Daphne Greengrass and the Importance of Intent | Дафна Гринграсс и важность намерения

      Дафна стряхнула с себя одеяло и медленно встала. Начался ещё один, казалось бы, бесконечный учебный день. Шестой год в Хогвартсе… Год, когда все её планы на будущее официально пошли наперекосяк.       Её семья всегда ходила по тонкому льду, оставаясь максимально нейтральной в бессмысленных и жестоких волшебных войнах последних двух столетий. Цели Гринграсс были просты в теории, но сложны в исполнении: трудно продолжать пользоваться социальными благами, которые приходят вместе с поддержанием традиций чистокровных, и одновременно пожинать финансовые выгоды от ведения бизнеса с маглами.       Всё началось с её пра-пра-прадедушки, который был достаточно умён, чтобы распознать успешные магловские изобретения, которые будут иметь место в промышленной революции. Магловские технологии постоянно улучшали его способность покупать дёшево у маглов и продавать дорого волшебникам, незаинтересованным в скучных не магических предметах первой необходимости, таких как продукты питания, одежда и строительные материалы. Медленно, но верно бизнес рос. И рос. И рос.       Маглы продолжали развиваться, а волшебный мир упорно регрессировал. Семья Гринграсс последние сто пятьдесят лет пользовалась магловскими достижениями и благодаря им стала одной из самых богатых волшебных семей в Англии. Семья Дафны попала в идеальный экономический шторм последовательного снижения затрат на производство без необходимости самим значительно снижать продажную цену.       План родителей был изложен Дафне в раннем возрасте. Она отправляется в Хогвартс и становится образцом чистокровного превосходства, красуется внешне, но не привлекает к себе внимания. Соблюдает безупречные манеры, сосредотачивается на учёбе и оставляет напыщенное хвастовство и позёрство чистокровным идиотам, на которых наживалась её семья. Неважно, действительно ли она освоит магию для практических целей. Важное практическое обучение Дафны будет происходить во время каникул и через совиную почту, поскольку так её отец передавал настоящую семейную магию: деловую хватку, эмоциональное манипулирование и знание политических отношений.       Так что она заканчивает обучение в Хогвартсе, становится, как надеялись её родители, лучшей в своём классе и присоединяется к семейному бизнесу, в конечном итоге заменив своего отца. Основным желанием отца Дафны было, чтобы она присоединилась к бизнесу и вышла замуж, по его словам, за «чистокровного не-идиота». Зная, что таких было немного, он был готов довольствоваться простым «не-идиотом». В любом случае, выбор был за Дафной. Никаких неловких ухаживаний, никаких принудительных помолвок, просто не идиот, независимо от статуса крови. Пока Дафна счастлива, её отец тоже счастлив.       Дафна охотно согласилась на этот план по двум причинам: она была амбициозной и любила вызовы, а её согласие означало, что её младшая сестра Астория не будет обременена никакими семейными обязательствами. Это меньшее, что Дафна могла сделать для неё, учитывая то, с чем столкнулась Астория. Лучше не думать об этом.       К несчастью для Дафны, надвигающаяся война плохо отразилась на бизнесе. Достаточно увидеть закрытые магазины, разбросанные по Косому переулку, чтобы понять, какое влияние оказало подтверждённое возвращение Сами-Знаете-Кого в июне прошлого года. Но снижение прибыли было незначительной краткосрочной проблемой.       Настоящая проблема заключалась в том, что по мере обострения военных действий, требование, чтобы «настоящие чистокровные» занимали чёткие стороны, достигло апогея. Количество «деловых встреч», которые отец Дафны был вынужден провести с респектабельными чистокровными (Пожирателями Смерти) и высокопоставленными лицами во время рождественских каникул, ясно показало, какое давление оказывалось на семью Гринграсс. Отец был достаточно опытен, так что до сих пор максимально вежливо общался со всеми этими идиотами, но его сил явно было недостаточно. Её семья отчаянно нуждалась в ещё одном «Поттеровском чуде» — опять-таки слова отца Дафны, а не её — что сможет уничтожить Волан-Де-Морта навсегда. Надеяться, что появится ещё один годовалый ребёнок, который сможет изгнать тёмного лорда, казалось не самой благоразумной идеей, и если шестнадцатилетний Поттер действительно был «Избранным», ему нужно перестать бездельничать и заняться проблемой.       Дафна была вырвана из своих мыслей, когда в её голову прилетела подушка. Она повернулась и увидела раздражённое лицо своей лучшей подруги Трейси Дэвис.       — Снова думаешь о вещах, которые не можешь изменить?       — Конечно, нет, — на автомате ответила она, прежде чем в неё прилетела ещё одна подушка. — Ладно, да, я снова думала о них, — покорно ответила Дафна, вставая. — Я ничего не могу с собой поделать, и ты это знаешь, но продолжаешь доставать меня.       Она направилась к двери ванной, прежде чем в неё прилетела очередная подушка, в этот раз попав точно в затылок.       — А сейчас за что?! — процедила Дафна, слишком уставшая и слишком напряжённая, чтобы разбираться с этой ерундой.       — Я просто пошутила? — сказала Трейси, пожав плечами. — Знаешь, в наши дни все очень напряжены, и важно веселиться, когда есть возможность, — продолжила она с ухмылкой, собирая волосы в свободный конский хвост. — Давай, заканчивай самокопание и собирайся. Я голодна.       Собравшись, подруги направились в Большой зал завтракать. Дафна шла как и всегда, с идеальной осанкой, высоко поднятой головой и смотрела прямо перед собой, подчёркнуто игнорируя взгляды студентов-парней, которых, казалось, становилось всё больше с каждым годом. К ним добавился ещё один, который недавно пробудил интерес Дафны.       — Он снова пялится на тебя, — тихо сказала Трейси, когда они сели и начали наполнять свои тарелки. Дафна осторожно подняла взгляд, чтобы удостовериться, что этот «он» был тем, кого она подозревала: самим Избранным, Гарри Поттером.       Когда она впервые заметила его пристальный взгляд несколько недель назад, Дафна растерялась, поскольку он, казалось, никогда раньше не интересовался ею. В течение первых пяти лет в школе Поттер всегда казался рассеянным, злым, подавленным или сосредоточенным над чем-либо, но только не над поиском хорошеньких девушек. В тех редких случаях, когда он отвлекался, Поттер откровенно пялился на Чанг. В этом году если он и смотрел на стол Слизерина, то внимательно следил за Драко. Дафна не знала точно, кто из них двоих — её сестра и Поттер — больше наблюдал за Драко.       Самым странным было то, что взгляды, которые Поттер бросал на неё, были совсем не такими, к каким она привыкла. В его глазах не было ни тоски, ни желания… просто безучастно оценивал её. Она словно арифметическая задача, которую нужно было решить.       Дафне неприятно было признавать, что она не возражала, что Поттер был одним из немногих мальчиков в Хогвартсе, смотрящий на неё так. Была ли она действительно заинтересована в Поттере, или заинтересовалась только потому, что он казался не заинтересованным? Она понятия не имела. Гормоны сбивали с толку.       — Думаю, скоро он решится, — пробормотала Трейси своей подруге. С тех пор, как Поттер начал смотреть на неё, любимым занятием Трейси стало расшифровывание и анализирование мотивов Поттера. Дафна подозревала, что подруге это нравилось по двум причинам: ей действительно было интересно, что задумал Поттер, и ей искренне нравилось раздражать Дафну, обсуждая это до тошноты. — Сегодня он выглядит по-другому… как будто принял решение, — авторитетно заявила она, — я предсказываю первый контакт в течение следующих сорока восьми часов.       — Ну допустим. Он подойдёт утром, днём ​​или вечером? Наверное, будет разумно выделить немного времени в моём ежедневнике, — парировала Дафна с сердитым взглядом.       — Вероятно, вечером… после ужина, — продолжила Трейси, намеренно игнорируя явный сарказм в вопросе Дафны. — Очевидно, что он не захочет, чтобы вас прервали занятия или что-то ещё.       — Очевидно, — протянула Дафна, сосредоточившись на своём завтраке и попыталась сменить тему: — Так, сейчас у нас Трансфигурация, а потом Защита, верно?       — В течение сорока восьми часов, — с улыбкой ответила подруга, игнорируя попытку Дафны сменить тему. — Просто будь готова к тому, что я скажу: «Я же говорила», когда это произойдёт.       — Что ж, полагаю, приятно ожидать чего-то с нетерпением. Пошли, — пробормотала она, быстро схватив свои вещи и встав, чтобы отправиться в класс. Дафна смутно слышала, как позади неё пробормотали «определённо вечером», когда она быстро направилась к выходу.       К счастью, остаток дня прошёл без обсуждения Гарри Поттера. Снейпу даже удалось воздержаться от ехидных замечаний в его адрес во время дневного урока Защиты.       Дафна устала от оскорблений, которые глава факультета адресовал Поттеру в первые недели первого курса. Тот факт, что профессор не только продолжал язвить, но и то, что с годами частота и интенсивность замечаний заметно повысилась, озадачили её. Её единственное предположение заключалось в том, что профессор Снейп страдал тем же недугом, что и Драко: комплексом неполноценности из-за Поттера. Сокращённо «ПИКС».       