Под защитой монстра

      Некоторое время я тупо стояла, прижавшись спиной к внутренней стороне пасти мегалодона. Да, никогда бы не подумала, что смогу оказаться практически съеденной. Тем более, такой вот «рыбкой», которая, вообще-то, считается давно вымершим существом. По крайней мере, в настоящем мире, а не здесь, где можно встретить что угодно. Да, видимо, Слендер имеет очень богатое воображение, раз создал все такое интересное, опасное и неестественное. Взять, например, тот же цирк, находящийся в зеркале. Если бы я туда не была закинута собственным отражением, то, наверное, никогда бы не нашла его, а значит, и сундучок тоже.       Какие-то подозрительные звуки стали доноситься из… более дальней части мегалодона — то ли из желудка, а то ли еще откуда-нибудь. Мое гребанное любопытство, возникшее в такой неподходящий момент, заставило меня, осторожно ступая по живой плоти и зажимая нос, чтобы не задохнуться от запаха тухлятины, направиться в глубь туши, чтоб посмотреть на источник звуков. Да, Рейчел, что тебе еще делать? Стучать по клыкам и орать «спасите-помогите»? А кто спасет-то? Кто?       Некоторые куски «мяса» свисали с верхней части, мешая мне спокойно идти к своей цели. Бордовые, склизкие и дурно пахнущие. Я не знаю, как меня еще не стошнило от этого всего. Выдержка, что ли, появилась? Или потом станет плохо? А еще я стала запинаться о какие-то бугры — то ли кости, то ли все то же «мясо», только уже с более рельефной поверхностью. Или это мегалодон пакостит, специально раздражая меня? Ведь и такое возможно.       Я вышла на круг из плоти, на противоположной стороне которого продолжался «коридор». Боже, что тут было! Трупы людей с обглоданными конечностями, нарывами и струпьями; они ужасно стонали и выли, покачиваясь из стороны в сторону, словно маятники; некоторые были одеты в тельняшки и подобие военно-морской формы. Какие-то странные приборы с большим количеством датчиков, соединительных кабелей и кнопок. Скелеты - человеческие и рыбные, с переломанными костями и неестественно вывернутые. Различные инструменты вроде молотка, гвоздей, зажимов и тисков. И желтоватый свет, непонятно откуда светивший. Магия, что ли, какая? Или мегалодон светиться внутри? — Живая… Настоящая-я… Один из трупов потянулся в мою сторону, треща костями и чуть разрывая гнилую плоть на боках. Съесть меня хочет? А вот хрен там! Не один раз дралась с мертвецами, так что, думаю, и на этот раз повезет остаться целой и невредимой. По крайней мере, очень надеюсь на это. — Помоги нам, девочка… Помоги…       Не в первой слышу эту фразу. Скоро, наверное, она сама по себе будет возникать в моем сознании, проговариваясь голосами всех тех, кто был в цирке, Пылающем городе и на лайнерах. — Найди наши сердца, милая. — Это сказала пожилая женщина с оторванными руками и ногами, которая сидела, чуть сгорбившись и прислонившись к одному из скелетов. Взор ее глаз был пустым и бессмысленным, и от этого мне стало жутко. — Сердца? — Он спрятал их где-то здесь. Мы не можем покинуть этот круг, ибо за его пределами растворимся и никогда не возродимся. Только живой человек может сделать это. — Он? Это… — Да, этот безликий урод. — Старуха откашлялась, и ее плоть чуть разошлась в районе большого живота. — А еще он затопил наше исследовательское судно! — прокричал труп мужчины, у которого не было правой ноги. — И все из-за того, что мы, сами того не зная, попали на территорию этого ублюдка! Ты только посмотри, что он сделал с моей матерью! — он кивнул в сторону пожилой. — Перестань, дорогой, возмущаться. Что было, то было. — Проскрипела безногая и безрукая. — Нам следовало отплывать еще тогда, когда начался шторм, но наш капитан, — она посмотрела на один из скелетов, — не дал такого распоряжения. — Вы что-то искали? — Можно и так сказать, деточка. Наше судно было оборудовано самыми лучшими приборами для поиска новых живых микроорганизмов, находящихся в открытом океане. О, сейчас я расскажу тебе, как все произошло. — Она устроилась поудобнее и чуть склонила голову вперед. — В одном из университетов Калифорнии собрали команду лучших ученых и лаборантов с одной