'
16 августа 2021 г., 16:27
Горо совсем не глупый.
Может, не настолько умный, как Её Превосходительство, не блещущий в каждой фразе оброненной знаниями — хотя великому генералу полагается по статусу.
Но не настолько глупый, чтобы не распознать лжи.
— Улыбнитесь, генерал, вам это к лицу.
И достаточно умный, чтобы умолчать о своих подозрениях.
— Солдаты вас ждут.
«Нас», — про себя поправляет Горо и молча распахивает врата. Перчатки скрипят под жестью. Её Превосходительство сдержанно хихикает.
Да, сдержанность — вот что может прекрасно описать Кокоми. Возможно, не каждый в их армии восстания мог бы согласиться, но Горо знал Кокоми лучше, чем кто-либо. Он был ближе к ней, чем кто-либо.
Это не позволяло, впрочем, залезть коготками наточенными ей прямо в череп.
— Да снизойдёт благословение и на наши земли, да принесут нам новые ветра свободу, — шепчет скороговоркой Кокоми, складывая руки перед огромными костьми чудовища — на одном из островов, в храме Сангономия, совсем пусто и гулко. Пахнет мёдом и корицей.
— Думаете, он услышит? — спрашивает Горо, на что Кокоми улыбается. Генерал не привык обращаться к ней на «ты» даже после стольких дней и ночей знакомства. — Божество ведь покинуло нас давным-давно.
— И Спящий Дракон проснётся, когда войны изменим ход.
Старая песня, текучая, как поток, и чистая, как хрусталь, разбивающийся о каменистые берега. Горо снова кивает.
Нет, он совсем не глупый.
Пока Её Превосходительство вплетает в его волосы венки из мягких водорослей, закалывает кораллами локоны, украшает жемчужинами шею, приговаривая, что они оттеняют его цвет глаз, Горо молчит, про себя раздумывая о том, что, верно, так даже лучше. Хорошо, когда слова не нужны — блажь невообразимая просто помолчать, без дискомфорта и боли душевной. В моменты, подобные этим, речь Кокоми становится совсем сахарной и мягкой, будто тает с каждым словом. Горо придерживает аккуратно пальцами складки полупрозрачного платья. В окно стучится воспоминание о вчерашней ночи. Было так же тихо, пусто и гулко.
Кокоми наверняка уже догадывалась, Её Превосходительство было невероятно мудро — и на удивление спокойно. Незачем было бить тревогу, сыпать угрозами или, что хуже, убеждать в своей правоте: Кокоми прекрасно понимала, что Горо, милый Горо, не великий генерал, но её друг, соратник и боевой товарищ, её милый Горо не откажет. Да, жрица умершего божества, вполне возможно, преследовала не идеи освобождения народа Инадзумы — от чего бы то ни было, признаться, не похожа наша архонтка на существо божественное, а ты как думаешь, генерал? — может, ей вообще не было дела до тех, кто дышит не жабрами. Горо позволяет Кокоми вытащить свои лёгкие и рассматривает вместе с ней расцветие альвеол искорёженных, улыбается, смеётся — ей в тон. Горо позволяет, потому что, похоже, генералу уже становится всё равно, кому противостоять и кому шею в прыжке сворачивать, до потери пульса, до брюзжания кровью фиолетовой.
Если война действительно окончится в пользу восстания, быть может, Дракон даст ему все ответы.
Её Превосходительство Кокоми невероятно красива, умна и как-то несуразно преданна своему божеству — и Горо поклялся бы своими ушами, что она более, чем кто-либо, походит на богиню настоящую. А ещё Кокоми добра. Доброта её заключена-заточена-заколочена в кораллы в каштановых волосах, в жемчуга на шее, которые давят всё сильней. В конце концов, Горо сдаётся, протягивает руки навстречу ласкам — нет, ему не больно, взаправду, крови ведь не будет — и покоряется. Если Кокоми нежна, но тверда, то Горо жёсток, но мягок.
Горо знает Кокоми лучше, чем кто-либо, и он ближе к ней, чем кто-либо. До треснутых в локотке костей, до нехватки дыхания, до побледневшей кожи, обмазанной чешуёй, до хлюпанья водой под сандалиями.
Горо позволяет приручить, себя считая достаточно умным, чтобы продолжать битвы ради своей нежной богини. Он не разочаровывается, когда Её Превосходительство признаётся в своих амбициях. Он лишь склоняет голову, придерживая складки платья.
Горо совсем не глупый.
