20:18

Это была душная ночь 20 июля 23:47, когда родился Ойкава, но он не чувствовал духоту, потому что ещё не умел. А это нынешняя удушающая ночь в день рождения Ойкавы 20 июля в 23:47, когда уже подросшему мальчику понятно это чувство, но тот всё ещё отрицает его. Он празднует свой 18-ый день рождения, со своим любимым парнем на веранде заднего дворика, предпочитая не замечать духоту ночи, ночи его дня рождения. — Знаешь, я люблю смотреть на звезды… — вымолвил Тоору — люблю свою семью и команду, люблю есть молочный хлеб, люблю играть в волейбол, а ещё больше всего люблю твою улыбку, Ива-чан — договаривал с теплой, проникающей до глубины души, улыбкой именинник. — А я когда ты не творишь глупости и не пристаешь к первогодкам Карасуно — отвечает другой, обнимая и утыкаясь носом в шею первого. Тишина. Слышно сверчков и какую-то ворону, летящую одиноко в небе. Вид с балкона — ночной город, такой же красивый, как из типичного фильма в жанре романтика. Такой же пустой, как в апокалипсическом ужастике. В доме светло, весело, многолюдно и громко; слышно как упала в третий раз бедная голубая ваза с белыми астрами, которые подарил Ива, как только увидел уже 18-летнего Ойкаву Тоору: любовь всей своей жизни, лучшего друга и балбеса. Но сейчас они только вдвоем стоят на пропахшей сигаретами веранде. Душно, но отчего? Может их переполняют чувства, которые нужно было скрывать? Не слишком хорошо общество понимает и одобряет такую любовь как у них. Неужели душную любовь? Или неправильную? А что неправильного в любви, только если та не душит партнёров? Иногда кажется, что Ойкава хочет всю эту глупую показуху, но возможно лишь для того, чтобы показать, что этот супер-хот-дерзкий-смешной-милый-заботливый парень занят, занят им. И только им. — Фууу! Ива-чан, ты так часто дышишь, словно Пёс-чан! Брр, мурашки по телу– вскрикивает Ойкава, нарушая тишину ночи. Ивадзуми тяжело вздыхает, больше он не утыкается в шею Тоору, теперь он выпрямляется, но до сих пор обнимает свою «неженку». — Не жалуйся, на отсутствие романтики потом. — Даже если ты хотел устроить романтику, то место не очень удачное, а так зная тебя, как ты знаешь меня, ты бы выбрал другое место, ну так скажем, наверное комнату с кроватью…– уже кокетливо заканчивает предложение капитан Аободжосай со своей фирменной улыбкой, от которой тают нетолько все девушки в близости ста метров, но и его парень. — Кава, тут дом полный твоих друзей, сокомандников и знакомых, какая романтика в кровати? Или ты забыл, что было на 14 февраля?! — Эй! Не дави на больное! — пихнул локтем в парня Ойкава, пытаясь не вспоминать, что было — Просто полежать в кровати уже нельзя? Как другим, конечно: «Да, пожалуйста ложитесь на кровать, проспитесь. Что-что? Вы чуть свои органы не выблевали? Так тем более полежать полезно будет», а мне ты: «Какой спать? Потом опять будешь ныть, что всё веселье пропустил» — спародировав Хаджиме, надул щеки и состроил взгляд полный осуждения Тоору, а-ля «смотри как ты иногда груб со мной». — Эх-эх drama queen моя — ещё обнимая того произносит Ива — пошли прогуляемся тогда, — Пошли в круглосуточный тогда, еды понакупим на утро, а там и в аптеку зайдём, а то Мистер Бодрячок уже больше на Дохлячка смахивает — хмыкает парень, пытаясь через окно балкона, посмотреть, что происходит в доме. — Какой ответственный стал, о друзьях заботится — Ну Иииива, я всегда таким был — Хех, — Хаджиме целует своего ответственного в щеку. Они проводят в такой недоромантике ещё несколько минут, пока к ним бесшумно, словно шпион не заходит Ушивака… — Привет. — отрезает с последующей длинной паузой внезапный гость в их гнёздышке, садясь на пол — можно посидеть с