10
6 ноября 2021 г., 14:10
***
— Люмос! — стараясь не показать охватившей его паники, сказал Снейп. Огонь не зажегся. Служившая столько лет верой и правдой волшебная палочка лежала в ладони мертвым куском дерева. — Люмос! — произнес рядом, в кромешной темноте, Поттер. Вернее, мисс Мэри Беннет, но какая к хренам разница? Ничего не изменилось. Темнота окружала их. Нет, даже не темнота, а мгла — вязкая, волглая мгла. — Выйти не получится? — чрезвычайно спокойным голосом поинтересовался Поттер. Северус подергал дверь. — Увы. — И магия здесь не действует. — Скорее всего, где-то спрятаны артефакты-подавители. Но в темноте мы их не найдем. Бесполезная палочка вернулась в чехол на руке. Когда из всех доступных органов чувств наиболее эффективным становится осязание, хочется использовать его на все сто процентов. Главное, чтобы не испугалась Мэри. Хотя… Мэри ведь — это Поттер. Какая несомненная удача! Бьющаяся в истерике девица сильно усложнила бы их и без того непростую ситуацию. — Ловушка… — совершенно спокойным голосом констатировал Поттер. — Причем ловушка, явно рассчитанная на магов. — Может быть, именно на нас? — Не исключено. — В таком случае, однажды за нами придут. И тот, кто придет, будет предупрежден и вооружен. Учитывая, что магия здесь не работает… — Пистолетом, — сказал Поттер. — Тот, кто придет, будет вооружен пистолетом. — А почему не ружьем? У Драко этого добра навалом. — Из ружья в помещении не больно-то постреляешь. Это тебе не с палубы по воде палить. А во-вторых… — Поттер почему-то смущенно замялся. — Я сегодня с утра пораньше отправил сову к своему знакомому из здешнего Аврората с той самой пулей, что вытащили из меня. У них тут довольно тесные связи с маггловскими правоохранительными органами. Короче… Это пуля от пистолета системы Браунинг. Маггловская Первая мировая. Оружие старое, но, как мы с тобой выяснили, стреляет исправно. Хотя и не так далеко, как, скажем, снайперская винтовка с оптическим прицелом. — Даже не хочу знать, что это такое… — пробормотал Снейп. — Кстати, откуда у тебя подобная исчерпывающая информация. — Я… интересовался… — выдохнул Поттер почти что в самое его ухо. — Много общался с магглами. Не хотел видеть никого из… прошлой жизни. Магия восстанавливалась тяжело и медленно. — Прохладная ладонь коснулась руки Северуса аккурат над ножнами из акульей кожи, скользнула под рукав рубашки, игриво погладила плечо. Уголки рта Снейпа сами собой поползли вверх. Вот ведь… Поттер! Нашел тоже время и место! А впрочем… Как там говаривали в пору его школьной юности? «Темнота — друг молодежи»? Ну и, конечно же, вечное: «В темноте все кошки серы». Даже если они не кошки, а… фестралы. Губы Поттера (или мисс Мэри?) с блаженным выдохом приоткрылись навстречу его губам. Это был очень уютный поцелуй. Не пылкий, не страстный, а именно уютный. Словно горячий шоколад с корицей, который иногда позволял себе Северус на Рождество. Так возвращаются домой: в кресло у камина или в объятия теплого южного моря. Прерываться не хотелось. Но и ждать (пусть даже в тепле и уюте чужих объятий), когда некто с «пистолетом системы Браунинг» (что бы это ни значило) явится добивать попавших в ловушку незваных гостей, казалось настоящей трусостью. Поттер, как всегда, мгновенно почувствовал его изменившееся настроение и отстранился первым. — Ну что, пошли искать выход? — А выход есть? — на всякий случай уточнил Снейп. Не то чтобы он сильно сомневался, но все же… — Само собой. Изнутри замок в этой двери не открывается, я уже проверил. Его просто нет — только цельнолитая ручка. Значит, выход либо там, в противоположном конце, либо… — В одной из