Мой милый зомби

Ох уж эти бедные родственники, захотевшие поговорить с Кёджуро. Шинобу хоть и объяснила им, что мёртвый ничего не вспомнит, но мистер Ренгоку и его сын всё равно хотели поболтать, услышать его голос вновь. А ещё они так и норовили снять печать со лба зомби. Тенген на них кричал, приказывал не трогать чёртову бумажку, но послушали они лишь Шинобу. Колдунья терпеливо и мягко рассказала, что если хотят они поговорить с Кёджуро, эту странную, по их словам, бумажку надо оставить. А Узуй не мог всё угомониться. Они и так переночевали в этом городе, пора бы уже отправиться в путь, а они снова сидят и ждут ночи, дабы зомби проснулся и Шинджуро с Сенджуро поговорили со своим дорогим родственником. Но разбойник сам виноват – сжалился, согласился. Теперь винит себя, уже пожалел, что позволил этой семейке насладиться обществом Кёджуро. Да он всё равно и не вспомнит их. Тенген хочет, чтоб Ренгоку был лишь его и только. В голове мелькнула коварная мысль, и мужчина не мог не дать себе ехидно хихикнуть. Не, ну он точно должен воплотить эту затею в жизнь! А придумал разбойник следующее: как только отец и сын поговорят немного с зомби, Тенген украдёт его у них из-под носа и блестяще скроется вместе с ним и командой в ночи. Это будет яркое исчезновение, покруче какого-нибудь алмаза. С этой секунды Узуй только и представляет запланированный побег. Дом мистера Ренгоку оказался довольно просторным. Пока все ждали наступления ночи, уселись в зале и затянули беседу. Тенген решил, раз выдалась возможность что-то узнать о Кёджуро, то это непременно надо сделать. — Расскажите, как умер ваш сын? — попросил вежливо разбойник. Шинджуро замялся, сначала не желая выдавать хоть какую-то информацию, а затем почесал затылок, всё также молча, но собираясь что-то ответить. Пока это должно было случиться, за своего отца уже ответил Сенджуро: — Мы не знаем точно, — грустно проговорил мальчишка, смотря на Тенгена, — Он умер не при нас. С какой-то из своих компаний сидел в баре, а потом нам сообщают, что братец мёртв. — Его убили, — хмуро вставляет Шинджуро, скрещивая руки. Разбойники вопросительно уставились на мужчину. — Папа уверен, что моего брата отравили, — заключил Сенджуро, встал с места и ушёл из комнаты, — Я к Кёджуро. — То есть? — Узуй устремил взор на Шинджуро, — Он общался с плохими компаниями? В нормальной его вряд ли отравили бы... — Да черт его знает, с кем и где он ходил! — вспыхнул мужчина, вскинув руки, но через мгновение уже успокоился, тихо произнося, — Не думал, что мой сын станет водиться с придурками, но вы в какой-то степени правы. Нормальные люди не станут убивать. Разбойники задумались, прокручивая слова в голове. Они ведь тоже убивали. Выходит, Кёджуро связался с плохими парнями и те в какой-то момент просто решили избавиться от него. По крайней мере, на взгляд Тенгена все было именно так. Разговор протекал спокойно, без каких-либо наездов и грубости. Большие окна пропускали много света. В комнате пахло сандалом. Сенджуро не вернулся, видно не хотел отходить от тела брата ни на секунду. Ожидание уже действовало на нервы, Санеми напряженно стучал пальцами по подлокотнику кресла. В животе урчит аж с самого отеля. А голодный волк так же плохо, как и злой. — Ну приспичило же вам поболтать с этим зомби, — недовольно простонал Шинадзугава, зевая от скучных разговоров. Шинджуро с прищуром глянул на волка. — Может ты забыл, но вы выкопали тело моего сына! Ты не можешь меня в чем-то упрекать, — отчеканил мужчина, поднимаясь с места и идя к полочкам на стене. Его шаги были осторожными, словно если не туда наступит, провалится в пропасть. Санеми закатил глаза. Гёмей попросил его вести себя чуть более уважительно, но оборотень категорически не собирался этого делать. Они разбойники, он делает, что хочет. — Я проголодался. Принеси чего-нибудь поесть, — махнул рукой Санеми в направлении, как он предполагал, кухни. — Пуля есть. Угостить? — в руке Шинджуро уже был пистолет, направленный на волка-оборотня. Когда он успел?.. Шинадзугава даже не шелохнулся, в то время, как вся команда подорвалась с мест, напряжённо замерев и не отрывая взгляда от мистера Ренгоку. — Успокойтесь, — сказал всем мужчина, убирая оружие обратно на полочку, — Я не выстрелю. Но ты, — обратился к Санеми, — веди себя более культурно. Демонстрация оружия была неспроста, хозяин дома желает показать свою власть тут?.. — Тц, заноза в задн... — Хватит! — всех прервал Тенген. Ему надоела эта нелепая беседа. Он хочет спокойно дождаться вечера, мечтая о всяком, а потом улизнуть с Кёджуро отсюда прочь.