лишь целью — найти что-нибудь раннее не изученное, чтобы потом написать научные доклады и книги. Ну и, естественно, это сулило хорошее вознаграждение. Вот так мы и оказались на исследовательском судне. Рассекали моря и океаны, взяв курс на одно из побережий Африки, чтобы оттуда забрать еще пару человек. Но мы не доплыли. Каким-то образом нам попался остров, не отмеченный ни на одной из карт. Его, по сути, не существовало. — И вы стали исследовать его? — Конечно, милая моя, конечно. Сколько всего интересного там было: невиданные растения, какие-то плоды ярких цветов, висящие на странных кустах, давно вымершие виды птиц и бабочек, размером с автомобиль. Мы были напуганы, но в то же время невероятное любопытство не давало повернуть назад и вернуться на судно, чтоб продолжить плыть по заданному курсу. Это же было так здорово: то, что не должно жить, предстало в бодром виде, заставляя нас наблюдать и делать снимки на цифровые фотоаппараты. Мы даже не заметили, как наступило вечернее время. — Вы остались ночевать на том острове? — Собирались, но начался шторм. Все вымершие существа забегали туда-сюда. Начался содом. Но капитан молчал, с восхищением смотря на происходящее. А надо было тогда ослушаться его, покинув остров без разрешения. — Она подняла голову и посмотрела прямо мне в глаза. — За одной из пальм стоял этот монстр. Я закричала что было мочи. Остальные, кроме капитана, тоже заметили присутствие этого урода. Кто-то ринулся в сторону судна, а кто-то решил открыть огонь. Тогда вода из океана поднялась высоко вверх, образуя стены. Капитан был будто бы под гипнозом. Он медленно подошел к одной из стен, а потом, чуть помедлив, зашел в нее, полностью погрузившись в воду. Я заметила, как гигантский силуэт какой-то рыбины проглотил его, оставляя кровавые разводы и мелкие кусочки плоти. — А остальные? — Некоторых, в том числе и меня, изуродовал и убил безликий. Те, кого съела рыбина, остались вот такими, — женщина кивнула на скелеты. — Я уже почти потеряла сознание от болевого шока, как вдруг силуэт выскочил из водной стены, и я смогла разглядеть его — это был мегалодон. Он широко раскрыл пасть и заглотал нас всех. — Очень сожалею… А… А сердца? Что с ними стало? — Те, кто остался с плотью, очнулся здесь, без этого главного органа. Один из команды захотел выбраться отсюда, из этого круга. Но как только он вышел за его пределы, то растворился. Мне почему-то кажется, что уже навсегда, без шанса на перерождение. — А скелеты? — Они тоже оказались здесь, но чуть позже: верхняя плоть этого чудовища буквально выплюнула кости прямо на нас. — Вы уверенны, что сердца где-то здесь? — Я так думаю. Ведь этот мегалодон — очередное испытание для живых, а следовательно, что-то надо отыскать. Возможно, склад наших сердец. Очень надеюсь на это. — Хорошо, я… Я поищу. — Прямо сейчас? — Прямо сейчас. Нельзя терять время. — Будь очень осторожна. Не забывай, что ты находишься внутри живого организма. — Спасибо.       Я вздохнула и подошла к «коридору». Что имела ввиду эта женщина? То, что я могу попасть в желудок и перевариться? Или меня задавят куски тухлой плоти? — И постарайся все время двигаться, — сказал какой-то обглоданный труп, нервно дергающийся неподалеку от скелета рыбы.       Я ничего не ответила и шагнула за пределы круга. Плоть тут же закрыла собою проход, не давая возможности вернуться назад. Ладно, это неудивительно. Меня сейчас напрягает то, что свисает сверху. Какие-то белые ленты, которые извиваются и падают вниз. Вот черт, это же черви! Мама родная! Они огромны: толщиной с руку и длиной около метра. А еще на них странная слизь белесого цвета. Надеюсь, она не ядовита.       