Мой милый зомби

Глянув вверх, можно лицезреть бескрайний простор ночного неба, словно в чёрную воду звёздный чародей рассыпал блёстки. Все облака, как по чьему-то велению, растаяли, и чистое небесное пространство предстало перед землёй. Яркий белый серп-полумесяц висит, озаряя волшебным свечением корабль, людей, водную гладь. Под глазом сверкающей ночи все на борту бодрствуют, не думая о сне и следующем дне. А Тенген, наконец дорвавшийся до общения с Кёджуро, и подавно не желал думать о том, чтобы готовиться ко сну. День не позволит им поговорить. Сейчас в этой приятной атмосфере на корабле хочется разговаривать всю ночь напролёт. Узуй уверен, что так и сделает. Они болтают уже с тех пор, как солнце окончательно исчезло и Ренгоку очнулся. После ужина, приготовленного будто на весь город, Тенген и Кёджуро были безнадёжно примагничены, беседа так и лилась из их уст. Главарь всё хотел с зомби разговаривать и разговаривать, а тот и не был против, что его внимание всегда сосредоточено на Узуе. Они долго стояли у фальшборта, ведя диалог и периодически глядя вниз на воду. Время безостановочно шло, приближаясь к полуночи. — Мне кажется, или Шинобу пытается всё время вывести Томиоку из себя? На эти слова Ренгоку Тенген ответил широкой ухмылкой. Они оба, прислоненные к ограждению, смотрели, как колдунья что-то нравоучительно говорит Гию, а тот смотрит неотрывно в одну точку, не моргая и ничего не отвечая ей. И правда не похоже на Шинобу. Она никого так сильно не доставала раньше. — Так и есть, — спустя минуту заговорил Узуй, — До этого мы не замечали за ней такого озорства. Ох уж этот Гию... — Ты слишком недоверчив к нему, — улыбается Кёджуро, переводя взгляд на разбойника, а Тенген лишь цокает языком, — Он неплохой парень, я бы даже оставил его в команде, — признался зомби. Главарь с широко открытыми глазами уставился на Кёджуро, и тот, улыбаясь мужчине, беззаботно пожал плечами. — Мы набрали уже непривычное число в банду. Никогда нас не было так много. Обычно всегда грабили со мной только Шинобу, Мицури, Санеми, Гёмей и Обанай. — А теперь в команде прибавилось всякой нечисти, — посмеялся Ренгоку, но Узую не понравилась данная фраза. Мужчина покосился на зомби. Главарь немного подумал, а потом вышел из себя: — Это даже не моя инициатива! Ребята сами принимали решения взять кого-то, — под конец Тенген уже бурчал себе под нос, состроив мину, но Ренгоку прекрасно его слышал. — Меня тоже? Вопрос заставил Узуя расслабить мышцы лица и с вопросительным выражением посмотреть на юношу. Кёджуро глянул на главаря в ответ, сталкиваясь с тем взглядами. Молчание длилось недолго. — Нет, взять тебя с нами моя идея, — не прерывая зрительного контакта проговорил разбойник, замечая как в глазах напротив начинают плясать огоньки. Ренгоку дважды моргнул, прежде чем отвести взгляд. Тенген продолжал смотреть на юношу. — Но меня по-прежнему не волнуют сокровища, — подметил зомби, глядя на стоявших в кучке Обаная, Гёмея и Мицури, общавшихся с членами экипажа данного корабля. — Я помню. Тенгену неважно. Ему нужно лишь присутствие Кёджуро в их банде. Его интересы и прочее не имеют значения. Пока он рядом, Тенгена устраивает всё. Однако почему-то следующая фраза Ренгоку заставила Узуя почувствовать тепло в районе груди. — Мне нравится путешествовать с вами, но не ваша цель. Главарь промолчал, но слышать о том, что Кёджуро нравится быть с ними, было невероятно приятно. Настроение мужчины стремительно начало подниматься. Он непроизвольно заулыбался от услышанного заявления. — Тенген. Разбойник вышел из состояния эйфории, сосредоточив внимание на зомби. Кёджуро загадочно молчал. Обдумывал, что сказать? Заговорил только после того, как Узуй спросил, что такое. — Мои... отец и брат, — неуверенно начал парень, вероятно, не зная, правильно ли назвал их. Но а иначе как? Помедлив, он решил, что всё-таки правильно, — Они сказали, что я часто ходил с какими-то парнями в бар и там же умер, — Тенген ловил каждое слово, боясь упустить что-то, — Как думаешь, при жизни я был негодяем каких поискать? Узуй