***

Он понимает, что находится в какой-то комнате, когда открывает глаза. Кажется, последнее, что Ренгоку помнил, это номер в отеле. Да, Шинобу отобрала печать, а далее он отключился. Кёджуро приподнимается и осматривает комнату. За окном уже нет солнца, вечер. Понятно, то-то он проснулся. У его кровати находился какой-то мальчишка. Он спал, поэтому Ренгоку позволил себе рассмотреть его. Было сложновато немного делать это в полумраке. Лунный свет попадал в комнату через окно, но что это, не так уж и освещает... "Как-то подозрительно..." Кёджуро коснулся своих огненных прядей, посмотрел на них, затем на мальчишку у кровати. Вопросы не переставали всплывать в мыслях. Зомби медленно перебрался на другую сторону кровати, стараясь не разбудить незнакомого парня. Кёджуро со всех сторон изучил мальчишку, словно какой-то опасный предмет. С кровати на пол, посмотрел на ребёнка со спины, с пола обратно на кровать, ещё раз в упор глядя в лицо парнишки. Последний вдруг поморщился и медленно приоткрыл веки. Ренгоку насторожился. Сонно хлопая глазами, мальчик посмотрел перед собой и вскрикнул. Все сидящие в гостиной вздрогнули, а Шинджуро бросился на источник звука. — Он съест моего сына! — Зомби не умеет есть! — вскочила следом Шинобу, собираясь напомнить, что вообще-то и Кёджуро его сын. За ней встал Тенген. Остальные просто провели их взглядом и остались сидеть. Обанай вздохнул. — На этом Кёджуро свет клином сошёлся. — Ага. Но я бы начал возражать, если бы наш зомби мог есть и хотел бы покуситься на живую плоть, — небрежно обронил волк-оборотень. — Прекратите ворчать, — в голосе Мицури неодобрение, — Вы только посмотрите, как Тенген вертится вокруг Кёджуро, это же так мило. Гёмей лишь попросил Обаная и Санеми оставить своё мнение при себе, когда те хотели возразить лисице. Лекарь получил благодарный взгляд от девушки и слабо приподнял уголки губ. Ренгоку оборачивается резко на грохот двери. Метая друг на друга взгляды, Сенджуро со своим покойным братом даже не услышали приближающийся топот ног. Лишь громко открывшаяся дверь заставила их наконец оторваться друг от друга. Младший не может насмотреться на живого брата, а старший просто в недоумении смотрит на Сенджуро, понятия не имея, кто он. — Что у вас тут? — обеспокоенно спросил отец детей. Шинобу и Тенген стояли позади него. — Да это... Просто я испугался. Ничего такого. Пока начиналась беседа, Тенген медленно перешёл на другую сторону, к постели. Сидевший на ней Кёджуро рассеянно поднял глаза на разбойника. Узуй пару секунд понаблюдал за разговором Шинджуро и Шинобу, а потом посмотрел на Ренгоку в ответ. Когда их взгляды пересеклись, Тенген мягко улыбнулся парню. Тот молча смотрел на главаря, не двигаясь и сидя в той же позе, что и до прихода ребят в эту комнату. Теперь в голове Узуя мысли, чем же этот милый зомби не угодил при жизни кучке болванов, с которыми водился. Гляделки мужчины и юноши прервал Сенджуро. — Братец, — с горячностью обратился мальчишка к Ренгоку, тот перевёл взор на мальца, — Я так рад иметь возможность снова поговорить с тобой. Искренность ребёнка ввела в ступор. Все взгляды в комнате были прикованы к Кёджуро. Что делать? Что говорить? Братец? Какого?.. — Ты нас не помнишь? — спросил Шинджуро, обращаясь к зомби. Шинобу вздохнула, потому что она на этот счёт уже объясняла им всё. Кочо молится своему терпению, какое оно крепкое. Иногда, правда, даёт трещину, а остальное ничего. — Нет, — с беспокойством отозвался Ренгоку, полный неуверенности, — Я знаю только Тенгена и Шинобу, — юноша посмотрел на названных товарищей, с которыми уже