Билет до Вондерленда

      Арпегиус ненадолго прервал бессмысленное шагание по кругу и заторможенно наблюдал, как завихрения ветра ожесточенно швыряют розоватый снежный пух в оконное стекло. Но непогода была где-то там, за стеной. Сама лаборатория, где они со Штерном сейчас находились, оставалась теплой. Мортен сразу после отправки Алисы на Такт объявил спасательную операцию завершенной и, игнорируя все неуверенные возражения Арпега, взял курс обратно на Торус — там ему обещали выделить время использования лабораторного оборудования. И шансом стоило воспользоваться, пока не передумали.       Лабораторию и оборудование Штерну предоставила администрация школы, где он когда-то учился. В принципе, в любом учебном заведении можно было найти что-то подобное, причём не только по биологическому направлению. Химия, физика, механика — какой бы подход к обучению ни практиковала школа и какие бы учебные программы ни формировала, детям всегда давали попробовать мир на прочность со всех сторон. Для этого к услугам детишек были самые разнообразные лаборатории с весьма неплохим оснащением. И пусть Штерн давно окончил школу, ему, как местной знаменитости, позволили бы и не такое. Оглядываясь назад, в прошлое, Мортен нехотя признавал, что родители были правы, когда настояли на очном посещении всех занятий. Сам Штерн предпочёл бы появляться в школе лишь на контрольных работах, всё остальное время обучаясь на дому. Но тогда он бы вряд ли сумел завести столько полезных знакомств, благодаря которым парень сейчас совершенно вольготно разложился на всю комнату, единолично заняв оборудование.       Помещение было маленьким и вытянутым, но при этом достаточно широким, чтобы вместить недалеко от входа небольшой лекторий в пару рядов столов, человек на двенадцать. Чуть дальше в центре комнаты стояли сдвинутые в ряд лабораторные тумбы, на которых и располагалось различное оборудование. Оставшееся свободное пространство между тумбами и стенами помещения как нельзя лучше подходило для того, чтобы наматывать круги, что и продемонстрировал на практике нервничающий Арпег.       — Прекращай тут шататься, калибровку собьешь! И так все едва дышит! — раздраженно рыкнул Штерн, злобно зыркая на приятеля поверх колбочек и приборов.       Старый исследовательский комплекс действительно работал через силу. Электронная часть еще держалась: хотя деградация компонентов уже давала о себе знать, она более-менее компенсировалась облачными вычислениями. А вот механика скрипела, пыжилась и щелкала стертыми шестернями, пытаясь выдать результат. К несчастью, Мортену нужен был функционал не только микроскопа, но и секвенатора, а пробоподготовка ДНК перед сиквенсом требовала запуска центрифуги, что чудом обошлось без жертв. Для Арпегиуса все эти страшные звуки техники были как пенопластом по стеклу. Он даже ненадолго перестал нервничать из-за Алисы и принялся упрашивать Штерна дать ему возможность разобрать и, хотя бы, смазать механику, не говоря уже об сервисном обслуживании, на которое здесь всем было все равно. Но Мортен был непреклонен. Ничего не должно помешать его исследованиям.       Штерн не был уверен в том, что именно вызвало у Алисы такую реакцию, однако беглая микроскопия позволила с уверенностью заявить, что виновник – бактерия, которая целеустремленно плавала в образцах из банки и термоса и как две капли воды походила на местную микрофлору. Это несказанно Мортена порадовало, поэтому он немедля приступил к изучению своего нового открытия.       — Как у тебя получается оставаться таким спокойным? — задал вопрос Арпег, сбитый с толку тем, насколько идиллически выглядел сейчас весь этот научный процесс.       — Потому что я не нервничаю, — глупый вопрос – глупый ответ. — Сядь уже куда-нибудь, надоел суетиться тут, — сказал Мортен, не отрываясь от работы. Он как раз загружал подготовленные образцы в секвенатор, чтобы получить на выходе расшифровку генома.       Арпегиус тяжело и нервно вздохнул, но все же сходил в лекторий и принес себе оттуда стул, который был куда удобнее, чем табуретки для лабораторной стойки. После этого под несколько неодобрительным взглядом Штерна сел так, чтобы был обзор на напарника, пускай и через стенд, разделявший их.       — Ты думаешь, с ней все хорошо? — с надеждой спросил Арпег, имея ввиду Алису и всю эту спецоперацию по ее отправке домой.       — Ну, ей лучше будет помереть, причем желательно настолько, чтобы труп не опознали, или тихо исполнить задуманное, а затем все так же бесследно исчезнуть. Вариант, в котором ее ловят, нам очень не на руку. Но из трех исходов благополучны для нас два, так что я склонен верить в лучшее, — буркнул Штерн, согнувшийся в три погибели над прибором, имевшим размер небольшой обувной коробки.       — Эта не та логика, которая подходит данной ситуации. — Арпег с некоторой досадой уронил голову на грудь, разглядывая свои сплетенные пальцы. — Неужели тебе все равно на нее?       — Знаешь, я бы многое отдал, чтобы в школьные годы у меня был кто-то вроде тебя, — хмыкнул Мортен. — Я бы творил страшную хрень, а этот кто-то бегал за мной как за ребенком и пытался решать мои проблемы, несмотря на протесты. Родители мне только уголовный кодекс молча подарили. Нет, не все равно. Но лично я сделал все, что мог. Дальше все зависит от нее самой.       — Она и есть ребенок, — вздохнул Арпег, — поэтому я так за нее сейчас волнуюсь. Ты вообще думал, на что ее толкаешь? Неужели мы не могли придумать не такой опасный план?       — Эй, ты тоже в этом участвовал, не надо клеймить меня злодеем, — Штерн бросил предостерегающий взгляд, чтобы напарник не пытался сваливать на него свою вялотекущую истерику. — Могли бы. Но, во-первых, это могло бы занять больше времени, а во-вторых, нам пришлось бы все делать самим, за нее. Тебе напоминать надо, как она относится к попыткам ею командовать? — многозначительная пауза.       — Она нормально относится. Просто надо договариваться и объяснять. А не командовать! Она не доверяет окружающим. — Арпегиус наконец смог выплеснуть накопившиеся претензии к Мортену. В присутствии Алисы он этого делать не решался, чтобы не провоцировать ситуацию, когда она начнет метаться, только начав прислушиваться хотя бы к одному человеку.       Штерн недовольно крякнул и запустил наконец секвенатор, добавив страшных скрипов в какофонию лабораторного хора.       — Ты меня, конечно, прости, что такие гадости говорю про твою любимую Алису, но, по-моему, если человек, которому пытаются помогать, еще морщит лицо и ставит палки в колеса, то этот человек немного тупенький. Это получается, я должен рисковать своим задом, придумывать план, как добыть ее дурацкого кролика, и при этом еще расшаркиваться, чтобы ее величество не дай боже не начало сомневаться в тебе. Как-то многовато для одной девчонки, не находишь?       Арпегиус снова тяжело вздохнул, не споря. Позиция Штерна была ему неприятна, но понятна.       — Ты спасал когда-нибудь бродячих животных? — попытался хоть как-то реабилитироваться Арпег. — Они определенно в беде, но пытаются укусить тебя или убежать, несмотря на то, что твои намерения полностью благие. Думаю, с ней это так же работает. Мы говорили про Вондерленд с ней недавно, она рассказывала, что там нет людей, кроме нее. Да и до попадания в него ей не сильно везло на общение. После пожара все детство в больнице…       — Вот не надо тут этих слезливых историй, — раздраженно отмахнулся Мортен. — У каждого из нас найдется трагедия, чтобы помериться, и заскоки, чтобы окружающие имели повод плясать вокруг нас. Как по мне, не важно, что там с тобой было. Если ты позиционируешь себя как человек, то будь добр принимать законы того общества, в которое ты пытаешься вписаться. А то у этого моральная травма, у того голова болит, этот впадает в депрессию при виде зеленого цвета. Исполнять ритуальный танец перед каждым – охренеешь. Вплоть до того, что эти пунктики могут пересекаться у нескольких членов компании.       Пока компьютер обрабатывал результаты, Штерн взял со стола лежащий там пакетик с образцом — волосы Алисы, которые удалось незаметно добыть — и принялся задумчиво разглядывать на просвет.       — Животных я не спасал, — продолжил развивать мысль Мортен, — да и ты, полагаю, тоже. Но, когда я притаскиваю с помойки очередной цветок, то не спрашиваю у него, нравится ли, когда я держу его этим боком к свету, а не тем. Меня не интересует его мнение обо мне, потому что он цветок. Он молча и не препятствуя мне позволяет себя спасти. А Алиса хочет, чтобы ей помогли, но при этом всеми силами отстаивает свою независимость. Так что опыт интересный был, конечно, но если ее таки поймают, то я не собираюсь снова рисковать и пытаться что-то сделать. Разве что сам вынесу ей мозги и уничтожу все следы ее существования, чтобы ко мне не пришли из-за нее.       