Отказать королю

Сначала все это казалось веселой затеей. Ровно до момента, как его, альфу из благочестивого рода, действительно не переодели в омежьи одеяния. — Не-ет, — качает головой Ферид. — Я в «этом» никуда не выйду. — Ты проиграл мне в гольф, и теперь должен побыть омежкой всего лишь на вечер, — смеется его брат-омега, радостно кружащийся вокруг него и поправляющий ткани. — Ах! Как же тебе к лицу! — Издеваешься? — Ферид мрачнеет. Обещание дороже чести, вот и ему приходится выполнять «желание» Микэ. Как он мог проиграть? Казалось, выигрыш был у него в руках. Но… в последний момент — промах. И этот промах стоил ему ущемления альфьей гордости. А если его в таком виде заметят отец или братья?! Не просто засмеют же — с позором выгонят из поместья. — Не беспокойся ты, — Микэ закрывает занавеси на окнах, не пропуская в комнату лучи заходящего солнца. — На празднестве слишком много гостей, никто и не поймет, кто ты и к какому роду принадлежишь. Мой слуга так тебя накрасит, что тебя и родной папа не узнает! Ферид сдерживает раздражение. Молчит. Благо, многослойное одеяние скрывает под собой его далеко не омежье телосложение. Его широкие плечи почти незаметны: в таких нарядах специально ставят наплечники из твердых материалов, чтобы плечи омег выглядели в раза два шире, чем они есть на самом деле. Эта мода пришла в их королевство с юга — там омежки тоже ходят укутанные с головы до ног во многослойные свободные халаты, которые не подчеркивают ничего, кроме плеч. Вот и сейчас Ферид рассматривает себя в одном из нарядов брата — нежно-лиловых оттенков. Слуга омежки делает ему сложную прическу, закрепляя темные волосы в пучок на затылке и высвобождая несколько прядей по обе стороны лица, чтобы прикрыть ими довольно резкие скулы. Ему наносят яркий макияж, рисуют на веках и висках витиеватые линии красным. Ферид в который раз жалеет, что на все это согласился. — И не скажешь, что альфа! — хохочет весело Микэ, обмахиваясь позолоченным веером. — И-и… последний штрих! — брат берет сладкую отдушку и несколько раз прыскает на него, от чего его альфий запах смягчается. Ферид сжимает зубы, чтобы не выругаться в компании столь нежного создания. Хотя, нежным Микэ назвать сложно. Он — само коварство. И каждый раз его «желания» превосходят предыдущее по изощренности. В прошлый раз Фериду пришлось чистить конюшни и спать в сене, ведь в оборванном тряпье его приняли за конюха… И это не было столь унизительно, как то, во что его превратили сейчас. — Весело же, согласись! — Микэ подхватывает его под руку и ведет из гостевой комнаты, выделенной им в королевском дворцовом комплексе, как гостям празднества Процветания. Ферид только вздыхает. Раньше их с Микэ забавы действительно были веселыми. А чем им еще заняться, одним из многочисленных детей Бартоу? Ферид — третий из братьев-альф по праву наследования титула, а это значит, титула ему не видать. Для Микэ же подготовлена куда более грандиозная участь — он, как один из красивейших омег на этом празднестве, обязан соблазнить Короля. Раньше их род Бартоу был приближен к королевской семье, но предыдущий Король решил отстранить их от себя — отобрал роскошное родовое имение и отправил на далекие границы. Отец до сих пор держит на него и его потомков злобу. Но вернуть расположение просто так не выйдет, вот и задумали старшие из Бартоу подсунуть молодому Королю Микэ. Братец-омежка не так-то прост, он сумеет справиться с этим заданием, и с помощью брака вернуть их семье былую славу, богатство и земли. Околдовать юного властителя не составит для него труда. И даже учитывая скверные слухи, что Король вовсе не интересуется омегами… На то они и слухи, чтобы быть выдумкой. — Он