успел познакомиться, а этих он видит впервые. Ренгоку думает, что это неправильно. Должен ли он помнить этих двоих, похожих на него? Вспоминаются слова колдуньи о том, что это нормально для ожившего мертвеца. Но всё же он думает, что попал в неудобное положение, не помня ничего, когда эти люди ждут хоть чего-то. — Ничего! Мы с папой можем рассказать о тебе всё! — Сенджуро хватает Кёджуро за руку своими еще маленькими ручонками. Тот немного нервничает. Тяжело, он их совсем не знает. — Извините, а вы... — Это твой младший брат, а я твой отец, — Шинджуро вглядывался в лицо зомби, желая не упускать ни одну эмоцию. Да, за эти пару минут его мёртвый сын успел испытать спектр эмоций. Сперва удивление от прихода в комнату, потом непонимание, недоумение, даже страх, совсем чуть-чуть, а ещё... этот взгляд на светловолосого мужчину... на лице Ренгоку тогда точно было то ли облегчение, то ли радость, Шинджуро не разобрал, но понял лишь одно – у Кёджуро с этим мужчиной не всё так просто. Ну, он ведь не знает, что в отеле они успели сблизиться за не совсем длинную беседу. Если бы не Шинобу, ребята проговорили бы всю ночь, под утро уже став хорошими друзьями. Однако же всё равно у них установились отношения более-менее близкие, нежели с другими членами команды. Ну, разумеется, к кому Тенген вообще подпускает солнечного парня? Он сам кружится вокруг него. Шинджуро ничего не знает о пути их сближения, поэтому видит здесь какой-то подозрительный подтекст. Внезапно около Тенгена появляется его дорогая подружка. — Давай оставим Кёджуро с его семьёй, — многозначительно произнесла колдунья, пытаясь за руку увести мужчину, который в несколько раз больше неё. Проведя разбойников взглядом до двери, Ренгоку приготовился говорить с теми, кого видит впервые. Нет, он не хотел этого. О чём им болтать? И плевать, что это семья. Кёджуро был уверен, что в этой беседе будет исполнять роль слушателя.

***

— Семейная беседа ещё продолжается? — Санеми сидел в кресле так, будто находился у себя дома, а не у кого-то. Нога перекинута через подлокотник, сидит словно спас целый мир. Уже второй час счастливая (может и нет) семья о чём-то там говорит. Тенген и Мицури хотели подслушать беседу, но тут же получили нагоняй от Шинобу. Узуй порядком злился, а еще горел желанием продолжить искать сокровище. Его же в любую секунду могут забрать! Если оно, конечно, есть... — Продолжается, — вздыхает Обанай, занявший весь диван. Белая змейка лежала у его ног. Края хаори свисали до самого пола. — Послушайте меня, — Тенген, наматывавший круги по комнате, вдруг подошёл к журнальному столику, оказываясь в центре всех и всего. Ребята навострили уши, даже Санеми убрал ногу с кресла, опустил на пол. — Что такое? — Мы не можем больше терять времени, — серьёзным тоном начал главарь, — Когда они договорят, мы заберём Кёджуро и сбежим. По тихому или нет, будем решать по ходу дела. — Мне нравится, — усмехается волк, а Обанай тут же поддерживает его. Шинобу и Гемей молчат, думают, судя по всему. Либо о плане побега, либо о том, как безнадёжен Тенген. Неисправим. Хочет свои алмазы с золотом и всё! — Ну какая прелесть, — Мицури накрыла щёки ладонями, — Это так мило, ты похитишь парня прямо у семьи из-под носа и мы все вместе убежим. Товарищи уставились на лису не то с удивлением, не то с замешательством. Та поняла, что походу здесь никто не имеет тех же мыслей, что и она. — Ну да, наверное, — тут вдруг подал голос Тенген, и Канроджи решила, что может и он думает о том же, о чём и она. Он-то думал, но раскрывать это в полной мере не собирался. — Это всё, конечно, очень