бочек, — кивнул Снейп. — Я бы поставил на бочки, — согласился Поттер. — Думаю, в конце нас ждет полноценный каменный тупик. На месте создателей этого винного царства я поступил бы именно так. Жаль, магия не работает. Правильный артефакт справился бы с этим на раз-два. — Колечко на пальце, да? — Откуда ты знаешь? Ну вот, опять удивленные интонации! Хотя… Пожалуй, удивлять Поттера было даже приятно. — Ни ты, ни мисс Мэри сроду не имели склонности навешивать на себя цацки. А сейчас, отправляясь в подвалы, ты надеваешь на палец некий серебряный перстень с изображением лабиринта. Зачем? И через предыдущие залы мы пролетели, даже не притормозив. Хотя кому, как не бравому аврору, следовало задуматься: не скрываются ли за винными стеллажами те самые тайные ходы? — Се-е-верус! Ты… Просто обалдеть! И — да, перстень не работает. Придется разбираться без него. — Тогда пошли, — сказал Снейп и взял его (или мисс Мэри?) за руку. Разумеется, просто для того, чтобы не потерять друг друга в темноте. Очень быстро стало понятно, что если держаться за руки, то пальцами свободной руки вполне можно коснуться шероховатых бочек и так осторожно двигаться, перекрывая проход и всей душой надеясь, что в эту импровизированную «сеть» не попадется таинственный некто, затаившийся в темноте. Некто не попался (Северус выдохнул), и в конце туннеля оказался тупик (Северус вздохнул). — Как и ожидалось, — прокомментировал Поттер. — Пойдем обратно или начнем отсюда бочки простукивать? — Да какая разница! Давай отсюда, чтобы не бродить бессмысленно туда-сюда. И если кто-то откроет ту дверь, мы увидим. — Да, — согласился Поттер. — Если только он не догадается выключить свет за своей спиной. — А ты оптимист! — А то! Судьба приучила. Как говорится, «надейся на лучшее, но готовься к худшему». Попробуем сыграть на барабанах? — Всю жизнь мечтал! — ухмыльнулся Снейп. — Может, потому и к Лорду подался, что он мне ударную установку пообещал. В груди странно ёкнуло. Давно ли он научился лихо острить на столь болезненные темы? Или это развращающее во всех смыслах влияние оказавшегося слишком близко Поттера? — Так вот в чем дело! Ну и как, получил ты свои барабаны с тарелками? — Обманул, гад скользкий, — смущенно проронил Северус и стукнул костяшками пальцев по днищу находящейся рядом с ним бочки. Прозвучало гулко. — Пустая, — констатировал Поттер и тут же ударил по своей. — Эта тоже. — А так? — следующую бочку Северус от души приложил ладонью. Бочка откликнулась, словно он и впрямь врезал по барабану. Или тамтаму. Поттер отозвался похожим звуком. — Теперь мы знаем, как гудят пустые. Интересно, а полные здесь вообще есть? В случае чего можно будет хотя бы выпить вина. — Тебе нельзя вина, — без прежнего запала напомнил Снейп. — Ну ты и зануда! — донеслось из темноты. Почему ему почудилось, что губы Поттера кривит невеселая усмешка? — Просидим здесь сутки-двое, и мое ранение покажется нам наименьшей из бед. — В чем-то ты прав… Бум! Бум! Бум! Пусто-пусто-пусто. До полных они добрались ближе к середине. Иным, более глухим звуком отозвалось дерево под рукой Поттера. Тот мгновенно нашарил краник и, разумеется, повернул. — Умг! Это оно. Весьма недурное винцо, должен заметить. Помирать, если что, будем с музыкой. Хочешь попробовать? — Верю тебе на слово. Сильно не увлекайся. — Се-е-еверус! Вино ему все-таки пришлось попробовать. Потому что губы проклятого Поттера были в вине. И язык — в вине. И нёбо, которое Северус, увлекшись, несколько раз лизнул, чем вызвал совершенно неприличное довольное мурчание. — Вот чем мы с тобой занимаемся, а? — грустно выдохнул Поттер после того, как его наконец решительно