падет к моим ногам быстрее, чем пройдет неделя праздничных балов, — хмыкает Микэ, задирая подбородок повыше в горделивом жесте. Его брат и в самом деле обладает притягательной внешностью и внутренней энергией, способной пленить с нескольких слов и жестов. К тому же, у него ярко выраженный аромат, притягивающий внимание всех альф вокруг. Длинные темные волосы, волнами спадающие вниз, переплетены нитями с алмазной крошкой. Выразительные глаза, очаровательное личико. Микэ знает себе цену. Он ни за что не снизойдет до разговора с простолюдином. Даже в ворохе из одежд Микэ выглядит утонченным и грациозным, не просто идущим, а плывущим по земле. У Короля нет шансов устоять против такой силы очарования — по крайней мере, сам Микэ в этом уверен, о чем постоянно говорит. Они выходят из западного крыла дворцового комплекса. В парке полно гостей, все они направляются в главный бальный зал, где и начнется торжество. И продолжится до рассвета. Микэ отходит от него, чтобы присоединиться к компании приближенных к Королю придворных. Они-то и познакомят омегу с правителем. Ферид кивает ему на прощание и мысленно желает удачи. Провала быть не должно. Сам он и не думает идти в зал. Наоборот, Ферид направляется вглубь парка, подальше от позора. Он медленно идет, рассматривая ровно стриженные кустарники и цветы. Слушает песни цикад, птиц и ветра — это все успокаивает. В принципе, быть переодетым в омегу не так уж и плохо. Ферид вскоре «срастается» с одеянием так, что не ощущает его на себе, как нечто громоздкое и чуждое. Украшения позвякивают при каждом шаге, создавая вокруг него мелодию. Пережить несколько часов в этом всем вполне возможно. В следующий раз Ферид точно выиграет, и тогда Микэ не посчастливится вдвойне! Никто из мимо проходящих не смотрит на него удивленно. Ферид догадывается, что со стороны он и правда похож на омегу: юношеская мягкость черт все еще не сошла с его лица в его-то восемнадцать лет. Но несмотря на доводы, он продолжает чувствовать себя нелепым. Вскоре в небе начинают сверкать огни, сопровождаемые громкими «взрывами». Празднество начинается. Ферид доходит до озера, садится на каменное ограждение и наблюдает за всем этим издалека. Отсюда неплохо виднеется громадное поместье по другую сторону воды. Его свет в вытянутых окнах отражается длинными пятнами и создает на озере рябь. Слышится музыка. Если бы не нелепое одеяние, Ферид бы нашел куда более веселое развлечение. Например, соблазнил бы омежку невысокого происхождения — и провел бы в его компании всю эту неделю. Но, увы, ему приходится сидеть тут, пока его самого не заприметил какой-либо альфа, и не попытался так же соблазнить… Хотя, это было бы смешно. …Спустя невыносимо-долгий промежуток времени он встает, разминая затекшее тело. Микэ все равно не следит за ним, а это значит, что он запросто может отправиться в свою комнату и поспать. Он широко зевает, а когда открывает глаза, неожиданно замечает неподалеку какого-то человека. Кажется, он тут давно: Ферид учуял чужой феромон еще раньше, но не стал придавать этому значения. И как только он сдвигается с места, человек тоже отходит от дерева, на которое опирался, и идет в его сторону. Ферид делает привычный для себя жест приветствия. Странный незнакомец не отвечает ему, но продолжает приближаться. На нем богато расшитая альфья одежда белого цвета с золотистой каймой. Если бы тут был Микэ, омежка смог бы с легкостью определить статус по одеянию. Но тут и без него ясно, что человек этот знатного происхождения — белые одежды носят только придворные и вхожие в королевскую семью. Когда альфа подходит еще ближе, Ферид отмечает, что тот приблизительно одного с ним роста и телосложения. Весь