ошарашенно смотрел на парня. Он положил ладонь ему на плечо, развернув немного к себе и глядя в глаза. — Конечно нет! Я уверен, что ты не был таковым. Ты хороший парень. И хотя "негодяй" не считалось у Тенгена чем-то оскорбительным, учитывая то, чем он занимается, но судя по вопросу Ренгоку, его это беспокоило, так что Узуй попытался переубедить его. — Я много думал, мне вдруг стало интересно, чем я занимался, когда был жив. Ну конечно, Узуй предчувствовал, что что-то подобное произойдёт, что мёртвый начнёт интересоваться своей прошлой жизнью. Настроение начало скакать, он убрал руку с плеча Кёджуро. Однако от разочарования его спасло сказанное очень мило: — Интересно – не значит важно, верно? Так что я просто постараюсь об этом забыть и не вспоминать, как никак новая "жизнь". Тенген был до безумия счастлив. За последние пять минут он хорошо так покатался на качелях настроения. Прекрасно понимая, что его желания эгоистичны, он всё равно продолжал радоваться таким вещам, хотя правильнее было бы дать зомби волю с самого начала и не держать около себя, а еще лучше – оставить в гробу, закопать обратно и продолжить путь. Но Тенген не Тенген, если не получит желаемого. И он получил. Да, целиком и полностью. Настолько преуспел, что Кёджуро сам остаётся рядом с ним. Как же от этого растёт его блестящая самооценка! Он с умилением глядит на Ренгоку и не может поверить, что этот человек стоит рядом с ним. Гладкая, словно фарфор, кожа манила прикоснуться. Золотистые волосы, слегка покачиваясь на ветру, касались белой щеки. Тенген медленно потянулся рукой, желая дотронуться до лица зомби, который не видел движений главаря, смотрел на товарищей. Узуй не помнит, о чем думал до этой секунды. Он хочет коснуться этой кожи и водить рукой, долго, пока не наступит рассвет, а то и дольше. Чтобы последнее, что запомнит Ренгоку перед тем, как отключиться, было тёплое прикосновение ладони. Кёджуро поворачивает голову к Тенгену, рука главаря стремительно опускается, так и не согнувшись в локте. Разбойник рассеянно хлопает ресницами, бегая глазами по лицу юноши, совсем позабыв о том, как желал разместить свою ладонь на его щеке. Но он вряд ли посмел бы. Определённо не здесь и определённо не сейчас. Не собирался, но рука тянулась. —  Пошли? — задал на весёлых тонах вопрос зомби. Узуй затупил, просто пялясь на парня. О чём это он? — Куда? — с искренним непониманием спросил в ответ главарь. Кёджуро посмотрел в сторону, призывая разбойника сделать так же. Бросив взгляд на собиравшуюся толпу, Тенген не сказал ни слова и широким шагом подошёл к ребятам. — Что происходит? — решил узнать он, оставив Ренгоку, но тот уже очутился рядом. К главарю подошла с сияющими глазами Мицури, вся в предвкушении чего-то. Два изумруда на ее лице говорили о том, что будет что-то совершенно точно интересное. — Члены экипажа согласились повеселиться с нами! — она тараторила, в ее голосе было нескрываемое нетерпение, — Мы с Санеми предложили танцы, и они поддержали нашу идею! Ах да, эти забавы разбойников. Тенген ни за что в жизни не откажется от этой страсти. Они много раз оставались в чужих городках на фестивалях. Весь вечер танцевали, ели, ходили по улицам и незаметно таскали кошельки у горожан. Ну это по мелочи, вытащить бумажник много ума не надо. Главная цель всегда была крупнее, однако как можно пройти мимо такого количества людей и не одолжить их деньги? Без возврата, кстати. — Какая отличная затея, кроха, вы с Санеми устроили нам весёлую ночь, — Узуй похлопал лисицу по плечу, расплывшись в улыбке. Мицури через секунду вернулась к волку, что-то обсуждая с ним. Шинобу говорила с моряками, те кивали ей. На корабле решили добавить света: зажгли лампы, расставили свечи. Всё ради атмосферы, всё, чтобы получить максимум удовольствия от танцев. Трое моряков вызвались играть на инструментах, а некоторые заставит звучать Шинобу. Члены экипажа хоть и частенько сталкивались с обладателями магии, но увидеть, как инструмент будет парить в воздухе и издавать звуки, им доводится впервые. Всё было готово, каждый