интересно, товарищи, но... — Я заберу его пистолет! — заявляет Санеми, перебив Шинобу на полуслове. — Что? — скривился Обанай, принимая сидячее положение. Даже план Тенгена не заставил его сесть, — На кой черт? — Тебе мало ножей и мечей? — Гёмей указал на свалку оружия, которую они все устроили около входа в гостиную. — Так это же огнестрельное оружие, — вскричал Санеми, вставая с кресла, — У нас его нет. Отбирать сокровища все здесь присутствующие привыкли кто-то холодным оружием, кто-то своей другой формой, а кто-то при помощи магии. Огнестрельного практически не было. Случалось такое, что иногда в какой-то битве отбирали пистолеты у врага и сами использовали, но это происходило настолько редко, что про этот вид оружия даже подзабыли. Это время истинных бойцов, сражающихся своими силами и имеющие при себе лишь нож, на худой конец – меч. Игры ума, ловушки и хитрые планы – имеются. Ребята развели беседу, и кто знает, когда она кончится...

***

Шинджуро и его младший сын уходят на кухню готовить чай. Какая прекрасная возможность для разбойников! Совесть их вообще не мучает. Когда следом за хозяевами дома из комнаты вышел Кёджуро, в глазах Тенгена вспыхнуло пламя. Он резво оглянулся на кухню, затем на ребят. Те закивали главарю, и мужчина бесшумно двинулся к Ренгоку. Юноша ошеломленно распахивает глаза, когда Узуй подхватывает его на руки. Однако не говорит ни слова, лучше не мешать Тенгену делать то, что он задумал. Разбойник бросается к выходу, уже не беспокоясь о шуме, команда за ним. Неизвестно, когда обманутые отец и сын заметили исчезновение, и заметили ли вообще. Зомби казался для Тенгена таким легким. И правда, что взять с мёртвого? Но юноша не переставал смотреть на ухмыляющееся лицо Узуя, который глядел внимательно на дорогу в покрове ночи. Что на уме у этого человека? Почему он так внезапно сбежал? Ясно лишь одно: банда полностью его поддерживает. А почему бы и нет, ведь они все шли с целью найти сокровище, а не сидеть у кого-то дома. — Ты это задумывал или сбежал спонтанно? — спокойно интересуется Кёджуро. Мужчина на слова зомби коротко посмеялся, а ещё он был доволен такой близостью с парнем, тот даже не пытается вырваться из рук, и это будоражит. — Планировал. Нам пора уже за кладом вампира, — воодушевлённо произнёс Узуй. Ренгоку еще немного посверлил главаря взглядом, а затем повернул голову к широкой дороге, уходящей невесть куда. А зачем его, собственно, несут на руках? В этом случае лучше не спрашивать Тенгена снова? Или можно потребовать побольше личного пространства? Ренгоку пока не хотел что-либо предпринимать. Шинобу попросили подать немного света. Девушка щелчком пальцев зажгла в воздухе небольшие огоньки, освещавшие их ночной путь. Вот и покинули разбойники город Даутбей. Им предстоит идти по этой дороге до следующего населённого пункта. Никто не знает, что их там ждёт, какие трудности и опасности поджидают из-за угла. Вот только каждый из ребят уверен, что им нипочём эти препятствия, они всё преодолеют. — Интересно, нас сейчас проклинают? — раздаётся в тишине голос Мицури. Ей жаль отца и брата Ренгоку, но это не сравнилось бы с желанием забрать без предупреждения зомби и сбежать. — За похищение? — спрашивает ровным голосом Гёмей, уже полпути молившийся и лишь сейчас прекративший. — Ага. — Да без разницы, разве нет? — пожимает плечами Санеми, приподняв бровь. Волк плавно перемещается к Кёджуро, а юноша лишь смотрит, как оборотень приближается к нему и теперь шагает совсем рядом. А вот идущий возле Ренгоку Тенген даже не покосился на Шинадзугаву, продолжая смотреть