Эта сука упала прямо на меня и обвилась вокруг шеи. Я стала судорожно снимать с себя тело червя. От страха руки стали мелко дрожать, отчего мне пришлось на несколько секунд замереть, чтобы немного успокоиться и продолжить свое сражение. Мое улучшенное зрение помогло увидеть, что еще несколько особо жирный червей направляются в мою сторону. От такого поворота событий я с такой силой дернула эту тварь, которая не хотела сниматься с шеи, что аж порвала ее на две части, забрызгав себя слизью, которая, блядь, еще и на лицо попала. Вдруг ноги опутал червь, приближение которого не было замечено. Я упала, и на меня набросились остальные кольчатые. Они выпрыскивали на меня эту противную склизкую консистенцию. Пришлось отбиваться ногами, так как руки погрязли в слизи. Кое-как раскидав червей, я встала и быстро спряталась за большим куском плоти. Надеюсь, из него никто не вылезет. Достаточно и этих, белых.       Я стала осторожно стряхивать с себя липкую субстанцию. Фу, как же противно! И зачем только эти черви покрыли меня ею? Чтобы обездвижить и потом сожрать? Наверное. С такими-то размерами только плотоядными и быть. Пусть мегалодона жрут, а не меня!       Интересно, где могут находиться сердца трупов, если они действительно где-то здесь? Думаю, стоит найти такой же орган, только принадлежащий мегалодону. Вдруг это будет правильным решением? Тем более, мне, наверное, больше негде искать. Если только здесь нет каких-нибудьмоих «любимых» порталов, через которые я могу переместиться черт знает куда. Так ведь можно бесконечно плутать по жутким местам, постоянно кого-то спасая и что-нибудь разыскивая! А время, пусть и медленно, но идет. Кабадатху и остальным нужна помощь.       Я быстро выглянула из-за куска тухлятины — ничего. Видимо, черви вернулись в исходное положение, чтобы, в случае чего, набрасываться сверху, душить и забрызгивать своей слизью. Ну и ладно, лишь бы со мной это не повторилось. Вообще, надо уходить подальше от этого места и искать сердце «рыбки», которое, наверно, будет в виде какого-нибудь чудовища, ведь в этом мире почти нет места нормальным вещам.       Набравшись смелости, я двинулась дальше по «коридору», постоянно оглядываясь по сторонам. Плоть стала постепенно сужаться, и мне пришлось хватать ее и раздвигать, чтобы пройти. От мысли, что я могу оказаться зажатой ею, накатила паника. Спокойствие, только спокойствие! Иначе начну истерить и рыдать, и от этого будет только хуже. Надо взять себя в руки и не думать о всяких глупостях.       Задыхаясь, я протискивалась между тухлятиной и надеялась, что скоро что-нибудь найду. И когда уже мне стало очень тесно, я могла углядеть что-то просторное сквозь щелочку между кусками плоти. Напряглась и с силой стала напирать вперед, тем самым проделывая себе дорогу. Черт, как же неуютно! А еще больно оттого, что «мясо» сдавливает со всех сторон. Ладно, осталось немного.       Наконец-то высвободилась из этой «тюрьмы». Огляделась: такой же круг, как и найденный раннее. В его центре было что-то огромное, покрытое знакомой белесой слизью, имеющее длинные отростки и равномерно бьющееся, словно… сердце. Неужели это оно? Хм, может быть. Только, кажется, что-то должно произойти, если этот «склад» органов мертвецов действительно здесь. Я даже не удивлюсь, если эти белые штуки, похожие на щупальца Слендера, станут хватать меня.       Я осторожно приблизилась к живому организму. Его «кожа» была чуть прозрачной, и благодаря этому мне оказались видны какие-то небольшие комочки, плавно двигающиеся по кругу. Что за чертовщина? И являются ли они сердцами? Хм, если это так, то мне очень повезло. Знать бы еще, как их достать.       Внезапно несколько отростков пулей вылетели в мою сторону. Я даже не успела и шагу сделать, как они схватили меня за ноги и потащили ънаверх. Там было два жирных червя. На этот раз — более двух метров. Вот они наверняка быстро сожрут меня, если я не стану отбиваться.       Мне удалось заметить, что у живого организма посередине имеется отверстие, через которое можно попасть к этим «сердцам». Думаю, стоит рискнуть, отбившись ото всех тварей и прыгнув туда. Или нет? Ведь как я потом выберусь? И вдруг там опаснее?       Пока я думала, черви успели немного приблизиться ко мне. Так, если они сейчас выпустят свою склизкую массу, то мне не жить. Поэтому надо как-то выбираться из оков белых отростков, которые, сука, стали сжимать мои ноги еще сильнее. Придется изворачиваться и всячески гнуться, доставляя себе боль в позвоночнике, пояснице и ребрах.       