оттолкнули. — Темнота. Никого. Девушка аж из штанов выскакивает, ты… тоже совсем неравнодушен. Могли бы… эх! А вместо этого то по бочкам лупим, то разговоры разговариваем. В перерывах. Мысленно Снейп с ним даже согласился. Но только мысленно, чтобы не провоцировать лишний раз поттеровскую буйную фантазию и разошедшиеся во всю ширь гормоны. — Хочу напомнить, что, если мы в самое ближайшее время отсюда не уберемся, наша история будет коротка и трагична. Ты любишь Шекспира? — Бу-э! — изобразил рвотный позыв Поттер. — Вот и я. Не желаю умирать во второй раз. Мне и первого хватило. Так что стучи, Поттер! Стучи! И они продолжили стучать. С переменным успехом. Если, конечно, считать успехом обнаружение еще пяти бочек с вином: двух со стороны Поттера и трех со стороны Северуса. Однажды Северус даже решился снять пробу — на сей раз прямо из бочки, а не с губ мисс Мэри. Вино и впрямь оказалось недурным. И жажду утоляло отменно. А заодно, как водится, развязывало язык. Во всяком случае, на Снейпа оно действовало именно так. — Кстати, Поттер, кто тебя научил всем этим женским штучкам? Как говорить, как держаться, как выбирать одежду? В магазине ты выглядел очень убедительно. Только не говори, что и это тоже заслуга твоей подруги Грейнджер. Во время учебы в Хогвартсе она выглядела еще хуже, чем ты. — Кто бы рассуждал о моде… сэр! — обиженно откликнулся Поттер. — Мистер «Одна мантия на все случаи жизни»! — Я перегнул палку? — осторожно уточнил Снейп. — Прости. Старые привычки. Ссориться не хотелось. Не сейчас. Не после всего, что… Не тогда, когда у них имелся нехилый шанс больше не увидеть солнечный свет. Холодная девичья ладонь коснулась его щеки. Кажется, это можно было считать прощением? — Забыли. Нет, это была не Гермиона. Вжиться в образ мисс Мэри мне помогала Джинни. Она ведь тоже после школы пошла в Аврорат, ты знаешь? Бороться со злом. — Мелкая Уизли? — поразился Снейп, непроизвольно стиснув зубы. «Бороться со злом»? В Аврорат? Туда же, где Поттер? Ну-ну! А Северус уже и забыл, насколько отвратительное чувство — ревность. Совершенно отвратительное! — Ну, во-первых, она уже совсем не мелкая! — в голосе Поттера слышалась улыбка. Приятные воспоминания или насмешка над глупым Снейпом, который снова исхитрился поверить в невозможное? — А во-вторых, уже два года как не Уизли, а Лонгботтом. — Что?! — Вот это и называется «пыльным мешком по башке»! — Они с Невиллом очень сблизились, сражаясь против тебя в Хогвартсе в тот военный год. Очень… сблизились. В последней фразе Северусу почудилась тайная горечь. Или потому, что темнота, лишив зрения, обострила все остальные чувства, или потому, что по тайной горечи он сам был бо-о-ольшой специалист. — Когда ты узнал? — Когда в Мунго в себя пришел. Они не скрывали, понимаешь? Как посетителей пускать стали — заглянули проведать, вдвоем. — А ты? — А я… Будто сквозь подушку всё. Сквозь большую-большую пуховую подушку. На Гриммо водились такие — остатки былой роскоши. Если ее на ухо положить, то… Вроде и слышно что-то, но… не совсем. Ну… Они потом еще приходили. Уже по одному. Джинни счастливая. А я вдруг подумал: я ее и вправду любил? Или нет? Короче, мы сделали вывод, что друзьями нам тоже неплохо. Вот. Теперь еще и коллеги. Хотя Невилл сурово сказал: «До первого ребенка!» — А они?.. — Пока не планируют. Ой! Очередная бочка под рукой Поттера выдохнула непонятно: не глухо и не звонко. Непонятно. — Северус! Похоже, это оно. — Похоже, — втайне замирая от острого приступа внезапной надежды, согласился Снейп. — Думаю, тут весьма пригодятся твои свежеобретенные навыки взломщика. — Взломщика? Это вряд ли. Она, родимая, должна