в предвкушении. — Станцуем? — игриво спросил Тенген у Кёджуро. Улыбка медленно расплылась на устах юноши, в глазах заплясали искорки и ответ главарю озвучивать уже не надо было. Ожидая тихое и нарастающее начало мелодии, все были удивлены, когда моряки начали с дерзких нот. Веселье не откладывают, начинать отрываться нужно с самого начала! Под ритмы энергичной игры музыкантов все на борту пустились в пляс. В мерцающих огнях закружились тела, отбрасывая дергающиеся тени. Они сливались, делились, расплывались и прыгали по всему кораблю. Музыка окутала судно, погрузив его этой безветренной ночью в мир веселья. Живая мелодия сопровождалась топотом ног. Внезапно в небо был запущен комок магии, после чего на головы танцующих стали сыпаться разноцветные искры. Шинобу с ухмылкой завертелась в танце, довольная своей выходкой. Гию, который был ею насильно втянут в этот водоворот беззаботности, решил продемонстрировать и свои умения. Теперь корабль сопровождали небольшие водные смерчи, крутившиеся вокруг судна. Кругом было невероятно красиво. Над всем этим торжеством висела луна, на которую никто не обращал внимания, ведь все интересное внизу, а не в небе. Время медленно переваливает заполночь. Одна мелодия сменяется другой, движение на корабле не прекращается. После ослепительного сальто Тенген подскакивает к Кёджуро и, словно исполняя какой-то сюжет, они начинают танцевать синхронно, а после главарь дерзко притягивает зомби к себе за запястье, ладонью второй руки проходясь по спине юноши, успевая считать позвонки. Ренгоку изворачивается и ускользает от Узуя с нисходящей улыбкой, будто давая отказ. Мужчина с ехидной ухмылочкой кладет руку на сердце и делает вид, что опечален тем, что оказался отвергнут. Не сдержавшись, он позволяет себе посмеяться, а далее под ритм музыки исполняет блестящее движение. Всё вокруг светится оранжевыми, жёлтыми и корчиневыми огнями. Шинобу и Гию горят идеей перетанцевать друг друга. В их глазах пляшет пламя. Они уже минут 5 держат зрительный контакт, но он прерывается, когда Томиока мимолётно бросает взгляд на Тенгена, а затем срывается с места. Шинобу это слегка повергло в изумление, она на секунду сбилась с ритма, глядя, что творит утопленник. Узуй, поняв, что хочет сделать парень, сцепил ладони в замок и подставил их Томиоке. Оказавшись подброшенным, парень сделал кувырок в воздухе, твёрдо приземлившись на ноги, после чего устроив зажигательное шоу, окончившееся колесом. Он оглянулся, кидая Шинобу высокомерный взгляд. Это колдунью рассердило, однако она лишь улыбнулась, а уголок губ нервно дергался, хотелось нахмуриться и с угнетением послать Гию суровый взгляд. Тенген, плавно и красиво отдаляясь от Томиоки, снова слился с Кёджуро в жгучем танце, не представляя, откуда они могут так слаженно двигаться. Может при жизни Ренгоку любил танцевать? Такая мысль проносится в голове разбойника. Не может оторвать взгляда от парня, а у того глаза горят, он будто жив. Такой прекрасный момент. Энергично пролетевший мимо Муичиро заставил Узуя оторвать взор от зомби, с которым главарь начинал оказываться в непозволительной близости. Призрак закружился по всему борту со своей тарелкой в руке. Весёлая ночь. Казалось, радость сочится со всех щелей судна. Всё сияло, люди танцевали, музыка наполняла воздух весёлыми нотами. Танцпол пришлось свернуть, когда в мачту прилетело три ножа с изящными серебристыми ручками. Сперва остановились танцоры, поворачиваясь к неожиданному сюрпризу, прилетевшему сюда, а затем и музыканты, заметив остановку народа. Инструменты, играющие благодаря магии, продолжали звучать в тишине. Шинобу щёлкнула пальцами и музыка затихла. Моряки, те, кто сидел, поднялись на ноги. Не было слышно ни звука воды, ни ветра. Настолько тихо, что начинало звенеть в ушах. Водные вихри Гию и искры колдуньи испарились. Испытание для нервов закончилось, когда в тёмной дали, где мерцали слабые огоньки, послышались голоса. Все развернулись на источник звука. — Это то, о чем я думаю? — напряженно спросил Обанай, прищуриваясь и вглядываясь во мрак. Гадкий