Fractal dice

Позади, где то за пределами сада, слышались взволнованные крики: -Поймайте ее! Проверьте в той стороне! Затащив девушку в глубину растительного лабиринта, и вжав ее в стену из ровно подстриженного самшита, Мари плотно прижалась к ней, а после начала шептать на ухо: — Али, привет, слушай, у меня тут срочное дело.Помнишь, я тебе говорила что хочу сбежать? Ну так вот, сегодня я убегаю. И еще, утром, или даже раньше, тебе кое-что расскажут, ты будешь очень опечалена, но прошу, не верь ни единому их слову, хорошо? Помни я ни в чем не виновата. Меня оклеветали, и теперь, твой безумный брат и еще стражники, гонятся за мной. Все это время беглянка плотно зажимала девушке рот, дабы та не перебивала. Теперь же рот Али освободился, и та с немониманием произнесла: -Мари, что происходит? Что случилось? Мари проигнорировав вопросы девушки продолжила: -Послушай, свои вещи я забрать не успею, так что все деньги, которые я накопила, забери себе, я знаю, тебе дают мало, но тех денег хватит чтобы закончить академию, ни в чем себе не отказывая. И еще. Беглянка замялась и чуть отдалившись от девушки сказала: -Ты не обидешься. если я кое-что сделаю? Нет, не так, просто пообещай что не обидешься, хорошо? Али слегка кивнула. Помедлив еще пару секунд, Мари обняла девушку так, что ее правая рука легла на правое плечо Али. Левой рукой приподняв подбородок девушки, Беглянка примкнула своими губами к губам Али. Мари много раз целовалась с парнями, но это никогда не приносило ей удовольствия. Она вообще не любила ничего подобного, и о прикосновении губ к губам, думала только как о способе заработка. Только вот, об именно этом поцелуе она мечтала все те годы, которые жила вместе с Али. Спустя несколько секунд беглянка разорвала поцелуй, и не желая ни слышать, ни видеть реакции девушки, пустилась вон из сада, в сторону мужского общежития. *Я обязательно заберу тебя от сюда* Она забежала в здание, и пропустив мимо ушей восклицания охранника, вверх по лестнице, по длинным коридорам, Мари мчалась к комнате Лукаса. Подбежав к нужной двери, девушка изо всех сил начала тарабанить по ней и дергать за ручку. Через примерно пол минуты дверь открылась, а за ней показалось красивое, обрамленное черными, длинными, разпущенными волосами, лицо парня, с фиолетовыми глазами. Он был одет, наверное еще не ложился. Парень в недоумении смотрел на девушку. Мари без разрешения вошла в комнату и не обратив особого внимания на розововолосого парня, которого разбудила громким стуком в дверь, в пол голоса проговорила: -Лукас, собирайся, мы уходим. И еще, поторопись, потому что за мной гонится обезумевший Аллен. Ну что ты смотришь?! Быстрей, быстрей! Без лишних слов, парень собрал все самое необходимое. И проигнорировав вопросы своего соседа по комнате, вместе с подругой выбежал из общежития. Выбиравшись с территории академии, Мари и Лукас обходя дозорных, дошли до жилых районов, и подсаживая друг друга забрались на крышу дома, так перескакивая с крыши на крышу, рысцой, но аккуратно, всегда готовые поймать друг друга в случае неудачного прыжка или шага, они направлялись к главным воротам. Идя по крышам, легко, словно две призрачные кошки, друзья достигли последнего дома на улице, его фасад выходил на площадь перед боковыми западными воротам. Спрыгнув с крыши, ребята затаились в кустах красных роз, растущих на клумбе, перед домом. Изначально, их план по побегу был не особенно сложным: дождаться смены охраны и пройти через любые ворота: главные, или боковые, неважно. Выйти из города как нормальные люди, не представлялось возможным, так как людей, не достигших совершеннолетия, без разрешения родителей, или опекунов, из города не выпускали. Конечно, можно было бы устроить черезвычайную ситуацию, при которой это правило потеряло бы силу, и свалить под суматоху, но это было трудно, да и зачем, если можно сделать все по тихому. В общем, теперь план стал еще более сложно выполнимым. Им предстояло немедля пройти через охрану, не дожидаясь смены караула, иначе они рисковали быть схваченными группой рыцарей, множество которых уже наверняка прочесывают город. Мари тяжело