Быстро раскачиваюсь и успеваю схватиться за один отросток, тем самым почти прижавшись грудью к бедрам. Стало больно в районе лопаток, но я стиснула зубы и продолжила свое дело: грубыми движениями оттягиваю эти чертовы щупальца и одновременно с этим слежу за червями, которые замерли в одном и том же положении, свисая с верхней части плоти. Что ж, надеюсь, они не собираются прыгать на меня и покрывать слизью.       Получив пощечину от одного из отростков, я издала яростный вопль, а затем несколько раз дернула свои живые оковы, порвав их в некоторых местах. Вот что значит — сжимать и бить меня! И откуда только я силы беру на все эти чертовы драки?       Наконец-то меня отпустили, и я попала внутрь живого организма. Но мое тело не шмякнулось о дно, а зависло в воздухе. Я будто бы была в невесомости: плавно двинулась налево, а потом попробовала кувырнуться, и у меня это получилось. За все долгое пребывание в постоянном стрессе и страхе мои губы практически впервые изогнулись в искренней улыбке. Я даже почувствовала некое умиротворение.       Комочки действительно оказались сердцами, которые вдруг перестали двигаться по кругу и поднялись ко мне. От них пошел яркий свет, из-за которого я зажмурилась. А потом откуда-то накатила волна тепла. Я открыла глаза: вокруг было белое пространство. Тут же, буквально из воздуха, появилась команда исследователей, и на этот раз в полном составе: был и капитан, и матросы, и еще какие-то люди. Старая женщина, что рассказала мне историю своей и погибели, теперь имела руки и ноги. Да и остальные тоже приняли «живой» облик: ни разлагающейся плоти, ни шрамов, ни переломов. — Я так и знала, что сердца освободят нас из этого жуткого заточения. Спасибо тебе, девочка. На, возьми на память, — женщина протянула мне брошь в виде позолоченного штурвала. — Надеюсь, эта штучка принесет тебе только удачу. — Штурвал… Это же тот самый, верно? — Не знаю, о чем ты, но вижу, что брошь тебе нужна.       Высокий седовласый мужчина подошел ко мне и крепко пожал мою правую руку. Он был одет в красивую морскую форму, украшенную золотыми вставками, которые блестели и переливались, будто бы от яркого солнечного света. — Большая честь находиться рядом с тобой. Я горжусь твоим поступком. — Спасибо.       Команда исследователей стала растворяться в воздухе. Все махали мне и говорили прощальные слова, постепенно исчезая. Пожилая женщина даже пустила слезу — одну, но ее было достаточно для того, чтобы понять, что мне очень благодарны. — Прощайте…       Хлопок! — и я оказалась в знакомом помещении с четырьмя дверьми. Значит, я действительно получила то, что было нужно. Брошь оказалась частью лайнера. Осталось найти три недостающие детали. Чувствую, что за второй дверью меня ждет что-то более ужасное и опасное, чем было за первой. — Ты быстро.       Этот скелет напугал меня своим резким голосом, отчего я аж подпрыгнула. Он снова спустился с люстры на цепи и, встав на ковер, уперся одной костлявой конечностью в бок. — Ты колдунья? Фея? Кто ты?! — Я… Я человек… Живой, настоящий… человек. — Я бы так не сказал. Не ожидал тебя увидеть здесь, а тем более — целую и невредимую. Думал, что ты еще в самом начале испытания «провалилась».       Действительно, чего это я? Мало того, что слишком быстро освободила души из мегалодона, выбралась из песчаного лабиринта и сразилась с разными монстрами, так еще и живой осталась! Поразительно! Почему же я не умерла? Может, потому что оказалось физически активной? — Я нашла штурвал… — Дай его сюда.       Скелет выхватил из моих рук брошь и, повертев ту, издал удовлетворительный вздох. Затем он подкинул ее вверх, и та исчезла. — Теперь у моего судна есть руль управления, хо-хо! Так, заходи во вторую дверь. — Уже? — Отдыхать будешь потом! Скажи спасибо, что я тебя не пырнул своим крюком, когда ты только пришла, а ведь так хотелось! Мы, мертвые, очень кровожадны.       Последнее слово он сказал таким жутким тоном, что я быстро подошла к нужной двери. Да, с таким типом толком не поболтаешь, тем самым растягивая время до следующего испытания. — Хочешь увидеть чудо из чудес? — Да… Наверное. — Хо-хо! Тогда вперед! — скелет грубо толкнул меня в дверь.