светлый — беловолосый, светлокожий. Как призрак. Если что, его можно запросто отправить в мир иной одной левой. «И что ему надо?» — его раздражает то, что альфа молчит и пристально на него смотрит. — Приветствую, — кивает он первым, не выдержав этого всего. — Вы необычный, — незнакомец вдруг улыбается. — Омеге не положено первым обращаться к альфе. «Вот же», — он едва заметно вздыхает. — «Все-таки, меня приняли за омегу. Попытается соблазнить — я ему врежу». — А я волен не подчиняться правилам, — отвечает он с присущей себе же прямотой. Чем быстрее этот альфа уйдет, тем лучше. — Вот как, — незнакомый хмыкает. — И к какому же роду принадлежит столь чудное видение? Я наблюдал за вами издалека. Мне нравится ваш запах. — Бартоу, — прежде, чем подумать, отвечает он. — Ферид. Я не оме… — Феридэ Бартоу? — альфа ступает на шаг ближе и протягивает руку, но Ферид, оскорбленный омежьей приставкой «э» в конце, прячет обе руки за спину. — Весьма упрямо с вашей стороны. Вы разве не польщены моим вниманием? — Мне больше льстит внимание надоедливого жука, — со вздохом отвечает он и направляется в парк. Он желает поскорее покинуть это место и забыть этого высокомерного альфу, позволившего себе так бесстыдно его рассматривать. Мерзко… — Я, верно, смутил вас, — но тот вскоре его догоняет. Он игнорирует его, сколько может. Но альфа упрямо идет рядом. Походка у него твердая, хотя феромон не сильный. И, если внюхаться… цепляющий. Что странно, ведь альфа должен воспринимать феромон другого альфы, как соперника. Подчинить или подчиниться — эта извечная борьба за главенство происходит на подсознательном уровне: такова их суть. Внутренний зверь жаждет побед. Однако этот альфа почему-то не воспринимается им, как потенциальный соперник. Так они доходят до дворцового комплекса, где навстречу им идут десяток слуг. — Ваше Величество, умоляю вас, наденьте корону! — прислужники подбегают к этому альфе. — Ничего не желаю слышать, — слышится его ответ. — Но… У Ферида отвисает челюсть. Этот чахлый альфа, которого он собирался отключить одним ударом… Король?! Сам Габриэл Гирам, названный в народе Справедливым? Нелюдимый и осторожный во всем Король? Он еще раз окидывает его взглядом, отмечая богатый наряд и светлые волнистые волосы, завязанные в хвост лентой. Профиль четкий, нос с небольшой горбинкой, тонкие поджатые губы. Ферид не успевает отвести взгляд — Габриэл неожиданно поворачивается к нему и с важным видом протягивает руку. К этому времени вокруг них собирается целая толпа дворян. Король оказывает ему знак внимания. При всех. Ему, рожденному альфой, оказывают внимание, как омеге. И у него нет иного выхода, кроме как подыграть. Ферид вкладывает свою ладонь в его, и чуть не одергивает от неожиданной холодности кожи. Ледяная. Будто перед ним действительно призрак. Люди вокруг о чем-то шепчутся и охают, а Король ведет его за руку прочь. И только одна мысль четко встревает в голове: нужно сбежать, пока Габриэл не вздумал сделать с ним то, что обычно делают альфы с избранными на ночь омегами. Жаль, ударить Короля он не имеет права… За покушение на жизнь монарха — казнь. У него волосы на голове шевелятся от ужаса. Страшно представить себя в настолько скверном положении. Это невозможно. Любые связи между альфами запрещены, как и между омегами. Это идет вразрез с природой и предназначением. Союз альфы и омеги священный, все остальное — содомия, а ей не место в их процветающем обществе. Ферид никогда не представлял себя с альфой. И, тем более… под альфой. Это вызывает отторжение. Одно дело — переодеться в омегу, но совсем другое — утратить честь и гордость, став любовником альфы. «Ни за что!» — шипит он мысленно. Альфьи клыки