вздохнула, и шепотом начала: -Таак и что нам делать? Мы справимся с двумя сразу? Лукас уверенно тоже шепотом произнес: -Не попробуем, не узнаем. В любом случае, сидеть здесь толку нет. Незнаю что ты, дура, там натворила, но боюсь что к утру, об этом узнают все рыцари. Ребята решили: раз сбежать по тихому не получится, то можно рискнуть, и немного пошуметь. Собравшись с духом, Мари и Лукас вышли из кустов. Внимание стражников тут же было направленно на них. Когда ребята дошли до ворот, один из стажников произнес: -Вам что-то нужно? Мари невозмутимо ответила: -Да. Мы хотим выйти. Обольстительная улыбка заиграла на её губах, а в приподнятой примерно на уровень живота, слегка вытянутой вперёд правой руке замерцала вспышка. Едва стражники успели заметить её, как мана взорвалась, без хлопка. Однако взрыв сопровождался ярким, будто бы солнечным светом, тут же ослепившим охранников. Лукас, будучи готовым к внезапной атаке, достал из пространственной сумки небольшой, изогнутый на конце кинжал, изготовленный из серебра, уже потемневшего от длительного воздействия магии тьмы, и нанёс два точных удара по одному из стражников, практически полностью обездвижив его. Тот без возможности подняться, упал, свернувшись в позе эмбриона. В один миг с ним пал и второй страж, парализованый лучом света. Не медля ни секунды, Мари и Лукас начали запитывать маной механизм, отворяющий ворота. Спустя примерно тридцать секунд затворы с громким щелчком начали отворяться. Створы ворот пришли в движение. Где то внутри стены послышался стук механизма. Ворота с тяжестью, будто бы весили четыре тысячи фунтов начали раскрываться. Стражники, стоявшие по ту сторону стены, сначала недоуменно посмотрели на Мари и Лукаса, а после, заметив своих потерявших сознание сотоварищей, мгновенно поняв ситуацию достали оружие. Отбиваясь сразу от двух стражников, Лукас прикрывал Мари, в то время как девушка подготаваливала заклинание. Но не успела Мари закончит его, как поняла: уже поздно. Звуки лязга лезвий и крики стражи уже привлекли внимание других рыцарей. Толпа из нескольких рыцарей магов и еще некоторых участников недавнего обряда, с Алленом во главе, окружила ребят. Девушка моментально сменив часть заклинания на другую, сверху вниз взмахнула рукой, и вместо луча света, который изначально должен был пронзить сразу двух стражников, появился барьер, окутавший двух друзей. Сразу два рыцаря одновременно попытать нанести удар по барьеру, однако были оттеснены ударной волной, возникшей прежде, чем мечи рыцарей коснулись поверхности барьера. Мари специально наигранно, как бы с досадой поджала губы и разведя руками, с тяжелым вздохом сказала: -Специальная способность барьера света. Физические атаки бесполезны. Как собственно и элементальные. Девушка насмешливо хмыкнула, а после самодовольная ухмылка показалась на ее лице. Какой-то маг, присутствовавший на обряде очищения души, щелкнул пальцами.На кончике указательного пальца появился маленький зеленый огонек, вмиг ставший размером с человеческую голову, он направился в сторону барьера. Толпа ожидавшая новую ударную волну инстинктивно отошла на пару шагов назад. Однако барьер не оттолкнул сферу, а наоборот поглотил ее. Сфера впиталась в поверхность барьера и пройдясь по ней зеленоватой волной, кажется укрепила заклинание Мари. Ухмылка, не надолго появившаяся на лице девушки, а после невольно пропавшая, сейчас расцвела вновь, став еще самодовольнее и язвительнее. После недолгого, неловкого, непонятного молчания, один из магов начал уговаривать Мари и Лук️аса сдаться, заодно оглашая список их преступлений: — Умышленное препятствование действиям квалифицированных магов, в результате чего погиб человек! Нападение на рыцарей, попытка выйти из города без дозволения попечителей! Проникновение в академию в не учебные часы! Вы хоть знаете какое наказание светит за такой сборник? *Они. они даже разбираться не стали, а просто обвинили меня. В том чего я не делала. Ненавижу эту черту в людях, делают преждевременные выводы даже не попытавшись рассудить. Хотя. если Клеот наложил на них какое-то заклятие… То теперь они уверенны в том что видели, как