открываться легко… легонечко… во-о-от так! Ну что же ты? Давай сюда! Ваш выход, сэр! «Мерлин, как же я ненавижу подземелья!» — подумал Снейп, делая шаг вперед и изо всех сил стараясь не запнуться о довольно высокий порог, в обычное время, очевидно, скрытый нынче сдвинутым в сторону дном дубовой бочки. И все-таки упал бы, если бы не подхватившие его твердые руки. Совсем не женские руки. — Поттер, это ты? — Я. Мисс Мэри внезапно нас покинула. — А новая порция зелья? — Я… уже выпил. С каждым разом его действие сокращается. И кто знает, сколько мы с тобой пробыли в проклятом подвале? — Подвал Мёбиуса… — пробормотал себе под нос Снейп. Этот Мёбиус со своей лентой когда-то стал его любимейшим открытием в мире магглов. — Вот! А меня ругал за умные слова! А сам-то!.. Сердце Поттера колотилось о грудь Снейпа — и это была самая правильная вещь из всех правильных вещей на свете. Даже несмотря на то, что стояли они, обнявшись, в полной темноте под сводами незнакомой пещеры, пахло сыростью, и смерть все еще ощущалась достаточно реальной перспективой. — Как думаешь, здесь уже действует магия? — Давай попробуем. Люмос! Свет крошечного огонька, возникшего на конце палочки Северуса, резанул по глазам так, что выступили слезы. А Поттеру пришлось зажмуриться. — Работает! — в голосе Героя и Победителя плескался восторг ничуть не меньший, чем у ребенка, впервые взлетевшего в небо на метле. — Блокирующие магию артефакты — достаточно редкая и дорогая штука, и радиус их действия сильно ограничен. Хватит, положим, чтобы перекрыть внушительный сегмент подвала, но вот простирающиеся Мерлин знает на сколько миль пещеры… Это вряд ли. — Ох, надеюсь мы все-таки найдем выход раньше, чем состаримся! — Или умрем от голода, — мрачно добавил Северус, чувствуя, как после отступившего страха остаться без магии в кромешной темноте вдруг громко напомнил о себе пустой желудок, которому не перепало сегодня ничего, кроме легкого средиземноморского завтрака (давно) и нескольких глотков вина. — Ну уж нет! — понимающе хмыкнул Поттер (Поттер — а не мисс Мэри!). — Полагаю, наш злодей не стал бы заморачиваться чересчур долгими блужданиями в здешних подземельях. Выход есть — и он совсем близко. — Твои бы слова — да Мерлину в уши… — вздохнул Снейп. — Вперед? Поттер поднял свою волшебную палочку. — Люмос! Я впереди, ты — за мной. Северусу очень хотелось ввязаться в спор. По привычке, сформировавшейся еще в Хогвартсе: ни в коем случае, ни в чем не соглашаться с Поттером. К тому же «я преподаватель и декан и несу за все ответственность!» Тьфу! Поттер уже давно не хлипкий пацан в дурацких очках, не только агнец, отданный на заклание во имя великого Всеобщего Блага и Нашей Победы. Он взрослый мужик и аврор, прошедший специальную подготовку. Пришлось молча сделать шаг назад, уступая мальчишке право принимать решения. За всех, кто идет следом. Но все же… — Эй, тебя хотя бы учили чему-то в твоем Аврорате? Защита-нападение, заклятия-проклятия? Или приснопамятный Экспеллиармус до сих пор твой потолок? Поттер обернулся. В свете двух волшебных огоньков он был хорош: бесформенные штаны и майка, висевшие на мисс Мэри, словно балахон, обтягивали ладное мужское тело, будто перчатка. Особенно задницу. «Чрезвычайно симпатичную задницу!» — критически оценил увиденное Северус и подивился несвоевременности собственных мыслей. У них тут, можно сказать, заговор, таинственный убийца и зловещие артефакты, а он о чем? Вторая молодость, не иначе. Хотя он и про первую молодость не мог припомнить, чтобы его вот так, в совершенно неподходящих обстоятельствах, посещали столь игривые мысли. К счастью, Поттер не догадывался