Вечная борьба

      Всё тело болело и ныло так, словно по мне проехался асфальтоукладчик. Поэтому ехать за рулем было крайне дискомфортно, и я несколько раз пожалела, что не заказала такси. Ханбёль была снова отстранена от занятий и избита отцом, а я избита матерью. Я и сама пару дней не появлялась на занятиях, потому что мать добралась до моих ног, и я с трудом передвигалась из-за отбитых икр.       Черён сообщила, что мне просто не здоровилось, поэтому чуть ли не ежечасно получала сообщения с пожеланиями скорейшего выздоровления и кучей рецептов от пищевых отравлений. Именно поэтому увидеть меня без улыбки на всё лицо для нее не было чем-то удивительным или несоответствующим.       — Слушай, может, тебе близнецы чего-нибудь подкинули в еду? — спросила подруга, когда мы сидели на ступеньках и пили кофе в промежутках между парами.       — Худшего яда, чем они, в мире не существует, — горько усмехнулась, стараясь придать тону весёлости, но получилось слишком соответствующе реальности.       — Всё настолько скверно? — Черён положила руку на плечо, и я слегка вздрогнула.       — Бывает, — попыталась улыбнуться, взяв руку подруги в свою. — Да во всех семьях, наверное, свои проблемы.       — Ну не знай, мои родители не ругают за косяки младшей, — пожала плечами в ответ Черён. — Кстати, ты так и не рассказала, чем вы занимались с Пак Чимином?       — А, байк его забирали, — при одном упоминании его имени на всякий случай оглянулась вокруг. — Увидела его дом, внешне вполне себе обычный дом, а внутри пафосно до отвращения…       — Ты была в его доме?! Серьёзно? — чуть не завизжала подруга, и я сразу же прикрыла ее рот ладонью.       — Зачем орёшь? Хочешь, чтобы все в округе узнали?       — Но всё же… Ты и Пак…       — Нет, нет, нет. Ничего подобного. И… Надеюсь, больше с ним не пересекусь…       — Испугалась? — улыбнулась Черён, допивая кофе.       — Не то, чтобы… Но всё же сумасшествия в моей жизни достаточно.       — Хорошо, хорошо. Больше Пака тебе не сватаем, — засмеялась подруга, поднимаясь со ступенек.       — Ты иди, я позвоню Ханбёль.       Черён лишь возвела глаза к небу и пожала плечами, понимая, что все ее претензии останутся не услышанными. Сестрёнка долго не брала трубку, лишний раз заставляя нервничать.       — Чего тебе? — сказать, что она была недовольна, ничего не сказать.       — Как себя чувствуешь?       — Как кусок дерьма.       — Не выражайся так, Ханбёль… Мама дома?       — Что от тебя, что от нее никакого толку, — она начала всхлипывать.       — А ты не думала, что стоит изменить свое поведение?       — Как бы мы себя не вели, он будет бить! Он чокнутый, поэтому срывается на нас…       В горле встал ком, ведь в каком-то смысле она была права. Отчим был поехавшим придурком, строившим на людях из себя крутого бизнесмена, прекрасного мужа и любящего отца. Когда он оказывался наедине с матерью, то частенько говорил, как его раздражают многие люди среди его работников, партнеров и клиентов. Что уж стоило говорить о конкурентах, с которыми он боролся чуть ли не ежедневно? Но, видимо, лишь на словах его пыл не заканчивался, и ему нужно было куда-то сбыть физическую энергию от гнева и зла. Я говорила много раз матери посоветовать этому уроду ходить на бокс или какие-нибудь рукопашные бои, но она испугалась, что он там может научиться бить ещё сильнее. Палка о двух концах, как говорится.       — Ханбёль, попытайся хотя бы месяц вести себя нормально, а я поговорю с вашим отцом. Мне ведь нужно хоть что-то ему предложить, чтобы…       — Так предложи себя! — в ее голосе звучало столько ненависти и какой-то затаенной обиды, что мне стало трудно сдерживать себя, поэтому скинула звонок, чувствуя, как дрожь охватила всё тело, а слёзы встали в глазах.       «Как… Как она может такое говорить? Лучше бы этот ублюдок бил меня», — размышляла, глядя на телефон в трясущихся руках, старательно сжимая его, чтобы не вспылить и не выбросить. Я не могла позволить себе такую роскошь, как излить свои чувства на публике, — за такое почти всегда приходится расплачиваться, нужно придумывать какие-то оправдания, иначе тебя сочтут психически больным и отправят в соответствующее учреждение. На самом деле никому не интересны чужие проблемы, а в моем болоте я планировала тонуть одна, ведь помощи всё равно ждать было не от куда. Ни родственники, ни полиция не смогли помочь: что перед теми, что перед другими после моих попыток рассказать отчим и мать оправдывались тем, что у меня переходный возраст и я пытаюсь привлечь внимание. Думала ли я о суициде? Конечно, были и такие периоды, но очень скоро поняла, что от этого станет легче только мне, что для близнецов ничего не закончится. Какими бы подлыми и жестокими они ни были, всё равно оставались моими братом и сестрой.       Даже не заметила, как ноги сами привели меня к автомобилю, и я, сев в него, достала пачку сигарет, но лишь сжала ее, в полной мере ощущая свою беспомощность и жалкий вид. Опустив лицо и упираясь лбом в руль, закрыла глаза, стараясь заставить себя думать о чём-то хорошем, но ничего подобного никак не могло возникнуть в моих мыслях.       — Лучше бы бил меня, — судорожно прошептала вновь. — Лучше бы избивал…       — Эй, ты там помереть собралась? — раздался голос за дверью, и я медленно повернула голову в сторону, не доверяя своему зрению: мать стояла рядом и дергала ручку. — А ну живо открыла!       Я поспешно закинула сигареты под сиденье, разблокировав дверь, отчего мать с лёгкостью ее открыла и схватила меня за предплечье, заставляя дернуться от боли. Синяки ещё не сошли.       — Какого черта трубку не берешь?       — Не видела… Что случилось?       — Твой брат пропал из больницы! И не делай вид, что ты тут ни при чем! — завопила мама, ударяя меня по спине. — Где он? Отвечай, негодяйка! Тебе мало было проблем Ханбёль в школе, теперь это?!       Меня вдруг переклинило, чего раньше никогда со мной не случалось. Быть может, эмоциональные ресурсы были истощены, отчего не оказалась способной достаточно сопереживать произошедшему.       — Эти проблемы не из-за меня. Ты сама прекрасно знаешь, кто во всём виновен. Так что иди и бей того ублюдка, от которого родила близнецов, — ожидаемая пощечина не заставила себя ждать, оставляя жгучую боль. — Если не способна с ним справиться, то не надо срываться на мне.       — Эгоистка! Если бы не твои глупые мечты и эта учеба, то ничего бы не происходило.       — Мечты? Серьёзно? Я жить не очень-то хочу, а ты говоришь о каких-то мечтах.       Мать стояла, пораженная моим откровением. Я и сама была немного шокирована тем, что позволила себе вылить дерьмо, копившееся годами. Лишь после всех этих излияний до меня медленно дошла суть сказанных ею слов: Хансок сбежал.       — Ты с Ханбёль говорила? — спросила я мать, доставая свой телефон и набирая номер телефона брата, но он оказался отключен.       — Что… А, да, она ничего не знает, — видимо, мои слова слишком неожиданно огорошили ее, раз она не могла вновь собраться.       — По геолокации смотрели, где в последний раз был включен его телефон? В полицию уже обратились?       — Ваш отец пока не знает…       — Он всё равно узнает, не тяни. Если до конца сегодняшнего дня не найдем, то придется обратиться в полицию.       — Я была в школе, взяла номера телефонов всех его одноклассников, но он ни у кого не появлялся…       — Так они тебе и рассказали всё. Вполне могут скрывать что-то, — хмыкнула, удивляясь наивности матери, уверенной, что все дети вокруг будут ей подчиняться. — Поезжай домой и попытайся поговорить с Ханбёль, а потом с отчимом. У него всегда получалось быстро меня отыскать. Не думаю, что в этот раз возникнут проблемы.       Мать с подозрением взглянула на меня, прежде чем вернуться к своему автомобилю, стоявшему чуть поодаль. Я прошла до ступенек корпуса университета, но в итоге резко развернулась, чуть не столкнувшись с Пак Чимином. Стоило бы, наверное, привыкнуть к его бесшумным появлениям, но я вновь чуть не завизжала от неожиданности.       — Такой страшный? — язвительная усмешка с ноткой презрения выглядела на этом симпатичном лице совсем не кстати, но я не озвучила своих мыслей, лишь отрицательно мотнув головой. — Снова прогуливаешь.       — Хансок сбежал из больницы, ума не приложу, где он может быть, — пробормотала в ответ, не надеясь на снисходительность Пака, который на удивление не пошел своей дорогой.       — Ты совсем своего брата не знаешь?       — В том-то и дело, что хорошо знаю, поэтому не уверена, что даже если найду, смогу домой привезти, — неловко улыбнулась, быстро набрав сообщение Черён о том, что братишка пропал, поэтому снова буду отсутствовать на занятиях.       — Ясно.       Почему Пак стал таким внимательным? Неужели всё-таки был растроган той сценой в больнице? Меня вдруг осенило. Идея была так себе, а шанс на хороший исход слишком мал, но всё же как вариант был гораздо лучше.       — Пак Чимин, можно мне снова тебя попросить о помощи?       — Чего?       — Ну, прошу тебя, — сложив ладошки в молитвенном жесте, попыталась заглянуть ему в глаза, странно блестевшие.       — Не интересно.       — Если поможешь мне его домой отвезти, сделаю всё, что захочешь.       — Мне ничего не нужно от тебя.       — Пак, ну, помоги, пожалуйста-а…       Я попыталась схватить его за рукав кожаной куртки, но он увернулся, решительно двинувшись в сторону университета.       — Вот это сцена, — раздался голос кого-то рядом из шумной компании ребят, среди которых оказался Ким Тэхён, смотревший на меня с неприязнью, отчего мне стало не по себе. — Пак Чимин нашёл себе новую пассию? — один из ребят, оказавшийся выше остальных, сделал несколько шагов вперед ко мне.       — Я не его пассия, — испуганно пробормотала, неосознанно ссутулившись и желая превратиться в невидимку.       — Так он тебя отшил? Тогда можешь развлечься со мной, — парень схватил за плечи, прижимая к себе, отчего я сжала зубы от боли: спина и плечи отходили обычно дольше всего после избиения матери. — Да не дрожи так, я буду нежным, — засмеялся почти в самое ухо, но мне стало ещё противнее, когда я увидела равнодушный взгляд Ким Тэхёна, мнение о котором неизбежно менялось в худшую сторону.       — Оставьте, пожалуйста, мне нужно идти…       — Снова хочешь сбежать? — подал голос Тэхён, выступив вперёд и скрестив руки на груди, с каким-то ненормальным наслаждением наблюдая за моими тщетными попытками вырваться из тисков высокого парня.       — Ребят, вы вроде бы такие все сильные и крутые, — попыталась зайти с другого конца, раз мольбами их не уговорить. — Может, лучше мне поможете с поисками брата? Уверена, у вас получится заставить его вернуться домой…       Почти минуту стояла гробовая тишина недоумения, и я краем глаза заметила замершего в нескольких метрах от толпы Пак Чимина. Так он никуда не ушел и всё это время наблюдал?! Моё негодование быстро вспыхнуло и погасло, как вдруг раздался смех Ким Тэхёна, и его поддержали ребята вокруг.       — Вот же фантазерка, — проговорил с издевкой Ким. — Неужели думала, что кто-то станет слушать твои небылицы?       — Надеялась на человечность, — прямо посмотрела в глаза Кима, не скрывая своего окончательного разочарования в нем. — Я думала, что ты хороший парень, а оказался таким конченым…       — Эй, ребят, разошлись живо, — вдруг скомандовал Пак, привлекая внимание к себе. — Я ее забираю, — он вальяжной походкой прошел ко мне и взял за руку, не встречая препятствий, чему я откровенно была удивлена.       — Ты не прихерел, Пак? — подал голос Тэхён, встав у него на пути.       — Попробуй получить ее не силой. Слабо? — полушепотом проговорил Чимин и вывел меня из толпы, увлекая за собой в сторону парковки.       Уже рядом с автомобилем, когда всей компании ребят не было видно, я вырвала свою руку из его и открыла дверь машины.       — Было забавно, когда ты просила эту толпу помочь, — усмехнулся Пак, опираясь спиной о заднюю дверь автомобиля. — Отчаянная.       — Обязательно нужно было так делать? — руки дрожали, меня всю трясло от страха, которым только теперь нещадно накрыло, и весь адреналин улетучился. — Если не собирался оставаться в стороне, то почему тянул?! Приятно было посмотреть? — глаза наполнили слёзы, и стало всё равно на то, что подумает Пак. — Мне было так страшно, а ты просто стоял и смотрел!       — Эй, я же…       — Да, знаю я, знаю, что мы не друзья! Знаю, что ты мне ничем не обязан! — сев в автомобиль, захлопнула дверь и попыталась завести мотор, но мои тщетные попытки ни к чему не привели.       Дверь рядом открылась, и Пак выхватил ключи у меня из рук.       — Пересаживайся, истеричка. Ты не в состоянии сидеть за рулем, — скомандовал он, и я, пересиливая желание ударить его или накричать, послушно перелезла на соседнее сиденье. — Точно укокошишь кого-нибудь…       Несколько минут тишины и звук заработавшего мотора отдавали гулом в ушах, прежде чем я наконец взяла себя в руки. Пак Чимин помогал из-за моей истерики? Стало жутко стыдно за то, что я закатила сцену и пыталась в чём-то обвинять. Не зная, как извиниться за своё поведение, решила делать вид, что ничего не произошло, ведь Пак вроде бы не обвинял ни в чём. Поэтому более-менее успокоившись, забила адрес в навигатор одного из одноклассников Хансока, заодно названивая каждому в попытке выяснить его местоположение.       — Кхм, — вдруг прокашлялся Чимин, когда я закончила очередной звонок. — Не мое дело, но… Почему тебе нужно вернуть его домой? Нагуляется парень и вернется…       — От отчима попадет… Ну… Это…       — Поругает и всего-то.       — Если бы руганью всё ограничивалось, — выпалила, поздно соображая, что сообщила лишнего.       Чимин вдруг резко затормозил и посмотрел на меня недоверчиво, на что я лишь пожала плечами и отвернулась. Но он вдруг поднял мои волосы, собранные в низкий хвост, чего я никак не ожидала.       — Эй, ты чего?       — Наён, он и тебя избивает? — Пак смотрел как-то слишком неравнодушно, отчего мне стало некомфортно. — Зачем это терпишь?       — Чимин, как ты сам и сказал — это не твоё дело…       Наступила звенящая тишина, и я несколько раз прокляла себя за излишнюю болтливость, которая привела к этой неловкой ситуации. Я даже Черён не могла рассказать о грешках своей семьи, а тут выпалила Пак Чимину, которому и я, и моя семья абсолютно безразличны.       — Я… Чимин, я могу сама сесть за руль. Спасибо, что помог прийти в себя. Я отвезу тебя обратно в университет.       — Мы ведь должны вернуть твоего брата домой? Так что ищи адрес, куда нам ехать…