Обмануть смерть за 14 дней.

Первое, что ощутил очнувшийся Дрей, это боль в голове и ватность тела. Вокруг было подозрительно темно, парень, попытавшись открыть глаза, даже подумал, что ослеп, пока не догадался, что это всего-навсего повязка на глазах. Поняв это, он замер, прислушиваясь к ощущениям. Насколько Дрей смог понять, лежал он на чем-то в меру твердом, при каждом неосторожном движении слышался звук шуршащей ткани. Руки и ноги, вроде как, связаны не были. Решив проверить эту догадку, он медленно поднял руку к лицу, чтобы стянуть плохо гнущимися пальцами повязку с глаз, оказавшуюся... больничным бинтом. Прищурившись от яркого света и обилия белых красок, молодой человек осмотрел больничную палату. Неподалеку от кровати, на которой он лежал, сидел темноволосый парень. Складывалось ощущение, что он специально ждал, когда Дрей придет в себя. У парня оказались ярко-синие глаза, черные взлохмаченные волосы и одна-единственная ярко-красная косичка, тоненькая, как шнурочек, спускалась с правого виска до самого плеча. Он выглядел моложе, чем могло бы показаться на первый взгляд, у него были прямые густые брови, высокие скулы и очень мягкая улыбка. - Очнулся? - участливо спросил он. - Меня зовут Энлай Мин. - Кто ты? - Дрей, поморщившись от снова пронзившей голову боли, приподнялся на койке. Человек, представившийся Энлаем, скептически воззрился на него, словно размышляя, стоит ли доверять ему такую информацию. - Скажем так. Я - смерть, проходящий стажировку. В этом году большая мужская смертность, поэтому стажерок на всех не хватает, отправили меня. - Смерть? - в глазах Хауарда, находящегося в замешательстве, можно было заметить неверие с примесью раздражения. - Это что, шутка? Так у нас лечит современная медицина? Прости, друг, в психушку я сдаваться не намерен. Раздался тихий стук, после которого в палату вошел врач. Он был немолод, около сорока пяти лет, но с не по возрасту приятной внешностью. - Пришли в себя? - жизнерадостно спросил он, и, не дав ответить, продолжил, - девушка, что была с вами в машине, скончалась. Основной удар пришелся на ту половину машины, в которой она находилась. К вам мы никого не пускали. Дрей кивнул, в его глазах на миг отразилась вся та боль, что он перенес вчерашней ночью. - Хорошо. А как же вы впустили... - он воззрился на Энлая, заинтересованно наблюдающего за доктором. - Кого? - недоуменно спросил тот, оглядывая палату. - Нет, никого... Думаю, это был сон. Хауарда поразила внезапная догадка: доктор не видел Мина, хотя тот сидел в паре шагов от него. Утешало одно: раз доктор с ним, Дреем, разговаривает, значит, он еще жив, а не бродит бесплотным призраком. - Неужели ваше сотрясение дало осложнение в виде галлюцинаций... - покачал головой врач. - Значит, я буду вынужден оставить вас в палате хотя бы до вечера, а там, если придете в норму, сможете вернуться домой. Сказав это, мужчина попрощался с пациентом и вышел из палаты. Дрей, закрыв глаза, откинулся на подушку, пытаясь привести мысли в порядок. Почувствовав легкое дуновение ветерка, он снова их открыл, недовольно покосившись на мягкую улыбку Энлая. - Не удивляйся, что меня кроме тебя никто не видит, - парень сидел на кровати своей жертвы, и матрас под ним не проседал, а простыни нисколько не приминались. - Я - твоя смерть, а значит, останусь для всех невидимым, пока не заберу твою душу. А там уже меня увидит кто-нибудь еще, чья кончина стоит в списке следующей. - И почему я не помер в этой аварии, - Дрей тихо выругался, отведя взгляд в сторону. - Рожденный быть повешенным в огне не горит и в воде не тонет, - невесело усмехнулся брюнет. - Это не была твоя смерть, поэтому ты и не умер. - То есть, я должен умереть как-то определенно? - невольно заинтересовался молодой человек, все еще слегка недовольно посматривая на свою смерть. Тот, чуть помедлив, кивнул. - Я не могу сказать, как, где и когда это будет. Там, - Энлай на секунду поднял глаза к потолку, - мне дали две недели на то, что бы решить: жить тебе или умереть. - Просто блеск. Дрей поглубже зарылся в подушку и закрыл глаза, показывая, что разговор окончен. "Это какой-то розыгрыш, я почти в этом уверен, - лихорадочно думал он. - Две недели, он сказал? Этого более, чем достаточно. Я должен выяснить у кого такая скудная фантазия и поставить его на место". Блуждая в рассуждениях о сложившейся ситуации, Хауард не заметил, как задремал. Это состояние нельзя было назвать полноценным сном - ощущение реальности еще оставалось, а сознание унеслось куда-то далеко, куда-то, куда