смех начинал звучать всё громче. Зрение Мицури позволило увидеть ей не самую хорошую для них картину. — Оуу... — Что такое? — спросил один из моряков, изогнув брови в страдальческий угол. К нему обратился Санеми, точно также смотрящий вдаль. — Она увидела то, что сейчас увидете вы, — он неотрывно смотрел на нечто в темноте, прекрасно видя это. Моряк взглянул на Шинадзугаву, хлопая ресницами. А как ножи пролетели такое расстояние, спокойно воткнувшись в мачту? Плохо, если у тех, кто это сделал, есть человек, умеющий швыряться ножами. Санеми вздохнул, прикрыв глаза. — Тенген, нас ждёт вторая фаза веселья, — сказал волк-оборотень, уперев руки в бока и поворачивая голову к главарю. Когда в поле зрения показался чужой корабль, на лице Узуя не дрогнул ни мускул. — Я посеял клинки, — вымолвил мужчина, чувствуя, как после этой фразы Гию смотрит на него. Ну и пусть. Тенген мгновенно переключился на Кёджуро. — Они тоже разбойники? — Почти, — отозвался Узуй и, не задерживая на зомби долго взгляд, начал рассматривать врагов, — Пираты. Те уже подплывали. Достаточно близко, чтобы рассмотреть их наглые морды. Тенген обратился ко всем своим, в том числе и к экипажу этого корабля. — Мы проучим этих мерзких шавок и обчистим их судно. Разобраться с кучкой пиратов не составит труда, — голоса врагов звучали всё громче, — Делаем всё как обычно, Гёмей за мной, экипаж тоже. Очень интересно, что Тенген считает их обыкновенной кучкой пиратов, когда один из них метнул ножи, чётко попав в мачту. Не каждый третий даже может овладеть таким искусством. Гию, Ренгоку и Токито без понятия, как действуют разбойники, поэтому они просто стоят, наблюдая за бандой. Рванувший куда-то Санеми резво вернулся к троице, окинув их холодным взглядом. — А вы чего стоите? — мрачный вид оборотня внушал опасения. У того волосы становились дыбом, он был на грани превращения. Ренгоку с вопросом в глазах смотрел на Санеми, Томиока с безразличием уставился в сторону, а Токито подал голос, взяв тарелку из одной руки в другую. — А что делать? — Например, приготовиться надрать зад этим самоуверенным идиотам, — с усмешкой сказал волк, приподняв уголок рта. Призрак кивнул головой. — Понятно, но для этого не стоит готовиться. Ничего не ответив, Санеми ушёл. Кёджуро обернулся на уходящего Шинадзугаву, на самом деле ища глазами Тенгена, который куда-то растворился вместе с Гёмеем. Хихиканье с другого судна уже звучало катастрофически близко. Гию коснулся плеча Ренгоку, заставив зомби посмотреть на себя. — Пошли, — с уверенностью сказал утопленник. — Вы куда? — встрял Муичиро. Томиока оглянулся на вражеский корабль, который буквально вреза́лся в них. — На борт к этим оборванцам, — указал на пиратов. Призрак апатично хмыкнул и полетел в противоположную сторону. Кёджуро продолжал слегка растерянно сверлить взглядом Гию, совершенно не моргая. — Зачем? Идея Ренгоку, откровенно говоря, нравилась мало. Заявляться на судно к мерзким, жадным придуркам – перспектива такая себе. Зомби намеренно тянул время, не желая ввязываться в битву. Утопленник достал из-под накидки свою косу. — Зачем? — переспросил Томиока, согнув брови, — Мы убьём их. Пока парни метали друг на друга взоры, парочка пронырливых мужиков перепрыгнули на их борт. Ребята удивлённо повернулись к гостям, лицезрея их во всеоружии. На лицах Кёджуро и Гию отражалось лишь замешательство, в голове крутился вопрос "когда?!" Действительно, как пираты так быстро перескочили сюда? А впрочем... Гёмей продолжал слушать ворчание главаря насчёт того, что тот остался без клинков и теперь вынужден драться в рукопашную. Лекарь предложил ему пару скальпелей, но Тенген осторожно отказался. Сейчас он искал верёвку. Гёмей, когда они остановились, посмотрел назад. — Они здесь. — Уже? — приподнял брови Узуй, забирая какую-то потрепанную верёвку из-за бочек и всяких ящиков. Один моряк возник из ниоткуда и прогрохотал у самого уха: — Все на своих местах! Узуй кивнул отрывисто, разматывая верёвку. Теперь, когда все стоят так, чтобы они сумели полностью защитить корабль, можно было