет новая эра, где я точно уничтожу вас раз и навсегда! Особое поздравление Арси. Молодец, ты потеряла ещё одного своего напарника.

      Эйрахнида звучала уверенной и довольной на записи. Кажется, она нашла свой козырь и готова им воспользоваться на Мегатроне и, вероятно, на его подчиненных. Оптимус нахмурился и обдумал дальнейшее. — Нам надо остановить её. — Что? — Оптограни выгнулись практически дугой у Смоукскрина. — Почему бы им друг друга не перебить. — Оптимус, я согласен с новичком, — Ультра Магнус кивнул голову. — Чисто логически, Эйрахнида тот враг, который нам неизвестен. И если сравнить, то более ужасающим лидером будет Эйрахнида, нежели это ржавое ведро с болтами, — Рэтчет выступил за Оптимуса. — Бип! — Я такого же мнения, что и Би. Там же ещё и Ария находится, а она будет первой, кого могут убить, — Раф согласился с ними. — Но я думаю, что уж лучше перебьют друг друга, — внезапно сзади подала голос Ая. — А мы и не спрашивали выскочку! — Мико фыркнула на неё. — Да и к тому же это просто по-варварски! — Готов согласиться. Если мы так поступим, чем мы хуже конов? — Уилджек усмехнулся где-то у своей стены. — Ждать пока они друг друга перебьют, а после ударить в спину? — Если большинство согласно, то мы идем им на помощь, — Прайм серьезно уставился на своих солдат.       Спор начал затухать под серьезным взглядом их лидера и практически все согласились, хоть и некоторые нехотя, неодобрительно. Кроме одной. — Вы издеваетесь? Вы и вправду верите нечисти?! Вы думаете, что она не обманула вас? Я вас не понимаю! — она зарычала, потянув свои золотистые пряди. — В храме было намного проще понимать людей! Вы пожалеете, если не прислушаетесь моим словам! — Сама пожалеешь! — Мико взорвалась и яростно схватила её за плечи. — Сама ничего не понимаешь и винишь нас! А ты точно хорошая?! — Да как ты смеешь! Если я последователь храма, значит я на хорошей стороне. Со мной благословение бога Антрофиса, Бога Жизни! — У тебя его уже нет!       Ответа не последовало. Ая сжала свою кофту, сдерживая слёзы. Накадаи наконец поняла, что сказала. Она только что раскрыла её больной шрам. Попытавшись извиниться, её бьют по щеке. — Это не твое дело, грешница! — выкрикнула с яростью девочка и убежала в «общежитие».       Зашипев от боли, японка прикасается к щеке. Болезненная и хлесткая пощечина. Джек убежал за льдом, а автоботы ушли на миссию, чтобы уже не терять времени, хотя у Балкхеда чуть искра, по его же словам, не выскочила, когда произошел удар. — Чего она стала такой истеричной? Я ж извинилась, — ворчала девушка, прислоняя к раненой щеке пакет льда. — Может… она была права? — Раф, только не начинай! Ты же больше всех веришь, что Ария нам не враг, — Джек скрестил руки и сдвинул брови. — На самом деле, я рассуждал о пропаже книге и её словах, — неуверенно промямлил. — Может она не хотела, чтобы я узнал что-то о ней или о призраках. Это произошло в тот момент, когда она была рядом и… — внезапно его будто озарило решение, — я не помню, почему я не пытался обернуться к ней, пока та следила за боем. Она может в полной мере использовать силы. — Ты хочешь сказать, что мы повелись на её обман из-за, возможно, призрачных чар? — Мико также начала выглядеть неуверенной. — Если так подумать, то в первый же день все в школе были заинтересованы, но в последующие они будто забыли о её существовании!       Люди ошарашенно переглянулись. Может ли быть, что это ловушка, а не реальные войны за трон десептиконов. Нужно срочно сообщить об этом. — Но как? — Дарби смотрит на Эскивеля, который уже загорелся идеей. — Есть идея!