***

      Телепортация, как ни странно, прошла успешно: ни головных болей, ни скручивания мышц, ни тошноты. Привыкаю уже. И это, можно сказать, немного облегчает мои нервы и состояние в целом.       На этот раз я оказалась в странном месте: черные пальмы, расположенные в несколько правильных рядов, какие-то огромные растения с белыми плодами, экзотические цветы, серый песок, бесконечный туман и тьма вместо неба. Судя по растительности, отдаленно похожей на ту, что в мире живых, я попала на остров. Вот только где вода — море или океан? Скрыта от меня? Хм, сейчас проверю. Мне надо утолить свое любопытство. Поэтому я осторожно подхожу к краю острова, а потом отскакиваю от него, как ошпаренная. Нет никакой воды. Кусок из земли, песка и твердых пород парит в воздухе среди нескончаемой темноты и густого тумана. Получается, что я не смогу покинуть это место в случае чего — некуда нырять. Ладно, буду очень осторожной, чтоб чудовище, а оно здесь точно обитает, не нашло и не скинуло меня вниз, в страшную неизвестность. Боюсь даже представить, что там может находиться.       Было достаточно прохладно, отчего я поежилась и потерла предплечья. Затем, еще раз посмотрев на край острова, двинулась в заросли гигантского папоротника, споры которого были размером с крупную виноградину. На фоне листвы они выделялись ярко-красным цветом. Я с опаской потрогала один из них — мягкий и мокрый. Сразу вспомнился лес Слендера, в котором тоже рос папоротник, правда, не такого размера. А еще сосны и ели, хвойный запах которых я любила вдыхать.       Пройдя по почему-то каменной дорожке несколько десятков метров, я обратила внимание на чуть кривоватые деревья, кроны которых были увешаны желтыми плодами, чем-то похожими на небольшие дыни. Паутина. Точнее, целое море паутины: на стволах и листьях, на причудливых камнях, на сером песке и на траве. Что-то мне уже не нравится это место. Наверняка здесь обитают огромные и кровожадные пауки. Так, надо сваливать отсюда.       На одной из пальм точно кто-то есть, потому что мне кажется, что за мной наблюдают. И именно оттуда. Значит, буду остерегаться этих тропических деревьев. Не хотелось бы быть пойманной в самом начале моей миссии на этом жутком острове. Кстати, насчет нее. Где здесь искать часть от лайнера? Может ли она быть закопанной в песке?       С левой стороны что-то прошуршало листьями юкки — небольшой пальмы, около трех метров в высоту. Надеюсь, это не паук, который решил охотиться на меня, или не какой-нибудь первобытный человек с копьем или стрелами и луком. Да, если тут живет дикое племя, то мне крышка. Эти люди, судя по книгам, очень быстры, метки и жестоки. Вырвут мне зубы, волосы; выдавят глаза и заставят их съесть. У них много своих причуд, а так же различных ритуалов и традиций.       От всех этих мыслей мне стало еще страшнее, чем было. Я снова поежилась — шорох донесся спереди. Пришлось сойти с каменной дорожки, направившись в рощицу ананасов, тоже черных, как пальмы. Ну, пробовать эти фрукты я точно не буду. Да и смысл? Все равно есть не хочется, что очень хорошо, ведь где я бы нашла еды в цирке, например?       Левую икру пронзила острая боль, и я, не выдержав ее, рухнула на колени. Что-то шустро бегало сзади меня, навевая дичайший ужас и бешеное сердцебиение. Я медленно оглянулась назад — паук. Какого-то коричневого цвета и размером с овчарку. У него были достаточно большие пасть и клыки, а так же коготки на пушистых, как и само туловище, лапках. Я даже перестала дышать и моргать от мысли, что эта тварь может погрузить меня в свою липкую паутину, а потом высосать все мои внутренности. Или наоборот.       Перед глазами поплыло, а температура резко повысилась. Эта сука впрыснула в меня яд, от которого я сейчас упаду в бессознательное состояние и потом больше никогда не проснусь. Тело окутала очень сильная слабость, и я завалилась на бок. Веки стали слипаться. Тут же паучья морда оказалась напротив моего лица. Я попыталась хоть как-то пошевелиться, но, естественно, не смогла этого сделать.       Золотая и навороченная стрела, видимо, из мини-арбалета пронзила мохнатую тварь насквозь, отчего та запищала, а потом быстро-быстро сжалась и стала чем-то похожа на чернослив. Я радостно выдохнула, понимая, что кто-то меня спас. Но увидеть владельца оружия мне так и не удалось, ибо сон сморил меня окончательно.