Арпегиус промолчал, печально отвернувшись и глядя на буйство снега за окном. Без Алисы ему было тоскливо. Мортен был, конечно, отчасти, прав. Лиддел не самый приятный в общении человек. Ершистая, обидчивая, сто проблем и тысяча истерик. Но при всем этом ее нельзя было назвать неблагодарной. Да и насчет «ритуальных танцев» Штерн, на взгляд Арпега, ошибался. Близкое общение подразумевает компромиссы и уважение друг к другу. Просуществовали же они вместе как-то на Инседиуме год. Нельзя преуменьшать всё то тепло, которым Алиса делилась в том маленьком уютном углу, где они просидели весь срок заключения. На доброту она охотно откликалась, не пыталась как-то переделать или осуждать Арпега за его заскоки и увлечения. Несмотря на то, что ей многое было не понятно и, возможно, не интересно, она все равно по возможности поддерживала диалог и искренне силилась вникнуть в странные идеи друга.       Это было особенно ценно на фоне того, что для своей семьи Арпегиус оставался скорее позором, чем гордостью. От него хотели, чтобы он стал красивой картинкой потенциального наследника, остепенился наконец и забросил свои железки, от которых, по мнению родственников, были одни проблемы. Даже сейчас Арпег сомневался, насколько правильным решением было отказаться от предложения Алисы и остаться здесь. Родителей он внес в черный список еще с момента отлета на Торус — иначе не обошлось бы без постоянных вызовов с требованиями прекратить это безобразие и вернуться к ним, наконец, на разговор о его дальнейшей судьбе и поведении. Сейчас Арпег был для них вне зоны доступа, и достать его они не были в силах. Пока. Надеяться на самостоятельность хоть когда-то было глупо. Латина прикроет по возможности, но ей нет смысла ссориться с родителями, поскольку как раз она любимая дочка, которая слушает маму с папой, делает, что сказали, и живет в богатой сказке. Можно было бы попробовать бежать, но в Альянсе укрыться будет тяжело, да и чем, в таком случае, отличаются другие миры Алисы, если это также влечет разрыв всех связей?       Из размышлений Арпега вырвал досадливый вздох Мортена, какой обычно издают родители, видя, что дитя вот-вот расплачется из-за пустяка.       — Выберется твоя Алиска. Сдается мне, она не совсем человек, а всякие магические твари, мне кажется, очень живучи и кусачи, когда дело доходит до драки. — Штерн умолчал, как Алиса пребольно пробила ему пресс, когда он того не ожидал. — Не переживай раньше времени, когда случится что – тогда и будешь сопли на кулак наматывать. Лучше смотри, что тут насчиталось, — он с крайне довольным видом закинул ладони за голову и предпринял попытку откинуться назад, но вовремя вспомнил, что сидит на табуретке, и забавно взмахнул руками, возвращая равновесие, поэтому позорный полет на пол отменился.       На лице Арпега появилась вялая улыбка, но он все же поднялся и, прихватив с собой стул, пошел к Мортену. Тот явно что-то разузнал про те бактерии, раз теперь сидит с таким светящимся лицом.       На мониторе стенда виднелись какие-то непонятные ряды полосок и букв. Со стороны смотрелось как полнейшая абракадабра, при этом Штерн не собирался ничего пояснять и лишь сидел с лицом «ну посмотри, как здорово». Однако через несколько секунд не выдержал и прыснул с недоумевающего вида Арпега.       — Ладно, ладно, я просто хотел реванш за эти все ваши железки, — он нажал клавишу, и окон с абракадаброй стало уже три, но при этом некоторые буквы оказались подсвечены.       Мортен начал свою небольшую лекцию. В прежние времена они бы тут до завтра сидели, ковыряясь в совпадениях букв, но теперь ему даже в каталог лезть не пришлось. На экране красовалась расшифровка генома этих замечательных зверей. Бактерии с Торуса крайне похожи на тех, что живут в Алисиной банке варенья. Их с осторожностью следовало называть родственниками, но они определенно имеют общие черты. Много общих черт. Однако Штерн уточнил, что объем предстоящих исследований с каждым новым совпадением только растет. Одно было понятно, оба эти вида выделяют биологически активное вещество, влияющее на регенерацию. В термосе произошло явление так называемой конъюгации, иначе говоря, бактерии обменялись генным материалом, после чего состав их выделений, очевидно, изменился. Парень предположил, что это усилило регенеративные свойства во много раз, но при этом увеличило и токсичность. Собственно, дальше он собирался изучить, что именно выделяют Алисины бактерии и как оно работает на человеке. Ну и отвезти образцы тем, кто занимается непосредственно микроорганизмами.       — Но погоди. Это же вообще из разных миров существа. Тем более Вондерленд ее этот вообще странный, она там про летающие острова и кусающиеся грибы рассказывала. Как они могут оказаться какой-то родней? — прервал Штерна Арпегиус, который попытался вникнуть в то, что ему говорили, однако наткнулся на несостыковки.       — Очень правильный вопрос, — хмыкнул Штерн, — причем ответа я на него не знаю. Если бы я выловил из банки что-то местное, то оно бы нашлось в базе. Так что расшифрованный геном определенно уникальный. Возможно, это нам даст какой-то ответ, — Мортен кивнул на полоску загрузки, все еще находившуюся в углу экрана. — Алиска устроена посложнее микроба, несмотря на размер, так что расшифровка займет больше времени.       — Ты уломал ее еще и на биоматериал? — удивился Арпег, помня, как Лиддел чуть не покусала Мортена за просьбу поделиться хотя бы слюной. Хотя, может быть, на то был и расчет, покусает, оставит своих клеток, вот тебе и геном для расшифровки.       — Да я не спрашивал. Вывел ее малость и надрал волос. Она была слишком зла и громко вопила, чтобы озадачиться, зачем. — Штерн расплылся в крайне довольной улыбке, которую никогда не смог бы повторить ни один робот. — Все ради науки, — предупредил возможные вопросы парень. — Если бы о таком госте стало известно в научных кругах, то, я думаю, за ней добрая половина биологического факультета носилась бы со всякими щипичками, палочками и шприцами.       — Поэтому ты решил сделать это первым и ни с кем не делиться? — мрачно поинтересовался Арпег, начавший подозревать, с чего изначально Штерн так резко заинтересовался Алисой.       — Никакого злого умысла, — поднял Мортен брови и руки, показывая чистоту своих намерений. — Всего лишь удовлетворил свое любопытство. Не облысеет твоя ненаглядная от пары волосин.       Полоска считывания дошла до конца, и начался процесс обработки результата. Штерн тут же полностью погрузился во внимательное изучение появляющихся на экране букв. И пусть без помощи встроенного интерпретатора и библиотек для него эта абракадабра значила не больше, чем для Арпега, но его целиком поглотило предчувствие какого-то большого приобретения. Примерно такое же, как когда в детстве тебе вручают на день рождения увесистую коробку, а ты не знаешь, что в ней. Только в сто раз сильнее, поскольку в коробке может лежать ответ на один из вопросов мироздания.       Мортен решил пока слегка размять ноги и пройтись по лаборатории. Впрочем, в отличие от метаний Арпега, это выглядело неспешной прогулкой генерального директора по своим владениям, с заложенными за спину руками и скучающим взглядом на окружающую действительность. Если допустить, что у Алисы нет шизы и все ее рассказы – правда до последнего слова, то перед ним складывалась любопытнейшая картина. Квантовая теория мультивселенной так и не была однозначно доказана в силу самой природы этого явления. Однако теперь Алиса могла стать косвенным доказательством. Если различий в геноме также не найдется, то можно будет предположить, что параллельные миры действительно есть и имеют общую базу, однако какие-то расхождения в событиях заставили их как-то отличаться – о чем говорят различия в геноме бактерий. Или же речь каким-то невероятным образом идет о ранее неисследованных, но при этом пригодных для жизни планетах. Штерн в очередной раз досадливо отметил, что ему следовало все же уломать Алису немного побыть объектом для экспериментов, а также рассказать о ее мирах побольше. В текущем виде вся информация была способна лишь раздразнить, но не дать вменяемых ответов. А ведь за природой миров также можно было изучить еще и природу магии. Сейчас все теории Мортена строились лишь на его догадках, а на квантовый уровень он заглянуть был не в силах, поскольку его знаний в этой области явно не хватало. Это в классической физике можно сесть в углу, закрыть уши с глазами и слепо верить предлагаемым выкладкам. Квантовая физика и связанная с ней физика частиц при ближайшем рассмотрении давала понять, что физика – наука описательная, а не объяснительная. Куча теорий с дырами, противоречиями, недомолвками. Чем больше экспериментировали, тем больше склонялись к тому, что вся базовая физика — это лишь игра с вероятностями.       