Он и есть ребёнок

Антон капризничал в стрессовых ситуациях. Перед концертами и важными мероприятиями он вёл себя как ребёнок, не желая слушать ни-ко-го, кроме Арса. Не подумайте, у Шастуна не было биполярного расстройства. Скорее, защитный механизм, который помогал справляться со стрессом. При том, выступал он как обычно, но никто не знал какой скелет на самом деле скрывается за этой всеми любимой улыбкой. Многим хочется заглянуть за кулисы, или же в гримёрку, чтобы посмотреть на жизнь звезды с другой стороны, но и там не всё так гладко. Чаще всего за кулисами носились менеджеры, которые хватались за волосы, пытаясь поспеть за Антоном и его пожеланиями, только ради того, чтобы тот показался на камеру. Он то фруттеллу захочет, то собачку потискать, то ему вообще понадобится что-то странное: новый браслетик, цепочка и всякая ерунда, которую он обожал. А потом угрожает отказаться от выступления, если он не получит своего. Ребёнок в теле тридцатилетнего мужчины! **** Антону нужно будет уже через пару минут давать важное интервью для одного известного в сфере инстаграмм и ютуб блогера. Он нервничает: кусает губы, скребет ногтями по рукам, пытаясь разодрать их в кровь, чтобы хоть немного "спуститься на землю" и успокоиться. Не помогает. У него снова включается режим ребёнка: он отказывается выходить. Нет, он не орёт навзрыд, как пятилетний ребёнок. Он молча закрывается и начинает глупо ухмыляться, когда менеджер пытается подкупить его новой побрякушкой. Ничего не работает: ни уговоры, ни угрозы (Антон знает, что ему ничего не сделают, так как он слишком ценен для них, ведь с него идёт огромный доход). Всей команде хочется лезть на стену. Ничего не работает, и они могут потерять очень важные и для них, и для Антона материалы, которые пошли бы на пользу его карьере. Но маленькому, в душе, Тоше абсолютно все равно. Уже не выдерживая, менеджер, она же любимая всем составом "Импровизации" – Оксана - звонит самому старшему и, по её мнению, самому влиятельному актёру из команды - Арсению Попову. Вообще, у Арса, как и всех участников команды, кроме Тоши, сегодня был выходной. Он лежал у себя в квартире, лениво нажимая кнопки на пульте, в поиске интересного канала на телевидении, и потягивая из трубочки апельсиновый сок. Телефон был в соседней комнате. Хотя нет, не так. Его телефон находился в соседней комнате, в выдвижной полке прикроватной тумбочки, на котором сверху лежали: какие-то бумаги, его любимый журнал, провода от техники и наконец футболка, которая почему-то находилась не в шкафу. По выходным Попов откладывал гаджет, как можно дальше, чтобы не слышать надоедливых звонков, которые иногда слишком сильно раздражали. В рабочее время телефон, конечно же, всегда находился рядом. Меньше всего Арсу сейчас хотелось услышать надоедливую трель, которая оповестила бы его о том, что выходной, в первую очередь - испорчен, а во вторую - закончен. Мужчина спустил ноги на пол, который для босых ступней актёра показался необычно холодным, с непривычки недовольно сморщил нос и пошёл за телефоном, поправляя съехавшие очки. На экране высветилось имя менеджера команды, что заставило Арса протяжно застонать. Он был безумно благодарен этой девушке за то, что она помогала им в турах и организовывала съёмки, но в выходной день Арсений был не рад даже ей. Мужчина поднял трубку, зачем-то "надевая" на лицо улыбку, хотя прекрасно понимал, что на другом конце его не видят. Арс ожидал услышать радостный женский голосок, словно у маленькой феечки из детских мультиков, оповещающий о том, что им организовали какие-то съёмки или сотрудничество с кем-либо, но нет. Девушка вымученно, и, кажется, даже злобно, начала рассказывать о сложившейся ситуации: -Арс, привет, у нас тут такое дело, - она немного помедлила, думая, стоит ли ввязывать сюда Арсения, и поможет ли он тут. Но, так как ничего лучшего придумано не было, девушка кивнула сама себе, убеждаясь в правильности своего решения, - Антон снова включил режим вредины. Мы что только не предлагали: и побрякушки, и фруттеллу, и скитлс этот его - ничего не работает! Сделай что-нибудь, умоляю, ему выходить надо, а он упрямится. Попов вздохнул. Тоша как всегда невыносим. Из всей команды никто не мог его успокоить. Слушался мелкий только Арса. Да, они встречались. Да, серьёзно, слушался Антон только Арсения. Старший же возмущался, высказывал свое негодование, но тут же переставал, тая под щенячьим взглядом и робкой, смущённой улыбкой. Но после этих милостей возвращался обычный Шастун, который вовсю веселился, смеялся и впутывался в разные неприятности. Отношения их почти не отличались от других. Но в них присутствовали три небольшие загвоздки. Первая: они оба парни, что уже не совсем традиционно. Вторая: они редко виделись. Из-за постоянных съёмок у них не хватало времени на