не переживать, что какой-то участок остался без защиты. — Тенген, — позвал лекарь, и главарь тут же поднял голову, — там... — он вытянул руку, показывая пальцем куда-то, — уже идёт битва. Тенген подошёл ближе к Химеджиме, смотря туда же, куда и товарищ. Это была катастрофа. Разбойник чертыхнулся, продолжая мрачно смотреть вперед. Он не хотел, чтобы Ренгоку один из первых вступил в бой. Упустил этот момент из виду. Начал винить себя. — Присоединись к экипажу, — бросил Узуй, спеша расправиться с верёвкой. Моряки, конечно, сталкиваются с пиратами, но откуда гарантии, что именно эти имеют опыт сражения с ними? Лекарь послушно направился в другую сторону, куда ранее был отправлен экипаж. Тенген же рванул к разгоревшейся битве. Пираты всё валили через доску, служившую мостом, надеясь ограбить попавшееся в море судно. Ренгоку с вертушки отправляет противника за борт, и тут же становится ближе к Гию. Утопленник косой успел отсечь кому-то руку, кому-то ногу. Пол забрызган кровью. Алые узоры растекались под ногами. Воздух наполнен криками покалеченных пиратов, которые не подозревали, что их врагами являются непростые люди. В воздухе летают ножи. Подошва обуви марается в крови. Наши разбойники отбиваются от холодного оружия. Битва становится всё более ожесточённой. На бешеной скорости Санеми сбивает с ног мужика, норовившего ударить кого-то из группы экипажа. Грозный рык вырывается из пасти волка. Моряк изумленно хлопает глазами, смотря на оборотня, с которого начинала опадать шерсть клочьями, а тело принимало человеческий вид. Санеми убийственным взглядом посмотрел на моряка, а потом зыркнул в сторону новой беды. Только что выдохнувший с облегчением молодой человек собрался присоединиться к своим, как вдруг мимо проползла огромная змея, готовая потопить корабль. Вскрикнул несчастный и резко отошёл в сторону, избегая контакта с оборотнем. Конечно же это был Обанай. Бояться не стоило, но бедный моряк не в курсе сущности всех членов банды Тенгена. Страх встряхнул члена экипажа с новой силой, когда перед глазами пролетела Шинобу, с агрессивным видом колдуя что-то, параллельно уворачиваясь от ножей. Внезапно корабль тряхнуло, а затем показался вооружённый Гёмей и другие моряки. Готовый обезуметь от страха молодой человек присоединился к ним. Везде какая-то возня, что-то происходит. — Говорю же, прыгаем к ним на корабль! — зовёт снова Томиока, когда оказывается наконец с Ренгоку рядом. Чего он пристал к нему? Но зомби вошел во вкус, и уже готов согласиться хоть на войну со всем миром. Он всё же кивает утопленнику. — Притормозите. Шинобу, вся измазанная в какой-то жиже, предположительно, в своих же зельях, впритык встала перед парнями, потирая ладони. От неё веяло запахом каких-то кислых ягод. Кёджуро и Гию послушно остались на своих местах. Противник подкрался сзади, готовясь нанести удар, как вдруг ему прилетает кинжалом в лоб. Оглянувшись, все поняли, что это был Тенген. Его блестательное появление заметили абсолютно все кругом, и он был доволен. А далее умчался куда-то прочь. Ловко расположив невнимательных врагов близко друг к другу, Узуй с довольной усмешкой обернул вокруг них веревку. Вернёмся к колдунье, что-то задумавшей. — Возьми это, — её тонкие пальцы вручили Кёджуро два перстня с загадочными символами. — Для чего? — в непонимании спросил зомби, подняв глаза с колец в ладони на Шинобу. — Огненные перстни, — пояснила она, — Используй их. Тут же от неё остались всего лишь лепестки фиолетовых цветов, круживших в воздухе. Они опустились на пол под взором парней. Шинобу почему-то была уверена, что огонь – стихия для Ренгоку. Один взмах руки Гию, и над судном поднялась волна. Кёджуро оглянулся на это морское безумие, осознавая, насколько потрясающие вещи может делать Томиока, а затем почувствовал на своём предплечье чужие пальцы. Скользнул волнительным взглядом по руке утопленника, державшей его. Ренгоку внезапно был утянут на твёрдую воду. Да-да, вода действительно была твёрдой, и Кёджуро удивился этому невероятно сильно, когда они с Гию встали на волну. Каким-то