о том, что сейчас творилось в голове его спутника, поэтому, весело сверкнув глазами, отозвался: — А как же! Гоняли, точно аберфордовых коз! Целый год учебки пополам с реальными операциями. С личным составом после войны у Аврората была беда, погибли многие. И экзамены принимали по всей строгости: герой ты там или нет. А что? Не доверяешь? Северус пожал плечами. — Почему же, доверяю. Веди! И Поттер повел. Северус, осторожно ступая, чтобы, не дай Мерлин, не подвернуть ногу на каменном влажном полу пещеры, следовал за ним. А задница и впрямь была недурна. И ноги. И плечи. И шея. И даже затылок с черными завитками волос! Снейп, ты влип… — О! Кажется, мы пришли? — Ты видишь выход? — Нет, только ящики. И готов прозакладывать свой орден Мерлина, это Те Самые ящики. — Еще бы! — Северус приблизился и встал рядом. — Было бы просто колоссальным совпадением обнаружить здесь что-то еще, не имеющее отношения к проклятым артефактам. — Это они, — Поттер усилил огонек на конце палочки — стало совсем светло. — Видишь? Стилизованное изображение лабиринта — официальный знак раскопок. А значит… — Значит, тот, кто их украл, имеет самое прямое отношение к раскопкам. Все-таки Дэвис? — Ну-у… — Поттер задумчиво почесал кончик носа, и даже от этого простого жеста у Северуса влюбленно кувыркнулось сердце. — Вряд ли он провернул такое один. Все же возможности сквиба в магическом мире без поддержки со стороны крайне ограничены. Северус кивнул. Ящиков было… много, и все довольно внушительных размеров — не мелочевка. Чтобы таскать их туда-сюда, требовалось либо серьезное маггловское оборудование, которое трудно перемещать по острову незаметно, либо магия. — Думаю, Малфоя можно из списка подозреваемых исключить. Не стал бы он запихивать твою лабораторию в подвал, если бы ему было что скрывать. Поскольку, по воле случая, именно у него имеется самая полная информация о твоей прежней деятельности в роли шпиона. — Благодаря мисс Скитер и ее убийственным откровениям, — дернул щекой Снейп, — эта информация нынче есть практически у всей магической Британии. Поттер кивнул. — И все же… — Все же Драко мог просто выделить мне помещение где-нибудь возле домика сторожа, в домиках для прислуги. Если он опасался за целостность своей драгоценной тайны. — Драгоценная тайна Драко — это Диана, — подвел итог Поттер. — Точно. Можно сбрасывать его со счетов. И мисс Мэри тоже. — Мисс Мэри? О да! Она вне подозрений! — Остаются трое. Подходят все. Хотя лично я поставил бы на Нотта. Его ненависть к магглам уже давно ни для кого не секрет, а преклонение перед Волдемортом откровенно зашкаливает. — Нотт — самое очевидное. Как и мистер Дэвис. Или нет? Послушай, я бы предпочел рассуждать обо всем этом на поверхности земли, а не под ней. — Согласен. Пойдем дальше искать выход? Северус задумался. Выйти отсюда хотелось очень. Ужасно. Чрезвычайно. Но… Всегда есть проклятое «но». — Что если мы уйдем, а таинственный злодей, кем бы он ни был, перепрячет свои сокровища? А без вещественных доказательств нас с тобой можно прикопать просто под любым апельсиновым деревом или розовым кустом. А сверху будут гадить белые павлины. Поттер взглянул на него подозрительно. — Надеюсь, ты не намекаешь на то, что нам нужно разделиться? — Не намекаю, а говорю открытым текстом. Ты идешь искать выход, я сторожу клад. Из нас двоих ты явно резвее. — И глупее, да? Мы ведь оба отлично понимаем, что того, кто сторожит, очень просто снять на подходе — хоть заклинанием, хоть выстрелом. — Я замаскируюсь. Чары Отвлечения внимания. Кончай переживать, Поттер! Я участвовал в магических дуэлях еще в то время, когда ты пачкал подгузники. А