во рту обостряются. Не долго думая, он резко вытягивает взмокшую от переживаний руку из крепкого захвата и скрывается за первым же кустарником, ловко перескакивая цветущие растения и живые изгороди. Все-таки, тренировки с учителем Рейзором дают плоды! Правда, учитель его засмеет, узнав, что вместо того, чтобы смело вступить в бой с равным противником, он сбежал, придерживая руками многочисленные омежьи юбки… — Постойте, Фэридэ! — слышится вдогонку. Но он бежит так быстро, как будто за ним гонится самый настоящий призрак. Причем, желающий отобрать не просто честь, а жизнь… Оказавшись у себя в комнате, Ферид прислоняется к двери спиной и тяжело дышит. Произошедшее попросту не укладывается в голове. Он начинает злиться. Ферид рывками снимает с себя одеяние, не беспокоясь о том, что тонкая ткань трещит. Украшения рвутся и сыпятся на пол. Звон. Он избавляется от прически, смывает макияж и надевает тунику и штаны, желая поскорее заснуть и забыть все это, как ночной кошмар. Но сон почему-то не навещает его. Ферид думает. Он ворочается в кровати со стороны в сторону. Будь он в привычном одеянии и с запахом, не заглушенным омежьей отдушкой, этого бы не случилось. Дурное баловство едва его не погубило. И, раз Король был в парке, значит, Микэ не удалось заполучить его внимание. По крайней мере, на весь вечер. А это уже плохо. В привычном образе Король его не узнает. Было темно, лицо было припудрено и разрисовано традиционными знаками — и это все делало Ферида мало похожим на себя самого. Поэтому он не переживает, что его узнают. Не переживает, но заснуть все равно не может. Он так и лежит до рассвета, пока в его комнату внезапно не врывается Микэ. Брат прыгает на него сверху и в шутку пытается придушить. — Да я тебя недооценивал! Ты увел у меня «жертву» прямо из-под носа! Если бы это был кто-то другой, я бы смертельно на него обиделся и быстро устранил с пути, но раз это мой дорогой братец… — омега не сдерживает смеха. — О, Великие Боги! Как тебе это удалось? Ферид трет глаза, щурясь и всматриваясь в сидящего на себе Микэ. — Ты откуда… — Да весь дворец гудит о неком Феридэ из рода Бартоу, сумевшем покорить неприступного Короля одним лишь взглядом! А у нас в роду, кроме тебя, Феридов нет, да и я сразу понял, что к чему… — Черт! — он привстает, скидывая с себя младшего брата. — Да этого не может быть! — Дело в том, что он даже не посмотрел на меня. На меня! Но теперь я понял… может, он по альфам? Вот и выбрал тебя. Подсознательно. Их диалог прерывает топот и стук резко открывшейся двери. В комнату заходит отец, а за ним и все остальное семейство Бартоу — два брата-альфы, папа и трое других детей-бастардов от союза отца с его любовниками. — Как ты это сделал?! От мощного рева старшего альфы его передергивает. Ферид тут же вскакивает с кровати, едва не зацепившись за ночной горшок. — Как ты сумел привлечь внимание Короля, да еще и быть воспринятым им, как омега?.. Присутствующие явно замечают наряд на полу и прочие детали омежьего образа. — Это недоразумение, — пытается объясниться Ферид, но поздно: он четко видит в глазах отца и старших братьев презрение. Им противно. — Твое поведение недостойно поведения альфы и моего сына, — рычит отец. — Я бы отказался от тебя, но теперь Король желает тебя видеть. В своих покоях. И ты пойдешь, раз ни на что большее не годишься! — Нет, отец, — возражает он. — Я не омега. Он убьет нас всех, когда узнает… — Мне все равно. Ты станешь им, если это понадобится, понял?! Сегодня же тебя нарядят и ты отправишься к Королю и завоюешь его доверие. Любым способом. А потом добудешь нам титул и земли, только после этого я прощу тебе твое недостойное поведение. Собирайся. Это приказ.