незамысловатым движением Томиока приказал перенести их к врагу на борт. Кёджуро только принялся рассматривать врученные ему перстни, как уже пора прыгать. Утопленник резким взмахом руки устроил вихрь, который пробил пол под ногами врага. Оставшиеся здесь пираты собрались устроить незванным гостям тёплый приём. Ренгоку продолжал смотреть изучающим взглядом на перстни на своих пальцах. На каждую руку он надел по одному кольцу, на средние пальцы. Сообразить, как с ними быть, ему не дал Гию, который стал толкаться из-за нападавших пиратов со всех сторон. Невольно сделанное резкое движение руками вызвало в воздухе огонь, который тут же исчез. Это было замечено всеми, но насторожились только пираты. Воспользовавшись их замешательством, Томиока быстро, как молния, отсёк паре врагов головы. Ренгоку недолго думал, вскоре до него дошло, как нужно действовать. Он сорвался с места. Прыгнул на фальшборт и, оттолкнувшись, оттуда уже в толпу врагов, уперевшись в них подошвой, согнутые колени соприкоснулись с грудью, а потом, будто бы испытывая самое огромное удовольствие, взмахнул руками, делая в воздухе полукруг. Вспыхнувшее пламя испугало пиратов, но те не впервые сталкиваются со всякими сюрпризами, поэтому спустя секунду уже потянули свои лапы к Ренгоку. Вытаскивая из тела врага кинжал, Тенген лишь кривится, недовольный ситуацией. Эти чертовы пираты сорвали им веселье. Теперь они поплатятся за это, их сокровища непременно будут забраны, а сами они убиты. Гнев вспыхивает в глазах Узуя с новой силой. Он цыкает, глядя на кинжал. В воздухе раздаётся крик. Эти вопли уже не замечает главарь. Он оглядывается кругом, а затем бежит в другой конец корабля. Алая вспышка сбоку. Тенген поворачивается к чужому кораблю и щурится, пытаясь рассмотреть, что там происходит. — Ну даёт... — выдыхает то ли с облегчением, то ли удивлением мужчина. Значит, Ренгоку с Гию на том судне. Улыбка слегка касается его губ, а затем он движется к новым врагам, замахиваясь кинжалом. Уже не думает Узуй о том, можно ли доверять Томиоке или нет. Прижатая к полу Мицури пытается вырваться из ловушки, в которую ее поймал какой-то мужчина, с карамельным загаром. Он злорадно улыбается и пялится на её личико. Милое, белое, глаза блестят, и эта красота вызывает в нём желание взять девушку в плен. Но нельзя недооценивать слабый пол, который не всегда-то и слабый. На глазах у пирата Мицури меняется, из-под кожи стремительно лезет рыжая шерсть, лицо человеческое сменяется мордой животного, и вот ошарашенный мужчина уже с ужасом смотрит на оборотня. Как ей нравится наблюдать за реакциями тех, кто видит превращение. Благодаря этому освобождённая Канроджи презрительно глядит на противника. Вся его смелость в мгновение ока испарилась. Лиса клыками впивается в руку мужика, он вскрикивает. Ему казалось, что хуже быть не может. Но он ошибся. Под ногами заползали змеи, к которым присоединился Обанай, и впоследствии они все свалили пирата с ног. Двое товарищей обратились обратно в людей, выдохнув шумно. — Ты в порядке? — с заботой спросил Игуро, отряхивая рукава своего хаори. — Да, — воодушевленно протянула Мицури, а потом посмотрела на тело на полу. — Эй! Ребята обернулись. Санеми приглаживал взлохмаченные волосы, подходя к своим приятелям. Мицури с улыбкой взглянула на взрыв у него на голове. — Никого не осталось? — говоря о пиратах, голос волка звучал презрительно. Глаза так и показывали, что он зол. На лбу проступила вена. Мицури и Обанай окинули быстро взглядом судно, не обнаружив никого. — Вроде нет, — бросил змей-оборотень, наблюдая, как быстро меняется в лице Санеми. Волк привёл волосы в порядок, с расслаблением выдыхая весь воздух из лёгких и садясь прямо на пол в позу лотоса. Он прикрыл глаза и навострил уши, слушая, когда кончится битва на вражеском корабле. Кёджуро и Гию в этот миг собирались прикончить последних из пиратов. В какой-то момент звуки битвы стихли, наступила тишина, погасло пламя и успокоилась вода. Ночь, два корабля в море. Глянув вверх, все видят бескрайнее небо, усыпанное блёстками-звёздами.