вами? — Аэаэ, ты что? — вопросительно говорит Ойкава, с тревогой глядя на Ивадзуми и последующе шепча тому тихо-тихо — Ива, что это с ним? Расспроси его, какого он сюда припёрся. Он чё белку словил? Ивайзуми несколько секунд обдумывает происходящую ситуацию, пытается подобрать слова, а потом не найдя ничего лучше банальщины, все же решается действовать. Ойкава своим недовольным взглядом, уже прожигает дыру во лбу бывшего врага. — Ушиджима, зачем тебе сидеть с нами? Лучше давай полежи на кроватке, — выдавил из себя, приоткрывая дверь с балкона, Ива, — да и тем более, мы сейчас с Дурокавой в магазин за едой и таблетками на утро пойдем — А... да просто так посидеть. Можно сигарету? — Чего? Пошли спать лучше; давай вставай, ой, — пытается поднять эту тушу Ивайзуми, но безрезультатно — вставай давай — Сигарету дашь? — Не курю, не пью и тебе не советую — ответил, наклоняясь, к гостю уже уставший Хаджиме — иди в спальню, спать будешь, а то тренеру расскажу, про твою белку хуелку и тебе пиздец — А сигарету дашь? — СПАТЬ ИДИ, УШИВАКА, КАКАЯ НАХУЙ СИГАРЕТКА НА МОЕМ БЛЯДЬСКОМ БАЛКОНЕ!!?!? ЁБУ ДАЛ ЧТО-ЛИ? — не выдержал хозяин квартиры, крикнув в сторону недоумевающего парня — ДА КАКОЙ СПАТЬ МЕНЯ ВЫГНАЛИ — последовал также криком ответ, но уже более в агрессивной форме. — ЗАТКНУЛИСЬ ОБА! — уже рявкает и даёт бывшим врагам подзатыльники, самый походу трезвый и уставший среди всех Ивайзуми — Не ори, Тоору, соседей разбудишь, хорошо? — посмотрев в сторону своего парня, увидел кивок в знак согласия и продолжил — А тебя кто выгнал? Ты сам кого угодно выгонишь… — Так этот… Как его — мямлил Вакатоши — А… Капитан Ка-Карасуно вот. Мы улеглись с Коуши, у нас первая брачная ночь типа ну... и по всем правилам мы должны были там по... — ВЫ ЕБУ НА ПАРУ ДАЛИ??! ВЫ ЧТО МИСТЕР БЕЛКА И МИСТЕР КРОЛИК НАХУЙ?! ТРАХАЙТЕСЬ В ДРУГОМ МЕСТЕ, НО НЕ В МОЕМ ДОМЕ — охуевший от таких слов Ойкава набросился на капитана Широторизавы, начал трясти того и чуть не дал бы пощечину, если бы его не успокоил Ива. Крики и рассуждения о том, что в рамках приличия можно делать в чужом доме, а особенно в доме своего уже возможно не бывшего врага могли идти долго, только если бы не одно имя, про которое почему-то поздно вспомнили. Ну и остолбенение взболотившего двоих голубков Ушиваки, который то ли от стресса, то ли от количества бранных слов в свой адресс сидел, как статуя и не реагировал ни на что. — Стоп, а что за брачная ночь?... — садясь на стул, прервал рассуждения Хаджиме — Эй, не притворяйся глупым, Ива-чан, это когда происходит…– уже начал бы свои объяснения Тоору, все также сжимавший и тресся Ушиваку, который уже наверное отошёл нетолько в астрал, но и в мир иной. — Это я знаю, но почему этот — указывает на остолбенелого пальцем — решил устроить ту самую ночь на твоём дне рождении, да и тем более с Сугой? – закончил ас Аобы — Всё просто, мы сыграли свадьбу. Два парня, которые сейчас думали, что их «проблемка» коньки отбросила, мягко говоря были удивлены, что тот просто так объяснил всё пятью словами. Тем не менее, в шок они скорее впали от устрашающего басса говорившего. Казалось, что тот их сейчас из балкона выбросит. А потом ещё более громкий внезапный кашель напугал их. — Так, — повысив тон, встал Ойкава от очнувшегося и подошёл к своему парню — то есть вы типа сыграли свадьбу с мистером Бодрячком по пьяне, и также хотели по пьяне типа заняться любовью? Мой полутрезвый мозг правильно понимает эту хуйню? — Не по пьяне, а по любви только – уточнил Вакатоши — ХА! какой любви, да ты слишком устрашающий для любви, по пьяне самое то, — прыснул, подходя, к двери Тоору — вот Суга конечно выдал, хотел и рыбку съесть и на хуй сесть — сгибаясь, залился