только вперёд. Луна сияет ярко, дорога обливается её светом, а рядом с бандой летели ещё волшебные огоньки. Атмосфера царила что надо. — Вот скажи, — Санеми закидывает руку на плечо зомби, — тебе было интересно с теми двумя? Да, вопрос хороший, Кёджуро не знает, что говорить. Беседа была приятная, но только толку мало. Юноше интересно слушать было лишь о себе, о других не хотел. Сам не мог понять, почему. — Не особо, — даёт честный ответ Ренгоку. Лишь когда зомби заговорил, Тенген повернул голову в их сторону. Волк вопросительно скривился, почти впритык глядя на зомби. — Точно, — встрял главарь, — Расскажи, о чем вы говорили. Санеми убрал руку и отдалился от Кёджуро. Обанай попытался завлечь волка в свой диалог, но тот лениво отмахнулся. Ренгоку мельком посмотрел на Узуя, затем призадумался, потупив взгляд. — Ну... — протянул неуверенно юноша, — они рассказывали что-то о моей жизни, какие-то интересные моменты на их взгляд... — А что понравилось тебе? — прервал Тенген, — Из их рассказа. Узуй хотел услышать только то, что привлекло внимание Ренгоку больше всего. Не какие-то рассказанные истории его жизни с меткой "Просто было", а именно то, что зомби по-настоящему понравилось, заинтересовало что-то из его прежней жизни. — Ничего, — после короткой паузы проговорил безэмоционально Кёджуро, смотря себе под ноги, — Я же ничего не помню. Разве мне может понравиться что-то из этого? Он утверждал, но в то же время спрашивал Тенгена. Поможет ли разбойник ему ответить на этот вопрос? Зомби, считай что, "живёт" заново. И ему нужен тот, кто научит делать это снова. На эту роль вообще подошла бы Шинобу или Гёмей, но о чём речь? Это будет Тенген и только Тенген. Узуй, недолго думая, ответил Ренгоку. — Ты прав, ничего из того не может понравиться. Говорил ли он это, потому что действительно так считал, или из ревности? Разбойник был даже рад, что прежняя жизнь не особо заинтересовала Кёджуро. А если бы это всё же случилось, юноша захотел бы остаться с семьёй? Вероятнее всего, ведь сам говорил, что не интересуют его сокровища. Остался бы в том доме... Тенген бы не позволил! Он силой потащил бы с собой зомби, и... Неважно, ведь этого не случилось. Узуй сам себе улыбался, довольный исходом событий. Ренгоку с непониманием следил за ухмылками главаря, даже шедшая уже рядом Мицури не столь интересовала его, как ехидство на лице Тенгена. — О-о-ой, смотрите, как лыбится! — Шинобу подошла к ребятам поближе, — А чего ты такой весёлый, а? Мицури посмотрела на колдунью, Ренгоку на лисицу, а затем наоборот. — За сокровищами идём, — пояснил главарь, не убирая с лица широкой улыбки. Или с сокровищем. Ведь идущий рядом Кёджуро – и есть сокровище! Они не поймут его, Тенген предпочтет молчать. Шинобу закивала быстро, состроив гримасу, тем самым давая знать, что не верит словам друга. Мицури так и осталась идти рядом с Тенгеном и Ренгоку. А наше Тенгена "сокровище" идёт и всё больше погружается в раздумья. "Наверное, он в любой ситуации использует сокровище как отмазку". Свои мысли подтвердить зомби пока не мог, но думал, что именно так оно и есть. — И как долго идёт эта дорога? — заговорил Санеми, нарушая только что образовавшуюся тишину. — Мы все, как и ты, впервые идём по ней, — напоминает Обанай, вскинув руки. Волк недовольно фыркнул. Уже надоело идти, скукота! Но ничего не остаётся, кроме как смириться. Час времени был потрачен, а длинная лента дороги даже не думала кончаться. Все успели нажаловаться друг другу, то на темноту (и похрен, что луна светит и летят огоньки), то на усталость, то на ещё какую-нибудь мелочь. Ренгоку