Подростки и общество

На следующий день в примерно то же самое время Диппер обнаружил себя идущим в направлении водонапорной башни. В этот раз он поехал на автобусе и обратно планировал добираться также на нём. После вчерашнего его ноги и пресс болели неописуемо мучительно, ноющей давящей болью. Было чудом, что ему удалось сегодня утром не просто встать с кровати, а ещё и прожить половину дня. Теперь он делал над собой невыразимые усилия, чтобы добраться до места, откуда вчера буквально сбежал. Диппер никогда не считал себя злым или мстительным. После вчерашнего разговора с Мэйбл, её смеха со слезами и обещанием выбить из этого парня всю дурь, ему стало легче. Обида и жалость к себе утихли, зато появилась жгучая и какая-то темная злость. Вероятно, всë дело было в подростковых гормонах. Так он успокаивал себя, сжимая лямку рюкзака с баллончиком чёрной краски внутри. Краска в нём ещё осталась. Диппер заметил рисунок ещё издалека. Очень трудно было не заметить среди серых домов и блеклых сосен взрыв цвета, который огромным вырвиглазным пятном от выступа до крышки опоясывал бак водонапорной башни. Он подошел ближе и понял, что это была не абстракция и не надпись, а осмысленный рисунок. Знакомый рыжий фон, который оказался небом, разрезала четырёхконечная звезда ярких неоновых цветов. Она была похожа на разрыв в пространстве. Перед ней стояла огромная, чёрная в желтом контуре пирамида с отделенными объемными ярусами, одним желтым глазом и маленьким цилиндром на верхушке. В её шести руках горело голубое пламя. В том же пламени сгорал внизу мир, где были различимы ползающие щупальца, огромные обрубленные ноги, летающие глаза и много разных ярких монстров с лишними конечностями или без них. Водонапорная башня с зубастой пастью и языком пожирала человека. Люди по частям валялись на кроваво-красной земле, сгорали в голубом огне и безуспешно убегали от чудовищ. С другой стороны, прямо напротив чёрной пирамиды была нарисована точно такая же — только жëлтая. Диппер с открытым ртом ходил вокруг башни, разглядывая детали, пока не додумался подняться наверх. Вблизи все стало выглядеть ещё более безумно. Граффити было странным, немного жутким и вызывало определенные вопросы по поводу психического состояния его автора. Он вспомнил цель своего визита и достал из рюкзака баллончик с краской, встряхнув его с металлическим бряканьем. Он неуверенно посмотрел на банку в своих руках, приблизив её к стене. Все нецензурные слова, которые приходили ему в голову ночью, чтобы самым жирным и корявым почерком вывести их на месте рисунка, испарились. Стоило признать, что работа была колоссальной и очень искусной. Времени на нее было потрачено много. Диппер все еще был зол, но граффити в его злости виновно не было. Он опустил руку. Жёлтый глаз чёрного треугольника посмотрел на него с насмешкой и превосходством. — Так, так, так. Да ты, я смотрю, фанат, ëлка, — раздался сзади ужасно знакомый пронзительный голос. — Снимаю шляпу перед тобой. Диппер обернулся как раз в тот момент, когда парень внизу действительно поднял черную шляпу на своей светловолосой голове, улыбаясь во все тридцать два. Носить шляпы в двадцать первом веке было странно, но не страннее, чем носить повязку на глаз или чёрные перчатки, если ты не косплеер или кто-то вроде того, поэтому Диппер не стал задавать вопросы. — Опять ты, — тухло сказал он. — Да ладно. Ты скучал по мне, — самоуверенно произнёс парень, сунув руки в карман худи. — Признайся, что скучал. — Что? Ты подставил меня! — выплюнул ему Диппер со злостью. — Из-за тебя меня чуть не арестовали. — Ничего личного, ëлка, — пожал он плечами. — К тому же всë обошлось. Я не прав? Диппер посмотрел на его довольное лицо и широкую улыбку, чувствуя глухое раздражение в груди. — Лови, — крикнул он и запустил вниз баллончик, надеясь попасть ему в глаз. К несчастью, парень ловко перехватил его одной рукой. Его лицо при этом вытянулось от удивления, что принесло Дипперу мстительное удовольствие. Это не компенсировало его вчерашние страдания, но немного их уменьшило. Он молча слез с водонапорной башни и направился домой, не оборачиваясь. Его не удивило, что спустя несколько пройденных метров позади раздалось: — Эй, ëлка! Парень