Компьютер издал забавный чирикающий звук, чем заставил Мортена радостно вскинуть голову, как будто звякнула микроволновка, догревшая его долгожданный обед.       — Кажется гото… — Арпег не успел закончить фразу, а его напарник уже восседал на своем прежнем месте и сосредоточенно клацал клавишами.       — Хм… — только и сказал Мортен, листая очередной массив буквенной абракадабры. Он то и дело кликал на какие-то участки, вызывая подсказки интерпретатора, но в целом вердикт был однозначен. — Если Алиса внезапно не банан, то я бы назвал это геномом человека. — Парень задумчиво почесал затылок. — Расовая планетная группа не определяется, но это не слишком удивительно. У меня тоже.       — Значит, она просто человек? — с некоторым сожалением протянул Арпегиус, надеявшийся на скрытые способности подруги.       — Просто – я бы так не сказал. Ты сам все видел. Но она не рептилоид, по крайней мере, — хмыкнул Штерн. — Генетически магов от не магов вот так вот отличить нельзя, иначе бы Альфа не заморачивалась с этими установками. Нацедить крови или взять эпителий гораздо проще, а скорость расшифровки ты сам видел. Значит, отличия на каком-то другом уровне.       До Мортена дошло, что он ходит по довольно тонкому льду. Арпег знать про его способности не должен, а значит, и познаниями сильно кичиться не стоит. Однако, судя по всему, паренек объяснениями удовлетворился и поэтому лишь умиротворенно глядел в окно, игнорируя Штерна и его буковки.       Впрочем, идиллия была недолгой. Арпегиус спустя буквально минуту встрепенулся, озадаченно глядя на портатив. Вызывала Латина. Парень раздраженно выдохнул и смахнул вызов, мол, не до тебя. Однако сестра мгновенно повторила запрос. Арпег вновь его отклонил. Процесс повторился еще с пяток раз, при этом ни одна из сторон уступать не хотела.       — Мне кажется, она с таким упорством тебе и на выключенный дозвонится, — покачал головой Штерн, глядя на это противостояние. Хотя, возможно, он сам опасался стать следующей целью настырности Латины и потому пытался подтолкнуть Арпега принять удар на себя.       Увещевания подействовали. Арпегиус сморщился, но все же жестом принял вызов. Над портативом мгновенно появилось голографическое окно, где виднелось пышущее злобой лицо сестры. Еще немного, и она, как дракон, начнет выпускать дым из ноздрей.       «Три… Два… Раз…» — отсчитал про себя Мортен, исчезая из поля зрения камеры. Старшей из детей Цильфер попадаться на глаза в гневе – себе же дороже.       — ТЫ ОБЪЯСНИТЬ НИЧЕГО НЕ ХОЧЕШЬ??? — если бы Арпег не скрутил заблаговременно звук на минимум, то в лаборатории неминуемо полопались бы колбы. Первый залп был дан, после чего Латина слегка сбавила децибелы, но не тон. — Мне родители всю сеть повесили своими звонками! Какого хрена вы там устроили? Какого хрена ни до одного из вас не достучаться? Какого хрена вас ищет Альфа, сбиваясь с ног и требуя выдачи???       Арпег обернулся на Мортена в поисках поддержки и нахождения внятных объяснений, однако по лицу Штерна стало понятно, что он тут бессилен и лишь судорожно ищет сугроб, чтобы по старой привычке в него закопаться и затаиться до весны.       — Тебя ждали дома еще неделю назад! А ты… ТЫ! Ты просто свалил куда-то без ответа и привета, выключив связь к чертовой матери! — Латина, так-то, была воспитанной девочкой, как и положено в светском обществе, однако, судя по количеству ругани и посылу, случилось что-то поистине из рядя вон. — У вас обоих уже по судимости! Вы вообще чем думали? Где Мортен?! Покажи мне этого дебила великовозрастного! Куда вы девку свою мелкую дели? Мне весь мозг съели с вопросами, кто она, что я о ней знаю, и где вы ее выкопали!       Арпег пока не прерывал тираду сестры, давая ей шанс выпустить пар. Все еще была вероятность, что она звонит чисто покричать и после бросит трубку, избавив от необходимости давать объяснения. Однако Латина не собиралась пока отступать, лишь настойчивее требуя показать ей Мортена, который был старшим в компании, а значит, нес за всех ответственность, по ее логике. Да и корабль он себе выпрашивал с похожими формулировками.       