смехом и подзывал к себе двоих жестом. Никто не пошел. — Пошлите, вставайте, ау– продолжал тот же, хлопая ладошами над головой привлекая внимение — Вы чего? — Ничего. Ива смотрел на сидящего на полу парня и точно увидел, что тому было обидно из-за слов этого недоклоуна, поэтому он походу снова впал в глубокую задумчивость, а глаза... Не то чтобы он всегда обращал внимание на глаза их соперника, но сейчас те были мутными, потерянными, по-настоящему пугающими, наполненные... болью? Прежде, чем взять его под правую руку и поднять огромное тело, он пнул Тоору, чтобы тот, если не помогает, хоть дверь балкона открыл как можно шире. И взяв «мистера белочку», как ранее выразился Кава в отношении к гостю, он из всех сил поднял того. Но Ушивака походу сам поднялся, или же? Ладно, Хаджиме не понял. Но после их мини операции по выходу с балкона, "проблемка" сама окончательно очнулась, сама встала и пошла в сторону туалета. А Ойкава тем временем уже болтал с Матсукавой и Ханамаки, выясняя, что было, пока они уединялись. Ивадзуми уже думал, почему именно такое «счастье» упало ему на голову, что ему придется походу ещё с кем-то более менее оставшимся трезвыми и не уехавшими домой спать, разруливать все проблемы грядущей ночи. Если уже случается такое странное и необъяснимое поведение обычно у такого спокойного и уравновешенного парня. Было душно: и от действий, чтобы поднять Ушиваку, и от непереносимого для него запаха сигарет и алкоголя, и от громких разговоров и музыки, он сам наверно впал в ступор, смотря вдаль комнаты, высматривая ушедшего, пытаясь проследить за ним, чтобы не произошла ещё какая-то хуйня. — Ива-чан, ты у нас чё тут приход словил, минут 5 стоишь и смотришь в стену, мгхм. А вот и его настоящее живое светлое счастье, свалившееся ему на голову, и почему-то родившееся 20 июля, в такой жаркий душный день. Душно, что-то душит. Что может душить? — Надо открыть все окна – вырвалось. — Смотри, Кава, он сбегает! — вдогонку наливая стакан воды, пошутил Маки, после чего было слышно напуганный вздох Ойкавы с поворотом головы в сторону Ивайзуми, а потом смех компании. Его душит его счастье. Определенно. Но слышит он далее крик, как и все остальные. Какой крик? Снова душно. Повтор крика и звук разбивающейся бутылки. Почему так? Ведь день рожденье весьма хорошо начинался… Ступор всех людей в зале мог продолжаться долго, если бы не... — Ура!!! Акааши, у нас тут драка на бутылках среди капитанов — выскочил из ниоткуда Бокуто, взяв полупустую бутылку из-под шампанского на столе, крутя её, воображая нунчак — я побежал, а то Дайчи, там уже двоим врезал, а соответственно если я ему то выйграю — обращаясь, к своему парню, выкрикнул этот полуребенок, побежав в спальню – вот оно место событий. Опять треск и крик. Ступор закончился. Все в шоке бегут на звук, а квартира большая между прочим, да и звукоизоляция видно хорошая, поэтому ранее никто не думал, что там за кровавое месиво могло происходить. Его, Ивайзуми Хаджиме, теперь точно что-то душит. Наверное ебанный пиздец, происходящий рядом, а он даже с места сдвинуться не может: все также, все ещё в ступоре, в непонимании. Как и почему, безобидный день рождение его парня перерос сначала во вписку волейболистов, а после в бои без правил на бутылках среди капитанов?... Стоп капитанов. БЛЯТЬ! Он побежал в комнату, где вся толпа. –Эх, а ведь действительно вся вечеринка так хорошо начиналась, - сидя в кресле и гладя на кремового шпица, сказал Кенма, видя как наконец дошло до Ивайзуми, что там скорее всего творилось, — Да, Латте? Парень брата твоей хозяйки такой же дебил как и все. Хорошо, что Хината спит... А ведь действительно все начиналось так хорошо…