Драко так трясся из-за Золотого Мальчика, что Трейси и Дафна начали шутить на эту тему между собой:       — Драко сегодня был довольно ПИКСнутым.       — Если Поттер каким-то образом украдёт у дракона яйцо, ПИКС Драко обострится ещё сильнее. Нет, в смысле, я не хочу, чтобы Поттер умер, но его смерть будет лучше нытья Драко.       — Справедливое предупреждение… ПИКС обострился, избегайте общей комнаты, если только не хотите выслушивать лекцию о том, почему Поттер сквиб.       Большинство учеников презирало или просто игнорировало Драко, а Дафна же сочувствовала ему. Она вспомнила милого, немного тщеславного мальчика, которого она знала, когда была младше… до того, как его обожествление отца и ревность к Поттеру превратили Драко в того придурка, которым он был сегодня. Она считала его безнадёжным. Безобидный, раздражающий, безнадёжный парень. На самом деле Дафна думала, что единственным учеником, который всё ещё верил, что этот придурок может измениться, была её сестра Астория, которая так и не переросла свою влюблённость в юношу, несмотря на то, каким презренным человеком он стал.       — Он имел в виду не это… не совсем, — вызывающе повторяла Астория всякий раз, когда Дафна упоминала последнюю нелепую выходку Драко. — Однажды он разберётся со своими приоритетами.       Дафна улыбнулась, когда вошла в Большой зал на обед и заметила свою сестру, сидящую за столом Пуффендуя. Частично за тем, чтобы избежать размышлений Трейси обо всём, что связано с Поттером, а частично потому, что она не садилась за чужой стол с тех пор, как они вернулись с каникул. Дафна решила провести трапезу с Пуффами, а точнее, со своей сестрой.       — Привет, Дафна! — радостно поприветствовала её Астория, когда Дафна села рядом. — Всё ещё переживаешь?       — Заткнись, — ласково ответила Дафна, — я достаточно наслушалась об этом от Трейси, давай поговорим о чём-нибудь другом.       Астория закатила глаза и ответила:       —Хорошо. Что не так с Драко? Он кажется… я не знаю… всё время кажется напуганным.       — Понятия не имею, Астория, — равнодушно ответила Дафна, — я изо всех сил стараюсь не обращать на него внимания. Может быть, он заметил гиппогрифа и вспомнил о своём смертельном ранении?       — Это серьёзно, Дафна, — продолжила Астория, и её лицо потускнело. — Что-то не так. Я беспокоюсь.       — Почему ты не можешь быть как все и не влюбиться в Гарри Поттера, как любая другая девушка? Ты бы тогда не тревожилась из-за пустяков.       — Я НЕ влюблена в Драко, — неубедительно ответила Астория. — Я просто беспокоюсь, потому что он…       Она резко замолчала, её глаза расширились. Астория опустила взгляд свою тарелку и пробормотала:       — Говоря о Гарри Поттере, не смотри сейчас, но…       Прежде чем Дафна успела осознать внезапную смену темы, она услышала, как позади неё кто-то показательно кашлянул. Она оглянулась через плечо и необъяснимым образом обнаружила, что сам Гарри Поттер нервно смотрит на неё.       — Думаю, ты уронила это на Защите, — пробормотал он, быстро протягивая ей лист пергамента.       Дафна быстро просмотрела пергамент и, поняв, что это не её почерк, ответила:       — Прости, Поттер, но это не…       Она была перебита более тихим, но настойчивым голосом, когда Гарри наклонился вперёд, чтобы только она могла слышать:       — Я совершенно уверен, что пергамент предназначен тебе, Дафна. Но я могу подождать, чтобы убедиться, что ты останешься одна. Это секретно.       Дафна всегда насмехалась над членами фан-клуба Поттера, когда слышала их мнения о его завораживающих зелёных глазах, но прямо сейчас… когда они смотрели на неё, а его лицо было всего в нескольких дюймах от её… она должна была признать, что они правы.       — Эм-м… хорошо. Спасибо, — наконец ответила она, вернув самообладание и быстро сунув пергамент в сумку, следуя его тонко завуалированным инструкциям       Его лицо расслабилось, когда Гарри ответил мягким:       — Не за что, — и повернулся, чтобы оценить, кто заметил их разговор, и быстро вышел из зала, когда двое лучших друзей Гарри поспешили догнать его с растерянными выражениями на лицах.       Миллионы мыслей тут же пронеслись в голове Дафны, она намеренно игнорировала ошеломлённые лица, окружившие её.       После нескольких минут интенсивной концентрации на обеде она, наконец, рискнула бросить взгляд на стол Слизерина, но столкнулась с самым самодовольным выражением лица, которое Дафна когда-либо видела у Трейси Дэвис. И та тихо… медленно… одними губами произнесла:       — Я. Же. Тебе. Говорила.