***

— Этот ШЛАК думает, что сможет меня одолеть и КАЗНИТЬ?! — Громогласный рев Мегатрона сотрясал стекла и экраны корабля, что аж Немезис икнул от ужаса. — Вот черт, Мегатрон, она именно хочет вывести тебя на эмоции! —       Миникона берут за ворот, кидая следом на пол, и со всей силы вжимают ногой в него. Та визгнула и зашипела от боли. Не каждый день тебе таким способом отвечать. Саундвейв дернулся от этого звука и напрягся. Когда давление прекратилось, Оро перекатилась от него в более безопасное и близкое место, к ноге Шоквейва. Связист также вышел и обвил её несколькими кабелями. — Да ты и вправду таракан, скраплет! — рыкнул на неё лидер, не ожидая яростного ответа. — Да ТЫ и вправду тот еще МУДАК! Меня заебало твое поведение! Пошел нахуй, токсичный уебок! — призрак сорвался и выпустил из себя чуть ли не сбивающую с ног волну ярости и гнева. Кабели аж такого спустились с её корпуса.       Мегатрон от такого ошалело сузил оптику, а после собрался ловить то, что ему уже порядком надоело. Мани прям чесались раздавить чей-то шлем, слушая крики и мольбы, чтобы он остановился. Однако миникон со всех ног сорвался из главного холла в коридор и побежал в неизвестном направлении. Тяжело провентелировав, отдает приказ о вылете с корабля всех главнокомандующих и трех отрядов вехиконов. — Я докажу, что я единственный, кто может быть лидером десептиконов! — Ты рассержена? — басистый голос вырвался из одного динамика. — Ну, блять, конечно! Этот мудак меня об пол ударил. Как мне ещё реагировать? Понять и простить?! Прости, но я не в сранной мелодраме с канала для домохозяек, чтобы сказать «да, я тебя прощаю»! Сейчас я хочу ему въебать по роже, нежели говорить! — Неужели, ты пытаешься успокоиться… таким образом? — камера навелась на большую искусанную гайку во рту. — Когда я зла, хочу есть. Зубы чешутся, чтобы что-то пожевать, — фыркает девушка и продолжает кусать гайку, оставляя сильный отметины. — В твоем мире, ты могла есть человеческую… нет, любую еду? — недоуменный ИИ расфокусировал камеру, когда услышал хруст. — Ты дентопластину сломала? — Гайку. Я рассказала Шоки про это и он укрепил мои зубы, — ворчит она и берет другую гайку. — А про твой вопрос. Да, могла есть и даже готовила. На самом деле некоторые вещи вкусные для меня. — И что же? — Свинцовый глёт с вином. — Ох, понятно. Стоп. Подожди, это же человеческий яд, — обескураженно вопрошает Немезис. Кажется, ему показалось это странно. — Ну, я уже не смогу умереть от странных вещей, поэтому я перепробовала множество вещей смертельных для людей. Например, самые острые перцы, как отец-смерть или перец, что называют «адское исповедание». — И почему они так называются? — Ну, все люди, евшие их, были госпитализированы или умерли от магических свойств перцев, — послышалось невнятное «а» на той стороне. — Самовозгорание, вероятный взрыв при любом взаимодействии. А перцы-то вкусные, аж пальчики оближешь! — Орифель хихикает. — Что же, если я божественным образом получу человеческое тело, то твои острые блюда я никогда не буду пробовать, — усмехается корабль и более нежно выговаривает. — Вижу, ты уже спокойна. Не желаешь их остановить от глупости? — Господ Л-! То есть, они уже отправились?!       Получив утвердительный ответ, та вылетает к космическому мосту, где ей открывает портал Немезис, пожелавший ей удачи за секунду до закрытия моста.       Оказавшись в горной местности, оглядывает округу. Ничего особенного, только камни, скалы, небо, ещё раз камни, следы от машин. Встрепенувшись, она побежала по следам, даже не надеясь догнать их, но хотя бы прийти во время. Показались следы и на скалах и на земле показались следы битвы. Следы когтей, большие и более мелкие, выгоревшие места и разбрызганные капли энергона. В воздухе витал запах свежего энергона.       Уже менее решительно начала красться по следу, неизведанных ей существ, вероятно инсектиконов. И при каждом шорохе, та вздрагивала и искала взглядом убежище. Молясь, что всё пойдет пучком наконец замечает вдалеке за утесом кусочек корабля. Однако всё не могло пойти не «не так».       Визжание и гогот начал стремительно приближаться к миникону, готовому уворачиваться от атак. Вывернувшись с первого раза из когтей громадного инсектикона, выворачивается от второй и третьей атак. Увороты всё быстрее давались тяжелее предыдущего, от стресса та даже не заметила третьего оппонента. Когти щелкнули у её антенны и послышался скрежет металла.       Саундвейв всеми силами пытался выйти из состоянии статуи, как вдруг слышит отчетливый выверенный стук каблуков. Эйрахнида самодовольно прошлась рядом и как-то ехидно посмотрела на связиста. Это было точно не к добру. «Неужели инсектиконы уже добрались до Немезиды, » — проскользнула мысль, когда его мысли перебивает щелканье пальцев. Фем лишь провела взглядом, чтобы указать на принесенную её солдатами вещь.       Из-за скалы выглянули три инсектикона с кем-то на руках. Замороженный Предакинг если бы мог, зарычал настолько громко, что произошло землетрясение. Миникон был наполовину растерзан. Корпус дрожал, визор просто горел белым, пока рот сжимался, чтобы не издать и звука. Неумолимое чувство боли во всем теле передалось даже им. — Ну, вот! Здесь все мне неугодные персоны, устроим же представление, — самодовольство чуть ли не било через край её эм-полей. — С кого мне начать, интерфемм?       Болезненно схватив за оставшуюся антенну, та подняла её шлем для обзора «жертв». — Больная сука! Чтоб тебя трамвай тринадцать раз переехал! — ответ последовал иным. — Ты всё ещё остаешься такой же грубой, — усмехнувшись и сжав посильней хватку, выдергивает антенну со своего места.