я разрушила барьер. ну тогда и обвинение не необоснованно. А получается что это я не права на их счет. Да что за черт! Уффф. Сама себя раздражаю* Приведя мысли в порядок, девушка с через силу пропустила пару смешков, сейчас она не могла смеятся, или насмехаться на кем-то, ей хотелось плакать. Обида жгла уголки глаз и горло. Уже по привычке спрятав ее, где то, в недосягаемом месте, Мари, дабы высвободить хотя бы долю, тех эмоций, с издевкой громко произнесла: -Умышленное препятствование действиям квалификацированных магов? Да какие вы квалифицированные маги, когда даже правду ото лжи отличить не можете?! Заметив что ее голос слегка дрогнул, девушка решила закончить на этом. Да и какой смысл? Все равно ей никто не поверит, а если и есть тот кто поверит, захочет ли он слушать ее? А если и захочет, то услышит ли? Маг, недавно бросавшийся обвинениями недоуменно произнес: -Что? О чем ты? Мари еще больше расстроенная осознанием того, что все ее слова пропустят мимо ушей, уже с раздражением и явной агрессией в голосе произнесла: -Ой да какая к черту разница? Вы все идиоты вот и все! И вообще, Аллен, ты сука! Я тебе заплатила, а ты, все равно рассказал всем. Не убивала я твою маму, зачем бы мне? Если ты не забыл, эта женщина еще и мать моей лучшей подруги. Толпа косилачь на Аллена, тем временем девушка заметила, что людей в толпе прибавилось, рыцари и просто ночные зеваки постепенно прибывали. Все они тихо перешептывались между собой, почтоянно бросая косые взгляды, то на Мари, то на Лукаса. Кто-то из рыцарей, как бы спрашивая, неуверенно произнес: -Н-ну. На сколько я знаю, отношения семьи Михаэлис и их младшей дочери. Довольно запутанные, они вроде как, недолюбливают ее что ли? У нее есть причины ненавидеть свою мать, возможно Аурелис сделала это по… Не успел он закончить, как Мари перебила его: -Ты хочешь сказать, что Али попросила меня убить ее мать? Какая бы сильная ненависть ни была между ними, ты думаешь Али пошла бы на такое? Какой вздор! Ты не знаешь ее, да ты даже ни разу не видел ее, да как ты смеешь очернять ее честь?! Лучше закрой рот, пока я не вырезала твой грязный язык. *А это не слишком? Не слишком явно защищаю Али? Чееерт… Кажется я слишком много наговорила. Позорище. Отврат.* Все до единого взгляды были направлены на нее, они прижигали девушку на сквозь, давили нервные клетки, словно забавляющийся ребенок, давящий муравьев. Невероятный груз разбивал стеклянную банку со слезами. Вот-вот, еще немного, и уголки глаз защипают и намокнут. Дыхание Мари замедлилось, а после прекратилось, она знала это чувство, если сейчас она вдохнет, то выдох будет уже судорожным, внутри горла что-то кольнет, а слезы польются, как доказательство ее ничтожности. Но разве может она не дышать? Мари вдруг вспомнился образ, запомненный из одной из тех книжонок, что служили подставками для чашек чая, и которые она ради любопытства иногда листала. Молодой кронпринц, строит дворец из листов золотой фольги, а после, щелкает пальцем по верхушке. Дворец разрушается, золотые листы плавно кружась, падают на пол. Кронпринц встает с банкетки, обитой черным бархатом, и шагая по дороге выстланной золотом, направляется к наложнице. Осторожный, глубокий вдох. Вот так и она, все что с таким трепетом она строила, все отношения, все связи, любовь людей и их расположение, сейчас она разрушит все это одним щелчком. Только вот, ее дорога будет выстлана не из золота, а из крови тех, кто раньше называл ее своим другом. И приведет она ее, не к прекрасной девушке, а к бездне, полной слез и сожалений, не сбывшихся мечт и ожиданий, не исполненных обещаний. И там, не дожидаясь палача, Мари сама будет пытать себя, вспоминая о свих ошибках, о том какой дурой она была. Будет морально убивать себя снова и снова, и этот ад не прекратится, никогда. *Нет, не может быть все так плохо, сейчас я сбегу, а потом и исполнение мечт не за горами, считай новая жизнь, и безо всяких сожалений. * Девушка выдохнула через рот, явную дрожь в голосе услышали все. Глотку свело судорогой, а слезы полелись, хрустальными каплями разбиваясь о каменные плиты, которыми была вымощена дорога. Собравшись