периодически посматривал на Тенгена, тот слишком уж был весел. Не в первый раз зомби подмечает то, насколько высок любитель алмазов. Его рост очень нравится Кёджуро, он чувствует себя рядом с ним в безопасности. Хотя Гёмей тоже высокий, но подобное чувство Ренгоку испытывает только рядом с Узуем. Это для юноши так невероятно, что он хочет идти рядом с Тенгеном постоянно. Иногда, глядя на главаря, в глазах зомби появляется восторг, граничащий с каким-то любопытством. Если бы Узуй замечал эти взгляды, то наверняка это ему понравилось бы. Когда Ренгоку хочет обратиться к Тенгену с ненавязчивым вопросом, дабы привлечь к себе внимание, команда останавливается. Рядом с дорогой был расположен колодец. Как мастер по мистике и любитель всякого паранормального гадства, Шинобу первой прекратила движение. Банда остановилась посреди дороги, а колдунья, вспорхнув, подскочила к колодцу и заглянула в него. — Что она делает? — обратился Кёджуро с вопросом к ребятам. Шинобу издала в колодец какой-то звук, похожий на уканье совы. Выглядит максимально странно... — Не удивляйся, пожалуйста, — взволнованно, но в то же время со смехом произнесла Мицури, и зомби тут же глянул на неё. Команда начала медленно подходить к колодцу. Вроде обычное явление: колодец у дороги. Но вдруг... — Какое разнообразие существ. Голос заставил банду напрячься и с испугом оглянуться по сторонам. Шинобу довольно отошла от колодца и из него показался какой-то парнишка с пустой тарелкой в руке. Юноша на вид был одного возраста с Кёджуро. Темные длинные волосы, к кончикам переходившие в бирюзовый цвет, белая мешковатая одежда и того же цвета треугольник на голове. Призрак. Понятно, почему Шинобу рванула к колодцу. Она знает, что в них зачастую обитают духи. Юноша слегка светился на мрачном ночном фоне. — Здравствуй, одинокая душа, — голос колдуньи звучит ровно, а её глаза с интересом изучают парня. Но взгляд призрака тут же устремляется на Ренгоку. — С вами зомби, как интересно, — холодным голосом выдаёт незнакомый юноша, растягивая гласные, будто издеваясь над всеми, и глядит на печать на лбу огненного парнишки. Кёджуро вопросительно поднял брови, изумляясь. — Зомби и зомби, ты тоже интересный экземпляр, — громко произнёс Тенген, уперев руки в бока и уставившись на призрака. Тот взмахнул тарелкой, как веером, обдавая шею ветром, и закатил глаза, давая всем понять, что никакой он не "экземпляр" и ему не нравится это слово. — Кто вы вообще такие и что вам надо? — недовольным стал тон голоса юноши. Санеми хотел огрызнуться, но его остановил Обанай. Пусть разговаривает Шинобу или Тенген. Беседы лучше вести не волку... — Мы просто разбойники, — пожал плечами главарь банды, — Ищем сокровище вампира. Призрак изогнул брови, слегка кивая на слова Узуя. Судя по всему, о Музане и его кладе парнишка даже не слышал. — Как тебя зовут? — спросила Шинобу, на что призрак спокойно ответил: — Токито Муичиро. Шинобу мягко улыбнулась юноше. Тенген бросил на колдунью беглый взор. Что она задумала? Чего пристала к призраку из колодца? — Не хочешь пойти с нами? Вижу, жизнь твоя скучна, — взгляд девушки прошёлся по стенкам колодца. Все члены банды переглянулись между собой. А Шинобу не хочет обсудить этот момент со всеми? Когда оживляли Кёджуро, задействованы были все, и все так же были в курсе. Здесь девушка уже своевольничает. — Шинобу. Колдунья оглянулась на Гёмея, призрак не успел ответить. Лекарь разочарованно вздохнул, с упреком глядя на Кочо. — Ты решила собрать всю нечисть? Намёк был брошен стремительно в сторону Ренгоку. Тот пока осознавал смысл слов