в тех коридорах, куда идти тебе… В них тоже может быть опасно. — Северус! — вот и все, что он сказал, выросший Поттер. И взмахнув рукой, двинулся прочь, в темноту. Иногда мы просто делаем то, что должны, — без всяких сантиментов, не так ли? В этот момент Северус понял, что, если бы было возможно, влюбился бы еще сильнее. Но увы — сильнее оказалось уже некуда. Чары Отвлечения внимания? Легко! Правда, для начала придется потушить свет… Северус ненавидел темноту. Еще с тех пор, как ему случилось умереть. Поттер рассказывал про призрачный вокзал и общение с Дамблдором. Если честно, Снейп ему бешено завидовал. Никакого вокзала, никаких метафизических разговоров в ожидании поезда — только первозданная тьма. Тьма, в которой Северусу даже не повезло полностью себя потерять. Тьма, в которой он блуждал, жалкий, одинокий и маленький, без всякой надежды найти выход, и звал… звал… звал… Кого он звал? — А вот и мистер Снейп! Интересно, почему я не удивлен, встретив вас здесь, профессор? Северус не понял, как все произошло. В один момент он сидел, скрючившись, в полной темноте, укрывшись за довольно солидным камнем, окруженный плотным коконом чар Отвлечения внимания (хороших, добротных чар!), а в другой — уже валялся на полу ярко освещенной пещеры, а его палочка лежала в десяти шагах от него — не дотянуться, не позвать. А совсем рядом, нависнув над ним, как скала, стоял улыбающийся Грегори Гойл. Трезвый и чрезвычайно опасный Грегори Гойл. — Можно, я встану? — стараясь говорить спокойно, поинтересовался Снейп. Ему отчаянно не нравился ракурс, с которого приходилось разглядывать бывшего ученика — снизу вверх. Гойл улыбнулся. Очень, очень знакомо. Снейп знал, где уже видел такую улыбку: так скалился прошедший оборот Фенрир Грейнбек перед тем, как разорвать добычу. — Конечно, профессор. Было бы крайне неуважительно с моей стороны заставить вас и дальше пребывать в столь неудобном положении. Камень ужасно холодный. Вдруг вы простудитесь? В вашем возрасте простуда может стать по-настоящему… фатальной. Любому другому Снейп рявкнул бы в ответ: «Какой еще возраст! Мне всего сорок один, остолоп!» Любому другому, но только не Грегори Гойлу, который умел так улыбаться. Кряхтя, он поднялся с земли: пришлось сначала опереться на руки и только потом, покачнувшись, выпрямиться во весь рост. Грегори Гойл… Вот на кого, если честно, он думал меньше всего. — Постарайтесь не делать резких движений, профессор! — ласковым голосом посоветовал Грег. — А то у Остина может невзначай дернуться рука. А пули… Пули — такая мерзкая штука! Хотя кому я рассказываю? Снейп кхекнул. От ненависти перехватило горло. — Вы что-то хотели сказать, профессор? Надо же! У этого шкафа, оказывается, не голос, а мёд. Хоть на тосты по утрам намазывай! — Кто… Кто такой Остин? — Так это же наш общий добрый знакомый — мистер Дэвис! Именно он держит вас на прицеле. Вдруг в вашу умную голову случайно… совершенно случайно!.. забредет глупая мысль. — Сдается мне, мистер Гойл, вы некогда переобщались с мисс Амбридж. Интонации просто один в один. Жаль только, розовое — совсем не ваш стиль. — Круцио! Северус закричал. Получилось от души. Когда-то давно, в самом начале службы у Лорда, он старался держаться. Изображал гордость и несгибаемую силу воли. Потом стало ясно: когда кричишь — не так больно. К тому же… Громкий крик, в отличие от спокойного голоса, слышно издалека. Если удастся предупредить Поттера… Если Поттер еще жив. От страшной мысли подогнулись колени. — Отличный результат! — радостно провозгласил Гойл. — Не каждый день видишь перед собой на коленях грозного декана Слизерина. — Тешите собственные