живой человек никогда не ступал и не ступит. Во сне Дрей оказался в комнате неизвестного ему заброшенного здания. В комнате не было ни мебели, ни напольного покрытия, ни обоев - лишь голый бетон. Углы были завалены строительным мусором: осколками бетона и кирпича, кое-где сохранились даже обрывки ограждающей ленты, повсюду пыль и запустение. Свет пробивался из одного-единственного окна, наполовину закрытого рваным полиэтиленом, около которого виднелся неясный силуэт, угадывались лишь очертания. Молодой человек, прищуриваясь, приблизился, при каждом шаге поднимая ботинками в тяжелый раскаленный воздух облачка пыли. И каждый последующий шаг давался ему с трудом, ибо он начинал узнавать человека, вернее, девушку, стоящую у окна, и смотревшую куда-то в даль. Не раз он пропускал сквозь пальцы эти длинные вьющиеся русые волосы, изучал взглядом каждый изгиб тонкого, но не хрупкого тела, шлепал ладонью по округлой попе за легкую провинность, приобнимал за плечи, утешая. "Зачем ты здесь?" - голос Хауарда был лишен эмоций, как взгляд, брошенный на фигуру девушки, лишен тепла и красок. "Ты мне не рад?" - вопросом на вопрос ответила она с рассеянной улыбкой, впрочем, не поворачивая головы. "Ты же знаешь, что нет". Дрея не покидало чувство абсурдности ситуации. Для простого сна все выглядело слишком реалистичным. Полиэтилен на окне зашевелился от легкого ветерка, впуская в комнату хоть немного прохлады. Кейт не шевелилась, все так же смотря куда-то вдаль, но тишину все же нарушил ее робкий голос: "Что это за место?" "Я не знаю. Это ты меня сюда затянула", - пожав плечами, молодой человек наклонился вперед, чтобы посмотреть из окна вниз. Случайно задев ее плечом, он отметил насколько холодна ее кожа. "Ты прав. Это все неважно, - без ведомой причины в голос Кейт просочилось раздражение. - Ты должен знать. Мой поступок... он был не без оснований". "Не без оснований?! - мгновенно вскинулся ее бывший возлюбленный. - Я в ту ночь видел более чем достаточно, чтобы трезво оценивать твои слова впредь. Если ты собираешься доказывать мне свою невиновность - исчезни". "Как скажешь", - неожиданно легко согласилась девушка. Она легко вспрыгнула на незаконченный подоконник и, все так же не оборачиваясь, шагнула вниз. Хауард распахнул глаза, с трудом осознавая, что он все еще находится в больничной палате. По позвоночнику вниз прошел неприятный холодок, как всегда бывает после резкого пробуждения от кошмара. Энлай все так же сидел около него, даже позы не сменив. Сейчас трудно было сказать, какую эмоцию выражает его лицо, но он явно был обеспокоен состоянием Дрея. Тот, казалось, даже не замечал свою Смерть, уйдя глубоко внутрь себя и о чем-то думая. - Скажи... - медленно проговорил он, внезапно переводя взгляд на Мина. - В каком случае меня оставят в живых? - Шансов крайне мало, - покачал головой брюнет. - Только если твоя жизнь глобально изменит человеческую историю в дальнейшем. -Ясно... - обронил сквозь зубы Хауард. "Я должен расколоть его. Этому всему должно быть простое объяснение". *** День медленно, но верно подошел к своему логическому завершению. Дрею, чтобы выписаться из осточертевшей даже за такой короткий срок больницы, пришлось сходить до глав.врача, который, неодобрительно косясь на пациента, все же выписал ему справку. Все это время за ним невидимой тенью следовал Энлай, ни на шаг не отходя. Хауарда такой пристальный надзор начинал уже раздражать, но что поделаешь с тем, кого нельзя потрогать? Поэтому только и оставалось, что недовольно коситься взглядом, да помалкивать, не отвечая ни на какие вопросы и дружеские попытки завязать разговор. Один раз он все-таки сорвался и, развернувшись к своей Смерти, недовольно зарычал на него, дескать, какого хрена ты вообще за мной таскаешься и мельтешишь перед глазами, на что Мин спокойно ответил, что совершил должностное преступление, открывшись своей жертве, а значит, теперь пойдет под трибунал, если его обнаружат. Проворчав что-то вроде "мои-то какие проблемы", Дрей вернулся в палату, чтобы собрать немногочисленные вещи: оставленный мобильник на тумбочке, портмоне, да поменять смешную больничную пижаму на постиранные медсестрами брюки и рубашку. Закончив свои нехитрые приготовления, он вышел из палаты и направился прочь по коридору. Тепло попрощавшись с дежурившей медсестричкой, спустился по лестнице в холл, а оттуда - вышел на улицу. Небольшой парк во дворе больницы уже тронула ранняя осень, окрашивая кончики листьев в красно-желтую гамму. По бокам крыльца укоренились чинные