Поцелуй с незнакомцем

      За свою жизнь Северус Снейп повидал многое, кроме, собственно, нормальной жизни. Он существовал, выживал, но не жил. Жизнь почему-то всё время откладывалась на потом.       Вот подрастёт и поступит в Хогвартс, тогда…       Вот окончит школу и избавится от ненавистных гриффиндорцев, тогда…       Вот заслужит признание господина…       Вот отомстит, за нарушенное обещание…       Вот закончится война…       Каждый раз, откладывая свою жизнь на потом, он придумывал себе всё новые оправдания, боясь признаться даже себе, что попросту не знает, как жить. Не знает, но очень хочет.       — Хватит, — тихо прошептал Северус, прислонив ладонь к зеркальной глади и заглянув в глаза своему отражению. Мужчина в зеркале казался смертельно уставшим. — Глупо бегать от самого себя. Как только закончится война, начнётся настоящая жизнь. Я обещаю.       Именно поэтому к финальной битве Северус Снейп готовился так, как никогда и ни к чему прежде. Одних только артефактов на все случаи жизни на нём было больше, чем украшений на рождественской ёлке. Всё, что было нажито непосильным трудом и бдениями над котлом, было потрачено, оставляя надежду на благополучный исход. Теперь если ему что и могло навредить, то только Авада, от которой, как известно, ничего не спасало.       Но всё снова пошло не по плану. Змеиный укус Северус мог предугадать, но не разорванное горло. Ещё и неизвестно откуда появившиеся гриффиндорцы, которые хотели от него, Мерлин знает чего. Пришлось даже мёртвым притвориться, чтобы спровадить их. А что? В дикой же природе этот трюк работал, вот и ему помог.       Активировать порт-ключ едва удалось. От резкого рывка переноса перед глазами у Снейпа замерцали звёзды. Когда он снова смог сфокусировать зрение, то первое, что увидел, было встревоженное лицо Даниэля — давнего знакомого из европейской зельеварческой гильдии.       — Я согласен, — булькнул Северус из последних сил. Если всё получится, то ему удастся сдержать данное себе же обещание, а нет — так смерть искупит этот промах.       Впрочем, с Даниэлем Северус общался не просто так, а от того, что чувствовал в нём талант и ум. Его новое изобретение могло сделать много хорошего, но и дел натворить таких, что вовек не исправить. Однако чтобы его запатентовать, необходим был хотя бы один эксперимент на добровольцах, коих не находилось. До сего момента.       Кого Даниэль привлёк себе на помощь для спасения Северуса, того волновало мало. Зельевары — народ настойчивый, и если не для старого знакомого, то ради собственного открытия, готовы были на всё. Уже через месяц Северус Снейп был практически здоров. Страшные шрамы на шее в расчёт не брались.       — Что ж, думаю, ты готов, — нетерпение в голосе Даниэля было почти осязаемым. Ещё бы, добровольцев ждать пришлось не один год, а того кто согласился, чуть ли не с того света возвращать. Но это было уже не важно, главное получить желаемый результат. — Ты помнишь, что нужно делать?       — Помню, — собственный голос казался Северусу чужим из-за появившейся в нём хрипотцы.       Встав напротив зеркала, Снейп осмотрел себя и скривился. Тело, прикрытое лишь трусами, вызывало у него раздражение.       — Можешь отдаться фантазиям по-полной, — предложил Даниэль. — Должно сработать даже со сменой пола, но это не точно.       Снейп презрительно фыркнул, уж пол он менять точно не собирался. А вот подправить всё остальное не мешало бы.       Используя чары гламура, он не стал себя ограничивать в желаниях. Сперва, конечно, были скрыты все шрамы, полученные за не столь продолжительную, но очень насыщенную на неприятности жизнь. Затем Северус избавился от излишней худобы — нарастить мышцы одним взмахом палочки, было слишком заманчиво. Ушла бледность кожи, а глаза наоборот посветлели на несколько оттенков. Ну и конечно, был исправлен фамильный нос.       — Хорош, — прокомментировал результат Даниэль. — Может, ещё и причёску сменишь?       Над последним Северус не задумывался, а потому просто скопировал с советчика. В зеркале отражался довольно привлекательный мужчина, который, по мнению Снейпа, действительно мог жить и жизнью этой наслаждаться.       — А теперь подумай хорошо ещё раз. Если уверен, то выпей зелье, —  казалось, Даниэль волновался за исход эксперимента даже больше подопытного.       Северус ещё раз изучил новое отражение, а затем, отсалютовав ему бокалом, проглотил содержимое. Если раньше ему казалось, что ощущения при употреблении оборотного неприятны, то теперь стало ясно, что то были даже не цветочки. Да что там оборотное, даже круцио Снейп переносил более стойко. Обжигающая боль заполнила всё тело, в этом безумном огне горело абсолютно всё, лишая чувств и сознания.       — Н-да, — задумчиво протянул Даниэль, когда глаза Северуса снова открылись. — Над побочными эффектами ещё придётся поработать.       Это высказывание совсем не понравилось Снейпу. Что на этот раз в его жизни пошло не так?       — Не хмурься — морщины появятся. И будут тебе, определённо, не к лицу.       Как выяснилось позже, под побочным эффектом Даниэль имел ввиду ту самую боль, что испытал Северус. Зелье должно было стать способом предоставления ценным свидетелям новой спокойной жизни без угрозы со стороны опознанных ими преступников, а не орудием для пыток. С остальным снадобье справилось отлично, не только закрепив изменённую внешность, но и перестроив организм физически. Теперь даже оборотное с использованием частички нового образа не выдало бы изначальной внешности. А вот частички от исходника уже «не работали», и зелье поиска, например, никаких результатов не давало.       — В благодарность могу помочь с новыми документами, — предложил Даниэль. — Только скажи, что в них указать.       Вопрос оказался сложным. Раньше жизнь не баловала Северуса такими подарками, а потому думать об этом наперёд он не стал.       — Сев? — тихий оклик.       — Стив, — поправил он, выбирая имя по созвучию, чтобы проще было привыкать. — Стивен Саммерс.       ***       Благодарность Даниэля, казалось, не знала границ. Он не только помог с оформлением документов, но и место для начала новой жизни предоставил. Уютный домик в маленьком городке, где незнакомый, но явно талантливый зельевар быстро сыскал популярность.       Только жить снова не получалось.       Говорят, что привычка — вторая натура, а для бывшего шпиона привычкой, не раз спасавшей жизнь, было знание. Он знал большую часть магической Британии — с одними работал, с другими учился, третьих учил. Он знал чего от них можно ожидать, мог предугадать их реакции практически на любые события. Здесь же он не знал никого, и инстинкты вопили об опасности, переводя его в режим выживания.       Былое упорство помогло продержаться на новом месте всего два месяца, а потом Стив сдался. Внешность ничем не выдавала в нём Северуса Снейпа, привычное звучание голоса так и не восстановилось, и поводов искать в нём кого-то другого появиться не должно было.       В начале августа международный портал доставил Стивена Саммерса в Британию.       ***       Только теперь Стив понял, что значит жить. На родной земле среди знакомых людей, которые тебя больше не знали, даже дышалось легче. Впервые он ощутил радость возвращения домой и уют вечеров у камина, купив небольшой дом с красной крышей в Хогсмиде. Нашёл работу для души — магазинчик редких книг, снова открываясь после войны, как раз искал работников. Писал статьи для научных журналов по зельеварению.       Впервые его посетило желание добровольно связать себя узами с другим человеком. Хотелось если не любви, то хотя бы влюблённости.       Впервые Стив обрадовался сюрпризу судьбы. Дерзкий незнакомец, обернувшийся им, подарил ему не только поцелуй и смущённый взгляд зелёных глаз, но и новую цель. Только в этот раз спешить было некуда.       Поттер сам его найдёт. Он всегда замечательно умел находить неприятности.       ***       — Я — гей, — без подготовки вывалил на друзей новости Гарри, когда добрался до оговоренного места встречи.       — Ты уверен? — уточнила Гермиона, не веря, что за час можно утвердиться в таких выводах.       — Мне кажется, я влюбился в того мужчину, в которого превратился.       От такого заявления Рон подавился соком.       — Ты же не хочешь сказать, что весь час рассматривал его отражение?       — Нет, я встретил его, и мы поцеловались. А потом я влюбился. Или во время поцелуя. Или вообще до. Но точно влюбился.       — А он что? — такого стремительного развития событий Гермиона не ожидала.       — А он круто целуется, — не понял вопроса Гарри. Ему подобное казалось очевидным. — У тебя осталось ещё оборотное и его волосы?       — Зелья больше нет, а пара волосков осталась.       — Значит, будем варить, — решительно заявил Гарри, мысленно прикидывая, что нужно собрать и где можно будет заняться таким непростым делом.       ***       Спустя, наверное, самый длинный в его жизни месяц Гарри собирался с духом, чтобы повторить свой самый лучший поцелуй. Зелье он выпил уже давно и сейчас стоял за углом книжного магазина, в котором, по словам Гермионы, работал его незнакомец.       В первую очередь Гарри собирался узнать его имя. Глупо как-то мечтать о человеке, не узнав даже, как его зовут. Ну и, конечно, нужно было повторить поцелуй.       Сделав глубокий вдох, Гарри направился ко входу. Колокольчик над дверью приветственно звякнул, и на посетителя поднял взгляд тот самый мужчина.       — Добрый день, — поздоровался тот и улыбнулся, а Гарри не мог точно решить, на улыбку ли он засмотрелся или всё же просто на чужие губы. — Вы хотели что-то ещё?       — Ещё, — подтвердил Гарри, не отрывая взгляда.       — Можно и ещё, — согласился незнакомец, подходя ближе, однако остановился в шаге от Гарри. — Но у меня будет условие.       — Условие? — переспросил Гарри, прикидывая, что тот может попросить, и как это исполнить. Отказываться он в любом случае не собирался. Ведь истинные гриффиндорцы ради настоящей любви всегда были готовы на всё и даже чуточку больше.       — Я не страдаю нарциссизмом, а потому прошу не приходить на наши «свидания» в моём обличье. Да и твои чудесные зелёные глаза, что я разглядел в прошлый раз, мне понравились. Не вижу смысла в дальнейшей скрытности.       Из всего сказанного Гарри выделил лишь самое важное: «наши свидания». Было ещё что-то хорошее про его глаза и отсутствие скрытности, но это было не столь значительно.       — Хорошо, — быстро согласился он и сделал шаг навстречу, сокращая оставшееся расстояние.       — Стивен Саммерс, — представился мужчина практически в самые губы своего двойника.       — Гарри Поттер, — ответил тем же Гарри и, наконец, поцеловал нового знакомого.