Химеджимы, Тенген уже начал заступаться за парня. — Эй, — Узуй своей большой рукой придвинул зомби к себе поближе, — полегче со словами, не вздумай даже называть Кёджуро так, Гёмей. Все взгляды сошлись на главаре, а Ренгоку казалось, что он тоже в поле зрения, и ему жутко хотелось скрыться от этих внимательных глаз всех присутствующих. — А можно и в мой адрес не говорить таких слов? — подал голос призрак из колодца. Пустая тарелка в его руке одиноко лежала меж белых пальцев, сжимаемая за белые края. — А мне нравится идея, — высказала свое мнение Мицури, — Чем больше людей в команде, тем веселее. — Мы идём за кладом, а не веселиться... — обречённо вздохнул Тенген, отпуская Ренгоку и тот постарался незаметно отойти на шаг подальше от светловолосого мужчины. — Вы посмотрите, кто у нас таким серьёзным стал, — захохотал Санеми, виляя серым хвостом. От смеха не удержалась и Канроджи, прикрыв рот рукой. Призрак снова заставил всех взглянуть на него. — Я согласен. Но я ничем вам не обязан, вы поняли? — Да-да, разумеется, нам же больше сокровищ достанется, — язвительно захихикал Тенген, от его серьёзности не осталось уже и следа. Бледный призрак, паря по воздуху, подлетел к Ренгоку, скромно стоявшему около Узуя, и пристально уставился тому в глаза. Зомби слегка ошарашило действие юноши, всех кругом тоже. Кёджуро просто смотрел в ответ. Пустые глаза призрака будто просвечивали, Ренгоку казалось, что сквозь них можно увидеть колодец за спиной парнишки. Но нет. — Ты в замешательстве, — беззаботно выдал тёмноволосый юноша, хлопая ресницами. Кёджуро растерянно бегал глазами по лицу призрака. Да, замешательство... Это то, что чувствует зомби, но вряд ли данное чувство связано с нынешним знакомством с призраком. Это кое-что другое, что Ренгоку не хотел бы рассказывать, потому что ещё сам не понял, как ему быть. — Какое замешательство? — неуверенно проговорил Кёджуро, желая отступить на шаг назад, но остался всё-таки стоять на месте. Он же не открытая книга для призрака?.. У зомби все мысли спутались, ни о чём думать не получалось, он просто смотрел на парнишку своего возраста, а тот в свою очередь беззастенчиво изучал огненного юношу. Ренгоку заинтересовал его больше, чем кто-либо здесь присутствующий. — Муичиро, — позвала Шинобу. Юноша обернулся на зов. Колдунья, посмотрев сперва на тарелку, взглянула Токито в лицо. — Если вкратце – мы охотимся за богатствами одного вампира. — Что за вампир? — изогнул бровь призрак. — О боже, он не знает, — громко вскричал Тенген, взмахнув руками. Кёджуро аж дернулся от такой эмоциональной реакции. — Так и Ренгоку не знал, — напомнил Узую Игуро, как-то оказавшийся рядом. Главарь мимолётно посмотрел на Обаная, а затем снова вернул взор на Токито и стоящую рядом Шинобу. — Его имя Музан. — Я думаю, стоит сказать, что мы не уверены в существовании этого клада, — сказал будто невзначай Санеми, разглядывая сорняки у дороги. Ему хотелось сейчас захохотать, но он отлично держался. — А вы странные, — усмехнулся Токито, — Я прям захотел пойти с вами, серьёзно. — Дурость наших парней притягивает, — с оживлением сказала Мицури, и все представители мужского пола захотели устроить ей взбучку, но сдержались – она же девушка. Шинобу с охотой поддержала Канроджи. Команда вместе с новым членом отправилась в путь далее. И снова пустая длинная дорога, из-за которой Санеми закипает и готов рвать и метать, потому что скука. Загадочный колодец остался позади, а призрак, обитавший в нём, двигался с тарелкой в руке рядом с разбойниками. Кто знает, может Муичиро когда-нибудь тоже назовут разбойником...