      Отчаянный крик заглушился из-за сжатых губ. Голова совсем не варила от оглушающего звона в ушах. Пред глазами рябил тот самый образ.

треск

— А хотя, знаю с кого мне начать, — хитрая и садисткая ухмылка расплылась по лицу. Эйрахнида начала подходить к Саундвейву.

R3C, или же камера, просто наблюдала и ничего не делала. Плюм всё также бесстрастно записывал, пока новичок с омерзительной жалостью смотрел на страдающего актера этой пьесы.

Треск

      Замахнувшись острием посоха, злорадство сверкнуло в оптике.

Как же ненавижу это чувство.

ТРЕск

Как же я ненавижу, что мне не дают выбора.

ТРЕСК

Для шоу, говоришь? Тогда я уничтожу это! ЭТО МОЯ ЖИЗНЬ, МОЯ ДУША И МОЕ ОРУЖИЕ!

      Удар был остановлен кругом со странными символами. Яростный крик перешел в отчаянный. За спиной что-то загрохотало. Повернувшись, лишь видит последний момент. Визор горел ярко серым с зеленым переходом и лезвие ножниц.       Осколки ошейника впились в горло и душераздирающий крик громким раскатом пронесся по каньону. Однако- Ёб твою!       Что случилось?!       Камера уничтожена. Если бы не Господ Нолимей, то сейчас мы тоже были бы… в таком же состоянии.       А- Я думал, что она не может к нам прикоснуться, пока мы являемся письменными перьями!       Ну, другие не могут, но она может. Она является надзирателем, работает прямо под покровительством Нолимея. Л-ладно! Продолжим историю!       … Связист схватил падающее тело и прижал к себе. Волна отчаяния и ярости неким образом смогла обнулить эффект стазиса и все понемногу начали выходить из этого состояния, кряхтя и проверяя всё ли в порядке. — Я починю её, не беспокойся, Саундвейв, — Шоквейв подбирает отломанные кусочки и странно смотрит на поменявшийся ландшафт и разрезанные трупы. — Лучше об этом сразу не поднимать тему.       Громадный камень был отрезан от утеса, разрез на противоположной стене каньона был глубок, хотя та была в трехсот метрах от удара. Сами трупы, были ровно разрезаны, хотя от одного осталась лишь одна рука после поглощения Орифель. Невероятное и ужасающее зрелище.