поравнялся с ним, не испытывая больших проблем с тем, что Диппер и не думал сбавлять шаг. Это нисколько не мешало ему прилипнуть и идти так близко, что можно было почувствовать, как от него пахнет лаком и чем-то горелым. Их разница в росте была сильно ощутимой. Парень был выше него почти на голову с длинными угловатыми конечностями и странноватой походкой. Шляпа только прибавляла ему пару сантиметров. Короткие торчащие из-под неё светлые волосы падали на бледное лицо и черную повязку. — Меня зовут Билл Сайфер. — Я не собираюсь с тобой разговаривать, — сказал Диппер, ускоряясь, что совсем не помогало избавиться от прилипчивого парня. — Что тебе нужно от меня? — Ты просто нравишься мне, — простодушно ответил он. — Я тоже тебе нравлюсь, не так ли? — Да с чего ты взял? — рявкнул Диппер. Судя по всему, Билл дико наслаждался тем, что может вывести его из себя. — Тебе же понравилась моя работа. Хочешь ещё увидеть? Диппер упрямо продолжал идти вперëд. Он все ещë был зол и раздражëн, но уже не был так категорично настроен. С самооценкой у этого парня, очевидно, было все в порядке, и еë не хотелось поднимать ещё сильнее, но отрицать свой интерес было глупо. Ему действительно понравилось граффити. К тому же весь вечер ему было нечем заняться. Диппер бросил на него сомневающийся взгляд. Билл усмехнулся. — Ты не пожалеешь. До того как Диппер начал возмущаться, его уже под руку тащили в сторону. Он быстро смирился со своей участью. В конце концов у него был опыт общения с гиперактивными людьми, которые с ослиным упрямством стремились завлечь его в свои сумасшедшие предприятия. Им всегда было проще позволить делать то, что они хотят, чем спорить. Билл не выглядел, как кто-то слишком опасный, но идти непонятно куда с едва знакомым парнем — при том, что их знакомство было ужасным — едва ли казалось хорошей идеей. Его вели мимо темных зданий сквозь узкие улочки и подъезды, и всë это было настолько сомнительно и рискованно, насколько вообще могло быть. Пару раз ему хотелось остановиться и просто пойти домой, но он почему-то ни разу этого так и не сделал. Диппер забыл про свои опасения, когда осторожно зашел за Биллом в заброшенное здание и замер. Все разваленные бетонные стены были покрыты граффити. Повсюду виднелись цветные стилизованные надписи, сектантские круги и латинские знаки в неоне, мрачные кровавые абстракции, психоделический космос и очень много треугольников. Жёлтые, красные, голубые, большие и маленькие, объемные и плоские, веселые и злые, равносторонние и косые треугольники — все они из разных концов зала смотрели на Диппера своим единственным глазом. Билл положил локоть ему на плечо. Удовлетворение так и сочилось из него. — Да ты псих, — заключил Диппер, столкнувшись с ним взглядом. — Конечно, и что? — спокойно согласился Билл, поправил шляпу и удовлетворительно посмотрел на свои рисунки. Диппер недоуменно уставился на его профиль. Опомнившись, он дëрнул плечом, скинув с него чужой локоть, и прошел в другую часть помещения, где все также было исписано в граффити, но уже мелькали проблески голого бетона. Треугольники всë ещë были повсюду, как и слишком узнаваемые и последовательные сцены пожирания людей, хаоса и разрухи. Диппер нахмурился. — Все рисунки одной тематики, — сказал он вслух, и эхо разнеслось по залу. — Это же конец света? Почему он такой странный? — Если бы я устроил конец света, — сообщил ему Билл, ошиваясь неподалеку, — он был бы именно таким. Диппер почему-то не сомневался. Он обернулся и в поле его зрения попали огромные мутные цветные пузыри, затягивающие в себя людей. С другой стороны они выходили уже монстрами, отращивали себе лишние конечности и сходили с ума. — Странногеддон, — тихо пробормотал он себе под нос. — Что? — Билл его, конечно же, услышал и посмотрел на него своим пристальным пробирающим до костей взглядом. Ему стало неловко. Диппер не любил пускаться в разъяснения тех мыслей, которые неосознанно слетали с его языка. — Странногеддон, — вынужденно сказал он громче. — Это как «странный» и «армагеддон» в одном слове. Ну типа «странногеддон». Просто в голову пришло. Билл на удивление даже бровью не повел, только с огнём в глазу улыбнулся и подошел к чёрной сумке у стены. Он