с силами, которых кажется никогда и не было, сквозь слезы Мари посмотрела на толпу. *-И все же, ты полное ничтожество, только посмотрите на нее, она даже слезы сдержать не может. Хахахахаха. Из-за чего ты вообще плачешь? -Замолчи! Я не ничтожество. -Ну давай! Докажи что я не прав! Что, не можешь? Хаха, это потому что ты полное ни- что-жес-тво. Хаха. * Сквозь пелену слез, толпа людей была похожа на мазню маленького ребенка, размытые пятна разных цветов, образовывали причудливые фигуры, лишь отдаленно напоминающие людей. Точно такие фигуры, только немного темнее и уродливее, Мари часто видела в своих кошмарных снах. Они наблюдали за ней, высовываясь из-за деревьев, из-за неясных очертаний зданий, иногда их и не было видно, но девушка знала, они наблюдают. Она чувствовала их пронзительные взгляды, наполненные убийственным намерением. Это поразительное сходство пугало Мари, оно нагоняло панику и озноб, вновь лишенная сил и воли девушка хотела осесть на землю и сжаться в комок. Внезапно разорвав оковы кошмара, теплая рука легла на плечо Мари. Лукас не знал что происходит с подругой, но понимал, что ей наверняка очень плохо. Парень почти никогда не видел ее слезы, а если видел, то знал, они наигранные. Он не понимал, почему девушка стесняется плакать при нем по настоящему. Но сейчас, у него появился шанс поддержать ее, помочь ей. -Ты как? Мари плохо расслышала интонацию парня, но она точно могла сказать, что он переживает за нее, и она была благодарна ему. Однако внезапно опомнившись, смахнула с плеча руку Лукаса и быстрыми движениями начала утирать слезы, приговаривая: -Все хорошо, все хорошо. Я в порядке. Пыталась она убедить в этом парня, или себя, девушка не знала. Наверное и то, и другое. После слов Мари, слезы как по команде закончились. Две последние капли соединились в одну на подбородке, и стеклянная бусина упала на дорогу, сливаясь с собратьями. Глубоко вздохнув, чтобы окончательно успокоить все еще терзавшие ее чувства, Мари повернулась к Лукасу. Положив левую руку на плечо парня, девушка, слегка опираясь на него, встала на носки, чтобы дотянуться до уха Лукаса. И шепотом, так чтобы никто кроме него не услышал ее слов, Мари проговорила: -Лукас, наш план на крайний случай. Если что, ориентируйся на тех, в битве с кем, я проиграю с вероятностью выше сорока пяти процентов. Парень, внимательно выслушав слова подруги, кивнул. И в пол голоса, как бы подшучивая и дразня ее заметил: -То есть на всех? Мари ничуть не обиженная, но слегка раздраженная очередным подначиванием друга, замахнулась на него, но не ударила, а просто упустив руку и гневно поджав губы, отошла. Маги, те что присутствовали на обряде, и те что только подошли и уже успели понять ситуацию, думали над тем, как обойти или разрушить барьер. Рыцари же готовились защищать себя, магов и горожан в случае внезапной атаки. Так, спустя пару минут простые зеваки стали разговаривать еще громче, некоторые маги, видимо менее опытные, беспомощно проникли. Маги же с более высокой квалификацией продолжали выискивать слабые места барьера, то и дело смотря на него с разных сторон, или атакуя огоньками элементальной энергии. Какой-то маг, на вид среднего возраста, казавшийся умным и опытным, начал чертить странные руны прямо в воздухе. Причудливые знаки образовывали магический круг, через который маг смотрел на барьер, словно астроном через телескоп. Внезапно он отклонился и зажмурился, так словно перед его глазами на мгновение, лишь для того чтобы ослепить его, появилась уменьшенная копия солнца. Почти так оно и было. Мари, заметившая чересчур наблюдательного мага, решила ненадолго отвлечь его от изучения барьера, послав в его сторону яркую вспышку маны, которая столкнувшись с барьером взорвалась, опять же без хлопка, но зато с ярким светом. Все то время, пока девушка кидала то ли гневные то ли обиженные взгляды на толпу и мысленно пыталась послать в людей как можно больше волн негатива, ее друг стоял не шевелясь, с закрытыми глазами, и сложенными в какой-то печати руками. И вот сейчас, его глаза раскрылись. Вкрадчиво сверкнул в фиолетовых радужках свет уличного фонаря.