и пышные кусты, название которых знает, разве что, местный садовник. По краям дорожек, разбегавшихся от крыльца, как весенние ручейки, то тут то там выглядывали из травы крапинки каких-то мелких цветочков. Тихий шум машин с дороги неподалеку перекрывал гомон стайки воробьев, дерущихся с голубями из-за хлебных крошек. Дрей не обращал ровно никакого внимания на творившееся вокруг него: смотрел под ноги, чтобы не споткнуться, и быстрым шагом пересекал парк. Смерть следовал за ним чуть позади, заинтересованно наблюдая за "подопечным" со стороны. "Странные они, эти люди, - думал он, проходя сквозь какого-то старичка, попавшегося на пути. Тот вздрогнул, почувствовал ледяное покалывание в области сердца и поспешил уйти прочь, в больницу, под охрану бдительных медсестёр. - Как припирает, так трясутся за свои жизни, как за кусок золота некогда, тогда как в остальное время им абсолютно до лампочки, что с ними может приключиться. А этот сразу же принял свою участь". В одном только Энлай ошибался - участь свою его жертва не приняла и собиралась жить дальше, что и демонстрировала гордо выпрямленная спина впереди. Мин знал, где живет Хауард, потому особо за ним не торопился, но с тревогой посматривал по сторонам, не будет ли где поблизости его коллег по работе. Те махом почуют, что он открылся Дрею, и сдадут начальству с потрохами. Нельзя людям знать, что загробный мир все-таки существует. Иначе решат, что есть и рай, и отбоя от смертников не будет. А рая нет. Только поля Забвения. И Чистилище. Каждый раз, проходя мимо полей, Энлай испытывал внутреннюю дрожь, смотря на толпы душ с отрешенным выражением лица. Они все забыли. Забыли как их зовут. Забыли, как здесь оказались. Забыли кто они. Забыли свою жизнь. Внезапно происходящее впереди привлекло его внимание. Дрей, подойдя к дороге, остановился. Нельзя умереть не своей смертью, говорите? А вот это мы проверим. Мимо как раз проезжала легковая машина. Если Энлай не соврал, то с ним ничего не случится... Закрыв глаза, Хауард шагнул прямо под колеса приближающегося автомобиля. Визг тормозов, крик водителя, томительные секунды в ожидании удара... И ничего. Открыв глаза, Дрей обнаружил, что машина, чудом объехав его, едва не врезалась в декоративное дерево на тротуаре и теперь стояла в паре сантиметров от него. Водитель, пребывающий в шоке, смотрел перед собой в лобовое стекло. Энлая нигде не было видно. Довольный своим экспериментом Хауард собрался было переходить дорогу как положено, но над его ухом внезапно раздалось рассерженное шипение Смерти. - Придурок! Я еле успел подействовать на сознание водилы! А если бы я не успел?! Дрей лишь насмешливо улыбнулся, глядя в глаза своей Смерти. - Смерть, и опоздать? Мне кажется, пойди что не так, ты был бы в первых рядах. И не говоря ни слова больше, он благополучно в этот раз перешел дорогу и свернул в небольшой переулок, сокращая дворами дорогу до дома. Большие города, они только на картинках красивые. И на первый взгляд. Стоит зайти чуть поглубже нарядных главных улочек, и откроется их истинное лицо. Обшарпанные стены, зассанные углы, бомжики в арках, жмущиеся друг к другу для тепла... Стараясь быстрее пересечь эти неприглядные побочные явления большого города, он вышел на ухоженную улочку с маленькими домиками. Его дом стоял аккурат посередине. Сделанный по современным меркам, он выделялся, как русский в толпе китайцев. Новенький, нарядный, выдержанный в одном стиле и стальной гамме. На парковке перед домом стояла побитая машина. Смятый гармошкой нос уныло смотрел в сторону гаража. Да уж, ремонт этого красавца вылетит в кругленькую сумму. Пройдя мимо парковки, он погладил машину по боку, что-то ласково сказав ей. Проигнорировав удивленный взгляд Энлая, Дрей двинулся дальше, на крыльцо. Ключи нашлись в кармане брюк, хозяин дома даже не помнил, когда успел их туда положить. Открыв дверь, он неосознанно улыбнулся: после этого сумасшедшего дня он наконец-то был дома. Смерть бесшумно скользнул следом. Даже не раздеваясь, лишь скинув кроссовки с ног, Хауард добрел до спальни и упал лицом в подушку, мгновенно забывшись неспокойным сном. Энлай же, проследив за жертвой, убедился, что тот крепко заснул, после чего отправился на обследование дома. Он выглядывал из каждого окна, не в силах объяснить, что его тревожит. В конце концов, вернувшись в спальню Дрея, сел на край его кровати, так же, как в больнице, неотрывно смотря на него. Протянул было руку, но сжал пальцы в кулак, посетовав, что не имеет власти над материальными предметами.