вытащил баллончик с краской, встряхнул его и внезапно принялся рисовать на пустом пространстве между граффити. По помещению распространился ядреный запах краски. Белые линии складывались в объемные буквы и вблизи их даже можно было различить. — Серьезно? — не удержался Диппер, когда увидел начало слова. — Ты гений, ëлка, — ответил Билл ему запоздало, увлекшись вырисовыванием второй буквы «н». Он погрузился в работу. Диппер залип. Смотреть за его движениями было также увлекательно, как и смотреть на Мейбл, которая часами могла вязать свои свитера. Они оба были настолько поглощены своим занятием, что слишком поздно заметили, как оказались в здании не одни. — Билл Шифр! Диппер вздрогнул. Он перевёл взгляд на здорового парня с холодным злым лицом, который приближался к ним широким шагом. В помещение за ним вошли около шести человек с точно такими же лицами. Диппер невольно попятился в сторону. Билл даже не обернулся, спокойно продолжая рисовать. — Сайфер, — только медленно поправил он. — Меня зовут Билл Сайфер. Не так уж сложно запомнить, да? — Пару дней назад. На нашей территории. Твоих рук дело? В здании раздалось только дыхание нескольких человек, шипение и бряканье аэрозольного баллончика. Диппер подавил нервный смешок, глядя на то как страшный бугай с разозленным лицом становился ещё более страшным, пока Билл молчал. Он чувствовал напряжение от группы людей и старался не отсвечивать. Билл издал несколько тихих запоздалых смешков, которые в просторном помещении звонко отскочили от стен. — На вашей территории? — весело переспросил он и перевел на него взгляд, встряхивая баллончик. — А ты забавный, малыш. Парень сделал несколько шагов вперёд. — Ты, ублюдок... Диппер сделал ещё один шаг в сторону. Болезненная судорога страха и волнения застряла в желудке. Билл выглядел абсолютно невозмутимо, с забавой рассматривая звереющего парня. Он поднял свободную руку в чёрной перчатке, перебивая его. — Прямо сейчас мне нет до вас никакого дела. Уходите, пока не пожалели, что пришли, детки. В его глазах не было высокомерия, только снисходительное спокойствие и предупреждение. Диппер не был удивлен, когда в его улыбающееся лицо полетел кулак. Раздался шум, и, быстрее, чем кто-либо успел что-либо понять, парень уже лежал на полу, с криком хватаясь за обрызганное чёрной краской лицо. — Кто-то ещё хочет? — задорно спросил Билл, подбрасывая баллончик в руках. Всë пришло в движение. Толпа сорвалась и набросилась на него так, будто была готова разорвать его голыми руками. У каждого между пальцев блестели посторонние, нередко острые предметы. В руках у Билла был только баллончик с краской, который был более практичным, чем любой кастет, нож и электрошокер в чужих. Диппер был впечатлён. Дрался Билл почти также как и рисовал — увлеченно и возбужденно. Его движения были чересчур быстрыми, точными, грубыми и полностью оправдывали всю его самоуверенность. Слышался хруст костей, звук глухих беспорядочных ударов, бряканье баллончика. Билл азартно улыбался и выглядел все более разгоряченно. Ни страха, ни беспокойства в его глазах не было. Диппер же, несмотря на то, что в драке принимать участие не хотел, попал в неë по инерции. Злобная девушка с короткой стрижкой без предупреждения ударила его в живот, заставив на секунду задохнуться и согнуться пополам. Вся боль в мышцах от вчерашнего прошла и забылась, как будто её никогда и не было от подскочившего адреналина. Диппер испугался не на шутку, когда ему в очередной раз прилетело, только теперь в лицо. Зрение поплыло. Он ударил в ответ, вспомнив слова дяди Стэна, который учил их с Мейбл драться лет в двенадцать, и проехался кулаком по чужой переносице. Костяшки заныли так сильно, словно они врезались в голую стену. В драке он всегда был ужасен и даже прошлый опыт в средней школе не особо это исправил. Физиология сделала своё дело и с Мейбл ему стало легко сравниться, но в центре драки, еле как уворачиваясь и уклоняясь от бесконечных атак, эта маленькая победа не делала ему никакой чести. Диппер получил ещё один удар, который отправил его на пол. Он скрутился, вспомнив, насколько больно получать в живот с ноги, обутой в военные берцы, но боли так и не почувствовал. Кто-то с глухим стуком