комплексы, Грегори? Ваш отец был бы доволен вами. Лицо Гойла исказилось яростной гримасой. — Не смей вспоминать моего отца, ты, мразь! Ты предал всех, кого только мог, и теперь греешь свои кости под южным солнцем, тогда как мой отец гниет в Азкабане! «Нужно тянуть время. Просто тянуть время. Поттер вернется и что-нибудь придумает». Конечно, большую часть жизни у Снейпа было крайне плохо с надеждой, но… Если в кого и верить, так это в Поттера. В кого же еще? — Так вы ввязались в данную… авантюру исключительно из-за идеологических соображений? Ратуете за справедливость? — Справедливость? Плевал я на вашу справедливость! За справедливостью и «идеологическими мотивами», — передразнил он, — к придурку Нотту. А мне нужны деньги. Знаете, что осталось от нашего состояния после войны? Пшик! Разрушенное имение и разбежавшиеся домовики. Вы когда-нибудь сами стирали свое белье, профессор? Снейп молча ухмыльнулся. — Хотя что это я?.. Вы, похоже, вообще не знали, что белье надо стирать, а волосы мыть. И что нормальным людям для жизни требуется больше одной старой мантии. — Снейп поморщился. «Далась она им всем, эта мантия!» — Пока не встретили нашу синеволосую уродицу… мисс Мэри Беннет! «Он не знает, что Мэри — это Поттер. Пусть так и будет дальше». — Почему вы не взяли ее с собой в подвалы, профессор? Снейп постарался непринужденно пожать плечами (после Круцио тело болело и отказывалось слушаться, даже стоять прямо, и то было трудно). — Мы поссорились. Мисс Мэри… сложная натура. — И вас понесло на подвиги? — Я просто хотел выпить вина. — И совершенно случайно забрели из подвала в пещеры через тайный ход? Профессор, да вы везунчик! — Чего нельзя сказать о вас, Грегори. Неужели считаете, будто вам удастся выбраться сухим из воды? — Да полно! Нет, сначала вас, разумеется, потеряют, поднимется суета. Но потом из Лондона сова принесет письмо. В котором будет сказано, что после ссоры с возлюбленной остров вдруг резко стал вам не мил и вы вернулись домой. А дома… Кто станет искать вас дома, профессор? «Поттер. Меня станет искать Поттер. Если только… он еще жив. А если нет… Я вернусь за тобой, Грег, с того света. И ты даже не представляешь, насколько может усложнить твою жизнь злобный призрак Северуса Снейпа». — А Крэбб? Как же ваш друг Винсент Крэбб и ваша столь показательная скорбь о нем? — Крэбб? Этот дебил? Он чуть не угробил нас всех в своем идиотском огне! Сгорел сам — туда ему и дорога! Снейп понимающе кивнул: — Никогда бы не подумал, что в вас скрывается столько интересного… Грег. — Маска клинического идиота, — скривившись, выплюнул Гойл, — лучшая в мире маскировка! Мало находится желающих заглянуть под нее. Особенно, если этот идиот проводит свои дни и даже ночи, нажравшись до поросячьего визга. Держу пари, профессор, для вас большое открытие, что я могу выдать связную речь! Конечно, кто взглянет на меня второй раз, когда рядом находится наш распрекрасный Драко? Вот когда у меня появятся настоящие деньги… — Даже с деньгами, Грег, магическая Британия вас не примет, поверьте мне. — Да в жопу вашу магическую Британию! Что я там забыл? Мерзкий климат, и люди — не лучше. У меня уже и домик куплен в Аргентине. Отличный домик на берегу горного озера. Тишина и покой. И до тамошних столичных радостей — один портключ. — Зачем вы мне это рассказываете, Грег? — Приятно, понимаете ли, поговорить с умным человеком, профессор. Потом я произнесу: «Ступефай!», а дорогой Остин нажмет на курок. И наши тайны умрут вместе с вами. Итак… Ваше последнее слово! Ну, что скажете? — Экспеллиармус! — хищно усмехнулся Снейп. И волшебная палочка Грегори Гойла стремительно взмыла к потолку.