Испытывая мстительное удовлетворение, Арпегиус перевел камеру на Штерна, которому оставалось только создавать видимость невероятной занятости. Хотя с куда большим удовольствием он бы сжался в точку и развернулся уже на комплексной плоскости, когда угроза минует. Из воплей Латины пока ничего хорошего не вырисовывалось. Все еще был шанс, конечно, что весь этот переполох связан с тем, что Алиса натворила бед, но сбежала, а теперь Альфовцы рвут и мечут.       Мортен приложил все усилия, чтобы выглядеть невозмутимым и сохранить вид «ну что вы тут устроили?». Латина гораздо быстрее успокаивалась, когда собеседник не поддерживал ее истерику.       — И тебе добрый день, — шумно выдохнул парень, якобы отрываясь от работы, — Что за крики? Что случилось?       — Ты совсем охренел? Что вы там устроили? Ты должен был отвечать за этих балбесов! — Латина продолжала бесноваться, — Где вас носит?       — Начнем с того, что балбесы уже совершеннолетние. А мы на Торусе. Приучаю твоего брата к делу, как видишь, опыты ставим, — Мортен абсолютно невозмутимо поднял какую-то колбочку, в которой он до этого, кажется, что-то мыл, и поболтал жидкость, мол, смотри, работаем.       Химические опыты в сознании Латины были деянием богоугодным, так что она чуточку успокоилась, но все же продолжила.       — Хорошо, вы на Торусе. А девка эта ваша где? — тон ее был до крайности недоверчивым. Мортен и полиграф вокруг пальца обведет, глазом не моргнув, так что оставалось пытаться поймать его на несостыковках.       — А я знаю, что ли? Она восстановила доступ к счетам, получила компенсацию за вещи, а затем помахала нам ручкой. А за братом твоим я приглядываю, как и обещал, — парень продолжал расставлять свои позиции на доске. Дело пованивало ракетным топливом, а значит настала пора прикрывать тылы, — Так что с ней случилось? Нам она ничего не писала уже несколько дней, — безэмоционально поинтересовался Штерн.       — Что-что! Она убила кого-то на Такте! Из истерики родителей я поняла, что ее арестовали и теперь ищут уже Арпега, чтобы определить его к этому причастность. А его и так чудом отмазали в прошлый раз! Если что, я вам этого не говорила. Там секретность какая-то, — девушка, кажется, чуточку остыла.       — А ко мне они какие-то претензии имеют? — осторожно поинтересовался Штерн.       — Сдался ты им, — фыркнула Латина, — из того, что мне известно, подозревают только Арпега, поскольку они вместе с Алисой на Инседиуме работали.       Это было сложно заметить, однако поза Мортена стала несколько более расслабленной. Значит, у него пока есть шансы выйти сухим из всей этой истории.       — Я правильно понимаю, что вы утверждаете, что ничего противозаконного не совершали, сидели тихо в углу и никакого отношения к этому бардаку не имеете? — строго поинтересовалась Латина, очевидно, перешедшая от истерики к делу. Дождавшись уверенного кивка Штерна, она продолжила: — Хорошо. Тогда я передам это родителям. Будьте готовы пообщаться со следователями. И возвращайтесь уже, наконец, обратно! Меньше проблем будет! Я вам корабль не подарила! — Вслед за этим девушка потребовала показать в кадре уже своего непутевого братца. — Родители очень сильно недовольны тем, что ты устроил. Я постаралась тебя обелить, как сумела, но не думаю, что это сильно поможет. Постарайся вернуться домой как можно скорее и не добавить себе проблем по дороге. Очень советую прислушаться. — Тон Латины был способен заморозить Торус целиком еще раз и давал понять, что дома грядут грандиозные разборки. После этого она, даже не попрощавшись, завершила вызов.       В лаборатории повисла звенящая тишина. Мортен и Арпег сидели, напряженно глядя друг на друга. Телепатическая чуйка подсказывала Штерну, что его напарник собрался отнюдь не домой, и это ему совершенно не нравилось.       — Только не говори мне, что ты собир… — начал было Мортен, но Арпегиус его перебил.       — На Такт. Иначе я разобью крейсер Латины и скажу, что это твоих рук дело. — твердо заявил он.       Штерн с осуждением уставился на Арпега, одним взглядом красноречиво показывая все, что он думает о нем.