приложился о бетон. Диппер поднял взгляд и увидел сползшего рядом на пол парня, голову которого Билл секунду назад разбил о стену. По рисунку одноглазового треугольника, как и по чужому лицу, расплывалось темное кровавое пятно. Диппер поднялся, уворачиваясь от очередного громилы, который слился в сплошном потоке злобных побитых лиц. Только Билл выделялся из них светловолосым пятном. Шляпа с него слетела, он не выглядел сильно потрепанным с легкими ссадинами на лице, зато вокруг него валялись несколько обессиленных и бессознательных тел. Чем дольше шла драка, тем меньше Билл стал церемониться. Диппер старался не попасть ему под горячую руку, глядя на то, как жестоко он расправлялся с остальными без трудностей или моральных дилемм. Ему было не по себе, но додумать мысль ему не дали. Он снова был втянут в потасовку с безликим парнем и пропустил момент, когда Билл согнулся в чужой хватке, выхаркивая кровь под чередой ударов в кругу из тройки человек. Без лишних раздумий Диппер одним движением снял со спины портфель. Он с размаха отправил его в полёт в голову одному из парней, на секунду сбив всех с толка. Этой секунды Биллу хватило, чтобы, резко запрокинув назад голову, размозжить нос тому, кто стоял позади и держал его руки. Он пнул одного из парней в лицо и уже собирался продолжить драку, но Диппер резко вцепился в его руку и, расталкивая всех вокруг, выпрыгнул в ближайшее окно. Благо этаж был первым. Они бежали вперед под остатками солнечного света, который съедал горизонт. За ними послышались крики и топот ног. Билл перехватил его руку, вырвавшись вперёд, и затянул за собой во дворы. На его избитом лице сияла широкая окровавленная улыбка, а единственный глаз изучал столько веселья, что самого Диппера пробило на смешок. Билл громко рассмеялся, разрывая раны на губах, демонстрируя окровавленные зубы и десна. Диппер почти волочился за ним, успевая за бешеным темпом бега, только благодаря руке в потрепанной перчатке, которая крепко сжимала его ладонь. Он не знал, над чем смеялся Билл, но в его горле тоже пузырился смех из-за абсурдности происходящего и того факта, что уже второй раз подряд его день заканчивался ужасно странно. Билл превратил его жизнь в апокалипсис. Диппер не удержался и испустил из своих легких несколько полузадушенных смешков, которые смешались с диким хохотом Билла. Они петляли между домами и вскоре быстро оторвались от погони, продолжая двигаться вперед. Диппер снова загнал свои легкие, ощутимо замедлившись, но не останавливался. Он не думал, что сможет в своём состоянии пережить ещё одну драку. Впрочем, Билл тоже шел вперед, молчал и тянул его за собой за руку. Ветер раздувал его короткие промокшие волосы. Диппер почувствовал свежесть, которой обдало макушку. — Я потерял кепку, — коротко бросил он, когда его дыхание начало восстанавливаться. — Это к лучшему, ёлка. Она была отвратительной, — безмятежно отозвался Билл, пожав плечом. — Не хуже твоей шляпы, — бросил ему Диппер. — Из-за тебя я потерял свою кепку. И рюкзак. — Я спас тебя от неё, — уверяюще сказал он, будто действительно считал себя спасителем мира от ужасных кепок. Утверждение про рюкзак и шляпу осталось проигнорированным. Диппер не ответил. Они молча шли через шумную улицу, на которой загорались фонари, пока из-за угла не показался знакомый поворот к его улице. — Мне туда, — предупредил Диппер, махнув головой в сторону, и вырвал руку из чужой хватки. Люди оборачивались на них и с интересом разглядывали их побитые лица. — Как тебя зовут? — спросил Билл, засунув руку в карман со странным выражением на лице. — И зачем тебе? — спросил Диппер, ежась под взглядами незнакомых людей. — Я не собираюсь иметь с тобой больше ничего общего. Он завернул на перекрёстке и молча прошёл несколько шагов, прежде чем, недолго думая, громко добавить: — Диппер Пайнс. Смех Билла катился по улице громко и долго. Диппер почувствовал себя наполненным усталостью и лёгкостью одновременно. День был безумным. Диппер никогда никому не признается насколько ему понравился этот день. Именно так встретил нас Гравити Фолз. Изначально я думал, что жизнь здесь будет сущей пыткой, но всë оказалось не так уж и плохо. Кто знает, к чему это всë в конце концов приведёт.