встречи, а иногда даже и на разговор по телефону, а про их совместную квартиру даже речи быть не может. В рабочее время каждый сидел у себя, потому что после тяжёлого дня не хотелось ничего. Ну и третья: им приходилось скрывать свои отношения. Нет, конечно были люди, которые знали, что они встречаются, но этими людьми являлись их друзья, съёмочная команда, да и всё. Во время съёмок, монтажёрам частенько приходилось вырезать их "незаметный" флирт друг с другом. Выражался он в виде быстрых встреч глазами, постоянных переглядов, неловких касаний, и всякого подобного. Вся эта "звёздная" суета регулярно надоедала обоим. Хотелось обычной жизни, обычных встреч, совместного времяпровождения. Куда-то вместе сходить, посидеть дома и, накрывшись одеялком, в обнимку смотреть фильмец. Но съёмки. -Окс, я буду через полчаса, заприте его где-нибудь в гримерке, - Арс на ходу натягивал джинсы, чувствуя, как на другом конце трубки благодарно улыбнулись. Мужчина пытался найти хоть какую-то приличную рубашку или майку - как-никак, на съёмки едет. Но в идеально чистой квартире Попова была куча грязного шмотья, и под руку попался худак из мерча Антона. Пожав плечами, мужчина натянул темно-серую толстовку со своими инициалами, по пути хватая ключи от машины и запирая квартиру. Оксана уже скинула адрес, поэтому он мчал по городу в указанное место. **** Арс приехал на студию и, не удосужившись постучать, ворвался в гримерку, в немного растрепанном и уже усталом виде. Шаст удивлённо распахнул глаза, тут же сжимаясь, потому что приход Арса значил одно: он всех довёл до белого каления настолько, что вызвали "папочку". Попов глубоко вдохнул, присаживаясь на корточки перед Антоном, сидящим на небольшом кожаном диванчике кофейного цвета, издавающем не очень приятные скрипы из-за старины мебели. Арс положил руку на острое колено своего парня, чуть поглаживая и успокаивая. Для начала нужно было вернуть Шаста во "взрослый режим" и дать понять ему где он, и что от него требуется, а потом уже разговаривать, как нормальные люди. -Ангел, что такое? Ты опять слишком сильно перенервничал? Это же просто очередное интервью, - Попов установил зрительную связь с младшим, и Шаст не мог отвести взгляд, возвращая рассудок обратно. -Я... я, устал, Арс, - Антон закрыл лицо руками, тяжело выдыхая. Нет, он устал не только от интервью, тут было что-то другое. Вроде моральной усталости, когда наплевать на всё вокруг. Арсений сел на подлокотник, запуская руку в волосы младшего, поглаживая его по голове. Шастун нехотя продолжил рассказывать: -Мы последний месяц вечно где-то пропадаем: интервью, тур, съёмки, реклама, шоу - что угодно! И почти не видимся в нашей общей квартире. Мне надоело это, - Антон жалостно посмотрел в чужие, но такие родные голубые глаза, в которых отражалось понимание и сочувствие. Арсений тоже стал замечать, что они перестали видеться от слова "совсем", и поистине чудом было, когда им удавалось хотя бы поспать в одной кровати, а не на диване или, вообще, в отеле рядом с местом съёмок. Попов аккуратно положил руку на затылок Шаста и поцеловал в лоб, убрав сползшую чёлку свободной рукой. -Антон Андреевич, ну чего ты раскис, а? Ты сейчас же даёшь лучшее интервью, а после мы берём с тобой отпуск на две недели и будем делать, что хотим, согласен? Шаст уверенно кивнул. Вот, что ему требовалось услышать: слова поддержки от любимого человека, а не пустые уговоры со стороны коллег, которые в его жизни занимают, пусть и не последнюю, но и не самую главную роль, в отличие от Арса. Съёмки шли. Арс сидел в гримёрке, дожидаясь Антона, чтобы быстрей свалить домой. Рядом с ним на диване сидела Оксана и договаривались об очередной съёмке с каким-то блогером, одновременно записывая или зарисовывая что-то к себе в блокнот. Дверь гримёрки со скрипом открывается и в помещение заходит измученный Антон. С него сходил уже восьмой пот, но он держался, как мог. Увидев его, Оксана решила оставить пару наедине и, быстро покинув гримёрку, направилась к выходу. - Антош, как ты? - Арс с осторожностью подошёл к парню и приобнял со спины. - Арс… я... я хочу... домой, - тихо пробубнил Антон и упал в руки Арсению, который еле успел его поймать. Он резко заснул, из-за переутомления. Антон не помнил, как его вынесли из гримёрки и посадили в машину. Всю дорогу до дома, он крепко спал, упав головой на плечо Арсу, а тот лишь умилялся. - Чудо ты моё, - ещё раз посмотрев на Антона, и невесомо поцеловав его в макушку, Арс отключил телефоны обоих, чтобы те не выбивали их из этой, вполне приятной, атмосферы. Проснулся младший только по приезде домой. Арс снова взял его на руки, заплатил за такси и зашёл в подъезд. Из-за сильного хлопка подъездной двери, Антон дёрнулся и уже осознавая где он, сам встал на ноги, и, не сказав ни слова, медленно поплёлся по лестнице